Ну привет, Олег...

Между мужчинами снова возникло гнетущее молчание. Они знают друг друга так долго, но не виделись целую кучу времени. А о чём им вообще говорить? «Прости, что кинул тебя на произвол судьбы, как последняя тварь»? «И ты меня прости за то, что я не пытался тебя найти и забил»? К счастью, в этот момент, словно спаситель, пришёл Алессандро. — Пьетро, мы… — заговорил он на итальянском. — Шура, кончай цирк… — перебил его Сергей уже на русском. Олег поднял взгляд на ещё одного старого знакомого. И правда, у того всё те же синие волосы и всё те же кресты на шее… И Шурик, и Разумовский сильно изменились, возмужали, но всё же остались узнаваемы. Чёрт, как Волков сразу не заметил?.. Шура вскинул брови и улыбнулся. Он достал из кармана пачку сигарет, взял одну из них в зубы и поджёг. Он усмехнулся. — Вот это я понимаю, страсти Христовы, — Шурик сделал затяжку. — Так и будем тут стоять или будем куда-то двигаться? — Ой, да завались ты, а, — раздражённо буркнул Серёжа. Он глубоко вздохнул. — Олег, может тебя… подвезти до отеля?.. — Я думал вообще-то вызвать такси, так что… — Нет, так неинтересно, — с наигранным огорчением перебил Волкова Шура. — Когда-нибудь я тебя прибью к чёртовой бабушке, — ругнулся Серый. — Но не сегодня. Разумовский раздражённо закатил глаза, пока Шура продолжал мерзко улыбаться, сверля своими бесстыжими глазами Разумовского. — Твою мать… — еле слышно ругнулся Олег. — В районе отеля прогнозируют сильный шторм… Никто не согласится ехать… — Не знаю, может быть, тогда у меня сегодня переночуешь?.. Тут всего в десяти минутах езды…  — робко предложил Серый. Сложно было сейчас понять, нервничал ли он перед этим предложением. От Шуры последовал сальный смешок. Разум пихнул его в плечо, пытаясь утихомирить. — Ну, в принципе, я не против, — неловко согласился Олег, потушил сигарету о мусорное ведро и выкинул её туда же. Шура грязно прыснул со смеха, и на этот раз получил от Разумовского подзатыльник. — Ещё один смехуёчек, и я подпалю твои волосы, — буркнул Серый. — Я, конечно, всё понимаю, но волосы это уже слишком, — Шурик поднял руки в примирительном жесте. Ухмылка спала с его лица. Олег был несколько шокирован изменениям Серёжи. Ладно ещё эти усы, серьёзность, но маты?! Чтобы Разумовский матерился?! Разве он вообще знает какие-нибудь слова грубее «хрени»?! М-да уж… Через минуту Серый тоже потушил свою сигарету. Остался только Шура. — Меня ждёте? Как мило с вашей стороны, — он подло улыбнулся. «А вот он нихера не изменился… — буркнул в своих мыслях Волков. — И почему я даже не удивлён?..» Потом и Шура окончил перекур и пошёл к машине. Разум вместе с Волковым проследовали за ним. — Олег, садись назад, я сяду за руль, а ты на переднее сидение, — велел Шурик перед тем, как сесть в машину. Волков послушно выполнил наказ. Дорога предстояла недолгая, но от этого не менее волнительная. Олег периодически поглядывал в окно, затем на Шуру и на Серёжу. «Интересно, какие у них отношения? Деловые? Дружеские? Или…» — он осёкся. Чёрт. Ну конечно. Было бы как минимум очень странно, если бы у Серого за три года никого не было. В голове возник ещё один вопрос — кто звонил Сергею? «Да, сейчас буду…» — звонивший волнуется, ждёт его приезда. «Я докурю сигарету и поеду… Да, я знаю, как ты к этому относишься… Да, я знаю, какие могут быть последствия…» — этот человек печётся о его здоровье. Это точно кто-то, кому не всё равно на Серёжу, на его состояние. Но… кто?.. Жена?.. Муж?.. Молодой человек?.. Девушка?.. Вариантов масса и один охерительнее другого. Во всяком случае, он узнает это совсем скоро. Примерно… сейчас… Машина останавливается. Они въехали на территорию особняка. Олег и Серый вышли из машины, а Шура пока что остался на месте. Волков осмотрел территорию. Не сказать, что особняк огромный, но и не маленький. Рассчитан на большое количество людей. Или