Поймёшь ли ты меня?

Идя по дороге от кафе до дома Артёма, Андрей заметил, что настроение брюнета стало получше. Единственное что мешало идти это огромный ватман, но это не так и сильно беспокоило его, ведь раньше ему не раз приходилось таскать большие листы бумаги и не просто свёрнутыми, а в папках. Поэтому привыкать к неудобствам не приходилось. Сейчас они шли и просто болтали обо всём подряд, подавляющее число тем были, конечно, про школу, но иногда они заходили и в другие поля жизни, обсуждая книги. Андрей не очень много читал, и в большинстве своём не любил этим заниматься, поэтому нормально поддерживать диалог не мог, но как бы это удивительно не выглядело, стоило им уйти в обсуждение какой-нибудь книги или автора, их диалог превращался в монолог и не Андрея, а Артёма. Когда это случилось первый раз, Андрей недоверчиво смотрел на брюнета, думая, в какой момент их диалога его подменили. Но стоило разговору вернуться в русло обсуждения учителей и школы, как новенький вернулся в «нормальное» состояние и ведущим в разговоре вновь становился Андрей. Андрея не смущали такие перемены уже на второй и третьи разы — времени, чтобы добраться до общежития пешком требовалось очень много — скорей наоборот, было очень интересно слушать рассуждения человека, не идущего по школьной программе. Да, он не был профессиональным критиком, не был учителем литературы, был просто обычным человеком со своей маленькой страстью — от этого его рассуждения были интересными. Он говорил с точки зрения своего опыта и мировоззрения, он редко, когда опирался на статьи критиков, а если и опирался, то говорил, что не совсем с ними согласен. Андрей не хотел знать от чего Артём по-своему критично относится к общепринятому мнению: от большого ума или самомнения: он просто хотел его слушать, просто так, наверно, потому что только от него можно будет такое услышать. — Как мне кажется, Джек Лондон — это тот писатель, которого стоит прочесть, особенно его рассказы… Мне больше всего запомнился «Сила сильных», если не читал, то очень советую. Даже само название говорит о том, что община, в которую объединились люди, чтобы стать сильнее и вместе встречать опасности, является лишь силой тех, кто стоит выше… — и вот опять, магическим образом их диалог вновь ушёл в рассуждения о книгах и писателях. Андрей просто шёл, слушал и улыбался. — Ой, прости, я опять увлёкся, наверно, тебе не интересно… — такая развязка его монолога огорчила блондина. — Почему ты так считаешь? — заместитель старосты не понимал, почему брюнет больше не хочет говорить о тех вещах, что ему нравятся, — Мне интересно, просто я в этом мало разбираюсь, поэтому могу только слушать, — неужели это из-за его молчаливости… — Просто, мало кому нравится только слушать. — Если рассуждения интересные, то почему бы не послушать? — Ладно, считай, что мне просто непривычно… — Как можно не иметь привычки нормально относиться к тому, что тебя слушают? — это мягко говоря было удивительно, Андрей бы понял, если бы Артёма не слушал кто-то из старших, ведь он сам часто сталкивался с непробиваемой стеной под названием «поколения», но, чтобы такое было и со сверстниками… — Как видишь легко… — У Артёма зазвонил телефон, — Я позвоню? — Конечно, — Андрей улыбнулся, но решил украдкой понаблюдать за ним. Артём вытащил телефон и на его лице появилось странное выражение, казавшееся синтезом из злости, страха и недоверия, в общем, очень сложное выражение. «Да, я слушаю» — После этих слов брюнет замолчал, видимо, выслушивая всё что ему говорят, с каждым словом его выражение лица становилось только мрачнее. «Хорошо, я понял, сейчас позвоню ему» — после этих слов он сбросил вызов. — Что-то случилось? — Типа того… — Андрей просто поинтересовался, но Артём ответил через чур уклончиво, — Я ещё кое-кому должен позвонить, поэтому