Поймёшь ли ты меня?

Раз. Два. Три. Раз. Два. Три. Три цифры. Три цифры, которые люди используют для разных вещей: для счёта, для поддержки ритма и такта в музыке и танцах, кому-то сразу на ум приходит вальс с его головокружительными поворотами и быстрым темпом; для проверки микрофонов, связи и прочего — в общем, удивительно универсальные цифры. Артём сейчас шёл и пытался также проверить свою связь с этим миром, повторяя «про себя» эти цифры раз за разом. Но если проследить за его мыслями и их ходом, то сложно сказать, что он делал: считал или перебирал у себя в голове события прошлого вечера. Его мысли примерно выглядели так: «Раз… отец опять спустил все деньги за ночь — из всего что я ему оставил на месяц осталось около тысячи, а то и меньше… Два… не стоило брать клиента перед учебным днём. Но что ещё оставалось делать? Я и так отдаю ему большую часть заработка… Три… всё тело болит. Хочется задохнуться…» И все эти мысли крутились раз за разом по кругу. Первые две его особо не волновали, всё же не в первый и, к сожалению, не в последний раз, а вот третья имела существенный вес. Каждый раз, когда она появлялась, хотелось достать сигареты и покурить. Артём не любил вкус или запах сигарет, просто никотин, действительно вызывал зависимость, а также неплохие успокаивающие свойства. На четвёртый круг таких размышлений Артём свернул в подворотню и достал сигареты с зажигалкой — должен же он позволить себе хотя бы какой-то перерыв за эти сумасшедшие несколько дней, хотя о чём это он — у него вся жизнь сумасшедшая. Но последние дни были так себе даже на фоне всего. Он верил, что ничего не бывает просто так, ведь не мог же в их районе объявится новый торговец за такое короткое время: он только в середине августа на одного донёс — за что получил вчера по голове, а уже появился новый… или он что-то упустил? Первого сентября была незапланированная пробежка до школы от клиента, который, судя по всему, был не в себе. И по иронии судьбы только он согласился вчера на его услуги и при всём этом из-за ран на лице и по телу пришлось тариф сбавить. «Урод! Я ведь знаю, что он от такого в восторге, какого хуя выделываться стал?! Ещё и новых «меток» понаставил… Сука, словно не знает, что из-за них мне также тарифы другим сбавлять придётся!» — прошлым вечером он еле проглотил эти и другие похожие слова, не выкинув ему в лицо, единственное чем он себя сдержал это двумя фразами — «Удержание клиента» и «Он хорошо платит». Привычки этого человека раздражали, но в общем и целом на теле Артёма сейчас и так было достаточно травм, чтобы его не сняли «нормальные» клиенты, от пары новых он ничего не терял и последнее время всё равно пренебрегал его вариантом как раз из-за этих привычек. Всё что успокаивало это то что он получил деньги, и всё равно этот мужик шёл по повышенному тарифу так, что он почти вышел в нулевые потери. Если бы Артёма попросили составить «Топ самых странных клиентов», то этот человек пошёл бы под вторым номером. Номером один в данном списке стал, как оказалось, отец Андрея. Кто бы мог подумать, что такой серьёзный человек, окажется таким извращенцем, Артёму было жаль его жену, если он обращался также и с ней, то это была по праву женщина герой. Но разве Артёма должна волновать его семейная жизнь? В тот раз ему заплатили более чем достаточно, в какой-то момент он даже задумался: а не сделать ли его постоянным клиентом и дать пресловутый номер телефона. Но эта мысль улетучилась в тот же момент, как появилась, стоило только вспомнить прошедшую ночь. В тот день, как ему казалось, он скурил пол пачки, потому что даже противно-горький привкус никотина был лучше. Теперь же он подавился дымом и закашлял. Докурив сигарету, он вышел из подворотни и пошёл дальше. До школы оставалось недалеко, а времени вагон и маленькая тележка, от чего Артём не торопился. Он спокойно шёл и рассматривал окружающие его пейзажи, иногда он правда завидовал