Жемчужные пещеры

Лань Ванцзи не думал, что когда-нибудь будет пролетать над морем, но вот он видит собственное отражение в Зеркале Небес, вдыхает чуть соленый аромат, чувствует на лице прикосновения ветра. Кричали чайки, заинтересованные в нём, летели совсем близко. Длинные рукава ханьфу разлетались, словно крылья, и Ванцзи в какой-то момент почувствовал, что летит без меча. В ушах звучит: «Свобода!» Кажется, ему начинает нравиться море. Лань Чжань знает его всего ничего, но всё же с уверенностью может сказать, что лучшего не видел. Раньше считал , что красивее Облачных Глубин нет ничего, а увидев бескрайние водные просторы, осознал насколько велика разница: родные земли скованы цепями правил, там пахнет скукой и рутиной, там всегда тихо, словно и нет никого; море шумит, его волны шепчут песку только им известные тайны, чайки кричат, будто в этом смысл их существования. Облачные Глубины спят, море – живёт. Преодолеть пару десятков ли на мече, особенно для такого заклинателя как Ханьгуан-Цзюнь, не составляет труда, но чувства, которые он испытал, ещё долго будут греть душу.

里 [lǐ] Ли – 500 м.

Островок, на который прибыл Лань Чжань, выглядел, как яйцо. Это сравнение позабавило его, но Ванцзи тут же взял себя в руки, потому что у него есть дела поважнее: отыскать цзяожэнь. По рассказам странного мужчины, русалок привлекают музыка и песни. Петь Ванцзи не умел и не стал бы, а вот сыграть на гуцине мог, недаром его называют гением музицирования. Ванцзи ни в коем случае не хвастается, нет! Он действительно превосходно играет и надеется, что привередливые к развлечениям цзяожэнь тоже посчитают его игру достойной. Лань Ванцзи приметил большой плоский камень, о который игриво бились волны, и расположился на нём. Положил гуцинь на колени и заиграл. Водная гладь ловила каждый звук, льющийся из-под пальцев, и уносила настолько далеко, насколько могла, чтобы каждый услышал нежную мелодию. Птицы затихли, даже волны растеряли своё озорство и стали молчаливыми слушателями. Море наслаждалось и вместе с ним сам Ханьгуан-Цзюнь, который запамятовал, зачем пришёл. Он с закрытыми глазами ласкал струны, чувствуя единение с природой, словно стал желанным гостем. Голубое полотно моря сверкало тысячью улыбок, радуясь, что Лань Чжань подарил ему свою прекрасную игру. Сам Ванцзи испытывал небывалый внутренний покой, будто бы холодные ветра стихли и настал штиль. Заканчивая игру, Ванцзи остановил дрожащие струны ладонями, чувствовал лёгкую щекотку на коже. Открыл глаза, оглядываясь, не нашёл сказочного блеска чешуйчатого хвоста под водой. В груди немного потяжелело. Скорее всего, цзяожэнь покинули эти места. Он склонил голову и с удивлением заметил рядом с собой ракушку. Крупная, усеянная мелкими рожками, мокрая. Лань Чжань уверен, что её не было, когда он начал играть. Это ли подарок русалки за хорошее исполнение мелодии? Однако почему сам Ванцзи не слышал ни всплеска, ни стука раковины о камень? Похоже, он был так умиротворен, что не услышал этого, или же русалка специально была бесшумна. В любом случае, Лань Чжань рад получить этот дар моря. Стоит ли снова сыграть или же перебраться на другой остров? Он попытал счастье ещё раз. Закрыл глаза и провел пальцами по струнам. Гуцинь запел свою протяжную лирическую песню, второй раз вызывая придыхание у мира. Лань Ванцзи был сосредоточен на протяжении всей мелодии, чтобы не упустить из виду ни одну деталь. Слышал осторожный, почти боязливый шелест листвы, глухой стук клюва чайки, короткие поцелуи волн и песка. Нет ни брызг воды о холодное тело, ни ощущения стороннего наблюдателя, ни шума чужого дыхания. По окончании произведения, когда Ванцзи посмотрел на место рядом с собой, ничего не изменилось: раковина лишь подсохла, а в остальном всё осталось как прежде. Тяжесть в груди стала более явной. Отступать нельзя, ему необходимо встретиться с русалкой, поэтому он будет играть, пока она не покажется. Так Ханьгуан-Цзюнь безрезультатно играл около часа, после чего принял решение перебраться на другое место. Второй остров с высоты похож на кривой треугольник, а при ближайшем рассмотрении имел каменистые берега и невысокие