Нам с тобой V 2.0

Питер встретил их собачьим холодом, пронизывающим ветром и почти нулевой температурой. — Знакомый пёс Петербург, погода как всегда дерьмо, — поднимая воротник куртки, сказал Михаил. — Поедем к моим родителям. А потом поищем жилье. — Вот так прямо сразу? — растерялась Света. — Неудобно. — Ты опять зря трепыхаешься. Я с тобой, — засмеялся Миха. — Ты на улице жить собираешься или тут в аэропорту сидеть? Он посмотрел на Свету и признал, что ему нравятся её застенчивость и какая-то наивность, чистота, что ли. В душе, может быть, Миха и сам был таким, но за годы масок и сцены научился умело это скрывать. Свете было очень интересно познакомиться с родителями Миши, и она успокоилась, тем не менее рассердившись на саму себя. «К чёрту условности. Надоело, — подумала Света. — Выгляжу, как наивная дурочка». Такси привезло Свету и Мишу прямиком к нужному подъезду. Они поднялись на этаж, и Миша позвонил в дверь. — Привет, мам. А отец дома? — Мишенька, привет. Здравствуйте, — с улыбкой обратилась к Свете элегантная, уже пожилая, но всё ещё красивая женщина. — Нет, Юрий Михайлович с друзьями на охоте. Или на рыбалке. Их не разберёшь, они то туда, то сюда ездят. — Отлично. Мы поживем немного у тебя? — со скрытым облегчением сказал Горшок и представил: — Моя мама, Татьяна Ивановна. А это Света. Моя… Он засомневался, не зная, как лучше назвать девушку, но Татьяна Ивановна поняла его затруднение и перебила: — Проходите, проходите. Раздевайтесь. Миша, покажи Светочке, где что находится. — У тебя отличная мама, — шепнула Света Михе, снимая обувь. — Это правда, — согласился Миша. — Жаль, отец не такой. — Он наверняка тоже хороший человек, — сказала Света, уже слышавшая от Михи много историй про отношения с отцом — Всё равно, я рад, что его сейчас нет. — Проходите на кухню. Это вы вовремя меня застали, я только недавно с работы вернулась. Ну, рассказывай, Миша, где ты был? Из Москвы пропал, не звонил уже давно, — сказала Татьяна Ивановна, ставя чайник. — Мы в Крыму были, — сообщил Миха. — Вроде как не сезон уже? Море-то точно холодное. — Мы купались. Два раза, — с лукавым огоньком в глазах посмотрел на Свету Миша. — Ой, с таким дуралеем, как ты, неудивительно, ты даже в прорубь залезешь, и других затащишь, — засмеялась Мишина мама, но потом посерьёзнела и спросила: — Миша, а что с Тоддом? — Мам, давай об этом позже поговорим. Расскажи лучше, как ты? Они поговорили, попили чай с печеньем, и Миха повел Свету в комнату, не дав Татьяне Ивановне расспросить её хоть о чем-нибудь. — Мам, мы отдохнем, после самолёта. Потом поболтаете. — Здесь раньше жили мы с Лешкой. С ребятами собирались, — сказал Миша, зайдя в комнату. Он вдруг как-то задумался, а потом взял гитару и тронул струны. — Сыграй свою песню. Я ещё не слышала, как ты играешь, — попросила Света. Миха подкрутил колки, настраивая инструмент, а потом ударил по струнам. — Это новая песня. Она давно в голове у меня крутится, — сказал Горшок, закончив играть. — Здорово, — искренне сказала Света, внимательно наблюдавшая за ним. — А ты знаешь, я тоже училась играть на гитаре. — А вот мы сейчас проверим, — оживился Миха, — на что ты способна. Сможешь повторить? Миша наиграл мелодию, специально отвернувшись, чтобы не было видно аккордов, и протянул Свете гитару. Она повторила, немного неуверенно, но точно. — Круто, — обрадовался довольный Миша. — У тебя есть чувство ритма, и слух тоже. Ты сама училась или где-то? — Сама. Я вообще хотела Окуджаву научиться играть, Цоя там. Но чужое играть неинтересно. А своё я не умею. — Барды эти твои, русский рок — это всё не то. Я тебе расскажу всё о рок-н-ролле. Надо начинать с истоков. С Элвиса Пресли. — Я слушала Элвиса, — улыбнулась Света. — А вообще исток — это, наверно, Билл Хейли с его «Rock around the clock» — Во, это ты хорошо подметила. И как