Ну привет, Олег...

Шура подъехал на машине к Лериной работе. Он заглянул в телефон. Успел. На губах сама по себе нарисовалась довольная улыбка. Через какие-то пару минут на улицу вышла Макарова. Она огляделась и, заметив Шурину машину, сразу направилась к ней. — Не подвёл, сучёныш, — сказала Макарова, садясь на пассажирское сидение автомобиля. Она закрыла дверь и пристегнулась. — Ай-яй-яй, как Вам не стыдно, Валерия Викторовна? — Шурик опустил солнцезащитный козырёк и заглянул в зеркало, прикреплённое к нему, чтобы поправить причёску. — Зато ты святой человек, — она усмехнулась. — Да, святой. Видишь, у меня даже кресты на шее? — он коротко провёл рукой по татуировке. Лера тихо хмыкнула, но ничего не ответила. — Бля, вот так и знал, что надо в Россию ехать красить волосы, но нет же, — еле слышно буркнул Шура. — А в чём разница? — В России все такие услуги на более высоком уровне. А тут… — он недовольно скривил губы. — Ты ещё гимн спой, ага, — она увела взгляд в сторону. — Я бы с радостью, да вот только не помню его уже ничерта, — он обворожительно осклабился. Шурик начал выезжать с парковки. — И я… — честно принялась Макарова. — Слушай, а какой у тебя родной цвет волос? Никогда не видела тебя с каким-то кроме синего, — она сменила тон с неловкого на более обыденный. — От природы я шатен, но в какие только цвета я не красился… И в красный, и в фиолетовый, и блондином я был… А с родным цветом я последние лет десять почти не ходил. Разве что когда жёг волосы по неосторожности… А потом снова красил, и всё по кругу, — несмотря на увлечённый рассказ, он был весьма сосредоточен на дороге. — У тебя есть какие-нибудь фотографии? — Есть, но они в альбоме у меня дома. Люблю увековечивать особо памятные моменты на бумаге, — он сделал паузу. — Если хочешь, мы можем поехать ко мне, и ты всё увидишь, — по голосу он будто флиртовал. Лера недоверчиво посмотрела на собеседника. Когда она поняла, что это нисколько не шутка, и Шурик сказал это вполне себе серьёзно, уверенно ответила: — Давай. Шура тихо прыснул со смеха и довольно улыбнулся. Он не стал сворачивать с дороги, по которой ехал, но на первом же перекрёстке свернул в противоположную от дома Разумовского сторону. Лера прежде никогда не была у Шурика дома, да и не особо-то хотела. Макаровой до этого времени было абсолютно всё равно, и она даже не задумывалась о том, живёт ли он в доме или квартире. Да хоть в огромном особняке из кораллов на дне Средиземного моря вместе с русалками. Валерии было равнодушно, а интерес проснулся только сейчас. Через минут десять машина остановилась на большой парковке. Молодые люди почти синхронно вышли из машины. — Можно сказать, мы уже на месте. Нужно только немного пройтись, — воодушевлённо заявил Шурик и заблокировал автомобиль. Они вместе с Макаровой вышли с парковки, а после Шура и направился куда-то в сторону оживлённой толпы. Лера догнала его, а затем подстроилась под его скорость ходьбы. На улице объективно не так уж и много людей, но за счёт небольших габаритов улицы, она казалась заполненной. А ещё здесь просто невероятно красиво. Макарова даже пожалела, что никогда не была прежде в этом районе города, потому что тут и без того прекрасная Венеция играет новыми красками. Неизвестность прибавляла ещё больше шарма этой местности. Шуре с Лерой пришлось пройти через узкий тёмный переулочек на другую, менее оживлённую сторону улицы с водным каналом. Они ещё около полутора минут блуждали вдоль домов, пока Шурик не остановился возле одного из них. Он открыл подъездную дверь и придержал её для спутницы. — После Вас, синьора, — он хитро