Прошепчи имя моё

Август постепенно становился лишь мгновением прошлого, а боль в сердце Лалисы, кажется, планировала быть и в будущем. Она желала забыть свои чувства к Дженни, желала забыть слова, сказанные темноволосой; она просто желала жить без лишних мыслей и воспоминаний об удивительной и красивой девушке, что будоражила её сознание каждый летний день, каждый летний вечер и каждую летнюю ночь. Кому нужно было отдать свою душу, чтобы все её желания исполнились разом? Что нужно пройти, чтобы избавиться от этих снов с Ким, которые снились ей постоянно? Какие испытания? Все эти вопросы въелись в Лису и тревожили её. И Джису видела мучения светловолосой девушки, у которой глаза перестали блестеть и потухли, словно лампочка в них перегорела, но и облегчить её страдания она не могла, и Ким это прекрасно понимала, но в глубине души такое наглое чувство вины грызло её. В один из тёплых, на удивление, дней Джису собрала всю свою смелость в кулак и двинулась в сторону знакомого дома, в котором раньше все подруги любили проводить дни. Однако из-за нахлынувших огромной волной чувств Манобан и Ким общение их медленно сходило на «нет». Дженни переживала всё в одиночестве, как и раньше, а Лалиса пыталась не разрыдаться на плече Чеён, что утешала подругу и молилась, чтобы страдания обеих девушек прекратились, потому что она видела, что темноволосой было ещё тяжелее. Она боролась сама с собой, и у неё не было того человека, который смог бы помочь ей разобраться во всём. И это была одна из причин, по которой Джису, стояла у её дома и стучала в дверь, надеясь, что ей откроют. Она уже хотела отступать, однако открывшая дверь Дженни с усталыми глазами и растрёпанными волосами не позволила ей этого сделать. Девушки смотрели друг на друга, и младшая Ким догадывалась, зачем Джису к ней пришла, но она подумала, что стоит выслушать старшую, а потом уже закрывать дверь. - Привет, - начала Джису, неловко топчась на месте. Обычно она была самой смелой в компании, однако вся её храбрость покинула её, оставив ей лишь чувство тревожности в груди. - Как твои дела? - Решила начать издалека. - Вроде бы хорошо, - пожала плечами Дженни и отошла в сторону, пропуская в своё убежище темноволосую. - А твои как? - Тоже, - улыбнулась Джису, осматривая дом. Она так давно здесь не была. Больше двух недель. Но всё осталось таким же, только теперь на вешалках в прихожей висели пальто и осенние куртки. - Я пришла поговорить с тобой. - Это понятно, - ухмыльнулась младшая, открывая дверь на кухню. - Не думаю, что ты бы пришла просто на меня посмотреть. «Я и забыла, какая она вредная», - подумала Джису, садясь за обеденный стол. - Я знаю, что между вами произошло, - старшая Ким заметила, как вздрогнула Дженни. - И я знаю, что ты тоже что-то чувствуешь к Лисе. - Надо же, - сделала удивлённый вид Ким, - что же я к ней чувствую? - Ты любишь её, - Джису серьёзно посмотрела на Дженни, что повернулась к ней лицом и упёрлась в столешницу. - Или она тебе нравится. Но в любом случае ты что-то чувствуешь. Это видно. Не смей даже отрицать. - Джису, ты себя слышишь? - Дженни была непреклонна. - Я ничего к ней не чувствую. И то, что мы с ней переспали, ничего не значит... - Что? - голос Джису был полон удивления. - Вы переспали?! - Ты не знала? - неуверенно спросила темноволосая, понимая, что только что проговорилась. - Теперь знаешь. - Дженни, - позвала её старшая после недолгого молчания. - Джису, - передразнила Ким. - Почему ты отрицаешь свои чувства? - нахмурилась старшая. - Я не могу отрицать того, чего нет. - Но ты продолжаешь отрицать то, что есть. Я видела, как ты на неё смотрела. И тот факт, что вы переспали, - одно из доказательств моих слов. - Мы были пьяны, - раздражённо сказала младшая девушка. - Я думаю, что даже в нетрезвом состоянии ты не могла делать то, что не хочешь, - старшая Ким встала и прошла мимо Дженни. - В твоих чувствах нет ничего плохого. - Есть, - покачала головой Ким, но тут же закусила губу, мысленно ругая себя за то, что не может