Не злите инспектора Чона

Слэш
NC-17
Завершён
1643
Горячая работа! 555
автор
_.Malliz._ бета
Пэйринг и персонажи:
Размер:
245 страниц, 21 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1643 Нравится 555 Отзывы 845 В сборник Скачать

Эпилог

Настройки текста
Примечания:

🔥🔥🔥

Blake rose — Gone — Ты обещал вывести из темноты, — падает на колени Чимин. — Ты выполнил обещание… Но сам же загнал меня туда снова… Гомонящая толпа журналистов с одной стороны и толпа, образовавшаяся на проезжей части, с другой оглушают. Чимин будто оказался рядом с шумящей реактивной турбиной. Давление на уши и виски становилось сильнее с каждой секундой. Мрачные мысли, словно дементоры, окружили его, высасывая всё светлое, что осталось в душе. «Я так много ошибок допускал в отношениях с Хосоком, что в какой-то момент чуть не потерял. От осознания последнего у меня внутри всё похолодело». У Чимина не похолодело. Он просто перестал что-то чувствовать. Интересно, видит его сейчас кто-нибудь? Видит, что прямо у здания суда погибает молодой парень, у которого целая жизнь была впереди? — Чимин? — голос из грёз сквозь водную толщу пробивается в остатки разума. — Чимин! Малыш, почему ты на земле? — хватают его под локоть, помогая встать. — Совсем обезумел? — трясут брюнета со всей силы и берут руками лицо, заставляя смотреть прямо перед собой. — На дворе не июль месяц, чтобы сидеть на холодных ступеньках! — Чон… — голос дрожит. — Но как… я думал… — Что ты думал? — приподнимает большим пальцем подбородок Чонгук, залипая, как в первый раз, на пухлые губы, по сладкому вкусу которых соскучился до дрожи в животе. — Мотоцикл… — как в бреду, повторяет Чимин, всё ещё думая, реален ли стоящий перед ним человек, — там сбили мотоцикл… — Всегда знал, что тебе вредно думать, маленький, — кое-как удаётся оторваться от манящих губ мужчине. — Блондин — всё же состояние души. Волосы покрасил, — проходится пальцами по шелковистым прядям, — а глупости из головы не исчезли. — Чонгук, — наконец начинает чувствовать землю под ногами Пак. — Да, малыш… — не перестаёт гладить Чонгук мальчика, наплевав на стоящих за ограждением журналистов. Последние и так успели потрепать нервы. Пару лишних снимков уже ничего им не сделают. Никто уже не посмеет им помешать. Даже сама судьба. — Забудь обо всём, о чём я тебя просил… — смотрит Чимин в тёмно-карие глаза, вновь шагая в вихрь настоящих чувств, выводящих из тёмной тропинки на поляну с яркими цветами. — Ты про свою бредовую просьбу отпустить тебя? — улыбается инспектор, вновь из-под ресниц смотря на сладкие губы, еле подавляя желание пройтись по ним кончиком языка. — Про неё — особенно… — Охранять твою красивую пятую точку, Пак Чимин, вошло в привычку. Поэтому я не мог уйти, пока не увидел бы тебя, выходящего из здания со своим отцом. А ещё… Я же говорил, что моё сердце никогда не сможет отпустить… — немного отодвигает рубашку Чонгук, оголяя часть груди, всё так же стоя спиной к репортёрам, закрывая своими широкими плечами Чимина. — Это же… — в уголках глаз «блондина» снова скапливаются слёзы, когда он видит прямо на месте, где сейчас сильно бьётся орган, обеспечивающий ток крови, зажившую надпись «ГуЧи». — Новая татуировка… — Гук и Чимин… — тихо произносит темноволосый. — Ты в любом случае остался бы в моей жизни навсегда… Никто другой не смог бы заменить тебя и занять твоё законное место вот тут, — показывает указательным пальцем на грудь. — Ты правда сделал это, когда мы уже расстались… — шмыгает носом Пак. — Сумасшедший… — обнимает крепкую шею бывшего телохранителя, прижимаясь своей щекой к его. — Мой сумасшедший… — Только твой, — отвечает Чонгук, щекоча и обжигая дыханием нежную кожу парня. Земля на мгновение перестала вращаться. Окружающие перестали существовать. Они обрели вновь друг друга не в самом романтичном месте. Не под проливным дождём. А в обычный, ничем не примечательный осенний день. Перед зданием суда. На глазах у незнакомых людей. Но всё это не имеет особого значения, потому что их сплетённые тела создают маленький отдельный мирок для двоих. Уютный и безопасный. Вспышки, направленные в их сторону, всё же заставляют Чимина открыть глаза. — Не хочу отпускать руки, вдруг решишь