осклабился, на что Лера беззлобно закатила глаза, но всё же воспользовалась предложением. — Я живу на третьем этаже, — добавил Шура, проследовав за Макаровой. Она коротко кивнула, давая понять, что услышала его. Когда Валерия поднялась, Шурик быстро подоспел к ней. Он открыл дверь в свою квартиру и снова пропустил Макарову первой, но уже без каких-либо комментариев. Лера оказалась в светлых просторных апартаментах. Она неспешно разулась, поставила кроссовки на специально отведённую этажерку и освободила проход для хозяина. Шура переобулся в домашние тапочки и поставил перед гостьей такие же, только другого цвета. — Вроде так долго в Италии живём, а всё дома переобуваемся, — заметил Шурик, вальяжно проходя в гостиную. — И не говори, — подтвердила Макарова, направляясь за ним. — Хочешь чего-нибудь? Чаю? Кофе? Какао? Воды? — он плюхнулся на диван и хитро осклабился. — Меня? Лера недоверчиво вскинула одну бровь. Уголки губ сами по себе поползли вверх. — Ладно-ладно! Это просто шутка! — он тихо рассмеялся и поднял руки в примирительном жесте. Лера села рядом на софу и откинула голову назад, блаженно прикрыв глаза. — Нормальная шутка. Не извиняйся, — она сделала паузу. — Я бы не отказалась от чая. — С молоком, с лимоном, с сахаром, с мятой? — С мятой. — Чёрный, зелёный?.. — У тебя там склад что ли? — перебила Лера, открыла глаза и вопросительно посмотрела на хозяина апартаментов. — Ну типа… — он неловко отвёл взгляд. — Зелёный, — она снова прикрыла очи. — Уно моменто, — сказал Шура и скрылся в другой комнате. Он появился через минуты три с двумя большими кружками чая на подносе. Он поставил металлическую посудину прямо перед Лерой. — Не хочешь чего-нибудь к чаю? — К чаю предпочитаю смотреть фотоальбомы, — Макарова села прямее, пододвигаясь ближе к столику. — Бля, точно, — Шурик хлопнул себя по лбу и скрылся в уже в другой комнате. Через приоткрытую дверь стало очевидно, что это спальня. Шура залез в небольшой комодик и достал из него огромную толстую книгу. Он сдул с неё всю пыль, вернулся в гостиную и шлёпнул альбом на стол. — Ты извини, я сейчас быстро в душ, а ты пока рассматривай. Там даты стоят, так что, я думаю, ты разберёшься. Лера коротко кивнула в ответ. Шурик ушёл, и она осталась в гордом одиночестве. Макарова сделала глоток чая. Кипяток разлился по груди приятным теплом. «Шура умеет заваривать чай, — подумала Лера и усмехнулась. Она открыла альбом. — Странно… Должно быть, он ошибся». Первые же фотографии в альбоме имели давность почти три года. Здесь у него всё такие же синие волосы. Альбом точно не старый. На первой картинке Шура сидел в наполовину растёгнутой чёрной рубашке, чёрных брюках и с сигаретой в руках, а на всех остальных фото (очевидно, они с одной фотосессии) он был уже без рубашки, а где-то без сигареты. Немного откровенно, но нисколько не пошло. Шурик точно знает, как нужно позировать. У него прекрасное чувство стиля. С такими данными ему следовало бы идти в модели, а не в простые секретари. Хотя, наверное, даже к лучшему, что из-за работы с Разумовским, Лера с ним познакомилась. Макарова перелистнула страницу. Здесь Шурик сидел на коленях у какого-то красивого итальянца. Где-то Шура притягивал незнакомца к себе за галстук, а где-то они просто похотливо смотрели друг на друга, будто раздевая друг друга взглядами. Как раз в этот момент из ванной вышел виновник торжества в домашней одежде. Когда он увидел, что за фото в альбоме, застопорился на месте. Шурик широко распахнул глаза и вскинул брови. Лера повернулась и посмотрела на него. — Блять… — еле слышно буркнул он. — Не тот