Дешёвые драмы.

Николай Лукашенко наклонился к Лилии Беловой. Сделал это так, что его уши были способны безо всяких усилий уловить ее сбитое от испуга дыхание. Коля не был пьян, но от него сильно пахло спиртом. Лилию вдруг осенило. Она вытащила обиду, засевшую далеко в груди, вспомнила все издевательства папенькиного сынка. Он назвал ее фанаткой не так много времени назад. Вздумал обозвать её фанаткой! Приставал в ресторане, приставал на улице, оскорблял ее честь. Сегодня он снова пришёл в мастерскую, как к себе домой, и не будь Беловой в том зале, на ее месте могла оказаться любая девушка более менее вписывающаяся в узкие стандарты красоты. Коля так же издевался бы над ней. Может, поцеловал ее тонкую кожу на кисти руки, может, заставил бы снять одежду. Как бы то ни было, на сцене этим весенним днём занималась самодеятельностью Белова. Его головная боль, его обритое самолюбие. Желанная месть. А она вот так просто позволяет играться с собой, как с добычей, с мышью. Наверное, дело в том, что Лиля испугалась, и единственное, что оставалось — подавить эмоции, спрятать, продолжать притворяться хорошей, доброй, правильной… Наверное, она сломалась и начала испытывать к нему искренне теплые чувства. Наверное, она затаила обиду и выжидала часа для расплаты. Она хорошо умела ждать. Николай думал об истинных мотивах Лили, но не допускал только один вариант. Ей точно не может быть все равно на него. Десятки «наверное» против одного «точно». Луч истины во мраке лжи. Даже одна ложь порождает умноженные в несколько сотен раз сомнения. Лукашенко не верит ей. Он ожидает от нее ответного удара, более открытых и активных действий. Он переходит ее личные границы, испытывает на прочность. Он ждет, когда раздастся хруст. Николай забыл, что Лилия — актриса, и вся ее работа — сплошной обман. Она обманывает людей, притворяясь кем-то другим почти всю осознанную жизнь. Ее нельзя извести так просто. Лиля способна слишком долго носить маску. Его дыхание было теплым и громким. Он сложил губы в тонкую линию и пристально смотрел на Белову, изучал ее мимику, слушал каждый звук, который она издавала: как втягивала воздух через нос, как нервно сглатывала, как почти беззвучно цокнула языком. Лиля хотела заговорить, была почти готова что-то сказать. Она сузила глаза и немного повернула голову вбок. Но не решалась. Не произнесла вслух. — Сегодня вечером мы расстанемся… — прошептал Николай с обреченностью и отвел взгляд. — Вы… — глаза Лили снова вернулись в прежнее положение. — Я пришел сюда за ней, чтобы поставить точку. — он резко протер кончик носа указательным пальцем. — Как? Белова ощущала, как ноги наливаются свинцом. Она испытывала сложности с тем, чтобы чувствовать Николая таким близким к себе. Не только в физическом, но и в психологическом ощущении. Лиля думала о том, как вести себя. Она бы с радостью притворилась, что потеряла речевые и слуховые способности. — Не надо так, — Лиля понимала, что Лукашенко ждал реакции. — Глинских… Она любит тебя. — И? Что теперь? — он оскалился. — Не знаю. Николай обошел Лилию и принял открытую позу на зрительском кресле за ее спиной. По спине Беловой пробежали колючие жала. Она надеялась, что кто-то позовет ее на репетицию, спасет, найдет. У Лилии не было желания общаться с ним, его лицо приняло холодные и железные черты. Лукашенко блефовал, пытаясь выставить себя открытым человек перед ней, и делал это хорошо. — Скажи мне, как девушка. — Коля заставил Лилю повернуться одной фразой. — Я плохой парень? — Определенно… — Я мало дарю цветов? Недостаточно хорошо ухаживаю? — он перебил ее. — У меня некрасивое лицо и фигура? Может, я должен тратить больше денег на вас? — Коля, я… — Ответь мне