держать язык за зубами. - Нет, - вздохнула Джису. - Я пойду. - Она вышла из кухни, но тут же вернулась. - Ей очень тяжело. Пожалуйста, подумай над моими словами и помни, что в любви нет ничего плохого. - Дженни услышала, как хлопнула дверь и шумно выдохнула. Каждый день в её голове сплывал образ Лалисы, и каждый день она думала о том же, о чём ей говорила только что Джису. Она уже не знала, правильны ли её чувства или нет. Но желание хотя бы увидеть светловолосую девушку из дома напротив крепло в ней. И как бы она ни старалась от него отказаться, оно всё равно всегда было с ней. Будто бы она родилась с ним, будто бы оно вросло в неё, будто бы оно в её ДНК. Но в ней была ещё одна часть, которая твердила, что всё это не нормально, что она не должна по ночам плакать из-за поцелуев девушки, которых так не хватает. Дженни устало прикрыла глаза, но тут же их раскрыла, когда услышала скрип пола и чьи-то шаги. - Ах, - улыбнулась она, - дедушка, ты меня напугал. - Правда? - подарил ей в ответ улыбку Уильям. - Извини. К тебе кто-то приходил? - Да, - кивнула девушка, - Джису. - А! А я то думал этот старый пень припёрся, - Уильям собрался уходить, но остановился. - Позовёшь меня, если он придёт? - Ох, - отрицательно покачала головой Дженни, - за мной должен зайти Кай. - Кай? - нахмурился дедушка. - Понятно. - Он помолчал. - А ты сейчас общаешься с Пранприей? - осторожно спросил мужчина, присаживаясь на стул. - Она сейчас, - темноволосая замолчала, думая над ответом, - немного занята. Поэтому мы практически не видимся. - Она заметила, как дедушка удивлённо поднял брови, как бы не веря её словам. - Интересно, - задумчиво произнёс он, вставая. - Ладно, я пойду к себе. Дженни так и осталась стоять на кухне. Только вода, капающая из крана, и её дыхание разрушали тишину, разрезали её как лист бумаги. Ветер открывал и закрывал окно, и неожиданно для себя девушка поняла, что она дрожит. Обхватив себя руками, как бы обнимая и успокаивая, она шумно втянула воздух через нос, чувствуя в воздухе нотки осени, которую она с нетерпением ждёт. Может быть, она подскажет ей, что делать и как быть. Может быть, она поможет ей решить эту нелёгкую задачу. Кожа покрылась мурашками, и Дженни не знает, это из-за прохладного ветра, гуляющего по комнате, или из-за воспоминаний по тёплым и нежным прикосновениям Лалисы. Но Дженни точно знает, что медленно теряет свой разум. Голова раскалывается на части из-за вопросов, а сердце болезненно сжимается из-за нехватки одной девушки рядом. Темноволосая уже давно поняла, что ей нравится Манобан. Это началось всё с того момента, когда Лалиса заботливо несла Ким, так нелепо подвернувшую ногу, на своей спине. Девушка помнит это чувство, греющее грудь, помнит приятный запах Лисы, помнит тёплое тело, к которому она прижималась. Прекрасно помнит. В памяти всплывают все моменты, связанные с высокой светловолосой девушкой, чьё имя она шепчет по ночам. «Всё могло бы быть по-другому, - каждый раз говорит себе Дженни, когда голова касается мягкой подушки, - но теперь уже ничего не изменить.» И все «лучше поздно, чем никогда» она отбрасывает в мусорное ведро. Слова, сказанные Лисе, нельзя вернуть назад, по мнению Ким, потому что они уже дали свой эффект, они уже разрушили её, оставили на сердце глубокие раны, которые просто так не залечить. Никакие пластыри и бинты не помогут, Дженни это прекрасно понимает. Поэтому остаётся лишь смириться со своей любовью и с тем, что она натворила, и, конечно же, забыть. Забыть. Забыть. Надо всё забыть. Надо, но как? Так легко сказать. Она посоветовала Лисе то, что и сама не может сделать. Разве так поступают? Да, поступают. Например, Дженни, которая до сих пор находится одна на кухне и смотрит на капли, что падают с крана. Кай должен зайти за ней через полчаса, а она всё ещё не в порядке; если он взглянет на неё, то подумает, что по ней прошлись. Девушка крепко зажмурила глаза, собираясь с мыслями, резко встала и, проигнорировав лёгкое головокружение, пошла в свою комнату. Этот парень