Тишина

Сказать, чего именно ждал Брок, спускаясь в туман, он вряд ли бы смог. В груди конечно обмирало, но не от страха, которым он жил первое время, не от неопределенности бытия в общем. Скорее наоборот — от какого-то почти маньячного интереса, непрестанно толкающего в спину, напоминающего о том, что вот сейчас ещё пара шагов, метров, минут — и ответов станет чуточку больше. Не пугали больше твари. Не страшил ядовитый туман, так и висящий тяжёлой пеленой над землёй. — Люди ко всему привыкают, — охарактеризовал этот феномен Роллинз. А ведь Брок и правда привык. Но не к постоянной опасности. Не к тому, что спускаясь ниже третьего этажа необходимо было задерживать дыхание или, что лучше, надевать защитную маску с баллоном кислорода. Брок привык к людям. Не к своим оболтусам. С этими он мог тусоваться вечно без какого-либо напряга со стороны нервной системы. А к другим. К Стиву с Барнсом, раз уж решился на что-то серьезнее секса по выходным. К жителям замка. К тому, что даже ночью стало тяжеловато найти место, где можно побыть полностью в одиночестве. Ну, разве только если покидать защищённую и укреплённую восьмиэтажку. Не любил Брок толпу. Но в последнее время понял, что и правда привык. Научился даже ловить своеобразный кайф в молчаливом перекуре на крыше в компании Уиллорда, бывшего строителя или Розера — отца-одиночки, умудрившегося спасти не только себя и двоих сыновей, но и всех кошек сумасшедшей соседки. Приноровился общаться с кухонными хозяюшками, не пускавшими обычно в свою святая святых никого, кто по их мнению имел член. Мэй это, кстати, тоже коснулось. К готовке ее не подпускали, а вот повинность свою в виде чистки овощей или выноса мусора она исполняла как раз наравне с мужиками. А к монстрам и опасности привыкать не требовалось. Брок вернулся в ту среду, которая была ему намного ближе, чем все это мирное житье. Он снова стал бойцом, воином, завоевателем. Собственная жизнь опять обрела смысл в чем-то большем, чем нудное хождение на работу, до магазина, табачной лавки по выходным и дороги обратно домой. В крови снова вскипел адреналин. И Брок оказался на своем месте. Над головой громко лязгнул, закрываясь, люк. Кто-то из бойцов, в сером мареве тяжело определить, кто скрывается под уродливой слоновьей маской, задвинул засов и махнул рукой. По периметру автобуса ярким заревом вспыхнули ультрафиолетовые лампы, преображая унылую монохромную серость во что-то сказочное. Весь мир вокруг, казалось, пыльцой фей засыпало. Вот только если снять маску и вдохнуть всё это психоделическое великолепие, то попадешь не в сказку, а в желудки десятков бродящих в округе драконов. — Поехали! — глухо из-за маски рявкнул Брок, хлопнул по плечу приникшего к затянутому мелкой сеткой с дырами для винтовки окну Барнса и устроился рядом с водителем. В этой части городка Брок не бывал даже в мирное, доапокалиптическое время. Ветеранский центр располагался совсем в другой стороне, как и госпиталь, и места, куда Брок устраивался работать. Со своими бойцами, особенно после советов врача, он старался встречаться как бы случайно. А походы в гости случайностью назвать язык не поворачивался. Зато общий чат с рандомными вбросами на тему «нового рыболовного магазина в центре» срабатывали на ура. На терапии можно было сколько угодно одухотворенно врать о том, что «нет-нет, мы не договаривались. Да и не любит никто из наших рыбалку, не ходит в подобные пафосные кофейни, возраст не тот, знаете ли, и даже Мэй на дух не переносит слишком приторно пахнущую арабскую парфюмерию». Врачи, конечно же, не верили, но это тоже мало кого волновало. Сейчас город выглядел по-другому, даже в сравнении с собственным представлением о том, как он должен выглядеть. Не работали аптеки, не тянуло из распахнутых дверей свежемолотым кофе и ароматом выпечки, не