честно, Лиля. — улыбка натянулась на его лицо. — Скажи, что я грубиян. Скажи, что мой образ жизни оставляет желать лучшего. Напомни, что узнала все о моем прошлом из новостей… Я плохой парень. Плохой, но Вика все равно меня любит. «Они все меня любят». Вот что читалось в его глазах. — И зачем тогда расставаться? — Все, что она могла из себя выдавить. Николай как будто истекал кровью. Неизученная никем боль пропитала его слова, которые сочились из него. Он блефовал, но он ужасный актер и никудышный игрок в покер. На самом деле с его лица просто слетела его железная лживая маска. — Я хочу, чтобы ты села. Лиля заколебалась. Николай был неприятен ей, и этот разговор вызывал липкое чувство дискомфорта. Однако интерес вздымался по ее грудной клетке от самых пяток. Кто он? Зачем пришел? Что делает? «Я плохой парень. Плохой…» Он правда считает себя плохим. Лукашенко знает, что о нем думают люди. Если он им верит, значит он понимает себя. Значит у него есть совесть. Он считает себя плохим парнем с темным прошлым. — Садись. Лиля приземлилась на сидение рядом, Коля повернулся к ней всем корпусом и сменил позу. Он сидел, положив ногу на ногу, и тер левый висок двумя пальцами. — Мы с ней были бы красивой парой, да? — его белые зубы продолжали сверкать в неискренней улыбке. — Нас засняли вместе в панорамном ресторане и в торговом центре. Заголовки пестрят. Сын одного из самых богатых в мире и актриса. Пара из сказки. — Тебе ли не привыкать. Внимание публики так тебя волнует? — в ее голосе генерировались тысячи ответов. Лилю зацепило то, с каким отвращением и сожалением он говорил о своей славе, о последних новостях. Его болевая точка? — Ты права, — Коля сомкнул челюсти, — мне ли не привыкать. Мне просто не нравится неискренность. Думаешь, она не продает информацию о нашей паре для СМИ? Не смотрит нарочито в камеры? Да, мы очень красивая пара, но не вся красота честная. — Из-за этого ты готов ее бросить? Потому что она любит внимание к себе? Лиля посмотрела в его синие глаза, но Коля сразу отвел взгляд. Она взялась за весло разговора, ей надо было разгадать Лукашенко. Это был спортивный интерес. Просто игра в шахматы. — Она любит внимание к себе, — Коля оглядел зал. Обратил внимание на сцену, на ряды красных кресел. Не смотрел на Лилю. — любит красивые места, золото, брендовую одежду. Любит это все больше, чем меня, думаешь я ей это позволю? Ставить меня ниже своих интересов. — Но ты же знал, на что шел. — она не отводила взгляда. — Может, она и любит меня. Я не люблю ее. Я никогда не смогу полюбить ее. — Лукашенко делал вид, что не слышит Белову. — Это просто мое временное развлечение. — Зачем тебе было это нужно? — Знаешь, — Коля увлеченно взглянул на Лилю. — иногда и мне хочется полюбить кого-то. Я все еще надеюсь, что у меня будет любимая жена, которая родит мне сына… — Может, тогда не стоит обращаться с девушками как с расходным материалом? Зачем любить кого-то пару месяцев, а потом бросать? — она ответила ему раздраженно. — Думаешь, такие, как Глинских, того не стоят? Может, мне стоит жениться на любой шалаве, которая прыгает ко мне в постель? — он закатил глаза, его тон ожесточился. — В мире много порядочных. Они точно того не стоят. — Например, ты? — Лукашенко сделал вид, что потянулся к ней, однако сразу отпрянул. Он оскалился в надменной улыбке. — я шучу. Женщины не любят по-настоящему, когда у тебя большой капитал. Вы цените себя, свой комфорт, свои приоритеты. Думаешь, я бы нравился своей девушке, не будь у меня десять миллионов на запястье? — он демонстративно покрутил рукой перед лицом Лили, там висели наручные часы. Лиля посмотрела на блестящее украшение и поморщилась. Ей никогда не