никогда не заставит её почувствовать то, что она чувствовала с Лалисой, но попытаться можно. Вдруг получится, и у неё будет небольшой роман, который останется в её памяти навсегда, но сотрётся из жизни с наступлением осени. «Ты могла бы такое сделать и с Лисой; только всё было бы куда дольше и проще,» - сказала ей одна её часть. А другая тут же поспешила добавить: «Вы обе девушки, дурочка. О чём ты думаешь?» На улице было холодно и сыро, и не хотелось выходить из дома. У погоды тоже было не радостное настроение. Уже какой день поливал дождь, и только сегодня он решил устроить себе выходной. Но тучи выглядели так, будто бы они готовы в любой момент разорваться и хлынуть холодными каплями на землю. Отказывать Каю было бы не очень уважительно из-за скверной погоды, тем более за несколько минут до встречи. Даже если он ей не нравился, - думала Дженни, - нужно быть терпеливой. Тёплый свитер её согревал в прохладной спальне, в которой все окна были открыты настежь. Девушка считала, что свежий воздух поможет ей справиться с её мыслями, однако вскоре она поняла, что эта идея была такой глупой и наивной, что даже захотелось засмеяться. Словно она маленькая девочка, что верит в Санту, в русалок и в монстров под кроватью. Но ведь теперь она большая, и ей нужно верить лишь в себя, что вообще не получается. Ей необходима карта, на которой были бы написаны разъяснения, подсказки, что ей делать, что говорить и как думать. Жизнь - не самая справедливая вещь, - поняла вдруг Дженни, - лишь из-за того, что ты должен понимать и решать всё сам, что нет никого, кто мог дать совсем маленькую подсказку. Или же эти люди были в её жизни, но их советы ей были не нужны. А почему не нужны, она сама не понимала, но, видимо, что-то в ней было такое, что стремилось справиться со всем в одиночку. Но тут же вспомнились слова дедушки: «Но если на твоей душе будет булыжник, который нужно выбросить, найди минутку и выбрось мне в руки, хорошо?» Этот булыжник так тянет на дно, и его хочется сбросить, но он настолько тяжёлый, что темноволосая его просто не сможет поднять, поэтому ей приходится всегда ходить с ним; теперь он неотъемлемая часть её, а она неотъемлемая часть его. Настенные часы тикали и казалось, что их шум слышал весь мир. Дженни взглянула на них, отмечая, что вот-вот в её двери должны постучаться, и поспешила продолжить собираться. Но неожиданные шаги отвлекли. В дверь постучали, а затем её приоткрыли. Уильям мягко улыбался внучке. - Не помешал? - он зашёл. - К тебе пришли. - Кто? - спросила она, догадываясь, что пришёл Кай. - Кай, - дедушка осмотрел комнату и остановился взглядом на внучке. - Он ждёт тебя на кухне. - Спасибо, - кивнула ему Дженни, проходя мимо него. Она спустилась по старым ступенькам не менее старой лестницы и встретилась с красивым юношей, что подарил ей лёгкую улыбку. Ким попыталась улыбнуться в ответ, но вновь все тревожности вспомнились, и ей пришлось лишь тихо поздороваться. - Я думала, ты на кухне, - начала она разговор, проходя к двери и открывая её. - Я решил подняться к тебе, - пожал плечами молодой человек, пропуская девушку вперёд. Они, впрочем как и всегда, шли молча, смотря на серое небо и мокрую траву под ногами. Когда они проходили по мосту, на котором в тот день выпивали Дженни и Лалиса, темноволосая вздрогнула и остановилась, смотря на своё отражение в воде. Её усталый вид и грустные глаза каждому говорили о том, что её жизнь настигли перемены, которым она была не рада. Озорной блеск куда-то пропал, а хитрая ухмылка уже не играла на её пухлых губах, которые в последнее время девушка кусала всё чаще. Подул сильный ветер, который попытался забраться под тёплую одежду, и Дженни поёжилась. С берега в воду спрыгнула лягушка и оставила после себя круги, что тут же исчезли. Ким глубоко дышала, пытаясь хоть как-то успокоиться, потому что вновь к ней подкрались все её плохие мысли, с которыми она не могла бороться. Кай стоял рядом с ней и чего-то ждал. Очевидно, он думал, что она просто любуется видом