Падший ангел

Прошло 7 месяцев первого года на в Тренировочном центре. Первый учебный год близился к концу. Неокропленные перешли к боевым симуляциям. Этот тренажер воссоздавал различные сценарии боя против разных врагов, от Священной Дичи, уманов и Дурной Крови до бронетанковых войск расы кугатов[?]. Для этого на станции был выстроен гигантский зал, под которым находились резервуары с нанитами – нанороботами, которые были запрограммированы принимать формы различных обьектов, повторяя их внешний вид, текстуру и консистенцию. Они могли в точности повторить любой ландшафт, строения, живых существ, технику и оружие. Программа, отвечающая за функционирования симуляций, могла воспроизводить даже подобие взрывов разной мощности по средствам создания поля искусственной гравитации и нагнетания давления в нем. Разумеется, сила такого "взрыва" только сбивала с ног, даже если по сценарию это был взрыв, способный испарить танк. Также она могла воспроизводить разрушения от различных боеприпасов. Неокропленным выдавали тренировочные модели оружия, в точности, повторяющие их работу, но не несущие в себе настоящих боеприпасов. Группа Неокропленных перед тренировкой надевала ИБК-21, индивидуальные боевые костюмы 21 модели. Они выглядели внешне как черная маска Охотника. Когда боец надевал ее, костюм покрывал его с головы до ног черной фрактальной броней, состоящей из жидкого метала, который быстро застывал. Броня имела свойство поглощать энергию от ударов и попаданий, защищая владельца от почти любых твердых снарядов, кроме самых крупнокалиберных, плазменного и лазерного оружия, а также позволяла пережить взрыв средней мощности, сохранив боесобность. Костюм был оснащен некоторым количеством медицинских препаратов, которые по мысленной команде либо автоматически вводились в кровь при ранении. Также он обладал функцией оптического камуфляжа, делая носителя невидимым невооруженным взглядом. Единственным минусом, по мнению Курта, было то, что надевать его надо было на голое тело, чтобы костюм синхронизировался с нервной системой хозяина. Сегодня была симуляция боя против армейского подразделения российской армии численностью 100 человек. Группа Курта из 20 бойцов штурмового отряда и 5 бойцов воздушного прикрытия должна была взять штурмом сеть подземных бункеров. Расположившись в "лесу" вокруг "базы", где засел "противник", они сначала проводили разведку. – Штык, приступай к развертыванию Паука, – приказал Курт. Пауком называли комплекс полуавтоматических разведывательных роботов, размером с насекомое. Их запускали в расположение противника для разведки обьектов с эшелонированной обороной. В него входили 50 роботов и блок управления, который выдавался группе из двух бойцов. Один проводил разведку, пока второй прикрывал его. – Докладываю, – через десять минут сказал по связи Штык, – в бункере № 1 находиться 23 умана, 2 в караульной на входе, еще 2 на посту в коридоре за ними, 12 в казарме, 1 в оружейной, 4 в штабе и 2 на кухне. В бункере № 2 находиться 18 уманов, 2 на входе, 4 на посту возле склада, 6 в казарме, остальные рассредоточены в помещениях вокруг склада. Постоянно перемещаются. В бункере № 3 находится 20 уманов, все они на постах вокруг 2 складов. Также в ангаре рядом с бункером № 2 стоят 2 легкие бронированные машины с артиллерийскими орудиями и два танка. Остальных было видно с наблюдательной позиции Курта. Они сейчас строились на плацу, а также часть из них находились в ангаре с техникой, на вышках по периметру базы и на КПП. – Две гранаты в них и начинаем. Пятеро со мной, зачищаем бункер № 1, пятеро с Кинжалом во второй бункер, еще пятеро с Циклоном – в третий. Остальным приказываю занять периметр объекта, – сказал он. Двое Неокропленных, взяв в руки тренировочные гранатометы, дали залп по плацу. Реактивные гранаты боевых образцов были оснащены пустотными боеголовками, работающими, как вакуумная бомба. Голограммы даже не успели среагировать, когда компьютерная программа тренировочной площадки № 3 затянула их в две воронки, превратив в два комка спрессованной плоти. Двое снайперов быстро сняли часовых на вышках. Из-за будки КПП на входе, обложенной мешками с песком, заговорил пулемет. Курт, лежавший на земле перед ним, скрытый маскировкой, бросил туда зажигательную гранату. Через 3,5 секунды оттуда вывалились два солдата, хватающиеся за лица, в которых медленно проделывали отверстия куски горящего белого фосфора. Прежде, чем по ним успели открыть огонь, они рухнули на землю, а из их ушей потекли кипящие мозги. Караульные помещения на входах в бункеры представляли собой бетонные доты. Гарнизон встретил нападающих шквальным пулеметным огнем, но броне яутжа это было не страшно. Двое Неокропленных из группы поддержки взобрались на крышу ангара, в котором в срочном порядке заводили технику, и разместили там заряды взрывчатки. Четверо солдат уманов, которые отстреливались из него, через несколько секунд оказались погребенными вместе с техникой под рухнувшими перекрытиями. Зачистив территорию на поверхности, Курт скомандовал: – Бронебойной в доты. Три ракеты, окутанные оболочкой из перегретого до состояния плазмы газа, прожгли в толстом бетоне аккуратные отверстия, доставив термобарические заряды внутрь. Двери дотов вышибло изнутри бешеным давлением, размазавшим противников внутри по стенам. Когда путь внутрь был свободен, Неокропленные принялись методично зачищать бункеры. Они действовали слаженно, используя отработанную ранее тактику. Сначала в коридор летела граната, затем два бойца давали туда очередь, после чего заходила вся остальная группа. При