Научи меня, папочка.

Чёрная, белая, чёрная, белая, чёрная, белая, чёрная… Как меняющиеся полосы жизни, как дерзкий принт на тёплом пледе, что окутывал хрупкое тельце, согревая в своих объятиях. Существование Даниэллы буквально раздвоилось. День - скромная девушка, вечно покрытая алым румянцем и тысячами мелких мурашек, что каждый раз, появляясь на теле, заставляли тонкие ручки трястись от смущения. Ночь - и все рамки приличия слетали вместе с одеждой под страстным напором мужских рук, что своими прикосновениями вышибали все правила. И Даниэлла втягивалась в новый ход событий с каждым днём все больше и больше. Утро начиналось с умиротворённого лица, что мило посапывало на соседней подушке, изредка легкими движениями скидывая короткие пряди темных волос со лба. А потом он готовил для неё самые обычные завтраки, что в глазах девушки были шедеврами кулинарного искусства. И она благодарила его легкими поцелуями, отчего парень готов был сойти с ума, хотя, казалось, он уже потратил всю свою уравновешенность, когда раздевал глазами хрупкое тельце. Милые нежности плавно переходили в усердные репетиции, которыми Даниэлла занималась на студии, где целыми днями проводили время ребята. Она могла часами напролёт сидеть в небольшом, выделенном только для неё одной, помещении, наигрывая плавную музыку на потрепанном инструменте. И уставшая, но счастливая отправлялась после трудного дня на небольшие прогулки с ребятами, что проходили либо в небольшом кафе где-нибудь на узкой улочке, пахнущей лавандой, либо на любимом всей компанией побережье, что каждый раз тепло принимало ребят хорошей погодой и лёгким морским ветерком. И уже неделю Даниэлла возвращалась домой в объятиях Дамиано, что крепко удерживал ее маленькую ладошку, делал самые милые комплименты, заставляя щеки заливаться краской, а после настойчиво скидывал с хрупкого тела всю лишнюю одежду, проводя очередную ночь в несгораемой страсти. Наполняя новыми навыками и пламенем разливающегося пожара.

***

- Ты уверена, что тебе стоит ехать? - послышался голос из-за обнаженной спины. Дамиано, вальяжно раскинувшись в кожаном кресле цвета вишни, медленно скользил взглядом по девичьему телу, будто впитывая каждое ее лёгкое движение, запоминая каждый тихий вдох, что вырывался наружу из приоткрытых губ, напевающих незамысловатую мелодию. - Я уже больше недели хожу в твоей одежде, - спокойно ответила Даниэлла, разворачиваясь к самодовольному лицу фронтмена. - Без неё было бы лучше… - задумчиво протянул парень, отчего девушка показательно закатила голубые глаза, вновь возвращаясь к открытому шкафу. Тёмные футболки с самыми обычными принтами придавали Дане легкость, будто свободная ткань позволяла ей чувствовать себя более комфортно в движениях, ведь вся одежда была на пару размеров больше ее стройного тела. И хотя Дамиано нравилось видеть свою возлюбленную в своих вещах, он все же тайно ждал, когда его взгляд пройдётся по облаченным в облегающую ткань изгибам, что уже больше недели скрывались от его глаз. - … хотя бы пиджак, чтобы… - продолжала говорить девушка, чьи слова совершенно не воспринимались заплывшим мыслями мозгом фронтмена, - эй, ты тут? - Да, - резко сказал парень, лениво поднимаясь с мягкого кресла, - пиджак - это хорошо… особенно, когда под ним ничего нет. Даниэлла в очередной раз фыркнула на слова возлюбленного, что хитро улыбался, игриво приближаясь к ней, и внезапно вздрогнула, покрываясь мурашками, когда мужские руки мягко легли на талию, едва заметно проводя пальцами по выпирающим рёбрам. - И все же я переживаю, что ты поедешь туда… - нервно произнёс фронтмен, всматриваясь в голубые глаза, что наблюдали за ним через отражение. - может, я хотя бы подожду тебя внизу?.. - Нет, у тебя репетиция! - строго ответила Даниэлла, разворачиваясь лицом к парню, - тем более сегодня пятница, дома никого не будет. - Прям никого?.. - хитро протянул Дамиано, - тогда я точно должен тебя от… И девушка не дала договорить очередную попытку соблазнить ее, мягко вырываясь из тёплых объятий, что оставили розовые следы смущения на коже, и направилась в сторону выхода из квартиры, по дороге цепляя взглядом выкуренную впервые за неделю сигарету, что осуждающе смотрела на неё из-за небольшой вазочки на интерьерном столике. - Ты пиши, если что, ладно? - осторожно произнёс Дамиано, прикладывая голову к холодному дверному проему. - Я всего лишь еду за вещами, - успокаивающе сказала Дана, устремляя свой удивлённый лишним переживаниям взгляд на парня, - что может произойти? - Не знаю… - тихо протянул парень, оставляя невесомый поцелуй на мягких губах. И Даниэлла нежно улыбнулась, одним своим лёгким прикосновением к мужской щеке выбивая из чужого организма всю панику, что по невидимым нитям медленно проникла в каждую клеточку ее тела.