и что сейчас они вновь пойдут, и тишину нарушать будут лишь их тихие шаги по сырой земле, а не весёлые разговоры. - Кажется, будет дождь, - заговорил парень, запрокидывая голову к небу и подставляя своё лицо холодному ветру. - Кажется, да, - без энтузиазма согласилась Дженни, не отрывая глаз от воды. Она глубоко вздохнула и прошла мимо стоящего Кая, что продолжал смотреть на серые облака. Он тут же сдвинулся с места и догнал её, не спеша идущую по тропинке и о чём-то раздумывающую. Даже он почувствовал, что сегодня она была другой, что её что-то тревожило. И Кай понимал, что не должен интересоваться её личными делами, но всё же решил спросить: - Ты в порядке? - В полном, - быстро прилетел ответ, и молодой человек поёжился от такой резкости. Больше он ничего не говорил, давая право Дженни самой решать, стоит ли им что-то обсуждать. Они продолжили просто идти, не говоря и обходя лужи, в которых собралась, казалось, вся грусть этого мира. В первые за всё время Дженни захотелось спросить, узнать, чтобы делали в её ситуации другие люди со своими тараканами и мыслями в голове, как бы они поступили. Оттолкнули бы, как это сделала она? Или же приняли со всеми трудностями и не страдали бы так, как сейчас страдает темноволосая девушка, едва сдерживая слёзы, когда вспоминает, как месяц назад бежала за Лисой по этим дорожкам, потому что светловолосая была самой бесстрашной, думая, что может напугать старшую и ничего не получить за это. Месяц. Прошёл всего лишь месяц, который смог перевернуть всю жизнь Ким по щелчку. Кай и Дженни спустились к старой беседке; дождь вот-вот должен был начаться, и они поспешили хотя бы на время укрыться от него. Девушка внимательно смотрела на парня, что поглядывал на деревья, которые гнулись под натиском ветра. - Кай, - она впервые позвала его по имени; оно звучало так странно из её уст, - что бы ты сделал, если бы случайно поцеловался с человеком своего пола? - Дженни старалась, чтобы её голос не дрожал. - Не знаю даже, - пожал он плечами. - Я никогда не задумывался об этом. - Кай присел рядом с темноволосой, что не отрывала от него своих глаз, ожидая ответа на свой вопрос. - А что бы ты сделала? - Он взглянул на неё, предоставляя возможность отвечать ей. - Не знаю, - она попыталась улыбнуться и скрыть ложь своих слов. - А если бы ты переспал с ним?.. - Неуверенно спросила она после затянувшегося молчания. - Это куда серьёзнее, чем обычный поцелуй. - Иногда поцелуй значит намного больше, чем секс, - произнёс он, смотря, как распахиваются глаза Дженни от удивления. - Думаю, если бы это было случайностью, то я бы выкинул это из головы. - Ким кивнула, внимательно слушая его. - А если бы я что-то к нему чувствовал, то сделал бы всё возможное, чтобы мы были вместе. - Дженни нахмурилась. - Наверное. - Добавил он. - Тебе не кажется, что это, - она помолчала, не зная как высказать свою мысль, - неправильно? - Что именно «неправильно»? - не понял Кай. - Твоя любовь к парню. - Ты так говоришь, - он засмеялся, - как будто я на самом деле влюбился в парня. - Его улыбка ещё какое-то время играла на губах, а потом серьёзность проскочила на его лице. - Мне кажется, человек сам решает, что «правильно», а что «неправильно». Конечно, есть некоторые вещи, которые сами по себе уже запрещены. Но не думаю, что любовь - одна из этих вещей. - Он улыбнулся, а Дженни почувствовала, как одна из истин ей открывается, словно она вот-вот нашла от неё ключик. - Ты ведь не просто так об этом спрашиваешь, да? - Кай добродушно посмотрел на Ким, что с непониманием глядела на него. - Что? - она ещё больше раскрыла свои глаза. - О чём ты? - Люди такие вопросы никогда не задают просто так, - усмехнулся молодой человек. - Пойдём домой - дождь прекратился. Иначе не успеем и промокнем. - Он встал и подал руку Дженни, помогая подняться на ноги. - Да, - она согласилась вдруг, - мне срочно нужно домой. - Она подарила ему улыбку, и они вместе поспешили по своим домам. И оба понимали, что этот момент поставил для них жирную точку.

