Не заблудись в поле васильков

***

Теплые и яркие лучи солнца пробиваются через плотные жалюзи. Солнечные зайчики так и скачут с потолка на стены. Умиротворение и спокойствие наполняют комнату, что невольно заставляет губы растянуться в улыбке. Создается впечатление, что это будет продолжаться бесконечно, но как только услышишь пение птиц, то становиться понятно, что наступило утро, догадки о долгом сне разрушаются вмиг. Сон уходит вместе с надоедливыми звуками будильника. А так хочется остаться в теплоте и уюте. Глаза отказываются открываться, улыбка сходит с губ, а тело начинает выходить из расслабленного состояния. Хочется остаться в кровати как можно дольше, тем самым дальше позволить "зайчикам" дарить улыбку.

***

Я все-таки заставляю себя проснуться, и вновь ощущаю обычное утро, которое ничем не отличалось от предыдущих. Рассматривая "дорожки" солнца на потолке, складывается впечатление, что они как бы становятся супергероями спасая из темноты, ведь освещают путь, чем-то напоминая маму, которая своей лучезарной улыбкой могла отогнать детские страхи. Встав со своей не такой уж и мягкой кровати, ведь иначе я бы в ней провалился, как в облако, такое же нежное и шелковое, но вместо этого иду сначала в душ. Бархатная вода обволакивает тело, соприкосновение капель с кожей вызывает мурашки. После ополаскивания в мое лицо ударяется холодный воздух, так как я открыл дверь. Он заставляет проснуться окончательно. Натянув домашнюю одежду плавно передвигаюсь на кухню, где заглянув в холодильник, думаю, что приготовить на завтрак, видимо будут опять бутерброды с сыром. Утром никто меня не встречал, как делают это в обычных семьях. Хоть и сейчас не обидно это осознавать, так как теперь моя «семья» попала в список необычных. После утренней трапезы быстро собираю учебники в школу, потому что хочу поскорее уйти из квартиры. А также встречаться со своим отцом утром в моих планах не было. Он не очень приятный человек, если его увидеть, то настроение испортиться так, что поднять его будет просто невозможно. Безусловно, так говорить о своей родной кровинушке нельзя, но этот "балаган" происходит неоднократно. Отец всегда приходит домой пьяным, отчего я уже не могу вспомнить его трезвые адекватные глаза. Если бы только радом была мама, тогда всё, казалось, было бы замечательно. Я вышел намного раньше обычного, так как спешил выйти поскорее на улицу. Хотя сейчас осознаю насколько приятно прогуляться по безлюдным дорогам, где царит тишина и спокойствие. А солнечные лучи светят прям в лицо, что дает еще более теплые ощущения. Легкий ветер колышет ветви деревьев. Трава все еще мокрая от утренней россы. Где-то слышны завывания лягушек, которые так и хотят пообщаться. Даже не хочется затыкать наушниками такую уютную обстановку. Освежающий воздух щекотит нос от чего невольно морщусь. Казалось, такое спокойное утро сможет разрушить только апокалипсис. По пути я замечаю группу ребят, похожих на меня, которые тоже решили поморозить голову ранним утром. Дойдя до своей старой школы, я сворачиваю в сторону запасного входа. Под лучами солнца здание выглядело оживленно и назвать его старым нельзя, хотя местами была уже плесень на стенах, а тротуар выглядел, как большая часть дорог в России. Я привык заходить в школу через запасной вход, ведь там нет большого потока учеников. Только ты и тишина. Можно спокойно позабыть о существовании проблем, окунуться в притоки мыслей о светлом будущем. Для моего удивления на пути я встретил буйную группу ребят, они в дребезги разрушили эту идиллию. Обычно тут нет ни души, но в этот раз здесь активно обсуждали что-то важное и злорадное. По моим подсчетам их около семи человек, но один, как-будто против всех. Он выглядел как добыча, которая попала в когти тигров. Как только я