подожди, я отойду. — Как скажешь. Они остановились возле угла одного дома. Артём зашёл за угол, а Андрей встал возле этого угла и начал рыться по карманам в поисках телефона, но вместо него удивительным образом сначала наткнулся на небольшой пакетик, лежащий в кармане. Даже не доставая, он сразу понял, что это такое, поэтому убрал его поглубже в карман. Наконец, нащупав телефон не в карманах пиджака и штанов, а в боковом кармане портфеля он достал и начал лазать по социальным сетям, пока Артём с кем-то разговаривал по телефону. Блондин бы не удивился, если бы после этого звонка новенький отправит его куда подальше, ведь, судя по всему, случилось что-то важное и ему туда лезть не стоит. В одной ленте новостей он заметил продолжение сюжета про самоубийство актрисы, кажется нашли её сына, которому теперь должно перейти всё наследство, а конкретнее, то квартира и оставшиеся деньги. Открыв эту статью, Андрей подивился тому насколько тесен мир. Её сыном был тот парень, которого он подставил в детстве. Как же давно это было? Лет семь или шесть назад, а, может, и больше. Он плохо помнил события, которые происходили в детском доме, изредка вспоминал что-то, но это всё напоминало обрывки, словно книгу разорвали и оставили только картинки. Андрей не мог вспомнить ни контекста ситуаций, ни кто там был, просто знал что что-то случилось. Так было и с тем парнем. Он не мог вспомнить его имени, как он к нему относился, как к нему относились другие, но просто помнил тот случай и запомнил, как тот сказал, что не держит на него зла и что даже рад, что, хотя бы один из них поднимется на одну ступеньку выше в этой иерархии. Было грустно вспоминать это, не понятно почему, но всегда накатывала волна тоски… Надо отдать должное теперь он хотя бы вспомнил имя этого парня, не без помощи журналистов, упоминавших его имя — Костя. Если судить по фотографии, то он совсем не изменился: такая же грустная улыбка тёмно-русые волосы, зеленоватые глаза и веснушки по всему лицу, казалось, что с детства он стал только больше походить не на парня, а на милую девушку. Даже короткая стрижка его от этого не спасала. В этой статье говорится, что его усыновил какой-то богатый человек, зная их тактики, это было просто сделано ради показухи и поднятия рейтингов, к тому же он не удивился бы если бы это был один из знакомых его отца, они все любили так поступать. Интересно, сможет ли он встретиться с этим парнем на благотворительной встрече, о которой сегодня упоминал его отец? — Я закончил… у тебя тоже что-то случилось? — Артём закончил говорить по телефону и подошёл. — Нет, а почему ты так решил? — Ты эмоции скрывать не умеешь, у тебя всё на лице написано. — Понятно, я просто новости читал. А что там у тебя? — Андрей улыбнулся и перевёл тему. — Особо ничего такого… — Артём начал расстёгивать и застёгивать пуговицу на манжете рубашки, — Слушай, мне твоя помощь нужна, как ни крути, но ты посильнее меня будешь, но наставать не буду, если занят, то ничего страшного, сам справлюсь, на крайний случай попрошу других людей. — Тех же что оставили на тебе ещё больше синяков и даже укусов? — А? — Я не хотел поднимать эту тему, но ты думал, что я не замечаю? Я обрабатывал твои раны и примерно помню где какие, когда ты переодевался на физру я заметил, что их стало больше. — Я не должен перед тобой отчитываться. — Так и есть, просто лучше перестань общаться с такими людьми, даже, если они твои клиенты, на сколько мне известно, многие предпочитают игрушки без повреждений. — Тебя это не касается, я спрашивал тебя о другом, — с каждым разом голос брюнета становился всё холоднее, но и Андрей не мог молчать больше, он еле сдержался, чтобы не заговорить об этом в раздевалке, хоть брюнет и дождался пока все из класса выйдут, чтобы переодеться, но блондин возвращался, чтобы