тебе? — Мне нравится. Но это всё-таки не совсем моя музыка. Я больше наше люблю, из-за текста. Ну не заводись, я уже поняла, что у тебя другое мнение, — Света рукой легко прикрыла рот Мише, который уже собирался активно ей возразить. — Кстати, знаешь, я слушала «Black Sabbath» на виниле. Ну и остальную, что называется, классику рока. Папа собирал пластинки. А потом кассеты с дисками скупал. — А английский и американский панк-рок, слушала? — Честно говоря, почти нет. — Это зря. Обязательно его тоже надо. На, послушай, срочно, — категорично заявил Миха, подключая свой телефон к аудиосистеме. — Здесь хорошие колонки. Но лучше в наушниках, они тоже профессиональные. Слушай. А я пока с мамой поговорю. — Давай, рассказывай. Кто эта девушка? — спросила Татьяна Ивановна, когда они сели в другой комнате на диван. — Чего рассказывать-то? — Тебе она серьёзно нравится? — Мам… — Ну поделись со мной, я же просто хочу поговорить. Соскучилась по тебе. — Да, она мне нравится. А тебе что, нет? — Она милая девочка. Но я вижу её первый раз. — Знаешь, — задумчиво сказал Миша, — она какая-то особенная. Может, ты думаешь, Света из этих сумасшедших фанаток. Но она вообще не знала меня. Мы случайно встретились. Она видит во мне просто человека. Она образованная, серьезная. Да она в музыке разбирается! А вообще какая разница. Разве любят за что-то? Просто так. Так вышло. — Это Света отговорила тебя от Тодда? — И ты туда же, — вздохнул Миха. — Я сам решил. Я… Если серьезно, иногда мне казалось, что я схожу с ума. Ещё чуть-чуть, и съеду с катушек, на самом деле. Помнишь, я же говорил тебе, как тяжело входить в образ, а тем более выходить из него. Да ё-моё, даже ты ругалась, что я с бритвой на тебе тренируюсь. Я ходил с этой бритвой и чудо вообще, что кого-то нафиг не зарезал, типа я Тодд. Парни смеялись. А мне было так херово. Не знаю… — Миха надолго замолчал, но через некоторое время всё-таки продолжил: — А потом появилась Света. Врезалась в меня, серьезно, в прямом смысле слова. Я стал думать только о ней. А Тодд, наконец, отпустил меня. Она облекла мои мысли в слова Оказалось, тяжело быть актером. Я хотел этого, но, наверно, не рассчитал силы. И вообще, композитором я быть не перестал. Эндрю Ллойд Вебер не играл же сам в своих мюзиклах. Все, кто окружал меня, они такие же повернутые, на театре, на музыке. И вообще придурки. А Света — она из другого мира. Она серьезная, но прикольная. А ещё она красивая. Может, это и не такая красота, как, знаешь, 90-60-90, но она притягивает к себе. И в ней есть какая-то загадка. Вот кажется, она такая обычная, и должна слушать попсу, а ей нравятся барды и рок, на самом деле. Должна болтать в кафе с подружками, а она любит одиночество и природу. Издалека, может кому-то кажется, что она такая, ну, простая, а стоит узнать ближе, это космос. — И ты влюбился окончательно и бесповоротно, — улыбнулась Татьяна Ивановна. — Я рада, Мишут. Может быть, с ней ты будешь счастлив. Может, тебе и правда не хватало такой, обычной, жизни. Я смотрю, ты и не пьёшь? — Я стараюсь, — вздохнул Миха. — Не знаю, что из этого получится. Не будем об этом. — Миш, ты молодец. Последнее время ты и правда был сам не свой. А сейчас… Ну да ладно, иди в комнату. А то мы с тобой заговорились, — обняла его мама. Света сидела в кресле и добросовестно слушала музыку, что ей включил Михаил. Ей на самом деле нравилось, без всяких задних мыслей. — И как тебе? — Миха сел на подлокотник кресла. — Офигенно, серьезно. А как ты к Нирване относишься? Давай вместе послушаем что-нибудь, — сказала Света, обняла его за корпус и тихо спросила: — Обо мне говорили? — Ну да, — неохотно ответил Михаил. — И что же ты рассказал? — Что я люблю тебя. Они долго ещё сидели почему-то прямо на полу, соприкасаясь головами, и слушали разную музыку. Потом Татьяна Ивановна позвала