альбом… — Шура тяжело вздохнул и осел на диван рядом с Макаровой, не отрывая взгляда от альбома. — Лер… прости, ты… Ты не должна была это видеть… — А что не так? — невозмутимо поинтересовалась Валерия. — Ты же даже не знала, что я… — он осёкся. — Бисексуал? Шурик в ответ отрешённо кивнул, словно мысленно находился где-то очень-очень далеко. — Ну и что? — она всё ещё не понимала. — Даже не знаю… Как-то это всё слишком нелепо произошло… В комнате повисла гнетущая тишина. Молодые люди сидели некоторое время абсолютно молча. Из апартаментов как будто исчезли все звуки, и теперь можно было слышать чужое сердцебиение. — Я тоже… — тихо сказала Макарова, развеивая тишину. Она так же тупо уставилась на фото. — Пиздец… — Шура сделал паузу. — Нам вчетвером можно открывать бисексуальную секту… — Ага… — тихо подтвердила она. Макарова чувствовала себя так, словно мысленно улетела куда-то к Шурику. Она встряхнула голову, приводя себя в порядок, и посмотрела на собеседника. — А вообще-то очень даже классные фотографии. — Пошлость… Звенящая пошлость… Как хорошо, что ты не видела, что дальше… — он глубоко вздохнул. — Ничего подобного! Реально очень круто! — восхищённо заявила Валерия. Она понизила тон. — Возможно, я бы даже хотела что-нибудь подобное. Не дашь номерок фотографа? — Ты меня смутила, — Шура неловко отвёл взгляд в сторону. Он покраснел, как варёный рак. — Ты очень милый, когда смущён, — Лера положила руку ему на плечо. Шурик тихо усмехнулся и наконец-то поднял на неё глаза. — Ну всё, всё, — Шура поднялся, забрал альбом и унёс. Он скрылся в спальне и появился уже с другим, более толстым альбомом. — Вот теперь точно тот альбом. Шурик снова плюхнулся рядом на диван и раскрыл альбом перед гостьей.

***

Через час комната наполнилась бурными обсуждениями и смехом. Царившая уютная, домашняя атмосфера помогла забыть Шурин конфуз. В апартаментах больше не было места неловкости и тишине. — Ха-ха! У тебя тут такое серьёзное лицо, как будто ты какой-нибудь депутат! — Макарова улыбнулась, когда увидела очередную забавную фотографию. — Боже, ужас… — Шура скривил нос. — Не волосы, а солома какая-то… Прямо сейчас стриги да стели к коровам в ангар… — Ага, а потом придут какое-то два дурака и прям там сделают свои грязные дела… — Хорошо, если два… Молодые люди тихо рассмеялись. — А давай ты сейчас сделаешь такое же лицо, а я тебя сфотографирую? — предложила Лера. — Только если с вами, белла донна, — Шурик нагло осклабился. Макарова проигнорировала похабную рожу, подсела к нему ближе и направила камеру на них обоих. Шура достал фото из альбома и поставил картинку между ними. Молодые люди сделали очень серьёзные лица и запечатлели момент. Они снова тихо похихикали. — Отправь мне потом эту фотку, пожалуйста. Я её распечатаю и в альбом вставлю, — попросил Шурик. — Хорошо, — Лера сделала паузу. — А потом снова сфотографируемся на фоне лет через пять? — она усмехнулась. — Ты уверена, что через пять лет мы друг друга не сожрём с потрохами? — Теперь-то уже точно нет, — Макарова светло улыбнулась, положила голову на плечо Шуре и прикрыла глаза. Тот слегка приобнял её за талию. — И жить будем душа в душу, и детей Волковых-Разумовских вместе будем няньчить… — И умрём в один день, — дополнила Лера. — Звучит как какая-то очень сопливая история любви, — Шурик сделал паузу. — Гадость, — он усмехнулся и отстранился от Макаровой. — Секс, наркотики, рок-н-ролл! — Ну Вы загнули, конечно, товарищ, — с наигранным возмущением провозгласила Лера. — Ладно-ладно, шутка! — пауза. — Секс и рок-н-ролл! — Ага, только не подхватите чего-нибудь, мистер Руссо. — Ну