нравились дорогие аксессуары. На ум снова пришло то, как они различаются с Колей. Ему позволено носить на руках стоимость квартиры, где Лиля провела детство с семьей, где сейчас живет ее мать. Он сможет выкупить весь их многоквартирный дом, если захочет продать все свои часы. У Коли точно целая коллекция — она была уверенна в этом. Разговор начал терять смысл. Ощущение было похоже на удар чем-то тупым по макушке Лили. Она вспомнила, что перед ней сидит человек, который противен ей. Он отвлекал ее от работы своими играми. Надо больше работать. — Лукашенко, я не знаю. — она отодвинулась от него и встала с сидения. — Твои отношения — это твое личное дело. — Я сочту это за «нет», — он сжал рот в тонкую полоску и нахмурил брови. — Так ты будешь моим другом, скажешь, когда придет Глинских? — Белова, возвращайся на репетицию, твой перерыв окончен! В дверях стояла Виктория. Ее губы были накрашено ярко-красным. Лиля побледнела. Она смогла бы понять, что Глинских идет по коридору, услышав топот сапог. Однако все ее сознание было замуровано мыслями о происходящем и о личности собеседника. Лиля нервно сглотнула, ей показалось, что Виктория все слышала. Весь их диалог. — Лиля… — лицо Глинских исказилось в гримасу отвращения, когда она повернула голову. — Коля, а ты что тут делаешь? Воркуешь с моей коллегой? — Она очень даже ничего, дорогая, — Коля не поднимался со стула, оставаясь на нем в уверенной позе. — но, вообще, я пришел к тебе. — Ко мне?! — Виктория смерила Лилию взглядом с макушки до пят. Ее голос звучал громко, почти срывался на крик. — Если бы ты правда хотел меня видеть, ты бы позвонил. Почему ты не можешь просто взять и… Неважно. Почему ты постоянно смотришь на других девушек? — Тебя так расстроило ее присутствие, — он кивнул на Лилю и медленно встал с кресла. Его глаза сузились. — твоя одногруппница просто помогала тебя искать. Это ее зал, я пришел сюда второй. — Белова говорила что-то тебе, я слышала ее голос в коридоре, — Виктория всеми способами старалась игнорировать присутствие другой актрисы в комнате. — О чем вы болтали? — Рассказывал, как я люблю таких куколок, как ты, любимая. — Белова, — грубый голос Вик принудил Лилю выйти состания внутреннего транса, в котором она пыталась прожить полученные эмоции. — почему ты еще не ушла на репетицию? Тебя все потеряли, я заходила, узнавала… — Я отыграла хорошо, мне не нужно повторное присутствие. — Лиля посмотрела на Глинских исподлобья. Виктория ругалась с Николаем на глазах у Лили, однако та не обращала внимание на их реплики. Она анализировала поведение Коли, то, как он меняет интонацию, как бегает глазами по залу. Иногда, говоря что-то Вик, он боковым зрением искал взгляд Беловой, ожидая любой реакции на их ссору. Он специально устраивал перфоманс, наверное, потому что веселил себя этим. Лиле резко стало холодно, когда Виктория прошептала что-то на ухо Николаю, и они направились в коридор. Не выходя за порог, он быстро повернул голову и посмотрел в глаза Беловой. Она первая развернулась, глядя вслед уходившей паре. Лицо Лукашенко приобрело стальные жесткие черты. — Ну вот, ты разозлила мою девушку, — промурлыкал он так, что бы услышала только Лиля, — ей не очень нравится твое присутствие. — Ты же хотел… — она проглотила свои слова, как жало, и направилась на репетицию. Лилия сыграла ужасно, не могла придти в себя и обуздать эмоции, которые бушевали ураганом внутри ее ребер. Сегодня ей сделали много замечаний. Во время сцены с прыжком, Лиля совершила неправильный маневр и ударилась ногой, упав на пол. Ей придется отсидеться дома пару дней…