на большую семью… Блять… — Вы пока идите, а я машину в гараж припаркую, — сказал Шура. Серёжа кивнул ему. Он стоял на месте, пока тот не уехал. — Пойдём в дом? — робко предложил Разумовский. — Угу, — согласился Волков и пошёл за ним. У дома тихо. Горит только одно большое окно. Нет ни звуков, ни голосов. Ожидание гнетет. Бабочки в животе уже устроили ядерную войну. Кто ждёт его в доме?.. Раз. Серый вставляет ключ в тяжёлую входную дверь. Два. Она с приглушённым скрипом открылась. Три. Они входят. Четыре. Серый закрывает дверь. Пять. Шаги. Шесть. Лера?.. — Серый, я просто в!.. О. Мой. Бог. — Макарова стояла перед мужчинами, словно вкопанная, и тупо хлопала глазами. Раздражение на её лице сменилось удивлением, поражением. Она приоткрыла рот и ещё пару секунд стояла молча, не в состоянии вымолвить ни слова. Лера не смогла больше сдерживать себя и кинулась на шею к Волкову. Он сначала опешил от такого напора, но потом сам её приобнял. Она немного неловко отстранилась. — Прости мою бестактность, просто… Просто мы не виделись так долго… — промямлила Лера. — Ничего, я тоже очень сильно соскучился, — Олег оглядел её с ног до головы. — Ты выросла, — констатировал он. — Не смущай меня, — она мило улыбнулась. Лера оглядела его в ответ. — А вот ты нисколько не изменился. И от тебя воняет табаком. — Знаю, дурацкая привычка со школьной скамьи, — повисло молчание. — Может, чаю попьём? — предложила Лера. — Я за, — ответил Волков. — И я тоже, — согласился Серый. — Только давай сначала я покажу тебе твою комнату? Олег молча кивнул и они вместе направились на второй этаж. — Я тогда пойду чайник поставлю, — сообщила Макарова. Мужчины поднимались по ступеням в гнетущей тишине. Единственным источником звука были еле слышно скрипучие под ногами половицы. С каждым шагом напряжение всё нарастало и нарастало. Воздух словно сгущался и мешал подниматься. Но Волков постарался сделать невозмутимый вид, словно всё хорошо. Неизвестно, о чём сейчас думает бывший возлюбленный. Раньше по нему было бы видно, нервничает ли он, но сейчас он изменился. Сильно. Стал несколько холоднее, спокойнее, усы отрастил… Наконец, они поднялись. На этаже был большой коридор, ведущий влево от ступеней. Справа был тупик с книжным стеллажом и креслами. Они вместе развернулись влево. Все жилые комнаты находились по одну сторону коридора, а по другую было только две двери с условным обозначением ванной и туалета. — Можешь выбирать любую комнату, кроме трёх самых дальних, — сообщил Серёжа. Он не ушёл. Продолжил стоять рядом, выжидая каких-то действий. Олег не стал долго ходить по коридору, выбрав самую ближнюю к лестнице комнату. — Ты уверен? — немного смущённо спросил Сергей. — Мне не принципиально. Это же всего на одну ночь, — он вошёл, а Разум направился за ним. Комната была большая. Напротив двери стояла огромная двухместная кровать с большим окном над ней, а по бокам небольшие тумбочки. Где-то в центре комнаты стоял пуф, рядом с ним журнальный столик на колёсах. Вдоль левой стены комнаты красовался гигантский шкаф. Сколько нужно иметь вещей, чтобы забить его полностью, Олег не представлял. Волков оставил в комнате телефон, кошелёк и другую дребедень. Он повернулся лицом к Серёже, занявшему дверной проход. В его глазах он смог прочитать какую-то животную тоску, словно Разумовский — главный герой мультфильма про мамонтёнка, ищущего свою маму. — Даже переодеваться не будешь? — разорвал молчание Сергей. — Я вещи не взял, — коротко ответил Волков. — Я могу дать тебе… — пауза, —халат… — После душа переоденусь. — Дело твоё. — снова пауза, но уже не неловкая. — Идём? — Идём, — Олег направился на выход, Разумовский освободил проход, и они вместе удалились вниз. — Только сначала руки нужно помыть, — сообщил Серёжа, и они направились сначала в ванную. Первым был Олег. Неловко было заниматься своими делами под внимательным