я же не совсем дурачок, — Шурик отвёл взгляд в сторону. — Не сомневаюсь, — Лера хищно ухмыльнулась. Шура вопросительно посмотрел в её карие очи. В них он прочитал эмоцию, которую не видел тут ранее. Он закусил нижнюю губу. — Хм-м-м, интересно… — он заправил прядь золотистых волос Макаровой ей за ухо. — А в чём ещё не сомневаешься? — Много в чём. Например, в том, что ты не плохой человек, — она положила ладонь Шуре на колено. — Неплохим можно быть в разных смыслах, — он сделал паузу. — А в каком смысле хорош я? — У тебя приятная личность и внешные данные. Но есть кое-что, что только предстоит узнать. Шура внимательно рассматривал Леру, делая особенный акцент на губах. — Ты мне доверяешь? — спросил он, настроив с ней зрительный контакт. — Я — да, а ты мне? — Лерины уголки губ поползли выше. — Несомненно, — он сделал паузу. — Мы засиделись. Не хочешь остаться на ночь? — Я-то не против. Вопрос в том, для чего, — она подняла подбородок. — Можем поиграть в настолки или… во что поинтереснее… — он нагло осклабился. — В таком случае, мне нужно сходить в душ. — Иди, а я сейчас принесу полотенце и халат. Вещи можешь оставить на крючке. Ещё что-то нужно? — Нет, спасибо, — Лера удалилась. Шура через пару минут занёс ей всё необходимое, а потом она вышла. В одном. Блять. Халате. Макарова вальяжно прошла к дивану. Она села боком к спинке софы и лицом к Шуре. Парень робко провёл одними кончиками пальцев по её щеке. — Ты очень красивая, — прошептал Шурик. — Как и ты. Валерия приблизилась к Шуре. Она осторожно, медленно коснулась его губ своими. Он сразу же ответил на поцелуй и слегка приобнял её за талию. Лера тихо рассмеялась, и Шурик отстранился. — Всё хорошо? — обеспокоенно спросил он. — Да, просто только сегодня утром нам говорили, что мы хорошо смотримся вместе, а сейчас… — Бывает, — он снова приблизился, но Макарова его мягко отстранила. — Так неудобно. Сядешь ко мне на колени? — Я тебя не раздавлю? — Шурик нахмурился и опустил подбородок. — Не раздавишь, садись, — она устроилась параллельно спинке софы. Шура осторожно пристроился у неё на бёдрах. — Командирша, — он улыбнулся. — Мне нравится, — добавил Шурик тише. Лера положила одну руку ему на пояс, а другой взяла его за подбородок. — Любишь, когда над тобой доминируют? — Макарова мягко погладила его по бедру. Шура коротко кивнул в ответ и поцеловал Валерию. Они были осторожны и медлительны, словно неопытные подростки, волновались даже сильнее, чем в первый раз. Ибо интерес друг к другу слишком долго был подавлен, и скрывать его больше не было ни сил, ни желания. У Шурика губы мягкие и на вкус как вишнёвые леденцы с сигаретами. Сейчас Леру это нисколько не раздражало, а наоборот, сильнее заводило. Макарова отстранила Шуру и медленно стянула с него футболку. Она трепетно провела рукой по его торсу и притянула к себе за шею. Лера одними губами целовала шею друга, оставляя слабые засосы. Она несильно прикусила выступающую ключицу, отчего Шурик тихо прохрипел. Он приблизился к Лериному уху. — Я хочу тебе отлизать, — прошептал Шура. Макарова закусила нижнюю губу и тихо усмехнулась. Он неторопливо слез с бёдер Леры и встал на колени. Шурик не разрывал с ней зрительный контакт ни на одну секунду. На его губах нарисовалась наглая ухмылка, и он медленно раздвинул её ноги. У Леры в животе от предвкушения появились приятные бабочки. Она внимательно наблюдала за каждым действиям этого синеволосого хитрюги, который точно знает, что делать, чтобы Макарова от перевозбуждения чуть с ума не сошла. Шура немного задрал Лерин халат, не спеша полностью оголять нижние части тела. Он