***

Домой Лиля возвращалась дольше, чем обычно делала это. Воздух пах чем-то неприятным и несвежим, а небо затянули грифельные тучи. Она только в паре метров от дома вспомнила, что Глинских так не пришла на репетицию. Видимо, случилось что-то серьезное и имеющее смысл. Несмотря на свою хитрость, она оставалась трудолюбивой актрисой, она не могла позволить себе отложить важные дела по неуважительной причине. «Они, наверное, расстались», — подумала Лиля, отпирая входную дверь. Она провела рукой по прядям, после чего достала резинку из кармана штанов и закрепила ей волосы на голове. Лиля не могла полностью избавиться от мыслей, которые обвили ее, как змеи-удавы. Она бы точно не хотела думать о том, в каких отношениях сейчас находятся Глинских и Лукашенко. Однако продолжала растягивать эту мыслительную жвачку. Ей было бы любопытно узнать о содержании предложения, сказанного Николаю на ухо. Лиля подбирала варианты, размышляя, могла ли Виктория сказать про нее что-то оскорбительное, или просто попросила Колю уйти вместе с ней. Они могли бы направиться в ресторан с панорамным видом или к нему домой. Лиля обратило внимание на то, с каким пренебрежением он смотрел на свою девушку. Этот взгляд бы полон отвращения, насмешливости и осуждения. Николай никогда не смотрел так на Лилию, она подметила это. Когда Николай назвал Викторию «куколкой», он выделил это слово так, что оно звучало унизительно. Глинских не заметила это, либо не хотела замечать. Ее мотивы для встреч с богатым мужчиной были ясны, но Лиля интуитивно разгадала, что Виктория могла влюбиться в него по-настоящему. «Интересно, она знала о его изменах? Прощала их? Он, очевидно, изменял ей не раз и не два…» Лиля оглядела помещение квартиры. Свет горел, но следов нахождения дома соседки обнаружено не было. Лаврова снова ночевала не дома. Лиля сняла обувь, села на пуф, стоящий у входной двери и тяжело вздохнула. Она оперлась спиной на стену и подняла уставший взгляд на потолок. Потолок белел, расплываясь в холодном свете люстры, который слепил глаза. Лиля немного прикрыла их веками. Нога ноюще болела, на ней уже образовалась выпуклая и горячая гематома. Рукой Лилия потерла больное место и поджала ногу к себе. Эти сутки стали ей отвратительны. Мысли продолжали лавировать среди нейронных вязей мозга. Она уже не хотела бороться с ними. Николай продолжал вызывать неприязнь, и это радовало. По крайней мере, она не воспринимала его фальшивую игру, как истину. Слова о жене и ребенке не были сопоставимы с его действиями, но звучали на таких частотах, словно он был расстроен эти фактом. Лиля смогла догадаться, что на самом деле Коля мог испытывать стыд и жалеть о каких-то действиях. Возможно, эти догадки были ложными. Сложно было представить Николая, держащего на руках сына. Скорее всего, только через десят лет он обзавелся бы тремя детьми о разных женщин. Навещал бы их только по праздникам, выплачивал алименты, не находил бы достаточное количество времени на качественное общение. Может быть, он бы вступил в фиктивный брак для сохранения репутации семьи, но продолжил бы тайно заниматься всем тем, чем занимался по молодости. Лиля думала, что он будет ужасным отцом. Никогда не сможет полюбить кого-то кроме себя, будь это даже ребенок. Его собственный ребенок. «Возможно ли, что женщины пытались нарочно забеременеть от него? Сколько их было?» Наверное, если Виктория забеременеет от него, он не примет ребенка и заставит пройти тест ДНК. Лиля поморщилась, противно, насколько далеко заходят ее мысли. Перед глазами все еще мельтешил образ Коли, который с грустью заявил о желании иметь семью. Ей показалось, что его глаза намокли, а голос слегка дрожал, когда он говорил об этом. Лукашенко скрывал это смешками и улыбкой, в которую было вложено много лжи. Она