взглядом прежде самого дорогого человека на планете, но пришлось. Когда Волков отошёл от раковины, Разум почти сразу подлетел и «случайно» коснулся его тыльной стороной ладони. Или, может быть, и правда случайно. Чёрт его знает, этого Разумовского. Волков не стал ждать Сергея и сразу пошёл на кухню. Его взору предстала картина маслом: возле стола стоят Шура вместе с Лерой. Они из-за чего-то собачатся. Шурик протянул руку к печенью на тарелке посреди стола. — Руки, — сказала Макарова и шлёпнула наглеца по грязным лапищам. — Да ладно тебе, чего жадничаешь? — ещё одна попытка. И снова шлепок. — Сначала руки помой, а потом можешь сожрать всё, включая холодильник, — холодно настояла на своём Макарова. — Ну я же письки сегодня не трогал, — отчаянно заявил Шурик. — А кто тебя знает? — оба резко замолчали. — А ведь не поспоришь, — Шура хитрожопо улыбнулся и ушёл в ванную, минуя Олега. — Какой же ты мерзкий! — буркнула Валерия в след засранцу. Она бухнулась за стол. Вид у неё был невозмутимый, а не злой или раздражённый, словно этой сцены и не было. — И это у вас каждый день? — наконец спросил Олег, садясь по одну сторону от Макаровой. — Нет, не каждый. Когда по своим квартирам разъезжаемся и не контактируем, таких сцен не бывает. А так, да. Каждый божий день, — немного устало вымолвила Лера с абсолютно каменным лицом. — По своим квартирам? — изумлённо поинтересовался Олег. — Да. Шура тут, в Венеции, живёт почти с самого ухода Сергея, а я переехала сразу, как университет закончила. — Ого… — удивился Волков. — А ты уже решила, останешься чумным доктором, или уже всё? — Я решила не продолжать это дело, потому что это слишком тяжело и энергозатратно. И, к тому же, я хочу жить здесь, в Италии, а тут подобных проблем в разы меньше. Я лучше уделю больше времени своей работе и обычной рутинной жизни, — она замолкла на секунду. — А ты как поживаешь? В этот момент как раз пришли Шура вместе с Серёжей. Первый сел напротив Волкова, по другую сторону от Леры, а Разумовский устроился напротив неё. — Да нормально, в принципе, — попытался спокойно ответить Олег. Врёт. Нагло. Бесчеловечно. Бессовестно. — Сначала работал в автомастерской, а потом один из постоянных клиентов предложил стать его телохранителем. Ну, я и согласился. Платит он прилично, поэтому живу, не тужу. Вот, даже на отпуск в Италии вполне хватило. Лера встала. Она заинтересованно слушала рассказ бывшего тренера, разливая чай по чашкам. Олег повернулся лицом к Шуре. — А как ты вообще согласился работать у Серого после… Ну, ты понял, — обратился он к нему. — Потому что я продажный и меркантильный козёл, который в этой жизни любит только деньги, риск и выёбываться, — он хитро ухмыльнулся. — Честно, я не удивлён. Очень в твоём стиле. В Волкове проснулось желание поинтересоваться делами Разумовского, но он пересилил себя. Кто знает, как он на это отреагирует. Может, обрадуется, а, может, как и за весь вечер, бросит что-то односложное или ответит холодно, если, конечно, вообще ответит, а не уйдёт от этого. Олег бросил на Серого короткий взгляд. Очи Разумовского бегали по всему пространству вокруг, кроме области, где сидел Волков. Будто его тут вообще нет. То ли он неосознанно пофигистично относится к одному из участников чаепития, то ли специально избегает. Только почему?.. Так они и просидели до глубокой ночи. Ушли все почти одновременно. Олег был даже несколько рад, что они с бывшим напрямую не разговаривали. Слишком сильное между ними было напряжение. Просто до ужаса. Лера и Шурик, будто бы находились в отдельной атмосфере и не замечали ничего странного. Во всяком случае, хорошо, что этот дурацкий день наконец-то закончился. Олег сходил в душ, переоделся в халат, который ждал его на кровати, поставил телефон на зарядку и лёг в чистую кровать. Он накрылся одеялом почти с головой и в этом положении так и уснул.