людям, умеющим рисовать или фотографировать. Им был дан удивительный дар, которым лично он был обделён, этот дар стоил много, но от чего-то им зачастую владеют только люди, не видящие ничего прекрасного в собственной жизни. Справедливо ли это? Скорее всего. Даже не так. Это несправедливо по отношению к этим же людям, ведь видеть красоту вокруг и не видеть прелестей в своей жизни, как казалось Артёму, было бы подобно пытке. Пытке длинной в жизнь, тягучей и мучительной. Такие мысли навели его на другую: Андрей был удивительным. Человек так легко улыбался и нельзя было сказать, что он притворствовал, если он играл… Артём не знал, как на счёт Станиславского, но он сам поверил. И верил бы, если бы не попал к нему домой вчера и не столкнулся сразу с двумя другими его «личностями?». Ему было интересно, сколько ещё людей знало обо всём, что творилось в его семье или у него на душе. Думая о том, как спросить об этом заместителя старосты, Артём вспомнил про странную игру, в которую сам же Андрей захотел сыграть. Новенький не понимал её смысла, причины поступления такого предложения и почему именно с ним. Эта затея казалась бредовой, опасной и бессмысленной. «Ни за чем и просто так» — всё объяснение, которым его удостоил блондин. Действительно ли это было так? Верилось с трудом, ведь в мире ничего не бывает просто так. Это он знал, как «отче наш», долгое время ему пришлось жить по принципу «бесплатный сыр бывает только в мышеловке» от чего Артёма сильно настораживало то, что заместитель с ним так добр. Конечно, он не исключал фактов того, что Андрея попросили за ним присмотреть и прочее, но обычно при таких условиях люди наоборот думают, как бы отвязаться от бессмысленной ноши, постепенно забивая на подопечного болт. Брюнет искренне не понимал, что может быть нужно от него Андрею… «А что если не Андрей ищет моей компании?» — Эта мысль пролетела со скоростью света, забрав с собой все другие домыслы и объясняя многое, что до этого он объяснить не мог. Всё складывалось в единую картинку: он провёл ночь с отцом Андрея в начале лета, не дал свой номер, от чего связаться вновь без желания Артёма было затруднительно, ведь номера в школьной базе неправильные, как в целом и всюду; тогда у него попытались вызвать нужду в большом количестве денег, подселив торговца практически в соседи к его отцу, но тут Артём вместо того чтобы просто искать большего дохода, промаялся больше половины лета с документами и с судами. Теперь его чудесным образом перевели в одну из лучших школ, в которой «вот ведь совпадение!» учится ребёнок этого человека: «случайным образом» именно он отвечает за новенького, не менее «случайно» они сталкиваются на вечеринке, фактически также «случайно» Андрей, как принц на белом коне, спасает его. «Точно ли всё это случайности?.. В тот вечер он не торопился помогать…» — Артём был уверен, что всё это намного больше, чем случайности. И если подводить под эту черту, то и необычная игра Андрея отлично вписывалась во всё. Но оставался один единственный вопрос: «Для чего это нужно?» Однако, как бы там ни было, лучше перестраховаться и держаться подальше от Андрея, сведя всё лишь к деловым контактам. «Стоп! Игра!» — эта мысль стала, словно озарением свыше, ведь кто запрещал ему также использовать эту игру, как оружие, она действительно была обоюдоострым мечом. Конечно, всегда была вероятность того, что блондин будет лгать, но это можно будет отличить, если что-то не будет сходится. Настроение начало подниматься у Артёма было минимум два прямых оружия: знание, что Андрей наркоман и игра. Со стороны брюнета, может быть, было бы очень жестоко использовать это против человека, но он не собирался этого делать, пока не придёт время и он не узнает какого чёрта это всё творится. Единственное, что его волновало, это как предугадать нужный момент, потому что это была игра на время. Его ещё не загнали в угол только из-за того, что «капкан» для него