знает эту улыбку, она примерила на себя столько ролей. Лиля встала, скинула с себя одежду, оставаясь только в нижнем белье. Босиком она прошла в свою комнату и натянула на себя белую футболку. Футболка уже потеряла свою форму от долгого хранения, поэтому свисала на Лиле, складываясь на концах в углы. Цвет давно потерялся, и она была пригодна только для домашней носки. Лиля поправила футболку на плечах и остановилась у длинного напольного зеркала. Гематома на ноге краснела, видимо, опухла еще больше. Она обратила внимание на то, какие бледные у нее щеки и какие острые колени и скулы. Лиле никто не говорил, что она похудела. Она сама этого не замечала. Лиля смерила шагами коридор, дошла до ванной и умыла руки и лицо. Нужно было поесть, желудок напомнил об этом. Путь до кухни казался очень длинным. Она вскипятила чайник и достала из шкафа лапшу быстрого приготовления. Лень обуздала ее и не давала возможности приготовить свежую горячую пищу. Лиля заварила лапшу и начала медленно наматывать пищу на вилку, после чего втягивала лапшу губами. Она подумала о том, что было бы неплохо нарезать немного сыра, но поленилась встать из-за обеденного стола. Поужинав, Лиля набрала себе ванну, чтобы согреться и расслабиться. Тем более, сегодня она ночует одна, значит, может занимать ванную без ограничений по времени. Горячая вода обволакивала тело и немного жгла кожу. Лиля обняла себя за колени. Завтра у нее выходной. Она принялась придумывать себе занятие, но ничего не увлекало по-настоящему. Очевидно, она останется дома и весь день проведет за чтением книг или готовкой. Это расслабляет. Возможно, Лиля соберется с силами и пойдет в спортивный зал. Ей показалось, что она теряет форму и было бы неплохо набрать немного мышечной массы. Лиля вспомнила, что недавно видела новость в паблике про жизнь звезд. Писали, что засняли Николая Лукашенко занимающегося в спортивном комплексе премиум-класса. На прикрепленном видео Николай поднимал и опускал штангу в положении лежа. Она задумалась, замечает ли он, когда люди осуществляют видеосъемку. Если замечал, наверное, останавливал бы их. Лиля допустила, что быть под прицелом камер могло давно войти в его привычку, и Коля бы не реагировал, будь он даже с голым торсом, например. Белова положила голову на колени. Она тоже мечтала о славе, быть на его месте. Точно не о такой дурной и темной, как у него, но повторить эти масштабы — самая лучшая награда за старания. Ей пришло в голову, что Вика тоже хотела прославиться, поэтому вступила с ним в отношения. Она часто мелькала в постах вместе с Лукашенко-младшим. От таких мыслей Лиле стало скучно, ее рука потянулась к телефону, на полку над раковиной. Ответив на сообщения друзей и коллег, она открыла ленту популярной социальной сети. Скроллинг не добавлял ничего веселого в процесс купания, но утолял интерес о том, как живут люди вокруг. Из этого Лиля узнала, что ее бывшая одноклассница вышла замуж, певица Мадонна снова рассталась со своим парнем, а ее бывший ухажер купил себе новую иномарку. Она вдруг почувствовала вину за то, что ее профиль давно пустеет. Захотелось опубликовать что-то красивое, как только она пару недель позанимается спортом и будет выглядеть привлекательнее. Взгляд привлекла новая фотография Виктории. Девушка на ней была одета так, как сегодня, но на ее лице нарисовалась черная дорожка из туши, ведущая от глаз к подбородку. Лиля внимательно рассмотрела название профиля. Фотографию выложила не Глинских. Это была страница новостного канала. Надпись под ней была выделена красными восклицательными знаками, в попытке прокричать:

! Эксклюзив! Не прошло и полгода, как Николай Лукашенко расстался с очередной девушкой.

