Тишина

Сгустившаяся вокруг серость почти ласково обняла Брока, укутала какой-то ватной тишиной. Продвигаться вперед стало в разы сложнее, словно приходилось идти по колено в вязком иле, хотя зрительно никаких помех на пути не наблюдалось. Спустившись на второй этаж, Брок хотел было пройти мимо, но остановился. Нога в мягком тапочке все так же торчала из-за двери миссис Серосски, второе тело лежало чуть поодаль. Но так же не было сдвинуто ни на дюйм. — Вы ожидали чего-то другого, мистер Рамлоу? — поинтересовалась тишина уже поднадоевшим голосом психиатра. — Я ожидал, что трупы восстанут и пойдут по земле грешной, сокрушая живых, — пробубнил в маску Брок. — Вы же знаете, что по таким вот фантазиям нередко ставятся очень точные диагнозы? — не унимался док. — Неужто мне так одиноко, а? — буркнул Брок и почесал вспотевший под резиной подбородок. Начать он решил не с тел, уж они-то вряд ли куда теперь торопятся, так что могут и подождать часок-другой. Если бы еще и не воняло, то Брок вообще, возможно, не стал бы тревожить их покой. Первой его целью стала та самая аптека, где мистер МакКиннон закупался для себя и своей супруги. Дальше по улице был спортивный магазин, где можно было бы поискать баллоны для аквалангистов вместе с адресом, где их заполняют кислородом, а там, по результатам, он решит куда двигаться дальше. На первом этаже трупов было куда больше. Брок не останавливался, не разглядывал умерших, не старался увидеть их лица, понять, знает ли он хоть кого-то. Лишь молча перешагивал, обходил, стремясь как можно быстрее оказаться на улице. Хотя надежды, что там будет лучше, не было. Дверь поддалась не сразу. Броку даже показалось, что ее кто-то держал с той стороны, не давая ему выйти. Пришлось подналечь, толкнуть плечом как следует. И только оказавшись на улице, Брок понял, что тел там нисколько не меньше. — Блядство, — выругался он. Чего это люди поперлись в туман, осознать никак не получалось. Ладно Лаки, он с самого детства, скорее всего, был альтернативно одаренным, но вот все эти люди? Чего им не сиделось по домам? Для чего выперлись? Что пытались высмотреть? Хотя и в квартирах наверняка было полно мертвецов, навсегда заснувших в своих постелях, замерших в ванне с давно остывшей водой, словно уснувших за столом с чашкой кофе в руке. Тряхнув головой, Брок перешагнул через первое тело. Его путь лежал намного дальше по улице, к закрытой аптеке. Все же началось это безобразие еще глубокой ночью, а график, насколько Брок помнил, у нее был не круглосуточным. Но тут его должен был выручить небольшой ломик, специально для такого прихваченный с собой. — Мы в город Изумрудный идем дорогой трудной, — бубнил себе под нос Брок, медленно продвигаясь прямо по проезжей части. — Идем дорогой трудной, дорогой непрямой. Именно эта детская песенка из старого, еще черно-белого фильма как нельзя лучше описывала ситуацию вокруг. Брок до конца не осознавал, выходя на улицу, что там будет столько тел, или ему казалось, что вся пешеходная часть завалена трупами. И только по проезжей части можно было передвигаться без неожиданной возможности на кого-нибудь наступить. Благодаря герметичной маске трупная вонь не ощущалась, но все равно, Брок был уверен на все сто, что, вернувшись обратно, нырнет в ванну с холодной водой, чтобы смыть липкую пленку чего-то мерзкого, оседающего на кожу и одежду. И если последнюю он хотел сразу же выкинуть, то с кожным покровом такого провернуть не получится. Брок, конечно, тот еще удав, но сбрасывать старую шкуру не умел даже чисто в психологическом плане. Серость вокруг угнетала. Было настолько сумрачно, что пришлось доставать фонарик и подсвечивать себе дорогу, а то Брок рисковал расшибиться об откуда-то взявшийся на асфальте мусор, брошенные велосипеды и отчего-то вывороченные решетки ливневок, скрученные невообразимым образом и раскиданные где придется. — Микеланджело и Донателло не понравились новые условия? — пробурчал Брок и посветил на столб с указателями, чтобы обнаружить, что прошел мимо аптеки на три дома и не заметил этого. Пришлось возвращаться. Гулкая тишина скрадывала звуки, а те, что проникали сквозь нее, казались какими-то далекими, нереалистичными, словно кто-то на полную громкость в коллекторе врубил на телевизоре какой-то боевик, пугая окрестности грохотом и утробным урчанием. Но обращать внимание на шумы Брок не торопился, слишком странными они были, непохожими на те, что он привык слышать, что здесь, в мирном городе, что во время военных операций. Так что, вполне вероятно, это и был телевизор или планшет одного из выживших, подключенный к генератору. Ведь тоже неплохой способ разбить тишину. Не у всех же есть граммофоны с коллекцией пластинок. Дойдя до аптеки, Брок сбился с шагу. Он помнил, что проходил здесь, помнил этот дом, не глянул тогда на вывеску почему-то, но дом все равно помнил, как и то, что у стеклянной двери лежал человек. Брок тогда его заметил, потому что рядом как раз располагалась приличная по размеру ливневка, отчего-то лишенная решетки. А сейчас тела там не было. — Если вам кажется, что за вами следят… — впервые о чем-то не о том заговорил док, и Брок поспешил от него отмахнуться, подозревая, что и окончание фразы скорее придется не в тему. Хрен с ним, с телом. Брок вполне мог перепутать и дверь, и улицу, и вообще что угодно. В этом сером густом киселе разобрать