***

Казалось, что дом пустовал, но звуки, доносящиеся из кухни, доказывали обратное. Дженни прошла в комнату, где за обеденным столом сидел её дедушка и читал одну из своих книг. От него веяло спокойствием, умиротворением и чем-то ещё, что разгадать девушка не могла. - Быстро ты, - он оторвался от чтения. - Будешь есть? Твоя бабушка ушла к Маргарет, но в холодильнике есть утренний пирог. - Спасибо, но я не хочу, - она села напротив него и улыбнулась. - Ты выглядишь счастливее, - Уильям отложил в сторону свою книгу. - Ты не хочешь рассказать мне причину своего плохого настроения? Что тебя в последнее время грызло? - Думаю, это будет не к чему, - она прошла к открытому окну и закрыла его. - Если ты хочешь, чтобы это в будущем тебя не беспокоило, то следует поговорить об этом сейчас, - его взгляд был полон нежности и любви. - Это как-то связано с Лалисой? Дженни хотелось смеяться, потому что весь сегодняшний день был наполнен Лисой, хоть рядом её и не было. Сначала Джису, потом разговор с Каем, который открыл ей глаза, а теперь дедушка. «Чувствуешь, как всё меняется?.. » - сказала ей одна её часть. А другая тут же перебила: «И это не к добру!» Но этих слов Дженни уже не слышала, позволяя первой своей части взять над собой верх. Почему-то Ким казалось, что Кай скажет, что она спрашивает глупость, что всё это мерзко, скажет всё, что говорила и она. Но теперь она понимает, что эти слова вырывались из неё из-за того, что никто не говорил рядом с ней того, что она хотела услышать, того, о чём она думала, но боялась дать этому волю. Но страх до сих пор жил в ней, разрастался и, словно плющ, покрывал её. «Но тоже самое тебе говорили абсолютно все! - сказала она сама себе. - Тогда, возможно, твой мозг и сердце стали работать в паре, потому что ты слишком много страдала.» - Дженни? - видимо, она задумалась. - Я прав? - И Дженни кивнула, раскрывая все свои тайны перед одним из самых близких для неё людей. - Тогда давай же сюда свой булыжник. - Она засмеялась, и вновь присела напротив него. Но улыбка быстро пропала, потому что сейчас ей предстояло рассказать то, о чём она так хотела забыть. - Я думаю, - девушка начинала медленно, подбирая нужные слова, - точнее я знаю, что... - Она замолчала, не зная, что ей сказать. - Я не знаю, что между вами произошло, но догадываюсь, - он внимательно посмотрел на неё. - Мне хочется тебе кое-что рассказать. Ты же знаешь, как я люблю рассказывать разные истории? - Он тихо засмеялся, а Дженни кивнула, готовясь его слушать. - Мне было пятнадцать, когда я понял одну ужасную, как мне тогда казалось, вещь. - Уильям посмотрел на внучку, а затем отвёл свои глаза. - Я влюбился в парня, что жил по соседству. Дженни потупила взгляд и с недоверием посмотрела на него. - Ты влюбился в Томаса? - она почувствовала, как в её горле пересохло. - Ага, - подтвердил он, словно это была такая простая и обычная истина. - Он знал и чувствовал тоже самое. Но, - его голос дрогнул, - я разрушил всё своими руками. Наговорил ему всякого, потому что испугался. Дженни ахнула, потому что история повторилась. Только с ней. - Тогда мне казалось, что наши отношения противоречат всем нравственным устоям и жизненным ценностям. - Отношения? Уильям положительно кивнул и с дрожью в голосе продолжил: - Я был таким дураком, - он остановился, но затем поток слов вновь вырвался из его уст. - Не будь, пожалуйста, такой же. - Он встал из-за стола, чтобы выйти из кухни и отправиться дочитывать книгу у себя, но прежде, чем уйти, обернулся к внучке. - Всегда лучше учиться на чужих ошибках, Дженни. - Ты его любишь до сих пор? - громкий смех удивил девушку. - Он старый и вредный. Как его можно любить? - Ким тоже засмеялась. - Если только как друга. Но не больше. - И он вышел, прикрывая за собой дверь и оставляя её одну. «Всегда лучше учиться на чужих ошибках,» - врезались слова дедушки в память. Она тут же подорвалась, будто бы куда-то опаздывает. Дождь, на удивление, ещё не начался, но небо, кажется, стало тяжелее, однако Дженни это вовсе не волновала. Сейчас она тарабанит в деревянную дверь, надеясь, что ей хоть кто-нибудь