не до конца готов, а это значило, что ему тоже стоило начать готовить свой ответ… Его мысли прервались, когда в Артёма кто-то врезался, от этого у него появилось лёгкое чувство дежавю. Еле-еле удержавшись на ногах, он посмотрел с кем столкнулся — это опять оказался Андрей, от очередной случайности у Артёма скользнула по губам улыбка. Блондин стоял и смотрел на Артёма, то ли не понимая, что произошло, то ли думая, кто перед ним стоит, через несколько секунд он словно очнулся и заговорил: — Ой, прости, я задумался и не смотрел куда шёл. — А бежал чисто по приколу? — Артём приподнял бровь, недоверчиво глядя на чуть не сбившего его человека. — Я бежал? — для него же это казалось открытием, — Извини, это само собой как-то вышло. — Ты серьёзно?! Хаа… — Артём вздохнул, ведь срываться сейчас и показывать, что он что-то понял, было бы верхом глупости, — ладно, не важно я тоже не особо за дорогой следил. С твоего позволения я пойду дальше. — Тоже утро не задалось? — Типа того, — Артёму и раньше не особо хотелось общаться, грубо говоря, с первым встречным, теперь же появилось огромное желание просто вырвать ему язык. — Ясно… О чём-то задумался? — Андрей же в свою очередь не мог понять, от чего новенько вновь стал закрытым с ним, ведь ещё вчера они относительно нормально общались. — О смысле жизни, — Артём огрызнулся, ему совсем не хотелось общаться. — Интересная тема для рассуждений. — Я вот понять не могу: ты намёки не понимаешь или притворяешься? — Этот секрет я унесу с собой в могилу, — Андрей улыбнулся Артёму, а тот просто отвернулся, делая вид, что не замечает попутчика, — Слушай, что случилось? Вчера, ведь вроде нормально общались — Слушай… Ммм… В общем, я сейчас задам тебе вопрос дня, а ты мне ответишь, — лучше не тянуть кота за хвост, Артёму не хотелось притворно избегать Андрея — он был прав, вчера они общались относительно хорошо, и будет странно, если Артём резко оборвёт все контакты. -Хорошо, постараюсь, — блондина сильно удивил такой серьёзный тон, но ещё больше он почувствовал напряжение, которое стало появляться в воздухе. Брюнет остановился, словно подбирая слова, он смотрел куда-то в сторону. Андрей проследил за взглядом новенького и увидел, что тот наблюдает за теми детьми. По лицу Артёма скользнула улыбка, но в ней не было радости, скорей больше печали, вздохнув, он устремил свои глаза прямо в глаза Андрею. У Андрея перехватило дыхание, на него смотрели два чистых ярко-оранжевых глаза, напоминающих своим оттенком пару прекрасных янтарей, даже если у него до этого были какие-то порывы соврать в случае чего, то теперь они исчезли: он бы не смог соврать правдоподобно. Его голова опустела, это был, действительно чарующий взгляд, словно в мире ничего больше не существовало, Андрей смотрел только в глаза человека напротив, пока миг молчания не прервался: — Почему ты пытаешься сблизиться со мной? В этом, случайно, не замешан твой отец? — Артём решил спрашивать, максимально в лоб, иначе недомолвки так и останутся висеть над ними мёртвым грузом. — Уф, из всех вопросов ты задал один из тех, которые сложнее всего объяснить, — Андрей попытался отвести взгляд, но он возвращался обратно раз за разом, как стрелка компаса смотрит только на север и возвращается всякий раз, как компас отворачивают, — Как бы сказать… — Желательно словами, — Артёма явно раздражало отсутствие ответа и в нетерпении он наклонил голову, так что теперь его глаза больше не светились янтарём, — и я надеюсь ты не воспользуешься бонусами, иначе я буду рассматривать, как худший из вариантов. — Да нет в этом какой-то тайны на самом деле, — стоило исчезнуть оранжевому цвету глаз, как к Андрею вернулся дар думать и даже излагать свои мысли, — просто объяснить по правде говоря сложно и с условием того, чтобы ты всё правильно понял. Давай договоримся? Пока я не закончу объяснять, ты меня перебивать не станешь, даже, если мы начнём опаздывать в школу. — Ладно, — Артёма