уйти, как после заседания… — шепчет он в губы старшего. — Уже никуда… Потому что мы — навсегда… — наклоняясь и заглядывая в любимые глаза, Чон прижимается лбом ко лбу мальчика. Продолжение и не требуется. Главное, Чимин понял. Главное, они поняли друг друга. Взгляд случайно падает за спину Чонгука, на толпу, которая начинает расходиться. — А тот мотоциклист, как он? — С какого момента моего дерзкого и хладнокровного мальчишку заботит судьба чужого человека? — С того самого, как втюрился в привлекательного, заносчивого, сердобольного старикашку, — перечисляет Чимин, немного отходя от него. — Кажется, ты забыл, на что способен этот «старикашка», — в глазах Чонгука зажигается искра. — Я же говорил и не раз: лучше не злить меня, малыш. — Мне, — приставляет руку к лицу брюнет, будто собирается открыть секрет, — и моей той самой пятой точке стало страшно, — шёпотом, смотря лукаво, произносит он и уже громче продолжает: — Так Вы, инспектор, не ответили: что произошло там? — показывает головой на проезжую часть. — Кхм, — откашливается Чонгук, успевший отвыкнуть от подобных речей своего ангела. — Не волнуйся. Я был в этот момент там. Мотоциклист вылетел из своего байка ещё до столкновения. Отделался испугом и несерьёзными травмами. Чимин не успевает ответить, как из зала судебного заседания выходят Кихён и Пак Гоюн, взбаламутив стоящих за ограждением репортёров. Бывший наркобарон встаёт рядом с сыном и коротко кивает инспектору. — Спасибо тебе, Чон, — пожимает его руку старший Пак. — Ты стал той самой судьбоносной пулей и одновременно бронежилетом для нашей семьи. Я у тебя сейчас в большом долгу, и ты волен просить у меня всё, что хочешь. — Так получилось, что отказаться на этот раз от Вашего предложения, господин Пак, не смогу, — деловым тоном отвечает Чонгук. — Мне действительно есть что просить. — Да? — удивляется Гоюн такому внезапному заявлению. — Я тебя слушаю, Чонгук. — Я уже давно положил глаз на Вашу самую дорогую ценность … — кидает беглый взгляд на застывшего Чимина. А где-то рядом слышится писк одного Кихёна. — Если откажетесь ей поделиться, то мне придётся стать похитителем. Пак Гоюн не удерживается, начиная громко смеяться от сказанного с таким серьёзным лицом. — Я давно говорил, мальчик мой, что ты часть семьи, — мягким голосом произносит Гоюн, бросая украдкой взгляд на зависшего сына, у которого на лице красным светом мигает «ошибка 404». — Сейчас лучше забери Чимина с Кихёном и поезжайте домой. Мне надо пару бумажек подписать. После сразу же вернусь в особняк. — Нет, господин Пак, — еле сдерживает свой язвительный язык за зубами Кихён. — Пусть парни поедут. Мне Наён нужно забрать из университета. Но мы тоже сразу же присоединимся к вам, — получив одобрительный кивок от старшего Пака, друг Чимина оставляет компанию собравшихся. — Отец, мы тебя подождём. Да, Чонгук? Счастье любит тишину? Чёрта с два! Сообщите это сердцу инспектора, который лишь от выражения глаз своего мальчика и с лёгкостью произнесенного им «мы» начинает безудержно трепетать от избытка чувств. Чонгук готов кричать всему миру, что это чудо снова его. Вот только осталось самому свыкнуться с этой мыслью, потому что уж больно всё это похоже на самый прекрасный сон из всех возможных. — Да, конечно… — отвечает он. — Мы Вас подождём. — Не нужно, молодёжь. Меня заберёт старый друг, — показывает за спины парней на выходящего из машины человека. — Чанёль… — лишь губами произносит Чимин. — Господа, — кивает в знак приветствия подошедший к ним начальник охраны, заставив младшего Пака невольно улыбнуться. Чимин и не замечает, как даже в этот момент его улыбку ловит довольный Чонгук, для которого та, без преувеличения, заменяет целый мир. — Мы с Чанёлем вернёмся быстро. А детали запрошенной тобой «награды», — обращается бывший наркобарон к завороженному своим мальчиком Чонгуку, — обсудим дома. — А что за награда? — недоумевающе смотрит на отца Чимин, когда его руку берёт Чонгук, уводя в сторону машины. — Подожди, я эта награда?! Безобразие! Беззаконие! Прямо перед зданием суда продал родной отец! Перед глазами самой Фемиды! — всё продолжает возмущаться брюнет, не отпуская руку Чона, вызывая тем самым смех у последнего.