      Молодой человек избегает общения с журналистами и отказывается от комментариев. Нам удалось связаться с его бывшей возлюбленной Викторией, которая поделилась подробностями в интервью. Читайте об этом по ссылке ниже!

Лиля не стала читать интервью. Она дернула рукой, будто обожглась, и быстро положила телефон обратно на полку, после чего погрузилась под воду. Жизнь стала бы намного легче, если бы они с Николаем не были знакомы. Лиля не осознавала до конца, что этот «золотой мальчик» остается одним из самых популярных и желанных среди девушек парней в странах СНГ. Она могла бы продавать кадры с ним, если бы снимала что-нибудь из их встреч. Еще больше денег от СМИ приносили бы записи его голоса на диктофон. Впрочем, это было бы совсем бесчестно. Даже по отношению к нему. «Значит, они все-таки расстались, и Николай говорил правду. Было ли правдой все, о чем он говорил сегодня?», — подумала Лиля и вынырнула из остывшей воды. Прокрутив еще раз их диалог в голове, она вылезла из ванны и, обмотавшись полотенцем, вернулась в свою комнату. Готовясь ко сну и намазывая лицо кремом, Лиля старалась ни о чем не думать. Она сосредоточилась на каждом пятнышке, каждой морщинке своего лица чтобы отвлечься от ненужных мыслей. Если лечь спать пораньше, то сон избавит от любых дурных дум. Лиля размазала крем, подошла к кровати и почти залезла под одеяло. Ее отвлекли вуки приходящих сообщений, которые доносились из ванной. Их было так много, что Лиля услышала, как вибрирует телефон. Она нашла в себе силы дойти до ванной комнаты и достать телефон с полки. Первым, что увидела Белова, разблокировав экран, было сообщение Насти. Оно гласило: - Боже, Лиль, это капец! Ответь, что произошло! Лиля посмотрела на другие сообщения, которые всплывали на экране. Все они имели похожее содержание. Опешив, она подумала про интервью. Стало жутко, что Вика могла рассказать там все, что угодно. «Ну вот, ты разозлила мою девушку» Она зашла в диалог с Настей, которая строчила уже десятое сообщение. Первым сообщением было пересланное видео. На стоп-кадре был изображен Николай в темных очках и белой полурасстегнутой рубахе. Лиля злобно выдохнула. Она весь вечер пыталась избавиться от мыслей про него… Настя в эту же секунду прислала: — «СРОЧНО посмотри видео!» Белова нажала на экран, ожидая увидеть очередное интервью. Уверенная, что все были так шокированы тем, что он встречался с ее коллегой, она незаинтересованно посмотрела на происходящее на записи. Николая Лукашенко пьяного выводили из московского ночного клуба. Охранники заломили ему руки, но он вырывался, брыкался и кричал что-то невнятное. Рубашка была не расстегнута, как показалось Лиле ранее, а порвана. Она пришла в ужас, обратив внимание на степень его опьянения. Он еле держался на ногах. Видеосъемка была любительская, такой же посетитель клуба снимал на телефон сына президента, Николая Лукашенко, в таком состоянии. Параллельно задавая вопросы о расставании, оператор пытался подойти ближе, но охранники реагировали остро, вдобавок силясь сбить рукой его телефон. На середине видео было слышно, как Николай матерными словами посылал охранников и бормотал что-то про деньги и статус своего отца. Заметив, что его снимают, он подошел к устройству и помахал в кадре. Его щеки были красными, а венки на висках вздулись. Он начал отвечать на вопросы, с огромным усилием связывая слова друг с другом. Много ругался матом и смеялся. Закурил сигарету. Лиле удалось понять только часть рассказанного. Видео оборвалось на словах: — Но знаешь, Лилия Белова самая пиздатая актриса! Лиля Белова, мы с ней знакомы лично, она выебет всех вас, она сучка прямо классная! У нее, конечно, папка ОПГшник, оттуда ноги растут…