забрать телефон и увидел кратное увеличение телесных повреждений, — Просто скажи поможешь или нет… хотя к чёрту, сам справлюсь. — Постой, я помогу, просто волновался… — Не стоит брать на себя ту ответственность, которую никто не берёт… и я сказал, что уже не надо, — Артём начал уходить, а Андрей пошёл за ним и схватил того за руку, чтобы остановить. — Расслабься, я погорячился, я хочу тебе помочь, мне не сложно, просто скажи, что надо сделать, — Андрей постарался максимально дружелюбно улыбнуться. — Ты иногда так бесишь… Но ладно… Просто не поднимай тему моих клиентов, как ни крути: ты мне не платишь, а они да. Не важно… — пообещай, что то что ты увидишь ты никому не расскажешь, иначе я тоже могу много наговорить. — Это ты так тактично намекаешь, про случай на вечеринке? — Угадал. — Если бы я хотел как-то тебе испортить жизнь, то рассказал бы про твою работу, — Андрей придерживался тактики, что угрозы нельзя оставлять незамеченными, чтобы они потом не переросли в настоящие проблемы. — Твоя правда, но ни ты ни я не знаем какой настоящий урон могут принести эти новости… Но мы опять отвлеклись… Пошли, — Артём пошёл вперёд, перехватив руку блондина. Когда до заместителя старосты дошло, что они буквально идут под ручку, он осторожно вытащил свою руку и пошёл рядом. Они начали идти быстрым шагом, который в определённый момент стал по скорости равным лёгкому бегу. Пейзаж вокруг плавно становился всё беднее и беднее от чего блондин не понимал: какие дела привели новенького в этот район. По привычке Андрей стал оглядываться по сторонам и пытаться запомнить окружение, но из этого мало что вышло. Всё что он понял они находятся в районе, где всё уже давно умерло: от пейзажей вокруг, напоминавших собой больше дворики тюрем, чем детские площадки и парковки, до людей, похожих на призраки, навечно прикованных к этому месту, как к месту своей смерти или неосуществившимся надеждам. Андрею сразу вспомнился его детский дом, вокруг которого летала похожая атмосфера. Они вошли в трёхэтажное здание, поднялись на второй этаж, там стояла женщина около сорока лет с через чур ярким макияжем, будто пытаясь обмануть людей и скрыть свой возраст, она нанесла слоёв десять макияжа от чего её вид отталкивал. Увидев Артёма, она начала кричать: — Как же ты долго постоянно! Ради всего святого, угомони своего отца, — заметив за спиной брюнета новое лицо, она ни на каплю не успокоилась, — ещё одного дружка с собой привёл? Тьфу, пидарасы! Хотя бы каплю совести имели, тут дети, а они! — Во-первых, я, блять, не обязан появляться по каждому вашему звонку моментально, уж не знаю, хотите, чтобы я материализовывался из воздуха, телепортировался или дежурил под подъездом, ожидая ваших ссаных звонков, скажите спасибо, что вообще прихожу и хоть что-то делаю! — Артём вышел из себя. Андрей же решил, что доводить его никогда не стоит, и ему казалось, что тот впервые матерится за все четыре дня, — Во-вторых, сука, с чего вы взяли, что это мой клиент? Я что, по-вашему, друзей иметь не могу, которым не очень-то и хочется приходить, и помогать мне, а учитывая ваши же слова, что там несколько людей, то мне одному их всех выгнать не так и легко будет! — «Мне не послышалось? Артём назвал меня другом?» — От таких мыслей сердце блондина пропустило лёгкий удар от радости, что, может быть они не так уж и далеки — В-третьих, если так беспокоитесь о своих детях, то не говорите при них о таких вещах, может быть, они бы и не подумали! — Выдав всю эту триаду Артём развернулся в сторону квартиры отца и начал игнорировать эту женщину. — Ну вы посмотрите на него! Воспитания на таких не хватает! Парень, ты бы поостерегся с ним водиться, — она явно обращалась к Андрею, тот хотел сначала хотел проигнорировать, но в голову пришла идея получше, ведь за спиной у женщины появился мужчина