выравнился с "буйными отморозками" невольно стал вслушиваться в их обсуждения. Своим видом пытаюсь выдавить спокойствие, но им уже не пахло, раздражение берет вверх над моими эмоциями. Мне просто хотелось быстро уйти, чтобы не встречаться взглядом с этими "буйными" подростками. — Эй! Богатенькая тварь, хочешь жить? Тогда будь нашей пешкой и покупай все, что мы захотим. Тебе все равно денег не жалко, — с ухмылкой сказал один из тех парней. Он выглядит, как типичный хулиган, одетый в спортивную форму. Но была ещё одна отличительная черта от тех самых «типичных» — это шрам на его лице. Он огибал между левой щекой и уголка губ, что больше подчеркивало его злобную ухмылку. А той самой "добычей" оказался низкий мальчик, который приковал свой взгляд к ямке на асфальтированной дорожке. Я видел только его темную макушку, но в следующую секунду его взор был направлен на "лицо со шрамом". И тут я разглядел его голубые глаза, которые пылали от бешенства, он был готов противостоять шестерым парням. Я очень удивился. Как в таком хрупком пареньке столько смелости? Но для меня этот вопрос остается загадкой. —Эй! Ты плохо слышишь?! — сказал хулиган замахнувшись рукой. В его глазах читался безумный азарт и превосходство. Низкий мальчик пошатнулся от неожиданности, но взгляд не убрал, он только еле-еле пошевелил своими распахнутыми губами. Не знаю почему с ним так поступают, но видеть насилие я не могу. Поэтому мне хватает вытянутой руки, чтобы схватить "лицо со шрамом" за запястье. По телосложению я был куда мускулистей всех парней из этой шайки. За счет этого из моей хватки было тяжело выбраться. — Это мерзко, — с отвращением говорю я, посмотрев в горящие от злости глаза хулигана. Парень явно был ошарашен тем, что кто-то ему помешал, но, стараясь не подавать виду, грозно продолжил глазеть на меня. Хотя я на секунду увидел, как его глаза округлились. Его запястье извивалось в моей руке, как дождевой червь. Видимо, поняв свою беспомощность он усмехаясь толкает того низкого парнишку, на что тот падает на грязный асфальт. Меня стало поглощать не просто раздражение, но и ненависть. — Ты что? Тоже хочешь получить? — сказал "лицо со шрамом" с усмешкой в голосе повернувшись ко мне. Он посылает взглядом знаки своему товарищу, которых находился уже за мной, на что тот хватает меня за плечо. Его рука была достаточно тяжелая, поэтому я смог почувствовать дискомфорт и даже боль. Пути назад уже нет. Бедный мальчишка стоял против этих шестерых и не потерял свое достоинство, мне оставалось только восхищаться им все эти секунды , что его видел. Так почему же я не могу ему помочь? Стану «принцем на белом коне», может так в мою жизнь больше не придет та боль, которую я ощущаю на протяжении пяти лет. Чтобы скинуть руку «товарища» со своего плеча мне надо было попотеть, ведь сжимали сильно. Я стрельнул взглядом в захватчика моего Грубо скинув руку со своего плеча, я без разговоров взял за руку незнакомца и быстро вывел его из этого «капкана». Мы побежали в другое крыло, где вверх вели огромные крутоватые лестницы. Всегда было страшно подниматься по ним. () — Спасибо, — заикаясь обмолвился мальчик. Его немного трясло, то было видно. Белоснежная кожа его лица была красная и вся в царапинах. Из-за того, что тот упал вся одежда была грязная. Его кожа, как мрамор. Такая же белая и.холодная. Я слегка кивнул, и наконец, отпустив его кисть, направился к двери на свой этаж. Мальчик ещё немного постоял, переваривая все что с ним произошло, а затем начал подниматься по этой запутанной лестнице. Я ещё долго ощущал его кисть в моей ладони. Как я сжимал его ладонь, так похожую на мрамор — то ли своей хрупкостью, то ли бледностью. Хотелось почувствовать эти ощущения ещё раз. Наверное мне больше не стоит выходить так рано из дома.