***

Узкие улочки Рима покрылись давящей на мозг пасмурностью, заставляя людей как можно быстрее расходиться по своим домам. Пышные ветки декоративных растений плавно колыхались на легком ветру, что прозрачными волнами гулял по городу, нагоняя на него непривычную тоску. И Даниэлла нехотя двигалась в сторону дома, что уже выглядывал из-за старинной архитектуры, смотрясь устрашающе под навесом мрачной погоды, нагоняющей неприятные ощущения на девушку. Словно чёрная полоса пасмурными тучами медленно надвигалась на неё , заставляя тонкие ручки еле заметно трястись от внутренних переживаний. Просторная квартира встретила Даниэллу холодной пустотой, что изредка заполнялась неприятными воспоминаниями о последнем вечере, проведённым дома. Фотографии юной скрипачки так и висели на бежевых стенах, будто никто из членов семьи не мог позволить себе окончательно забыть про существование голубоглазой, хотя она уже уверилась в обратном, не получив ни одного сообщения от своих родственников. Пройдя на кухню, девушка невесомо провела тонким пальчиком по металлическому ободку стула, медленно переходя на начисто вымытый стол, обводя взглядом каждую родную для неё трещинку. И Даниэлла отрывисто выдохнула, чувствуя, что сердце так и не закололо от ощущения нахождения в родном доме, где она росла и воспитывалась, ведь ровно также неожиданно, как и приехав в эту квартиру, будучи маленьким ребёнком, она уехала, будучи взрослой девушкой, сбегая от загоняющих ее в угол проблем. Огорчённо вздохнув, Дана вышла из небольшого помещения, и взгляд бездонных глаз неожиданно приковался к полупрозрачной двери, что скрывала за собой небольшую веранду, заставленную дизайнерскими горшками. То самое место… Где он в очередной раз предложил ей ядовитую сигарету, прекрасно зная, что ее правильная голова никогда не позволит себе принять узкую трубочку, но желая будто поиздеваться над ней. Где он искренне, вываливая всю вину наружу, извинился перед ней за неосознанно сказанные обидные слова. Где он невзначай предложил нарушить правила, даже не догадываясь, что в шутку сказанная фраза бесповоротно изменит невинную девушку. Где он положил свою руку на девичье плечо, плавно, будто боясь спугнуть, приближаясь к залитому алой краской лицу, что, смущаясь, случайно отвернулось в сторону, прерывая тем самым начатые действия. Где ее сердце впервые почувствовало незаметную никому связь с фронтменом. И как тогда ее прервали, так и сейчас воспоминания в голове разогнались громкой трелью звонка, раздающегося на всю квартиру и оживляющего спящую от пасмурности мебель. Даниэлла вздрогнула, кидая взгляд на висящие на стене часы, дабы убедиться в том, что до возвращения родителей оставалось ещё довольно таки долго, и направилась к двери, надеясь на то, что в глазке покажется смешная рожица ее возлюбленного, что решит сделать ей сюрприз, все-таки приехав в пустую квартиру. Девушка подошла к массивной двери, что одним своим видом пугала, приподнялась на носочках и опешила, увидев того, кого она точно не ожидала встретить в ближайшее время. - Что ты здесь делаешь?! - воскликнула голубоглазая, распахивая входную дверь. - И теперь привет, Эллочка, - весело протянул парень, ухватывая тонкое девичье запястье, - я тоже скучал! Как всегда самодовольно улыбающийся Пауло, что без предупреждения вернулся из неизвестной для Даниэллы поездки, резко подлетел к своей старой знакомой, подхватывая ее невесомое тело в воздух и мягко касаясь губами девичьей щеки, на что она недовольно фыркнула, резко отстраняясь от чужого тела. - Оу, тебя теперь даже обнять нельзя? - обиженно спросил парень, смотря в бездонные глаза девушки. Даниэлла промолчала, смущенно опустив взгляд на брендовую обувь друга, что он быстро скинул на коврик, и, ухмыльнувшись реакции голубоглазой, прошёл в основное помещение квартиры. А Дами тогда аккуратно поставил… - промелькнула мысль в голове шатенки. - Даже