деревья, которые впору назвать разросшимися кустарниками. Лань Ванцзи играл в этот раз около двух часов, но никто не проявил себя и не оставил подарок. Он не терял надежду встретить цзяожэнь и продолжил лавировать между островами. Остановившись на очередном клочке суши в море, Ванцзи вспомнил, что со вчерашнего вечера ничего не ел. Не то чтобы он был голоден, вполне мог обойтись без еды несколько дней, только вот баоцзы в мешочке цянькунь не будет ждать вечно и скоро испортятся, а хранить пищу дольше нужного – против правил ордена. Недолго думая, Лань Чжань позволил себе зайти вглубь острова и сесть в тени дерева. Овощные булки давно остыли, но от этого не перестали быть сытными; всего их было три, поэтому Ванцзи решил, что быстро с ними справится и продолжит звать русалок. Едва он успел откусить кусок булки, его острый слух уловил странный звук из глубины острова. Прислушался. То был не рык зверя и не кряхтение птицы, ни на что не похоже. Лань Ванцзи быстро собрал свои вещи и направился на звук, что с каждым шагом становился отчётливее, и вскоре стало понятно, что это чей-то плач. Стало не по себе. Кто может оказаться на необитаемом острове? Такой же заклинатель или человек, чья лодка пришла в негодность? Скорее всего. А может цзяожэнь? Тело Ханьгуан-Цзюня охватило волнение, какое он ещё не испытывал. Лань Чжань поднялся на возвышенность, откуда очень хорошо стали слышны чужие рыдания и плеск воды. Делая ещё один шаг, едва не свалился: впереди был обрыв. А если выражаться точнее, то это был огромный каменный колодец, заполненный чистейшей водой, Лань Чжань даже с высоты мог разглядеть усыпанное камнями дно. Именно оттуда исходил плач. Лань Чжань спрыгнул вниз на большой валун, не издав при этом ни звука, но некто его всё же услышал. — Шиди, это ты?.. Говорил юноша, и признаться честно, Ванцзи никогда не слышал столь завораживающего голоса. Из-за камней показался его обладатель – человек, поражающий своей красотой Небеса и самого Ханьгуан-Цзюня. Нежные и плавные черты лица призывали прикоснуться к себе, ласково провести пальцами по белым щекам. Приоткрытые губы, подобные лепесткам пиона, вызывали бурю восторга и необъяснимого желания, отчего Лань Чжань почти испугался самого себя. А глаза! Стоило ему заглянуть в эти глаза, в эти серебряные чаши со сладким вином – сердце забилось в диком ритме. Юноша дёрнулся, понимая, что встретил не того, кого ожидал. Он отодвинулся назад, и длинные шёлковые волосы, собранные в хвост золотой заколкой, плавно потянулись за ним. Красные перепончатые отростки на месте ушей, похожие на рыбьи плавники, настороженно поджались; Лань Чжань посчитал это необычным и совершенно точно очаровательным. На нефритовом лице юноши отразилось узнавание и он менее скованно проговорил: — Ах, это же ты играл утром на гуцине! Этот юноша – цзяожэнь, который подарил ему ракушку, понял Лань Ванцзи и с придыханием посмотрел в воду, где плавно двигался алый чешуйчатый хвост с широким плавником, похожим на складки газовой ткани. Чуть с запозданием Ванцзи коротко кивнул головой. А юноша посмеялся, отбросив страх, и полностью расслабился. Подплыл ближе и спросил: — Понравилась ракушка? Я старался! Ванцзи ещё раз смущённо кивнул. — Ха! А ты неразговорчивый! Как здесь оказался? — Я искал... Вас. Цзяожэнь откинулся назад, хлопая глазами. — Меня? Зачем? — Попросить о помощи. — О, — понял юноша. — И чем же я могу помочь такому красивому человеку? Не думаю, что дело в рыбалке! Ты же заклинатель? Я чувствую твою силу, она огромна. Ханьгуан-Цзюнь надеялся, что не разозлит цзяожэнь, если чудовищем, на которого он охотится, окажется Сюаньлун. — Хочу знать, кто нападает на прибрежные города и поедает местных жителей. Это Ваш... отец – Сюаньлун? Юноша поражённо застыл, а после словно опомнился и зло заговорил: — Нет! Это ложь! Клевета! Дядя никогда бы этого не сделал! Во всем виноват морской тиран, чтоб его акулы жрали! — Я хочу помочь. Скажите, что случилось? Оценивающий взгляд прошёлся по фигуре Лань Чжаня, из-за чего тот смутился ещё пуще. — Я вижу, ты силён. Как насчёт сделки? — Сделки? — Я выйду за тебя замуж, если убьёшь морского тирана!