🔥🔥🔥

— Я увольняюсь, — внезапно говорит Чонгук по дороге в особняк. — Позволь напомнить, что я уволил тебя давно, — довольно отвечает Чимин. — Нет, малыш, — берёт его руку свободной рукой мужчина. — Увольняюсь с настоящего и единственного места работы. Я оставил на столе Намджуна заявление. — Ты сделал что? — поворачивается к нему корпусом Пак. — Идиот совсем! — Не поверишь, — приподнимает уголок губ, — но он назвал меня так же. Обижен, но согласия пока не дал. К сожалению, я всё равно должен уйти, — слышатся нотки тоски в голосе. — Твой отец прекрасный семьянин, но он правда был наркобароном, преступником в глазах закона, в освобождении которого я участвовал. — Чонгук, не поступай так со мной, — приподнимает Чимин их скрещенные руки, оставляя поцелуй на костяшках пальцев Чона. — Я вижу в твоих глазах страсть к своей деятельности. Не заставляй меня чувствовать себя виноватым во всём. — Никогда, слышишь, так не говори! Это мой выбор! И только мой, малыш. Ты — мой выбор. Самый верный выбор! И всегда им будешь. — Нет, так не пойдёт, инспектор! — выпячивает смешно нижнюю губу парень. — Вы нужны если не стране, то этому городу точно, старший инспектор. Найди мне хоть одного честного до мозга костей сотрудника, тем более когда речь идёт о государственной службе. А ещё, — скрещивает на груди руки, — мой отец точно откажется выдать награду, если узнает, что на его сына положил глаз какой-то безработный, — сталкивается с косым взглядом темноволосого. — Не смотри так. В качестве телохранителя точно не возьму. — А жаль, — театрально вздыхает Чонгук, переводя взгляд на дорогу. — Охранять твою задницу я и так буду. — Ага. Как же, — хнычет брюнет. — Охранять. Да ты первый позаришься на неё. Вступишь на нетронутую давно территорию. — Во-первых, не первый, а единственный, кому позволено. Во-вторых, я искренне тронут, господин Пак, услышав о нетронутости моей территории, — выделяет особо предпоследнее слово Чонгук. На подобные заявления Чимин лишь картинно закатывает глаза. Потому что согласен со всеми пунктами. Он принадлежал и принадлежит телом и душой только своему инспектору Чону. — Так ты обещаешь хотя бы подумать о том, чтобы не уходить с должности? Только учти, агентом под прикрытием работать я тебе не позволю. А то втюришься ещё в какого-нибудь блондинистого мажора. — Нет. Спасибо, — снова берёт его руку Чон, заглядывая в любимые светло-карие глаза. — Мне одной занозы в заднице хватит на всю оставшуюся жизнь. — Кстати, если останешься на работе, у тебя будет возможность использовать настоящие наручники, — внезапно выдаёт Пак, поднимая плечи. — В смысле? — на переносице Чонгука образуются характерные морщины, когда он хмурится, не сразу понимая, о чём толкует «блондин». — Блядь, Чимин, — прикрывает глаза, когда доходит сказанное, — ты меня до гроба доведёшь, малыш!