не спросишь, почему я тогда уехал? - с издевкой в голосе продолжил Пауло, падая на мягкий диван. - Я и так понимаю… - тихо протянула девушка, хмуря маленький носик. - И ты даже не написала мне… - наигранно надувая губы, ответил светловолосый. Даниэлла раздраженно выдохнула, прикрывая веер чёрных ресниц, и развернулась, дабы быстрее собрать все необходимые ей вещи и, наконец, оторваться от ненужных ей разговоров. - Не сделаешь мне кофе? - не умолкал парень, все больше и больше выводя из себя спокойную Дану. - или ты теперь пьёшь только пиво? - Что? - непонимающе спросила девушка, резко вскидывая голову. Пауло обреченно пожал плечами, поднимая своё тело с мягкой поверхности и скользя хитрым взглядом по девичьему телу, что напряжённо стояло в дверном проеме, то и дело норовясь вздрогнуть от дискомфорта. - Я видел тебя на сцене, - спокойно начал он, приближаясь к девушке, - ты была совершенно не такой, какой я привык видеть тебя… - Почаще уезжай без предупреждения. - коротко бросила Даниэлла, показательно уходя на маленькую кухню. Сердце бешено билось из-за неприятных ощущений при нахождении рядом ставшего ей совершенно чужим человека. И хотя они были самыми близкими друзьями с раннего детства, Даниэлла никогда не ощущала его тем парнем, объятия которого могли бы закрыть ее от всего мира. Ведь он просто хотел ее тело, подтверждая свои же собственные слова, сказанные на лестничной клетке, пожирающими взглядами и попытками прикоснуться к девичьей коже. Впрочем, как и Дамиано когда-то бесстыдно разглядывал изгибы тела, представляя в голове самые страстные картины, отчего каждая клеточка горела неистовым пламенем, опьяняя мозг болью внизу живота. - Я бы предупредил, но тебе было не до меня, - немного злобно ответил Пауло, - а у меня болело лицо… сама знаешь, почему. - Ты сам виноват в этом, - строго проговорила девушка, наполняя небольшую чашку свежим кофе. - Не отрицаю, - махнул рукой парень, - хотя плохим нужно считать кое-кого ещё, но ты злишься только на меня. Запах крепкого напитка разлетелся по всему помещению, наполняя каждую молекулу своим терпким вкусом, и девушка блаженно прикрыла глаза, неожиданно вспоминая утренние объятия с Дамиано, пока свежеприготовленный кофе стыл на столешнице, что больно впивалась в женские ягодицы. - … как твой отец вообще позволил тебе выйти так на сцену?.. - проговорил что-то Пауло, вырывая Дану из приятных мыслей. - Никак. - коротко ответила девушка, протягивая кружку, - я сама вышла. - Я так понимаю, что ты приехала за вещами, да? - двинулся вслед за голубоглазой. - Почему ты так решил? - непонимающе спросила Дана, открывая набитый одеждой шкаф. - Я приходил вчера, - спокойно ответил Пауло, - Марко сказал, что ты здесь больше не живешь. - Да, это так, - нехотя продолжать подобный диалог, практически фыркнула Даниэлла, складывая одежду в небольшую сумку. Светловолосый незаметно напрягся, устремляя свой ядовитый взгляд на девичье тело, что плавно двигалось, продолжая собирать вещи. И темно-серая футболка, непривычно висящая на острых плечах, изредка приподнималась, открывая вид на стройные бедра, прикрытые незнакомыми Пауло шортиками, что притягивали мужской взгляд, заставляя ураган внутри бушевать сильнее. - И где же ты живешь? - поинтересовался парень, рассматривая миловидное личико, что резко поменяло выражение, испугавшись услышанного вопроса. - У Алессии… - быстро выкрутилась Дана. - А Алессию случайно не Дамиано зовут?.. - раздраженно бросил светловолосый. И Даниэлла замерла, прокручивая в голове сказанную Пауло фразу, что, словно быстродействующий яд, отрезвила голову девушки, заставляя руки задрожать от ноток злости в мужском голосе. - Нет, с чего ты взял? - испуганно спросила Дана. - С вашего взаимодействия на сцене, - пожимая плечами, ответил парень. - Он пел, я играла… - тихо проговорила голубоглазая, боясь сказать лишнего. - Он соблазнял, ты