нормально хоть что-то не представлялось возможным. Взламывать дверь было слишком долго. Потому Брок, хорошенько размахнувшись, просто ударил ломиком по стеклу один раз, второй, третий, пока оно не осыпалось под ноги мелким крошевом, пропуская в сумрачное аптечное нутро. Вот тут свет действительно пригодился. Сгребать все подряд Брок не спешил, все же это было не очень хорошо по отношению к тем, кто жил в зданиях рядом и никак не решался спуститься вниз за необходимым или не мог найти для этого возможность. Его не интересовали, например, препараты для диабетиков и прочие узкоспециализированные лекарства, сам он ничем таким не болел и его ребята тоже, так что запасать впрок не видел смысла. Вот для желудка, немного упаковок для мистера МакКиннона с его давлением, хорошее рецептурное обезболивающее, да и все на этом. Особой строкой в его списке шли те самые баллоны с кислородом, небольшие, но очень удобные для повседневного использования. И тут Брока ждал самый настоящий сюрприз. То ли в аптечный пункт только-только завезли просто огромную партию этих самых баллонов, то ли кто-то свыше все-таки услышал его просьбы о хоть какой-то помощи и не остался безучастным. Тридцать восемь металлических цилиндров с жизнью прямо-таки радовали глаз и намекали на то, что теперь он спокойно сможет добраться до своих ребят и вернуться без проблем к вечеру обратно. — Приятель, да тебе везет сегодня! — глухо из-за маски на лице воскликнул Брок, радуясь такой невообразимой удаче. Вот только тишина не разделила его веселья и саркастично добавила голосом дока: — Ага, как утопленнику. К чему все это, Брок разбираться не стал. Ну расшалилось у него сознание, чего дергаться? Тем более дел еще до жопы. В рюкзак влезло всего три баллона, это если учитывать, что один там и так уже был. Еще по четыре, чтобы взять в каждую руку, он сумел связать найденным в подсобке шнуром. Всего получалось одиннадцать — и это значило, что сходить сюда ему придется еще не единожды. Плёвая задача, вот только тела на улице все-таки нервировали даже его очерствевшую за время военной службы душу. Интересно, кстати, почему до сих пор городские улицы не заполонили тучи мух. Трупный запах же для них как для некоторых дамочек всякие там шанели с номерами. Но ни гудения, ни самих насекомых заметить Брок не смог. Возможно, он не слышал из-за плотности тумана, да и не видел по той же причине? Пообещав себе, когда пойдет обратно в сторону аптеки, обязательно рассмотреть какое-нибудь тело повнимательнее, Брок поскакал к дому. Около подъезда ситуация с пропавшим телом повторилась, но тут Брок мог что угодно заложить, что мужик в черной куртке тут был, и именно он так навалился на дверь, что выйти из нее получилось не сразу. Брок нахмурился и медленно вошел в подъезд, в пару прыжков, не больше, оказавшись наверху, вне серого марева тумана. Еще и развернуться успел, выставив перед собой лом, а висел-то он до этого за спиной. — К бою готов, — ехидно прокомментировала тишина. Но Броку было как-то не до того. Если с трупом у аптеки он еще мог легко отмахнуться и сказать — перепутал, то вот это тело точно кто-то убрал. Нет, даже не так. Его кто-то унес! Но кому может понадобиться труп? Новый вопрос заставил сглотнуть. Брок медленно опустил ломик, непослушными пальцами завернул вентиль подачи кислорода и стянул с лица маску. На улицах творилось что-то неладное. Непонятное. Неопознанное. Не мог Брок сам себе объяснить, кому нужны изрядно подпорченные тела. Если это кто-то, как и он, решивший свалить тела в одном месте, чтобы не воняли, то почему начал это делать так фрагментарно, словно выборочно? Если тела понадобились кому-то для исследования, например, проверить, как газ влияет на ту или иную комплекцию, пол, возраст, то как их собирали? Не на руках же уносили. Да и других живых на улицах Брок что-то не видел, даже следов присутствия не было заметно. Ни одна витрина не разбита. А звук двигателя в такой тишине всяко донёсся бы и до Брока. Не мог туман настолько все скрыть. Вывод напрашивался сам собой. Только озвучивать его Брок боялся даже для себя. Док почему-то в этот раз остался безмолвен. Может, и он пребывал в легком шоке от происходящего. Что ни говори, Брок с частью задачи все-таки справился — донес одиннадцать баллонов с кислородом до дома. Оставшиеся двадцать семь сейчас не казались такими уж необходимыми. — Бояться — это нормально, — напомнил себе Брок, аккуратно опуская на пол те восемь баллонов, что из-за испуга нёс аж в одной руке, совершенно не чувствуя веса, зато во второй очень уместно расположился ломик. Рядом с ними Брок поставил и рюкзак с еще четырьмя. Все-таки можно было себя похвалить, но раскланиваться было пока рано. Как бы то ни было, те трупы, что лежали внизу, убрать куда-то все же стоило, и по возможности как-то запереть входную дверь. Кто бы ни шарился по улице, в дом он попасть был не должен. Тут же вспомнились странные звуки, которые Брок списал на чей-то телевизор. По спине пробежал холодок. Еще и непонятные на тот момент слова дока про слежку… — Да ебаный же в рот, — прошептал Брок, не сводя взгляда с неподвижной пелены тумана внизу. Откуда-то изнутри пришло понимание, насколько же он скучает по нормальному миру без всех этих выебонов, где можно взять и рвануть в ИКЕА за креслом с хитровыебанным названием или другом для Игоря, а не все вот это вот.