сновал по улицам народ. Хотя вот насчёт последнего Брок не зарекался бы. Улицы ведь не опустели. Просто место людей заняли совсем другие твари, отвоевав себе первые два этажа — Впереди! — глухо бухнул Таузиг и зажёг дальний свет, освещая горбатую фигуру, замершую на крыше минивэна. Шипастая тварь неподвижно сидела, поводя слепой мордой из стороны в сторону, тихо порыкивала, принюхиваясь и явно не собираясь убираться прочь. Но стоило яркой волне ультрафиолета докатиться до нее, лизнуть впалый бледный бок, мерзость заверещала дурниной, рухнула на асфальт, загребая когтистыми лапами, и в два прыжка оказалась на противоположной стороне улицы, скрываясь сначала в кустах, а потом и вовсе юркнула в развороченный, словно взорвалось что-то под землёй, ливневый сток. — Так ей и надо! — заголосил Вудсток, но тут же смолк, получив от Роллинза болезненный тычок под ребра. — Детский сад, — едва слышно из-за маски пробормотал Таузиг и вывернул руль вправо. Город для людей умер окончательно. Чтобы понять это, Броку потребовалось достаточно много времени и вот такая вот одна поездка на их чудо-автобусе. Город скончался и не начал разлагаться только от того, что его новые жители неплохо справились с утилизацией остатков человеческой цивилизации. Брок снова приник к окну, разглядывая чистые пустые улицы, без тонн всевозможного мусора, который обычно фантасты приписывают постапокалиптическим городам. Хотя возможно тут сработал эффект неожиданности и то, что туман убил большую часть людей практически мгновенно. А улицы… их просто некому было засирать. Под колесами что-то хрустнуло, автобус чуть тряхнуло, но он поехал дальше, все так же никуда не торопясь. — Велосипед попал под колеса скорее всего, — предположил замерший за спиной Брока Роллинз. — Как же все это погано и сюрреалистично. — Жалеешь, что выжил? — не скрывая ехидства в голосе поинтересовался Брок, почему-то все ещё стараясь разглядеть в темноте витрин то ли людей, то ли просто хоть какое-то движение. — Это всегда можно исправить. Снял маску — и до свидания. Мы даже похороним тебя как викинга, если хочешь. — Кремируете и спустите в канализацию? — фыркнул Роллинз, ткнул кулаком Брока в плечо. — Не получится. Она не работает, а я отказываюсь от сомнительной чести быть смешанным с дерьмом в сортирном ведре, командир. Даже если это твое ведро. Громкий визг, сменившийся злобным клокотанием, заставил вздрогнуть, вспоминая о том, что они вообще-то не на увеселительную прогулку выбрались, вскинуть винтовку. Автобус дернулся и встал на месте. — Джон, что за хер… — начал было Брок, но глянул через лобовое стекло и осекся. — Ебаная срань. — Кратко, но очень ёмко, — подтвердил выданное определение Роллинз и, сунувшись к Таузигу, врубил дальний свет на полную. Существо, разлегшееся на дороге, ни коим образом не походило на тех, что случалось видеть ранее. Куда-то пропали многочисленные шипы, украшавшие горбатые спины уже привычных глазу тварей. На лапах вместо когтей появились наросты очень напоминавшие копыта, как у коров, только не раздвоенные, а разтроенные. Запрокинутую назад голову рассмотреть не получалось, но Брок отчего-то был на все сто уверен, что пасть у этого нового монстра существенно отличается. Даже кожа имела не серый или белесый оттенок, а какой-то грязно-бордовый, даже красный, но туманная дымка и фиолетовые всполохи от прикрепленных к бортам автобуса ламп могли сыграть со зрением злую шутку. — Таких мы ещё не видели, — потрясённо зашептал кто-то из бойцов. И тут туша вздрогнула. Никто не выстрелил лишь каким-то чудом. Туша снова дернулась куда-то в сторону, замерла, и в сумрачной тишине заклекотало, зарычало, забулькало. Серый мертвый город наполнился какими-то потусторонними звуками, ожил. Черные тени в домах по обе стороны дороги зашевелились. Заскрипело под чьими-то