🔥🔥🔥

— Папочка, смотли, какую мне ласкласку блатик купил! — приносит уже двадцатый альбом Минхёк Пак Гоюну, воодушевлённо крутясь вокруг вернувшегося отца, не забывая всё то же самое показывать Чонгуку и Чанёлю. Без слёз на происходящее сложно смотреть. Так маленький ребёнок выражает свои эмоции. Всё это время Чимин, Кихён и Наён старались занимать его, отвлекать от происходящего. Но из его жизни резко исчезли три важных человека, что не могло остаться незамеченным. Минхёк ни разу не пожаловался, лишь поначалу спрашивал, когда они вернутся, но, заметив тускнеющий на этих вопросах взгляд старшего брата, перестал, чтобы не причинять тому боль. — Сладкий, — обращается к нему Чимин, — оставь это. Папа немного устал после командировки. А ты до сих пор ничего в ротик не положил. — Иди ко мне на коленки, — зовет ребенка Наён, которая теперь официально невеста многоуважаемой семьи судьи Ю. Отец Кихёна не смог противостоять своей матери. Та только и мечтала поженить своего единственного внука на «дочери подруги знакомой соседки», которую так нахваливали жители деревни. И, к её удаче, оказалось, что Кихён давно положил глаз на эту девушку. Единственное не состыковалось по её рассказам — что девушка училась в университете. Но, как выяснилось, Наён действительно, поступив на бюджет на очную форму в педагогический, втайне от родителя перевелась на заочку, устроившись работать в дом богатых людей прислугой, чтобы иметь возможность собрать деньги на лечение матери. Как только она успевала, учитывая, что Чимин привык обращаться со своими прихотями только к ней, оставалось только догадываться. Для судьи Ю важно было наличие у девушки высшего образование, потому что на сына, избравшего путь «плясок и танцулек», надежд не было. Но потом и он проникся Наён, которая одним своим ликом излучала ценимые им добродетели: доброту, искренность и целеустремленность. Теперь идеальнее пары для своего сына он и представить не может. — Чонгук, — своими блестящими большими глазами смотрит мальчик на инспектора, — а ты знаешь, что Чимин сколо станет влачом? — Нет, родной. Об этом твой братик пока не успел рассказать, — гладит по головке ребёнка Чонгук, смотря на Чимина. «Ай-ай, инспектор Чон, врать детям не есть хорошо», — хочет выдать Кихён вслух, но решает всё-таки промолчать. Сколько бессонных ночей у него было, пока инспектор разрывал телефон, прося рассказать о состоянии Чимина. Приходилось скармливать по одной крупице информации в неделю. В эти дни он ощущал себя тем самым тайным агентом. Лучше, конечно, Чимину об этом не знать. Иначе снова полетят головы. А его прекрасная голова — самой первой. На кого он тогда оставит свою Наён, учитывая, что скоро у них свадьба? — Кхм-кхм, — пытается Кихён отвлечь друга, который лишь изредка отрывал глаза от Чонгука. — И у тебя, Чима, завтра первый экзамен. — Я буду сопровождать его, — находит под столом Чон руку своего мальчика, сплетая их пальцы. — Буду рядом в этот важный день. — Я дал своё согласие на ваши отношения, — говорит Пак Гоюн, якобы не видя руки парней, — хотя мой мальчик так вырос, — смотрит гордо на сына, — что моё данное добро кажется теперь абсурдным. Но пока советую вам воздержаться от открытых взаимодействий на публике, потому что пресса вам свободно передвигаться не даст… — Господин, — перебивает старшего Пака Чанёль, показывая на экране телефона статью с заголовком «Сын бизнесмена и телохранитель и/или инспектор всё-таки вместе» и изображение двух обнимающихся у здания суда парней. — Понятно, — лишь одними губами произносит он начальнику охраны, улыбаясь. — Неактуально. А впрочем, — уже громко отмахивается Пак Гоюн, отламывая хрустящую корочку хлеба, кидая себе в рот, — забудьте, о чём я сказал. Делайте и поступайте так, как душе угодно. Этому миру нужна небольшая встряска. — Класивые! — переместившись на колени Чанёля, выпаливает Минхёк, заглядывая в телефон последнего. — Кто, малыш? — спрашивает Чимин, немного не понимая происходящее, потому что прикосновение под столом становятся слишком горячими и отвлекающими. — Чигу! — воодушевлённо выдаёт ребёнок, вызывая искренний смех у присутствующих. Нельзя раньше времени опускать руки. Даже из сплошного мрака можно выбраться, схватившись если не за канат, то за нить надежды точно. Чимин вновь оказался в окружении всех своих любимых людей, хотя только утром готовился к самому худшему исходу. После зимы в душе наступила весна. Облачность отступила, как только лучики яркого солнца пробрались сквозь неё. Теперь брюнет подставляет лицо к этому свету, совсем не страшась будущего. Семья Пак понесла в том числе большие финансовые убытки: прекратилась деятельность, приносящая основной доход; некоторые контрагенты после ареста Пак Гоюна расторгли договоры на поставку морепродуктов. Но у них всё ещё оставался элитный фитнес-центр и действующие договоры с верными партнёрами. Главное, они остались друг у друга. Их корабль будет попадать в шторм, и не раз, но Чимин уверен, что кроме незначительной тряски они ничего не почувствуют, если будут держаться вместе. Так же крепко, как сейчас держит его руку Чонгук.