и по лестнице также поднимался один. — Простите, но вы это мне? — Андрей невинно улыбнулся и указал на себя. — А на кого ещё? — Простите, но я не знаю сколько мужчин вы знаете в этом доме и вдруг вы обращались к тому что поднимался, — Андрей продолжал строить дурачка и улыбался, надеясь, что проходящий мимо просто проигнорирует это, как в целом и оказалось — ему хотя бы сейчас да повезло. — На что ты намекаешь?! — М? Ни на что, а вы о чём-то подумали… ох, или это была тайна? Но мне, действительно казалось, что тут всё понятно и без слов, ведь почему ещё женщина в вашем возрасте будет так ярко краситься и выходить на лестничную клетку лишь в тонком халате. — Ах, ты мелкий сучоныш! Если твой друг такой, то не приписывай всех к проституткам! — Ну не будете же вы оправдываться, что так оделись, лишь чтобы показать какие вы красивые и как вашему мужу повезло? –улыбка стала злой, но придраться к этому всё равно нельзя. Мужчина за спиной женщины становился мрачнее тучи с каждым словом, а она сама, кажется, начала понимать, что чем дольше она тянет с отступлением, тем хуже становится для неё, — и кстати, не знаю, как Артём, но я не разрешал вам обращаться к себе на «ты» и тем более ненормативной лексикой, я так к вам не обращался, на сколько помню. И, да, я прекрасно знаю кем и как он работает, и думаю, что у каждого свои причины на это, и вас бы не осуждал и ничего бы не говорил, если бы вы не занимались этим же… — с гневным взглядом женщина захлопнула дверь, — она не выдержала… Жаль я только разгоняться начал~ Надеюсь она не кто-то важный для тебя? Просто, то чем она занималась… — Андрей повернулся к Артёму, а тот смотрел на него и еле сдерживал смех, блондин не понимал с какого момента тот повернулся и смотрел за ними, — Эй-эй тебе я как погляжу весело, не просветишь на этот счёт? — Пххаха, — Артём не сдержался и засмеялся в голос. — Почему у меня такое чувство, словно ты смеёшься надо мной? — АХАХХААХ — Успокойся уже, пожалуйста, а то можно подумать, что ты с ума сошёл, — брюнет совсем не хотел успокаиваться, а Андрей просто пытался понять причину такого резкого подъёма у его настроения. — Ахах хуу хуу, — его успокоила только нехватка воздуха, — Прости, просто, ты видел лица мужчины за её спиной и прошедшего мимо? — За её спиной был очень злой, а другого не увидел, он прошёл очень быстро. — Чтобы ты понимал: за её спиной стоял её муж, а прошёл мимо её любовник! — после этих слов Артём опять разразился смехом, но теперь и Андрей улыбнулся вместе с ним, — Ты бы видел, как второй испугался, когда ты про него сказал, не удивительно, что он буквально пробежал этот лестничный пролёт! — Не боишься, что тебя услышат, а потом плохо сделают? У стен есть свои уши. — А смысл им что-то мне делать, я говорю общеизвестную правду, кажется все кроме её мужа про это знают, я уже молчу о том, что он не один, а хотя уже не молчу, — брюнет полностью успокоился и говорил уже спокойно, но в глазах читался весёлый огонёк, окрашивающий их в темно-рыжий. — Ладно, ты вроде как упоминал, что надо помочь успокоить твоего отца? Может посвятишь в подробности, хотя бы сейчас? — после этих слов Артём, словно вернулся в реальность по щелчку переключателя, и похолодел, а его взгляд стал вновь светло-коричневым. — Типа того, я сам толком не знаю в каком он сейчас состоянии, поэтому будь готов ко всему. О, и не смей ему давать наркотики, если я увижу, то уж поверь, никогда не прощу тебя. — Ладно, я и не собирался. -Просто предупреждаю, чтобы ты потом не говорил, что не знаешь. — Понятно. Артём встал напротив двери и нажал на звонок два раза, оба раза получились долгими. Вскоре после этого послышались звуки открывающейся двери, сама дверь открылась и на пороге показался человек худой, бледный, словно мертвец, в грязной одежде и с беспокойным лицом, Андрею