Семёрка

Мин вырубается, пугая этим остальных. Парни же быстро оказываются рядом, испугавшись. Они просто стоят и молча смотрят на истинных, которые одновременно потеряли сознание. Только сейчас эти двое просто спят, как ни в чём не бывало. Джи́мин тихо посапывает. Юнги тоже, но его сон какой-то беспокойный. Он то и дело морщит нос и иногда даже постанывает и ворочается на своём месте. Остальные же ребята не знают, что и сказать. Никто из них не понимает, что только что произошло. Это закончилось так же резко, как и началось. Странно. Очень странно. — Он поставил ему метку, — тихо говорит Джин, замечая свежие следы на шее омеги. — Я слышал, как мой брат кричал, наверное, тогда хён и пометил его, — произносит рядом стоящий Чимин, виновато закусывая губу. — Думаешь, это из-за неё с ними всё это произошло? — спрашивает Тэхён удивлённо, не сводя со спящих парней глаз. — Похоже на то, — Ким-старший жмёт плечами. — Истинность ещё не исследована до конца, — вдруг говорит Намджун, появляясь из ниоткуда, — но я не помню ни одного примера, чтобы кому-то было так плохо сразу после того, как поставили метку. — Должна быть другая причина, — кивает Хоби. — Идеи? — спрашивает Чонгук. — Не знаю, — отвечает Джун, — ели все одно и тоже, не думаю, что в его организм попало что-то не то. — Странно, что Юнги-хён тоже вырубился, — Чон-младший жмёт плечами. — Разберёмся с этим завтра. А пока оставим их ненадолго. Пусть спят, — Джин укрывает истинных одеялом, видя как Юнги по-собственнически закидывает свои ноги на омегу. Скорее всего, с ними обоими всё в порядке, раз сейчас они просто спят. Хуже было бы, если бы судороги продолжились. Старший омега просто не знал бы, что с этим делать. Сейчас же, видя, как Юнги забоитится о Джи́мине, Сокджин умиляется. Он никогда раньше не видел Мина таким ни с кем из них, должно быть, этот альфа и вправду очень любит своего истинного. Старший омега даже улыбается от мысли об этом. У каждого человека есть кто-то, перед кем устоять он не в силах. И суровый альфа Мин Юнги тоже не исключение. Ребята, убедившись, что всё в порядке, идут по своим кроватям. Они стараются расслабиться немного и заснуть, и у них это даже получается. Утро наступает очень быстро. Сокджин первым делом проверяет Юнги и Джи́мина, обнаружив их всё ещё спящими. Через час, два, три, пять эти двое так и не просыпаются. Старший немного нервничает, поэтому всё время наблюдает за ними, но ничего страшного не происходит. Неясно почему, но истинные очень слабы сейчас, и им нужно набираться сил. Спустя время он предлагает всем остальным не мешать им и выйти на улицу. Парни все дружно выходят из бункера, чтобы подышать свежим воздухом. Тем более, снаружи стало намного теплее, чем вчера. Солнце, наконец-то, вышло из-за туч, согревая своим теплом. Детки, только увидев снег, начали бегать и резвиться, играя в снежки прямо рядом с родителями. Настроение у всех очень хорошее, но доля беспокойства всегда с ними. Чимин украдкой смотрит на сына, ощущая некоторое тепло в груди. Они с Намджуном проделали огромную работу, продолжая добиваться результатов. Пак гордится собой, мысль об этом едва ли не пробивает на слёзы. Вдруг на плечах ощущается приятная тяжесть. К нему подходит Хоби, обнимая сзади и сцепляя руки у Пака на талии, а подбородком упираясь в плечо омеги. — Ты большой молодец, — альфа обжигает дыханием, прикрывая глаза и носом ведя по виску. Он тоже заметил, как сильно изменился Чимин. Старший сходит с ума от осознания, что теперь точно всё будет хорошо, поэтому невесомо целует своего парня в щеку. Омега тоже плавится от прикосновений, мягко улыбаясь. — Я думаю, что люблю его, — Чимин резко поворачивается к старшему, смотря прямо в его глаза, — нашего сына. — А я тебя... — шепчет альфа и притягивает младшего к себе за воротник. Он целует так абсолютно нежно и чувственно, причмокивая губами и улыбаясь в поцелуй. Становится действительно очень тепло, это ощущение эйфории распространяется по всему телу. — Эмм, ребят? — Намджун вдруг прерывает их, парни отстраняются друг от друга, переводя на альфу свои удивлённые и непонимающие взгляды. — Либо вы такие милые, что весь снег резко растаял и наступило лето, либо у нас огромные проблемы. — Что? — раздаётся одновременно от Чимина и Хоби. — Зима закончилась. В прямом смысле. Парни, поняв смысл донесенной до них информации, начинают судорожно оглядываться по сторонам. Они удивляются, видя пустую улицу, которая