Пари с иллюзорным миром

3 Хохот Альфа затянулся. Он чувствовал, что не может остановиться. Это было похоже на припадок. Альф даже перепугался. Он посмотрел на Паула, но тот хохотал тоже. На Альфа нашла такая внезапная веселость, какой он не испытывал несколько лет. Паул весело похлопал его по плечу. Альф заторможено накрыл его руку своей, но тут же устыдился этого порыва. Просто прикосновение Паула вызвало у него море различных ощущений, будто бы Паул дотронулся до каждого нерва в его теле. Альф не мог понять, приятно это было ему или неприятно. Вероятнее всего, это было ему приятно. Его тело получило какую-то чрезмерную чувствительность. Альф перестал хохотать, услышав жужжание. Это жужжание наполнило все его естество и Альфу стало чудиться, что жужжит уже он сам. Это всего лишь пролетает муха! Но сколько было в этой мухе! Альф с умилением смотрел на насекомое. Ах, какие воздушные, прозрачные крылышки, а лапки! Хоботок! Какая изумрудно-зеленая спинка! Альфа накрыла волна любви к этой маленькой мухе, словно он перевоплотился в нее. Да, он — муха! Он летит и жужжит по залу с воздушными прозрачными крылышками, с лапками, с хоботком, с изумрудно-зеленой спинкой!.. Альф продолжал олицетворять себя с мухой, и ему было все равно, даже, если муха летала в поисках дерьма. Он готов был петь ей дифирамбы. Такого умиротворения молодой человек никогда еще не испытывал. Подумать только, что для него, которому опостылел весь мир, муха стала центром вселенной! — Паул! Милый Паул! — Альф подскочил со стула в каком-то внезапном необъяснимом порыве и обнял Паула, прижал его к своей груди, как самую любимую женщину. И от этих объятий пробежала дрожь. Альф осмотрелся вокруг: ах, какие волшебные краски приобрели обшарпанные стены! Как сказочно! — Люди, милые люди, как же я люблю вас! — вскричал Альф. — И мы тебя любим! — с участием ответили присутствующие, а кто-то даже прослезился. Видел бы Альф себя со стороны! Как смешон и нелеп он казался, выплясывающий в центре зала в диком экстазе. — Как же мне хорошо! — кричал он. — Это же все этот вонючий кофе? А, Паул, ответьте же! Дайте, дайте же мне напиться этого безумного, вонючего кофе, и я буду танцевать, я уже вижу звезды! — Вам нельзя больше, — ответил Паул. Сначала Альф хотел нагрубить, чтобы Паул принес ему еще кофе, но вдруг его до смерти стало волновать то, что он может случайно кого-то обидеть или сделать неприятное. Альф раз пять извинился перед Паулом. "Добрые люди" угостили его кофейным напитком. Альфу казалось, что он попал в сказку. Все вокруг было радужным, красочным. Картины со стен весело улыбались ему и заговорщицки подмигивали. Статуя Венеры Милосской шептала ему, что он царь и Бог здесь. Альф кричал, что по красоте превзойдет статую Аполлона. Он разделся и прыгал по залу нагишом, а все восторженно ему аплодировали, уверяя, что никогда не видели более заманчивого зрелища. На небе из-за дымки облаков выглядывал полукруг луны. Темное небо слилось с водной гладью, которая определялась лишь по блестящей лунной дорожке, да ласковому шуму прибоя. Подул морской бриз. Волосы Альфа зашевелились. Он дернулся, почувствовав прикосновение песка к обнаженному телу и открыл глаза. Перед глазами нависло усыпанное звездами небо. Почувствовав тошноту и головокружение, Альф простонал. В рот его влилась какая-то жидкость, от которой через несколько минут стало намного легче. Рядом сидел Паул. Альф сделал попытку встать. В области шеи что-то неприятно хрустнуло. — Почему я голый?! — спохватился Альф, угрожающе глядя на Паула. — Я предупреждал вас, что вам не следует пить этот кофе более одной чашки! Альф стал вспоминать вчерашние похождения и слегка покраснел. Он схватил вещи и, отвернувшись к Альфу спиной, наспех оделся. — Так что насчет пари? — нарушил молчание Паул. — Вы все еще хотите умереть? Альф закрыл глаза. При воспоминании об ощущении блаженного и сказочного сна, его тело охватила