показалось, что перед ним в прямом смысле слова стоит живой мертвец. — Мелкий паршивец, ты кого в дом привёл?! И где шатался? — первое что сделал этот человек, это начал кричать и занёс свою руку для удара, — почему отца заставляешь волноваться! — рука полетела прямо по направлению к лицу Артёма, но долететь не успела её перехватили. — Навредишь ему — убью, — брюнет злобно сверкнул глазами в сторону Андрея, крепко держащего его отца за руку, — он слаб, поэтому едва ли оставит хотя бы маленькую царапину на мне, поэтому отпусти. — Мне кажется, тебе хватит уже получать от любых людей, — Андрей сам не особо понимал, почему схватил этого человека за руку, просто сработали рефлексы, поэтому он просто отпустил его после замечания новенького. — Сам разберусь, — Артём отвернулся от своего помощника и повернулся к отцу, — Пап, я вернулся, не над нервничать, а он мне помочь кое с чем должен, пропусти, дома, наверняка, надо убраться, — он улыбнулся, как ребёнок, и взял отца за ту руку, которой он его хотел ударить. — Делайте что хотите, я спать! — сказав это он ушёл в глубь квартиры, а лицо брюнета моментально похолодело, словно никогда не улыбалось и не смеялось. — Видишь, как выглядят люди, сидящие на наркотиках больше пяти лет? — брюнет произнёс эти слова, как учитель говорит нравоучение непутёвому ученику. — Ты думаешь я за год в лечебнице не насмотрелся? Я видел варианты и похуже… — Андрей, кажется, начал понимать зачем его сюда притащили, — А тебе помощь была нужна или ты мне жизненные советы раздавать решил? — Помощь. Пошли, и всё увидишь, — брюнет глубоко вздохнул, набираясь сил и перешагнул порог квартиры, — осмотри все комнаты, тут где-то должны лежать ещё люди, вытащи или выгони за пределы квартиры всех, кроме моего отца. — Как скажешь, — Андрей пожал плечами и прошёл в квартиру в след за Артёмом, — Что-то ещё? — Пока что нет, если возникнут проблемы, то зови меня, к отцу не обращайся. — Как скажешь, ты тут босс. — Спасибо, что согласился помочь, — в этих словах было больше мягкости, чем в последних трёх фразах, раз так в пять, от чего заместитель старосты улыбнулся. — Не за что пока что, как сделаю, так и будешь благодарить. — Последнее время, я буквально сел к тебе на шею… — Артёму было неловко от того, что слишком часто пользовался помощью блондина. — Ничего страшного, я тебе помог, ты мне тоже, может, когда-нибудь поможешь, — на эти слова Артём лишь кивнул, — Как далеко, я должен относить их всех от квартиры? — Особо роли не играет, но чем дальше, тем лучше. — Понял. — Ты как-то слишком быстро согласился выносить и выгонять людей на улицу. -Если так нравится спорить, то можем и поспорить на эту тему, мне как-то всё равно. -Ладно, лучше начать, а то до ночи не справимся. В квартире всё было вверх дном, может это когда-то и было нормальное помещение, но сейчас это напоминало только наркопритон. Всего, исключая Артёма и Андрея там находилось, пять человек, но все они были в отвратительном состоянии, можно даже сказать, что они были еле живыми. Отец спал на диване в комнате, остальные лежали кто где. Андрею не хотелось выбрасывать этих людей на улицу, поэтому он пытался узнать хотя бы на какой этаж их оттащить, к какой квартире и к какому подъезду. К счастью, хотя бы немного они могли понимать человеческую речь и отвечать. Так он оттаскивал их кого куда, а точнее куда они называли. Слава богу, все они жили в одном доме, а некоторые даже в одном подъезде, что, хотя бы немного облегчало задачу. Артём в это время убирался в квартире. Андрей не знал точного времени, когда они пришли, но, когда они закончили, уже было около девяти вечера. Заместитель уставший сидел на маленькой кухоньке и наблюдал за тем, как новенький что-то готовил, стоя у плиты. — Мне страшно представить, как бы ты справлялся с этим