🔥🔥🔥

— Какой же ты гибкий, белобрысый… — не удерживается от комментариев старший инспектор, когда Чимин, как змея, выгибает спину. Чонгук облизывается вновь и вновь, держа за талию [снова] блондина со слипшимися на лбу от пота волосами, пока тот, как и обещал когда-то, устраивает скачки без правил. Такое он представлял только в своих смелых воображениях с самой первой их стычки. Чимин приподнимается и опускается на его всё ещё возбужденный орган, вызывая у Чонгука бурю горько-сладких эмоций. — Жаль, что нам пришлось долго готовить тебя, малыш, — хрипит инспектор, еле подбирая слова после уже не первого и даже не второго заезда. Уж слишком они изголодались друг по другу, поэтому, к сожалению или к счастью, долгое воздержание имело свои последствия. — А не надо было… Ах… — пальцы ног Чимина поджимаются, — слушать дурацкие просьбы и… мгм… оставлять меня, — тоже прерывисто выдаёт он, тяжело дыша. — Мой дерзкий мальчишка, — проводит по нежной коже живота Чонгук и приподнимается ладонью до груди, пальцем задевая чувствительный сосок парня и вызывая очередной сводящий с ума стон из губ. — Думаешь, мне легко было? — одним рывком, не удержавшись, он валит Чимина спиной на кровать, всё ещё находясь внутри него, заставляя блондина задрожать уже всем телом. — Ты бы знал, как сейчас прекрасен, — делает завершающие аккорды под нужным углом. — Чон~гук, сжалься, — запрокидывает Пак голову на подушку, находясь в состоянии свободного падения. — Давай, малыш… — одновременно помогая своему парню рукой, инспектор наклоняется, захватывая жадно своими губами его искусанные алые губы. — Ах! — стонет сквозь поцелуй Чимин. — Вот так, малыш… Чонгук видит в глазах своего мальчика всё. Нежность, страсть, любовь. Дурманящую. Безграничную. Необъятную. До потери пульса. До потери разума. От пропасти, которая образовалась между ними, не осталось и следа. Их души и тела теперь сплетены навсегда. Инспектор чувствует, как собственные глаза становятся мокрыми. Но теперь это слёзы счастья. Слёзы бесконечной благодарности судьбе за прекрасный подарок. — Как же я скучал по твоим глазам, — приподнимается Чонгук, целуя влажные веки. — По твоим щёчкам, — охая, оставляет поцелуй на одной и другой стороне. — По твоим медовым губам, — вновь принимается со всей страстью сминать их, снова и снова изучая их вкус, как в первый раз. — По твоей коже, — вдруг Чонгук отрывается от губ и опускается вниз. В этот момент Чимин чувствует, как