коротко провёл языком по бледной коже бедра. Когда Шурик случайно заметил, что под халатом у Макаровой ничего нет, облизнул нижнюю губу и снова посмотрел ей в глаза. — Молодец, продолжай, — томно повелела Валерия. Шура ухмыльнулся и начал целовать другую ногу, пока полностью не оголил Лерины бёдра и подобрался к клитору. Сначала движения губ и рта были медленными, робкими, но позже он начал наращивать темп всё больше и больше. Макарова от удовольствия откинулась назад. Она зарылась пальцами в синие волосы Шуры и слегка оттянула их. На губах застыл тихий подавленный стон. Шурика такой расклад событий не устроил, и он отстранился. — Я хочу слышать тебя, — сказал он. Лера коротко кивнула, и Шура снова принялся за дело. Апартаменты, где прежде царила лишь дружеская атмосфера, снова преобразились до неузнаваемости. Сейчас воздух наполнился звуками любви и блаженными стонами. Голову кружило от большого количества различных ощущений. Шура просто восхитителен. Кто бы мог подумать, что тот странный и очень назойливый дурак через каких-то три года будет делать ей приятно, да ещё и так искусно? Когда Валерия с особо громким и протяжным стоном кончила, подняла Шурика. — Хороший мальчик, — она утянула его в поцелуй, который после перерос в лёгкие покусывания. — Когда-нибудь Вы станете причиной моей скоропостижной кончины, прекрасная Валерия Викторовна, — усмехнулся Шурик и повёл Макарову в спальню. Когда они оказались достаточно близко к кровати, Лера довольно резко уложила Шуру, а сама нависла сверху. Она спешно стянула с него штаны вместе с боксерами и швырнула только мешающие сейчас вещи на пол. — Где смазка? — тихо спросила Макарова. — В тумбочке… — ответил малость ошарашенный Шурик. — Как примитивно, — она усмехнулась. — Для человека, который трахается так же часто, как и я, нужно, чтобы настолько необходимая вещь всегда была под рукой, — он ухмыльнулся. Лера выудила нужный предмет из тумбочки. — Презервативы в том же ящике должны б… Лера не дала закончить фразу, приложив палец к его губам и характерно шикнув. Она выдавила небольшое количество геля себе на один палец. Когда Шура понял, что Валерия собирается делать, одобряюще осклабился. Макарова раздвинула его ноги одним коленом, а затем оказалась между его бёдер. Она очень осторожно, во избежание каких-либо травм, вставила первый палец в анус Шурика и начала осторожно двигать им внутри. Шура закусил губу от удовольствия. — Это запретный приём, дамочка! Я слишком падок на активный женщин! — Шурик хитро ухмыльнулся. Вместо ответа Лера нежно чмокнула его. Вскоре Макарова добавила ещё один палец. Движения ускорялись. Тонкие девичьи персты сгинались внутри и задевали простату. Шура выгибался от блаженства, словно змей. — Лера, я сейчас кончу, — проскулил Шурик. Валерия кивнула и переместила руку на эрегированный член Шуры. Ему понадобилось около половины минуты, чтобы кончить Макаровой прямо в руку. Лера чистой кистью вытерла пот с его лба, встала и уже хотела удалиться в ванную, но тут Шура остановил её. — Погоди, тебе где постелить? На диване? Если хочешь спать на кровати, то я могу лечь в гостиной… — он принял сидячее положение. — Шур, — перебила его Лера, — мы только что трахались. Думаешь, что мне будет неприятно спать с тобой? Шурик тепло улыбнулся, кивнул и, подняв свою одежду с пола, начал одеваться. Макарова вернулась всего через пару минут в том же халате, но теперь уже под ним было бельё, и нырнула под одеяло к Шуре. Он прижал Валерию к себе, зарываясь носом в её золотистые волосы. Макарова в ответ уткнулась в его грудь, и оба почти сразу провалились в сон.