ещё буквально минуту назад была покрыта толстым слоем снега. На улице стало очень жарко, парни расстёгивают верхнюю одежду, буквально парясь в ней. — Что происходит? — испуганно спрашивает Сокджин. — Хотел бы я знать, — Намджун тоже снимает с себя куртку, а после подходит к термометру. Его глаза чуть ли из орбит не выходят, — двадцать пять градусов... Тэхён, услышав это, срочно подбегает к нему. Он смотрит так же шокировано и дышит тяжело. Красная жидкость действительно стоит на двадцати пяти. Омега хмурится, совершенно не понимая, что здесь творится. — Я, конечно, слышал о глобальном потеплении. Однако, вот уж совсем не думал, что оно настанет так быстро, — говорит Ким-младший. Эта шутка весьма удачная, но не в этот момент, когда не смешно совсем. Джи́мин просыпается первым, оглядываясь по сторонам. У него был долгий сон, такой, от которого до сих пор конечности потряхивает, но главное - не это. Он всё вспомнил. Омега точно не знает, как это получается, но во снах к нему приходят воспоминания из прошлого. Парень уверен, что это именно они, потому что каждый раз эти видения связаны. Всё как по единому сценарию: лаборатория, профессор Ким, Юнги на экране большого монитора. Это происходит каждую ночь, а Джи́мин смотрит на всё своими собственными глазами. Раньше ему было страшно, сейчас становится интересно. Единственный минус - это болезненные ощущения при каждом таком видении. Вчера ночью тоже стало так плохо в одну секунду. Омега отдалённо слышал голос Юнги, чувствовал его прикосновения, а потом перед глазами вновь появилось то самое место. Пак-старший медленно вытаскивает карточку из кармана, которую недавно увидел во сне. Точнее сказать, о которой вспомнил. Парень долго рассматривает её, ведь теперь он знает наверняка, зачем она нужна. Карта является ключом от сектора, именно благодаря ей он сюда и вошёл. — Что это? — вдруг слышится сбоку. Пак вздрагивает, оборачиваясь на знакомый голос. Омега чувствует сильный страх, быстро хлопая глазами и то открывая, то закрывая рот. Прямо перед ним сидит Юнги, который смотрит выжидающе, переводя взгляд то на него, то на карточку. — Кажется, я спросил тебя о чём-то, — произносит альфа тихо, но твёрдо. Он не зол, но почему-то взгляд у него строгий, — Мини, что это у тебя в руках? Омега поджимает губы, начиная дышать быстрее. По телу проходятся мурашки, и Джи́мин готовится к худшему, но вдруг страх отступает. Слышится, как открывается люк, а после появляются все остальные парни. Пак-старший переводит на них свой взгляд. — Пиздец, — произносит Чимин, садясь на свою кровать. — Лучше и не скажешь, — поддерживает Намджун. Все ребята, пришедшие с улицы, выглядят такими разбитыми, все до одного. Юнги долго смотрит на них, не понимая, в чём причина. — Что вы увидели? — спрашивает Мин, наконец. — На улице очень жарко, температура поднялась до тридцати, — отвечает Намджун. — Минус тридцать, и это ещё поднялась? — удивляется Юнги. — Хён, речь идёт о плюс тридцати, — вдруг говорит Чимин. Лицо у Мина становится абсолютно нечитаемым. Это похоже на удар по голове чем-то очень тяжёлым, а ты остаёшься в промежуточном состоянии между бодрствованием и отключкой. Фактически зная, что удар был сильным и что глаза скоро закроются, ты ещё остаёшься в сознании. Рвануть должно очень скоро. — Это ненормально, — старший альфа отрицательно мотает головой, отказываясь верить. — Можешь выйти на улицу сам, хён, — отвечает Хоби, пожимая плечами. — Вы так спокойно говорите об этом, — произносит Сокджин, — словно ничего необычного не происходит. — А зачем паниковать? — спрашивает Хосок. — Разве это как-то нам поможет? Тэхён закусывает губу, вздыхая. А они только обрадовались, что жизнь хоть как-то наладилась и они могут ни о чем не волноваться. Наверное, это просто мечты и всё новые загадки не собираются оставлять их в покое. — Что нам делать? — спрашивает Чонгук. Казалось, этот вопрос давно никто не задавал. — Ждать, — кивает Намджун, — как показывает практика, это - самый лучший способ. Юнги забыл о том предмете в руках Джи́мина, потому что были дела поважнее. Пак-старший мысленно выдохнул, потому что не знал, как ответить на вопрос Мина. Память хоть и вернулась, всё же были некоторые вопросы. Кто такой профессор Ким? Что такое этот проект "Микстио"? Почему Джи́мин не был с Мином внутри этого сектора, а наблюдал за ним снаружи? Самый главный вопрос был в том, почему Джи́мин вообще забыл обо всём этом?