губы касаются мокрой кожи внутренней стороны бедра, заставляя его вновь возбуждённо вздохнуть. — Чонгук… — Чимин вцепляется пальцами в уже давно влажные простыни, впитавшие ароматы двух разгорячённых тел. — Но мы ведь только… — Это ты расскажи моему сердцу и приятелю… — не отрываясь от тела мальчика, произносит Чонгук. — Не надо было рождаться таким идеальным, Пак Чимин. Я с тобой, — покусывает нежную кожу, помечая, — ощущаю себя фениксом, возрождающимся вновь и вновь… Парни, уже полностью обессилев, свесив ноги, лежат в обнимку на смятой постели. Чимин принимается за своё любимое занятие — очерчивание пальцем границы татуировок. Когда рука доходит до области сердца, где красуется самая важная для Чонгука надпись «ГуЧи», невольно расплывается в улыбке. Такой стеснительный, робкий, словно не он реализовывал пару минут назад самые дерзкие фантазии. — Кстати, почему именно ГуЧи, а не ЧиГу, если даже Минхёк нас так назвал? — запрокидывая голову наверх, спрашивает Чимин. — Во-первых, я сверху, — не успевает договорить, как его останавливают. — Стоп, в смысле? — хмурит брови блондин. — Что за деление? — Шучу, малыш, — заливается смехом Чонгук. — Если ты захочешь поменяться, то я, без сомнения, уступлю. Хотя никогда до этого не был в другой роли. Но с тобой, — тянет за подбородок, целуя в губы, — я готов быть кем угодно. — Меня пока и так всё устраивает, — улыбается сквозь поцелуй. — Люблю тебя дразнить. Так, а в чём другая причина? — Потому что ты у меня любитель брендов, а ГуЧи вроде как известный бренд? — Какой же ты недалёкий, — снова возвращает Пак голову на грудь мужчины, закатывая глаза. — Название бренда не так пишется. — Ну ладно, хотя бы произносятся одинаково, — принимается инспектор гладить макушку своего неповторимого мальчика. — Кстати, насчёт Минхёка. Когда мы уже переедем в наш дом? Устал уверять ребёнка в том, что меня укусило какое-то насекомое. — Ну ты и так меня считаешь кровопийцем, — смеётся Чимин, щекоча ресницами кожу темноволосого. — А ремонт у тебя начался только неделю назад. Надеюсь, очень скоро переберёмся в наше гнездышко, — погружаясь в свои мысли, говорит Чимин. Особняк может быть большим, роскошным, но он никогда не заменит дом, пусть и скромный, в котором они останутся только вдвоём, наслаждаясь обществом друг друга. Перед этим домом инспектор спас блондина от наркодилеров. Тогда они и не догадывались, что в будущем станут спасением друг для друга.