удивило количество времени, которое его собеседник хотел потратить на объяснение ситуации, ведь, чтобы они начали опаздывать, должно пройти ещё минут десять, а то и больше. — Итак, первое, что я хочу тебе сказать, это то, что никто в нашей семье толком не знает, чего добивается отец, поэтому если тебя не удовлетворят мои объяснения, на вряд ли кто-то другой кроме самого отца сможет тебе дать хотя бы на толику лучшее объяснение, хотя Кирилл, может быть, знает и побольше, но искренне не советую к нему за этим подходить. Во-вторых, я не собираюсь тебе врать, ведь, как я уже сказал, в этом нет никакой тайны. В-третьих, я тоже хочу тебе задать вопрос, и также надеюсь, что ты не будешь использовать бонусы. Договорились? — На счёт последнего не уверен, — Артём ответил искренне, поэтому Андрей просто кивнул и начал говорить. — Хочется отметить, что я не знал о твоём существовании вплоть до первого сентября, пока не увидел сообщения в чате класса, а смог увидеть только тогда, когда ты со мной столкнулся, — Артём на это кивнул, торопя рассказ, — в моей семье и слова не заходило о том, что в класс скоро придёт стипендиат, но это на самом деле не удивительно… Со мной о тебе заговорил только старший брат. Он просил меня с тобой сблизиться и упоминал про отца, но лишь вскользь, — Артём в этот момент хотел что-то сказать или возмутиться, но передумал, вспомнив просьбу не перебивать, — Мне искренне не хотелось этим заниматься, я надеялся, что пару — тройку дней с тобой поважусь, а потом у тебя будет своя жизнь, а у меня своя, но мне в буквальном смысле слов не дали выбора, поэтому — да, в какой-то степени я общаюсь с тобой с указки родных, но не полностью. Ммм… сложно объяснить, ты, наверняка либо не поверишь, либо продолжишь осторожничать, и я это пойму, но другого объяснения, увы, дать не могу. — А эта игра? Она зачем? — В этой игре, действительно, нет ничего такого, просто моя маленькая прихоть от скуки. Если она тебя так сильно напрягает, то давай закончим её, всё равно, о сих пор ты ей пользуешься куда более умело, чем я. — Не стоит, она не так сильно и напрягает, — Артём в большей степени вздохнул с облегчением, рассказ блондина был похож на правду и в него хотелось, во всяком случае, верить. Может, его опасения и подтвердились, но раз заместитель старосты ему всё выложил на чистоту, то минимум не поддерживал своих родных и был, в большей мере, его союзником, — ты тоже хотел что-то спросить. — Мне, наверно, лучше попозже задать вопрос, ты пока что определись: веришь мне или нет, — Андрей примерно понимал, что творится в голове у новенького, если тот решил спрашивать в лоб у потенциального врага. Хоть Андрей и не желал ему зла до нынешнего момента Артём этого не знал и сейчас вряд ли верил всем его словам. — Как знаешь, мне же легче, — Артём пожал плечами и пошёл в сторону школы. Андрей пошёл за ним, но шёл сзади, не пытаясь обогнать или поравняться, будто бы они встретились случайно и даже сами не заметили это или не захотели замечать. Андрей это сделал специально, чтобы не привлекать внимание лишних любопытных глаз, ведь, благодаря року судьбы, в последнее время они слишком много времени проводили вместе, и могло сложиться впечатление, что семья Андрея близка и опекает новенько через чур сильно, как для простых спонсоров. Они вошли в здание: Артём поднялся до класса, вошёл в него, сел на место, разложился и стал смотреть в окно, Андрей же остановился возле кабинета и заговорил со своими знакомыми, так они стали дожидаться звонка на урок. Когда он прозвенел, уже все, а вместе с ними и Андрей вошли в класс. Сев за парту, он положил на сторону Артёма сложенный в несколько раз листок. Брюнет развернул его, там было небольшое сообщение: «Давай после всех занятий встретимся в кафе, которое я тебе вчера показывал.» Прочтя его, брюнет легонько кивнул в знак согласия, так они просидели весь день, не обмолвившись больше ни словом.