возбуждала… - передразнил Пауло, - я и до этого видел ваши взгляды друг на друга, никогда не поверю, что не прав в своих догадках. Девушка нервно закусила внутреннюю сторону щеки, стараясь сохранить самообладание перед хитрым другом, что всеми способами старался то ли задеть невинную особу, то ли вывести ее из себя по непонятной причине. - Даже если это и так, тебе то что? - смело, но рискованно, слишком опасно. Стоящий возле окна парень вмиг развернулся, кидая злобный взгляд на встревоженную девушку, что всем своим видом старалась показать абсолютное равнодушие, хотя в бездонных радужках голубых глаз уже давно плавал испуг, перемешиваясь с искрами недопонимания чрезмерной заинтересованности друга в ее личной жизни. - А с того, что я три года подряд доказывал тебе свою любовь, а тут появился этот смазливый паренек, и все, правильная девочка поплыла по нитям красных колготок, да? - вывалил неприятный груз на девушку. И самообладание треснуло, задевая болезненными ощущениями внутреннее спокойствие Даниэллы, а маленькие ладошки вмиг сложились в кулаки до хруста костей, что неприятно ударило в взбешённый мозг. Этот смазливый паренёк сделал ее жизнь яркой, как радужки его янтарных глаз. - Если мы с ним встречаемся, это значит, что он смог добиться моего расположения правильным подходом, а не как ты! - воскликнула голубоглазая, взмахивая указательным пальцем. - и вместо того, чтобы всегда поддакивать мне, он учил новому , чего не могу сказать про тебя. Злость выкипала из хрупкого тела, заставляя воздух содрогаться от резких слов, что бесконечным потоком лились из нежных девичьих уст, перемешиваясь с редкими раскатами грома за окном. - И ты, конечно, благодарила его… - спокойно сказал Пауло, - … сексом. - Да! - неожиданно выкрикнула девушка, тут же замолкая от осознания не услышанного в порыве злости последнего слова. - Как же вовремя я нажал на диктофон… Ядовитая ухмылка, расползающаяся на мужском лице, словно опасная змея, больно кольнула бешено бьющееся девичье сердце, вынуждая глаза наполниться горькими слезами от недопонимания проделанных действий друга . - Зачем?.. - тихо спросила девушка спустя несколько секунд глухого молчания. Пауло медленно провёл пожирающим взглядом по женскому телу, что дико тряслось от страха предвкушения опасности, и маленькими шагами приблизился к миловидному личику, что нахмурилось, застыв в испуге. - Многим будет интересно узнать, каким именно образом ты попала на сцену с этой группой… - ухмыляясь, протянул он, - заодно увидят совершенно другую сторону Дамиано… такую затаскивающую юных девочек в свою постель ради помощи в карьере. Словно электрический ток прошёлся по организму вместе с любимым всем сердцем именем, заставляя каждую клеточку тела задрожать в немыслимом испуге, а сердце бешено забить по вздымающейся от глубоких вздохов грудной клетки. И она готова была провалиться на месте, лишь бы его никто не трогал, не трогал человека, который подарил ей полную свободу, который дал ей возможность ощутить новое, который добивался ее, причиняя себе боль и своим близким друзьям. Который отдал ей часть своего сердца и души, крепко переплетая нити любви между собой. - Но, я думаю, запись можно будет удалить… - задумчиво протянул парень, проводя ладонью по оголенному от резких движений плечу девушки. - Что ты хочешь? - резко бросила Дана. - Ты и так понимаешь…, - вновь передразнил Пауло. Она все прекрасно понимает, ведь он научил ее по одному только взгляду, прикосновению, вздоху читать других, как открытую книгу. - Я не стану! - воскликнула Даниэлла, скидывая чужую руку со своего лица. Парень заметно напрягся, закусывая нижнюю губу и проводя взглядом по девичьему тельцу, что стояло в считанных сантиметрах от мужчины, вжимаясь в твёрдую поверхность шкафа. - Не ставь под угрозу карьеру своего Дамиано…- медленно выдохнул светловолосый в приоткрытые губы девушки.

Ставь под угрозу любовь.