🔥🔥🔥

Чонгук всё ещё старший инспектор. Только не ООБ, а отдела по борьбе с преступлениями против интересов организаций. Хотя, исходя из последних событий, когда к нему вновь и вновь, перешагнув через гордость, начал обращаться с просьбой помочь по своим делам Намджун, есть сомнения, что он снова решится согласиться и вернуться в свой старый отдел. Чонгук — сдержанный и взрослый мужчина. Давно не подросток. Но чёрт возьми! Что делать, если его парень — Пак Чимин?! Самый привлекательный, нереальный и сексуальный мальчик на земле?! Чимин решил, как в первый рабочий день Чонгука, отвести того к Джованни, потому что, видите ли, его снова не устраивает стиль темноволосого. И снова зашёл в примерочную, якобы помочь своему мужчине одеться. Лучше бы он этого не делал! Чонгук затуманенным взглядом следит за действиями опустившегося перед пахом блондина, видя лишь двигающуюся белобрысую макушку. — Чимин~а, — с хрипотцой произносит инспектор. — Прекращай, кто-то ведь может зайти. — А я фто? — не прерывает занятие Чимин. — Не одному тебе достафлять мне удофольствие, позоря перед фсеми. — Да забудь ты про историю на свадьбе Кихёна… — грудь тяжело вздымается. — Ну пришлось переодеться перед церемонией, и что? — И заметь… — доносится пошлое хлюпанье. — Такое мы уж-же проходили… — Господин Чон, ну как Вы там? Помощь нужна? — Джованни застывает на месте, смотря на полуголого вспотевшего парня и присевшего перед ним Пака. Где-то такое уже было? Дежавю? В первый раз забыли похоронить Чонгука, может, в этот исполнят? Потому что… Как же стыдно! — Хорошо, что примерял господин Чон не мой, а твой костюм, Юнги, — с облегчением говорит выходящий из примерочной дизайнер своему подающему большие надежды стажёру, которого привёл два месяца назад Чимин. — Там его немного помяли и, думаю, испачкали. Я как-то забыл им после первого случая напомнить, что в кабинке есть замок. — Что-о?! — доносится до парней визг светловолосого мужа Хосока. — Как думаешь, — с трудом застёгивает молнию Чонгук, — сколько у нас времени на то, чтобы ретироваться?! Я лично сюда больше ни ногой!

🔥🔥🔥

A Thousand Years — Christina Perri Паря над землёй, в небе, Чимин чувствует, как нежно треплет его волосы ветерок, даря ощущение уже не мнимой, а самой настоящей свободы. На их первую годовщину Чонгук устроил сюрприз, организовав полёт на воздушном шаре. Раньше Чимин боялся высоты, но не сейчас, когда рядом его мужчина. — Где бы ты хотел оказаться? — задаёт он вопрос Чону, смотря на величественные горы, от одного вида которых дух захватывает. — Мне достаточно поселиться в твоих карих глазах, — целует висок мальчика Чонгук. — Ты — тот дом, в который я хочу возвращаться снова и снова. С тобой, Пак Чимин, я готов гореть даже в аду. — Не надо в ад, инспектор Чон, — отрывая взгляд от неописуемо прекрасного пейзажа впереди, оставляет Пак сладкий поцелуй на щеке мужчины, — давай создадим наш рай на земле. — Где ты, малыш, будешь главным ангелом, — накидывает инспектор тёплый плед на плечи блондина и прижимает к своей груди, обвивая талию руками. Тишина и покой всецело окутывают души парней. Когда-то Чимин, смотря на профиль своего уже бывшего телохранителя, задавался вопросами: каково это — чувствовать эти самые пальцы на своём теле, не находясь под наркотой? Каково обвивать руками эту мощную шею, прижимаясь щекой к лицу? Каково быть человеком, на которого эти огромные глаза будут смотреть с нежностью и любовью? Теперь он может с лёгкостью дать единый и однозначный ответ сразу на три вопроса: это прекрасно.
Примечания:
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Укажите сильные и слабые стороны работы
Идея:
Сюжет:
Персонажи:
Язык:
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.