тяжёлыми шагами мелкое стеклянное крошево выбитых витрин. Все, кто был в автобусе, замерли, затаились, с беспокойством вслушиваясь, всматриваясь в густой, подсвеченный ультрафиолетом туманный кисель. — Что это, блядь, такое? — просипел Таузиг, до скрипа сжимая ладонями баранку руля. — Что за срань такая? Перед тушей как раз появилась уже знакомая тварь, мотнула безглазой мордой, замерла, то ли слушая, то ли принюхиваясь, и вцепилась в красный бок походу всё-таки мертвого существа. Следом показались другие охочие до свежего мясца. — Твари завтракать изволят, — недобро усмехнулся Брок и хлопнул Таузига по плечу. — Давай, Джонни, помаленьку сдавай назад, другой дорогой поедем. Стоило свернуть на параллельную улицу, оказавшуюся пустой, народ вздохнул с облегчением и снова рассеялся по салону, занимая свои места. Брок же остался стоять рядом с Таузигом. Так ему казалось проще следить за обстановкой и общим состоянием водителя. Все же ещё непонятно, что случилось бы, нажми тот с перепугу на клаксон. Все в автобусе конечно вооружены и даже умеют стрелять, но и тварей могло набежать столько, что задавили бы числом. А так, смылись — и хорошо. — Ещё два квартала и мы выедем за пределы города, — известил Роллинз и удалился в конец салона, сменить Вудстока. Два квартала и станет известно, что… А вот тут вариантов на самом деле очень много, Брок даже не знал, какой из них предпочел бы сам. Слишком много разговоров велось в замке, слишком много теорий и догадок, где опираясь на те факты, что уже известны, а где и на ровном месте. Единственное, что Брок понимал четко — что-то изменится. Хотелось закурить. Снять чёртову маску с лица, сунуть в рот сигарету, прикурить и как следует затянуться, чтобы точно быть готовым. Но Брок позволил себе только крепко зажмуриться. Сейчас другие глаза пусть смотрят, а он имеет право на слабость. — Командир! — вскрикнул Таузиг, снова ударил по тормозам, заставив их взвизгнуть. Автобус лихорадочно дернулся, прополз ещё десяток метров по инерции и застыл. — Блядь, что? — выругался Брок, поднимаясь с пола, перехватил удобнее винтовку. За спиной точно так же бурчали и другие бойцы, явно оказавшиеся не готовыми к такому резкому торможению при условии, что автобус и шел-то на минималках. — Командир, там… странное, — задушено пробормотал Таузиг, привстал со своего места, стараясь вглядеться в…во что-то. Впереди был туман. Густая пелена не пробивалась даже ярким светом фар автобуса, да и дома выглядели странно, словно их отрезало под углом. И ни звука вокруг. Даже мерное бормотание двигателя как-то терялось, глохло в вязкой тишине. Первым в себя пришел Брок. Подавшись вперёд, он приник к усиленному металлической сеткой лобовому стеклу. — Что там? — оставив рацию на сидении и пробравшись вперед, поинтересовался Клод. — Вы что-то видите? — Вижу. Туман, — обронил Брок, ударил по кнопке открывания передних дверей и вывалился наружу. — Рамлоу, нет! — рявкнул Барнс, но было уже поздно возвращаться. Брок сделал первый, второй, а затем и третий шаг прочь от автобуса, прежде чем остановился. Впереди был туман, только туман. Непроглядно серый, густой, словно патока. Свет от ультрафиолетовых ламп до него не добивал, делая его монолитным, словно стена. А может там и в самом деле… Брок тряхнул головой. Этого просто не могло быть. Хотя в замке не раз озвучивалась теория об эксперименте. О том, что всех кто «выжил» выбрали для какого-то исследования и теперь смотрят через тысячи камер, натыканных повсюду, как люди поведут себя, что будут делать и как низко падут, поняв, что в мире кроме них не останется никого. Брок и сам думал о чем-то похожем и не раз. И вот сейчас, стоя перед последней чертой оставалось сделать только с десяток шагов и станет до конца ясно. — Финита бля комедия! — выругался Брок и врубился в туман.