самостоятельно, — немного переведя дыхание блондин начал диалог. — Я бы просто их вынес на лестничную площадку, не трудясь донести их до дома. — Жестоко… Они же люди. — В таком состоянии они кто угодно, но не люди. — Ого, ты так говоришь, но мне, ведь тогда помог. — Ты скрываешь, то что наркоман, и видно, что стараешься как-то с этим бороться, они же просто смирились и живут от дозы до дозы, я их не считаю за людей только из-за того, что они слишком легко отказались от каких-то попыток сделать всё лучше. Всегда есть другой путь. — Может у них был путь, но он слишком тяжёлый или им он не нравился. Каждый справляется с проблемами по-своему. — Один из них связался с плохой компанией в двадцать лет, другой попробовал, чтобы просто жить было интереснее, у оного, правда дочь изнасиловали из-за чего он стал употреблять больше и ещё свою дочку подсадил от чего она теперь сама подкладывается под других, чтобы заработать себе и папаше на дозу. Могу про всех наркоманов в округе рассказать, но редко какой из них подсел из-за чего-то что действительно нельзя было бы решить. — Ты говоришь слишком резко, ведь не знаешь всей ситуации. — Хорошо, давай сравним, — на этих словах Артём закончил готовить еду и развернулся лицом к Андрею, — Как мне кажется, ты от них отличаешься, поэтому, почему ты подсел? — Почему я должен отвечать? Это даже не вопрос дня, и больше ты задавать его сегодня не можешь, — Андрею было неприятно вспоминать, а особенно рассказывать о тех событиях, даже если вопрос зададут завтра, он может всегда потребовать смены или отмены, а лучше, если придумает оправдание. — Всегда могу дождаться 12 ночи и задать повторно. Не проще ли ответить сейчас, чтобы не нервничать. Да и это что-то вроде социального эксперимента. — Так не интересно, если задавать вопросы «в долг», то вся суть теряется. — А не ты ли говорил, что выгоднее отвечать максимально откровенно и давать больше информации, ведь выигрывает именно та сторона, которая предоставила больше всего информации? — Артём поднял бровь вверх, показывая, что окончательно запутался и не понимает этой игры. — Если бы я стремился выиграть, то это бы имело смысл. Я просто хотел найти человека, с которым у меня было бы обязательство быть откровенным, иначе я сознаюсь только под пытками и то не во всём… А, знаешь, как иногда хочется просто поговорить по душам, высказать своё мнение, рассказать свою историю… это изначально была игра, в которой никому не выиграть, невозможно понять другого человека на все сто процентов, сколько бы он тебе не рассказал, чтобы его понять надо прожить жизнь в его шкуре, а ответ на несколько вопросов ничего не даст. — Не проще ли тогда к психологу записаться? — Нет, это самые тяжёлые в общении люди, — перед глазами Андрея вновь возник кабинет и тот стол, — они стараются проанализировать тебя, поставить какой-то диагноз и просто так общаться с ними невозможно, каждое твоё движение они приписывают к языку тела. Они пытаются тебя расположить к себе простыми рассказами о себе, лёгкими вопросами, но чувство, что тебе лезут в душу и подбираются к самому больному, не исчезает. Это можно сравнить с походом к хирургу, когда он осматривает тебя и давит в разные точки тела, ты говоришь, что тебе больно, вместо того, чтобы прекратить он продолжает давить, только с большей силой. — А в этой игре такого чувства нет? — Как видишь, — Андрей пожал плечами, пытаясь подобрать слова, — к этому невольно относишься как к простой игре, а когда начинаешь говорить, то уже сложно остановиться. — И всё же, почему именно со мной ты решил поиграть, а не со старыми знакомыми? — Не такие они и старые знакомые, мои друзья и прошлые одноклассники выпустились в прошлом году, а я из-за лечения попал в десятый класс только в прошлом году. — Но у тебя нет такой уж большой разницы в