***

Люблю вечером после школы прогуляться. Мало людей, тихо в городе. Об этом можно только и мечтать такому человеку как я. Не любил я всю эту суету. Я направился к парку, который находится рядом с моим домом. Тут так спокойно, что я даже могу позволить себе забыть все хлопоты, от которых уже тошно. Хочется захлебнуться свежестью вечернего воздуха. Все еще пахло вчерашним дождем, который меня так успокаивал. Уличные фонари горят тёплым светом, напоминая мне мою маму.её тёплую улыбку, её заботу и нежность, которых так не хватает. Я захожу в ближайший магазин. Хотелось прикупить сигарет и энергетик. На кассе сидит знакомая девушка. Она очень опрятно выглядит, на вид ей не больше двадцати. Её пустой взгляд даёт понять как же она устала, как же она конкретно задолбалась. — Здрасьте. — неловко смотрю на неё, но кассирша не отрывает взгляд от своего телефона, продолжая тыкать по нему своими наманикюренными пальцами. Гипнотизирую в надежде, что она посмотрит, но этого так и не происходит. — Девушка, может оторвётесь от телефона и обслужите меня? — говорю громче, чтобы та наверняка обратила внимание. От неожиданности она вздрагивает и поднимает взгляд. — О! Савва, привет. Ты меня до смерти напугал, — начинает она, откладывая свой телефон в строну. Видимо там был важный разговор, раз она не сразу меня заметила. — Ой. простите-простите, госпожа Яна, но мне как обычно.мои любимые, с кнопкой, — ответил я, с улыбкой смотря на неё. Она не очень рада тем, что в свои семнадцать лет я курю, поэтому всегда пугала тем, что перестанет продавать сигареты, ведь это вредно для здоровья и вообще это в будущем аукнется. Меня эти разговоры очень подбадривали, так как я чувствовал заботу со стороны своей лучшей подруги. Хоть кто-то волновался за меня. Девушка выдыхает. Становится и ищет те самые сигареты, о которых шла речь. Мне даже не стоило говорить об энергетике, потому что на кассе уже стояла знакомая баночка. Яна садится обратно на стул и поднимает взгляд на меня. — Ну, рассказывай как там в школе? Что сегодня было интересного? Ну, и, вообще, как сам? — задаёт множество вопросов девушка, приглашая присесть рядом. Люблю такие уютные посиделки в магазине. Бывало мы задерживались настолько долго, что нас пинком выгоняли. Я киваю и сажусь на стул. Беру ее руку, нежно водя по ней пальцами. Вспоминаю холодные мраморные руки, приятный голос, от которого внутри горячо, небесного цвета глаза, в которых так и хочется утонуть. Но говорить об этом ей сейчас не хотелось. Надолго тут задерживаться я не планировал, но состояние Яны меня очень тревожило. — Да все как обычно. А сама почему такая грустная? Что-то случилось? — поднимаю одну бровь, смотря на девушку с удивлением. Мне не нравится, что она такая подавленная. На что девушка вертит головой, показывая, что отвечать не будет. — Потом, Савв, а сейчас мне нужно работать. Иди, куряга, — Яна толкает меня в бок, по-доброму улыбаясь. Кистью руки показываю произвольный телефон, говоря, что я всегда на связи и буду ждать ее звонка. Выйдя на улицу, в лицо ударяет прохладный воздух. Брожу по темноте. И какое-то тревожное чувство меня не покидает. То ли из-за Яны, которая по-необычному грустная, то ли из-за паренька. Сажусь на скамейку подальше от магазина, чтобы меня не видели, вытаскивая из кармана старую пачку сигарет. Внутри лежала поцарапанная зажигалка желтого цвета, которая все никак не могла закончиться. Подношу фильтр к губам, зажигая кончик сигареты, который в темноте еще ярче светил красным. Приятный дымок скользит по легким, когда делаю первую затяжку. Попадаю под приятную дрожь от холода. А может это действие никотина. Я смотрю вперёд, разглядывая очертания деревьев. Так спокойно, так тихо, но так одиноко…