сладкая дрожь. — Вы выиграли пари, — неловко сказал Альф. — Все, чего бы мне хотелось... хотя бы еще раз попробовать чашечку этого волшебного напитка, который показал мне мир, о существовании которого я ничего не подозревал. Паул победоносно улыбнулся. Напрасно управляющий стучал в двери с каким-то делом, касающимся благосостояния господина. Альф валялся на подушках, ничего не слыша. Он размышлял о том, где найти Паула. И отчего он не спросил его фамилии! Ну где искать его в этом шумном и пыльном городе с его кутерьмой! Альфу было все равно — Паул он, Альфред или Филипп. Его волновало одно: он хотя бы ещё раз хотел испытать это сладостное состояние, почувствовать себя самим Богом! Увидеть мир в других красках. Не в серых и скучных, а в радужных. Увидеть волшебный их перелив, изумрудный блеск, сказочное сияние. Здесь все по-другому, здесь можно то, чего нельзя, можно поверить в невозможное. Пуститься в веселый пляс с сатирами на картинах или наслаждаться в объятиях чудесных нимф. Альф застонал от ощущения того, что не может вернуться в эту сказочную, полную прекрасных грез, страну. Он готов был отдать любые деньги, поместье, титул, абсолютно все, чтобы попасть туда ещё разок. Он не помнил, как идти в так называемый "клуб". Эти воспоминания наполовину стерлись из памяти, расплылись в возбужденном мозгу. Альф резко вскочил с постели. "Хватит валяться!" — сказал он самому себе. В зеркале отразился его небрежный, взлохмаченный вид. Альф стал быстро собираться. Сам пока еще не зная куда. Он нашел то место, где они встретились с Паулом, чтобы пойти в "клуб". Это была безумная попытка встретить его тут. Альф ждал. Мимо проносились упряжки. Слышался цокот копыт. Мелькающие туда-сюда люди, спешащие по своим делам. Какой серый, скучный и однообразный мир был вокруг него! Так непохожий на тот, который показал ему Паул! Едва ли не до вечера прождал Альф. Он пытался в любом человеке узнать Паула, но все было бесполезно. Альф пришел в это место на следующий день, а потом пришел еще. Он стал приходить сюда каждый день. Это превратилось в своеобразную традицию. Но Паула не было. — Все, хватит! — психанул Альф. — Хватит тешить себя напрасными мечтами! Не зная его фамилии, кто он и что он, я смогу его найти! Альф побрел на берег моря. Волны успокаивали его. Он снял обувь и зашагал по мокрому песку. Волны лизали ноги, охлаждая напряженный от бесполезных терзаний мозг. Зачем ему это богатство, дело, поместье, свет, балы, фальшивые друзья? Ему тошнит от всего. И если ему хотя бы ещё раз не суждено попасть в зазеркалье, к чему тогда жить? Альф завернул брюки до колен и сел лицом к морю. Оно сегодня было нежным, лазурным, ласковым. Оно омывало лицо брызгами волн, с желанием облегчить страдания заплутавшего в этом мире человека. Альф вспомнил, как в детстве приходил сюда, на берег морской, и лепил песчаные замки. Замки получались красивыми, воздушными, как сама мечта. Он был маленьким талантливым песчаным зодчим. Вот руки сами по себе начинают лепить маленький замок, с лесенками и башенками. Такой, какой представлял он себе в детстве. Линия за линией рос замок, которому суждено было умереть от внезапно нахлынувшей волны. Сверху посыпался песок. Альфу показалось, что он сходит с ума. Он поднял глаза наверх. Над ним возвышался Паул, в его кулаке была горсть песка. — В вас умирает талант архитектора, — с улыбкой сказал Паул, видя его восхищенное удивление. — Я искал вас... — пробубнил Альф. — Я знаю, — ответил Паул. — Я видел вас на площади. — Видели и... даже не подошли! — взорвался Альф. — Сколько вам нужно заплатить для того, чтобы заполучить напиток? — Нисколько не нужно, — Паул вложил в его руку бутылочку с еще теплой жидкостью кофе с мерзким вкусом и тошнотворным запахом, но в этой бутылочке был сокрыт целый мир. Неизведанный мир духовного наслаждения. Альф крепко сжал бутылочку в руке. Волна растерзала последние руины песчаного замка.