этом один из ее членов оставался на месте и прикрывал остальных, пока коридор не был полностью зачищен. Стрелковое оружие людей не могло пробить броню науду, те немногочисленные пули, что достигали своих целей, просто рикошетили от них. В группе Курта, правда, возникла небольшая заминка, когда идущего впереди Штыка сбила с ног взрывная волна гранаты. Лимонка, конечно, пробить броню не смогла, но она дала время обороняющимся перегруппироваться. Зачистка объекта заняла 10,5 минут. Когда Курт со своей группой поднимались наверх, отряд прикрытия вышел на связь. – Шторм-1, Шторм-1, – услышал он свой позывной, – я Змея-3, к нам приближаются четыре птички противника. – Тип? – спросил Курт. – Похоже бомбардировщики. Входят в зону поражения нашего ПВО. ПВО отряда было представлено в виде пяти одноразовых ракетных установок «Метеор», стреляющих самонаводящимися боеприпасами класса земля-воздух. При полете они выпускали вокруг себя облако мономолекулярных волокон, разрезающее любые снаряды ПВО, выпущенные целью, а так же ее программа наведения запоминала температуру цели, позволяя ей не реагировать на тепловые ловушки. Перекрывала эта установка высоты от 1 до 40 км. Также имелись четыре портативные установки «Гром», позволяющие бороться с объектами на больших высотах, а также осуществлять прикрытие на сверхмалых дистанциях. Тренировочные снаряды при попадании в цель просто выпускали облако красного дыма. – В укрытие, – скомандовал всем Курт. Команда воздушного прикрытия, взяв на прицел самолеты, дала залп. Три машины, задымившись, полетели вниз, но один из стрелков промахнулся, нажав на спуск слишком рано, прежде чем ракета успела поймать в прицел цель. Прежде, чем в последний самолет успели вновь выстрелить, он выпустил 8 ракет и развернулся обратно. Когда они уже были на подлете к базе, ракеты одна за другой начали взрываться в воздухе. Пятый боец успел выпустить из «Грома» ракету «Щит Кетану». Она через 2 секунды после вылета выпустила из себя облако мономолекулярных нитей, разрезавших на куски вражеские боеприпасы. В хвост улетающему самолету все же успели попасть их «Метеора», и он, войдя в крутое пике, рухнул на землю. – Отходим, – приказал Курт. Наблюдавший с командного мостика за ними Наставник Зной вспоминал разговор с Куртом четырехмесячной давности. – Скажи, как ты придумал такой метод обучения? – спросил Зной, садясь на диван в своем кабинете. – Надавить на болевую точку? Я видел, как в одной дикой стране на Земле подростков обучали стрелять. Если кто-то из них не попадал с трех раз – его били палкой по спине. – А ты много воевал на своей планете? – Да, я воевал с 12 лет. – А если тебе снова придется воевать с людьми, но уже на нашей стороне? – спросил Зной. – Я буду делать это так же, как раньше, – спокойно ответил Курт. – И нет ничего, перед, чем ты остановишься? – Нет, вплоть до полного их истребления. К тому моменту, как эта война станет возможной, все мои родственники будут мертвы, а значит, с человечеством меня ничто больше не будет связывать. – Почему? – спросил Зной. – Я хочу мести. Человечество предало меня, – слегка повысив голос на последних словах, ответил Курт. – Понятно, – задумчиво сказал Зной. После тренировки Зной снова вызвал Курта к себе. – Как ты оцениваешь качество симуляции? – спросил он. – Существенных замечаний не имею, – отчеканил вытянувшийся по стойке смирно парень. – А подробнее? – продолжил Зной. – Солдатам уманов не выдают по 10 гранат каждому, – сказал Курт. – Как продвигаются ваши тренировки со Штыком? – спросил Зной. – Он уже почти вписывается в нормативы, – ответил Курт. *** Поскольку первый год учебы близился к концу, приближалось время Финальных годовых испытаний. Курт сравнивал это со сдачей нормативов по физкультуре в школе. Всего их было четыре: кулачный бой, фехтование, стрельба и боевая симуляция. Курт, по понятным причинам, сдавал только последние три. Испытания проходили в конце 8 месяца. Тех, кто показывал неудовлетворительные результаты, не отчисляли. Для того чтобы после тренировочного центра быть допущенным до отбора в Кланы требовалось набрать как минимум 50 балов. За каждые из 5 Испытаний можно было получить до 20 балов. Те, кто 50 балов не набирал, не могли рассчитывать на военную карьеру, отправляясь работать в гражданский сектор экономики. *** – Ты как, не в обиде на меня? – спросил с соседней койки в лазарете Тайфун, сын Шторма. Во время последней части Испытаний, фехтования, они с Куртом сошлись в поединке. Курт ударом копья переломал ему все пальцы на правой ноге и вывихнул правую кисть, а Тайфун отправил его в нокаут, выбив 11 зубов и сломав челюсть. Сейчас оба лежали в палате после оказания медицинской помощи. Челюсти Курта с пересаженными зубами были плотно зафиксированы до полного сращивания раздробленных ударом костей, что должно было занять два дня. Он сильно удивился, когда увидел на столике врача баночку, в которой в растворе плавали человеческие зубы, но Базальт успокоил его, сказав, что они были выращены из его генетического материала, отобранного при имплантации голосового имплантата-переводчика. Собрав по кусочкам раздробленную кость челюсти, Базальт ввел в нее синий регенерирующий гель, зафиксировал ее в правильном положении и ввел Курту в желудок специальную трубочку, чтобы он мог эти два дня есть. – Эжи-жижно эт, – ответил Курт, глядя в потолок. – Прости, я не нарочно это спросил, – виновато сказал Тайфун, понимая всю неуместность расспросов в данный момент. За первый год Курт Вагнер получил 14 балов, что считалось очень высоким показателем среди Неокропленных.