откроет. И открывают. Но не та, кого она хочет видеть. Розэ, что пытается быстро прожевать что-то, а сзади неё стоит удивлённая Джису. - Привет, - с набитым ртом здоровается Чеён. - Где Лиса? - светловолосая давится, и старшая Ким заботливо бьёт её по спине, сама не веря словам Дженни. - Ушла, - не сразу отвечает Джису, смотря, как глаза младшей Ким распахиваются от ужаса. - Куда?! - прилетает так резко, что Чеён вновь давится и проходит в дом, на кухню, чтобы выпить воды. - Она не сказала, - подала голос Розэ, что пытается отдышаться: она никогда бы не подумала, что сможет умереть от яблока и такой переживающей Дженни. - А тебе зачем она? - Пак пристально посмотрела на темноволосую, которая прикрыла своё лицо руками и плюхнулась на стул, и поняла, что на её вопрос не ответят. Слёзы у темноволосой готовы вырваться наружу, но Дженни старательно пытается взять над собой контроль. Кажется, она такая же, как и дедушка, - первое, о чём она думает на кухне Лисы. - Если бы она поняла очевидное раньше, то сейчас бы всё было намного проще. Дженни смотрит на Чеён, что вновь жуёт яблоко и мягко смотрит на Джису, которая выглядит слишком задумчивой. Младшая Ким переводит свой взгляд на стол, на котором стоит бутылка из под вина с розой. Девушка внимательно разглядывает её, пытаясь вспомнить, где могла видеть точно такую же. И воспоминания с моста взрываются фейерверком в её голове, освещая самые тёмные уголки её подсознания. Она выбегает из чужой кухни, игнорируя подруг, и ноги сами несут её в одно единственное место, в котором может быть Лалиса. Капли начали падать с неба, и тёплый свитер легко их впитывал и становился тяжелее. Воздух выбивался из лёгких, бок болел, но Дженни не останавливалась, продолжая бежать, чуть ли не падая. Когда знакомая тропинка, ведущая к мосту, начала показываться, страх предстоящей и долгожданной встречи охватил темноволосую девушку. Она аккуратными, медленными шагами шла, готовясь к тому, что там, куда она так бежала, никого не будет. Но все мысли - и плохие, и хорошие - покинули её разом, когда Дженни заметила светловолосую девушку, что успела намокнуть. Почувствовав чьё-то присутствие, Лалиса повернулась и уставилась на Ким, что осторожно к ней подходила, словно боясь спугнуть её как какое-нибудь лесное животное. Дождь всё продолжал поливать земли их деревни, и Пранприя неожиданно почувствовала, что дрожит от холода. Её чёлка была мокрой и прилипала ко лбу, мешая глазам видеть Дженни, что стояла уже на расстоянии вытянутой руки. Темноволосая сделала шаг вперёд, надеясь, что Лиса не сделает два назад, но младшая оставалась на месте, чего-то ожидая. - Ты... - начала она, когда Ким подошла к ней вплотную, но продолжить ей так и не дали, заткнув поцелуем. Пранприя удивлённо распахнула глаза. Дженни обхватила её шею руками, прижимая к себе, и нежно сминала мягкие губы. Она отстранилась, не дождавшись ответа от Манобан. Лиса не могла понять, лицо Ким мокрое из-за дождя, что не собирался прекращаться, или из-за слёз, из-за которых её глаза были болезненно красные. - Прости, - темноволосая шмыгнула носиком, отпуская плечи девушки, за которые крепко держались, и сердце Лалисы разбилось. И был лишь один способ, чтобы его склеить по кусочкам: она схватила Ким за талию и притянула к себе, чтобы поцеловать. Дженни чувствовала улыбку Лисы, и её собственная заиграла на губах, которые так мягко целовала Пранприя. - И это тоже ошибка? - отстранилась Манобан, ухмыляясь и смотря на счастливую старшую. - Нет, - со всей серьёзностью покачала головой Ким. - Всё это не было ошибкой, а вот мои слова - да. - И она подарила ей ещё один поцелуй, наполненный трепетом, любовью и нежностью. - Я люблю тебя. - Я думаю, что люблю тебя чуточку сильнее, - Лиса ярко заулыбалась, когда возмущённая Дженни слегка ударила её по плечу. - Ладно-ладно. - Пошли домой, - старшая крепко обняла светловолосую, - я замёрзла. И они, взявшись за руки и взглянув друг на друга, отправились домой, зная, что их юная любовь согревает их и следуют за ними по пятам, пока холодный дождь бьёт по разноцветным крышам домов маленькой деревушки.