возрасте. — Думаешь я вру? — Андрей сделал вид, что его оскорбило такое недоверие к себе, — Это очень легко объясняется: я изначально пошёл в первый класс в шесть лет у меня день рождения в декабре, поэтому в детском доме меня отправили в шесть лет в школу. — В любом случае это не отменяет моего вопроса… — Ты будешь смеяться, если я объясню так, как есть… — Обещаю, что постараюсь не смеяться, — Артём поднял руку в клятвенном жесте. — С тобой комфортно находится, поэтому я решил попробовать, попытка не пытка, как говорится. А сегодня я понял, что иногда просто не могу врать тебе. — Ась? С чего бы это? — Щёки брюнета начали покрываться лёгким румянцем, он чувствовал себя неловко, было такое чувство, что ему делают комплимент. — Сам толком не знаю… просто у тебя удивительный взгляд, иногда он становится ярко-оранжевым и это лишает любой возможности соврать. — Ааа, ты про это, — Артёма словно озарило, и он улыбнулся, — объяснить это проще простого: у меня глаза-хамелеоны, такое иногда бывает, свет преломляется и получается другой цвет, у некоторых людей цвет может меняться даже от настроения, но у меня только от того, как и какой светит на них свет. — Да я так и понял, просто говорю, что это красиво. — Многим нравится, пара клиентов только ради них ко мне и ходят… — Артём призадумался, многим нравились его глаза, но как говорят многие: «Красота — это проклятие, а не благодать», если человек красив, то он зачастую не хозяин своей судьбы, некоторым даже приходится выполнять роль кукол. — Они похожи на чистый янтарь — это удивительно красиво… Говорят, что если у человека глаза похожи на драгоценные камни, то он будет великим. — А ещё говорят, что янтарь — это камень несчастной любви, — Артём опять улыбнулся, отворачиваясь, чтобы убрать еду в холодильник, — Хорошо, давай собираться, а то уже поздно. Тебя наверно, потеряли. Этот разговор про глаза заставил Артёма задуматься. Ему часто говорили, что его глаза на свету похожи на янтарь, но он не особо придавал этому значения, ведь с любым другим цветом глаз он жил бы точно также, может, было бы поменьше клиентов, но больше ничего не изменилось бы. Его глаза не спасли его от падения в самый низ. Он также подумал, что глаза у Андрея чем-то тоже напоминают драгоценный камень — сапфир — камень чистой и верной любви, вдохновения и мудрости, вот про кого можно сказать, что он станет великим. — Если не позвонили, то значит я им и не нужен, — из рассуждений его вывел краткий ответ Андрея, — Слушай, ты сильно занят? Может, сходим кое-куда? — Завтра в школу, давай потом, я, наверно, освобожусь только в конце сентября. — Как скажешь, только пообещай. — Хорошо, обещаю. А теперь пошли по домам. — Я тебя всё же доведу до дома. — Тут недалеко, я сам дойду. — Если тебя опять изобьют, то все мои труды по твоему лечению будут направлены в пустую. — Ай, да делай что хочешь. — Спасибо, за разрешение, — Андрей улыбнулся, подавая сумку Артёму, который уже закончил со всеми делами. Они вместе вышли из дома и пошли в сторону общежития Артёма, оно, действительно оказалось очень близко, буквально в паре дворов оттуда. Подумав об этом, Андрей понял, что район, в котором сейчас живёт Артём через несколько лет также постепенно начнёт умирать и станет похожим на район отца брюнета. В голове пронеслась фраза: «Ничто не вечно под луной» — и блондин невольно взглянул на спутник земли — сегодня было ясно и в небе сиял одинокий месяц, вокруг него было множество маленьких звезд, но все они как бы сильно не старались не могли создать ощущения, что он не одинок. И в этот момент по небу пронеслась падающая звезда в сторону луны, будто мир разгадал мысли Андрея и решил хотя бы на мгновение скрасить одиночество месяца. Заместитель старосты после того как проводил до подъезда своего подопечного вызвал такси и поехал домой.