***

Когда я открываю дверь тяжёлое тело валится на меня. Мои глаза стали слезиться из-за резкого запаха перегара. Но мужчина сразу встаёт на ноги, находит равновесие и уже опирается на стену, которая была напротив. Его пустой взгляд пробирает до костей. — Савелий…— не громко говорит мужчина своим хриплым неприятным голосом. Хотелось закрыть ему рот хоть как-то, чтобы меня он не трогал, чтобы он забыл про меня. Я правда заебался. Где же мой ангел, который вытащит меня из этой гущи ненависти и страданий? От этой темноты.Кто? «Хватит задавать уже эти бессмысленные вопросы, ты никому не нужен, так будет всегда, Сав. Прими это.» — … — Вот скажи мне.кто виноват в смерти моей жены? Кто все время приносил ей эти ублюдские таблетки?! Пха, — он прикрывает глаза, когда его голос начинает неприятно хрипеть. Мое тело все покрывается мурашками, дыхание сбивается, голова идёт кругом, а к горлу подступает ком, который проворнее хочет выйти наружу. — Таисия, почему ты оставила меня одного с этим куском дерьма? —послышались всхлипы взрослого мужчины. Он начинает медленно двигаться вглубь комнаты. Я замер. Как же хочется выйти в окно.Ну или хотя бы просто выкурить целую пачку сигарет. — Савелий, это ты виноват в смерти Таи, ты ее погубил. — послышался голос за дверью, которая вела в комнату отца. Мое тело понесло на улицу к чистому прохладному ветерку. Тяжелая отдышка и рвота за углом дома, бабки на лавках, которые обсуждают это: «Ну и молодёжь пошла, одни наркоманы да алкаши.Тьфу». А вообще, какого хрена вы тут ночью сидите? Приводить себя в чувства потребовалось около тридцати минут и как только появились силы, я захожу в холодный подъезд многоэтажки, потихоньку поднимаясь на свой этаж. Многие двери выглядели ужасно, но иногда мелькали и новые красивые двери. Наверное, по другую сторону этой железной преграды жила счастливая семья. Или просто хороший человек.в общем то, чего у меня точно нет и никогда не будет.

***

В квартире стало разить ещё сильнее перегаром. Я прохожу в свою комнату, чтобы не видеть этого человека. За дверью слышится громкие ругательства — видимо отец потерял связь с этим миром и корит все, о чем только вспомнит. Надев наушники, чтобы не слышать его, я погружаюсь в свои мысли. Слишком часто я думаю о прошлом. Когда все пошло наперекосяк? Когда отец начал винить меня в смерти мамы? И почему вообще жизнь так несправедливо ко мне отнеслась? Я бы хотел жить как раньше, быть счастливым ребёнком и делиться секретами с родителями, но такого больше не будет. На глазах наворачиваются слезы, от чего я сразу вытираю их. Не хочется сейчас плакать. На телефон приходит уведомление. Писать мне может только один человек во всем этом засранном мире. Лёгкая улыбка сама появляется, когда на экране высвечивается «Янурик». Как же мне не хватало Яны, ее слов, от которых успокаиваешься и на душе становится тепло. Янурик, 0:45 — Детка, ты там? Не успеваю ничего ответить, как начинает вибрировать телефон, от чего вздрагиваю и чудом не роняю его себе на лицо. — Алло, так вот, рассказываю, малыш… — девушка стала рассказывать ту самую не начатую историю. Я со вниманием ее слушал, поддерживал и утешал. И это продлилось несколько часов и может было бы дольше, но тут моя дверь в комнату резко открывается, и в дверном проеме стоит разъярённый отец. От испуга роняю телефон и вытаскиваю наушники, ползя к спинке кровати. Хотелось спрятаться от его пустого, но в то же время грозного опасного взгляда. Мужчина медленно подходит ко мне. Я уставился на его левую руку, в которой был кожаный ремень. Сердце начинает биться сильнее, руки трясутся. Я нервно сглатываю накопившуюся слюну. Я не хотел верить в это. Его взгляд полон ненависти. Надеюсь, что я успел отключить звонок, ведь не хотелось, чтобы Яна все услышала. Рука мужчины дрогнула, а через некоторые мгновение она ударяет по моей ноге. Хищный волк и беззащитная овечка. Боль раздаётся по всей ноге и я кусаю нижнюю губу, чтобы не завыть от этих ощущений. Тот бьёт со всей силы по ногам, а адская боль снова поражает ноги неприятной дрожью. В этот момент из головы вылетают все мысли. Я не заметил, как слезы потекли по щекам, падая мне на колени. И я задаюсь всего лишь одним вопросом: «Когда это закончится?»