их посмотреть фотографии. — Вот Мишута маленький, это ещё на Дальнем Востоке. Помнишь? — обратилась она к сыну. — Холодно там, вот всё, что помню, — хмыкнул Миха. — А вот класс ваш. А это уже училище, с Андреем. При виде и упоминании Князя Света уловила со стороны Миши какое-то странное движение. Он как будто хотел побыстрее перевернуть страницу с этой фотографией, но потом задержал руку и остановил на странице фотоальбома задумчивый взгляд. «Может, попытаться их помирить?» — подумала Света. «Не лезь. Ты ничего не знаешь», — предостерёг её внутренний голос, но шальная мысль уже прочно засела в Светиной голове. Чтобы отвлечься и поддержать разговор, Светлана сказала: — А у меня с собой ни одной фотографии. Все дома остались. Я из Челябинска, — пояснила она для Татьяны Ивановны. — Красивая природа там. Но экология не очень, да? — Да, заводы, всё испортили… Весь остаток вечера они просидели, болтая ни о чем и рассматривая фотографии. Перед сном Света осторожно спросила: — Миш, а Андрей сейчас чем занимается? — У него группа своя, — коротко буркнул Миха. — Ещё рисует, наверно. И у него жена фотограф. Когда Миша уснул, Света подключила на телефоне интернет и с горем пополам через медленный браузер нашла информацию об Агате Нигровской, фотографе, поэтессе и жене Князя. Утром Миха отправился на репетиционную точку, а Света позвонила по номеру, который с трудом откопала в интернете. Конечно, можно было пойти другим, гораздо более простым путём, — взять у Миши номер Андрея Князева, или даже его адрес, но Свете отчаянно захотелось поиграть в Шерлока Холмса и провернуть всё самой. — Алло, — ответили на том конце провода. — Кхм… — замялась Света. — Вы — Агата? — Допустим. — А я Света. Мы встречаемся с Мишей. С Михаилом Горшенёвым. В трубке слышалось вопросительное молчание. — Я подумала, — волнуясь, сказала Света, — что мы с тобой… ой, с вами… Могли бы как-то помирить Миху и Андрея. Им обоим плохо в той ситуации, в которой они оказались. Ведь я права? — Пожалуй. А вообще, это неплохая мысль, — согласилась Агата. — Давай встретимся с тобой? — Давай. Когда? — Часа через два, я буду гулять с дочкой. Встретимся в кафе в центре? — Хорошо. Я буду. «Что же мне ей сказать? Да ладно, придумаю», — решила Света. Она вышла на кухню и встретилась с Татьяной Ивановной. — Света, я спешу, вы похозяйничайте сами тут, хорошо? Мне на работу пора. — Да, конечно. Вы не переживайте. — Знаете, Светочка, а я очень рада, что вы встретились Мише. Мне кажется, вы подходите ему, — улыбнулась женщина. — Вот ключи, если куда-то пойдете, закройте на нижний замок. — Обязательно. Спасибо вам за всё. Света выпила чай и поехала в центр. Несмотря на погоду, Питер был прекрасен. Вскоре Света нашла нужный адрес, вошла в кафе и увидела Агату с дочкой. — Какая прелестная девочка, — чтобы с чего-то начать разговор, произнесла Света. — Да, это правда, — смеясь, согласилась Агата. Они поговорили о том, о сем, и Света наконец перешла к главному: — Я думаю, им не стоило совсем прекращать общение. Ты уже давно с Андреем, расскажи мне твоё видение, как что было? — Ну как сказать, Андрей мне всего тоже ведь не рассказывает. Они долго ещё говорили обо всей ситуации, и Света поняла, что у друзей были многочисленные обиды, но раньше они договаривались, кто-то уступал. А в последний раз упёрлись оба, и толком друг с другом так и не поговорили, всё время ища посредников. Миха раздавал обиженные интервью, а Князь с трудом крутился с новой группой. — Как думаешь, моя затея имеет хоть какой-нибудь смысл? — Возможно, Свет. Давай попробуем. Хуже-то вряд ли будет. Девушки договорились ещё созвониться и разошлись. Света позвонила Мише, чтобы узнать, где он. — Я свободен. Давай погуляем, если ты уже в центре? Они встретились у Казанского собора. Погода немного наладилась, появилось солнце. — Привет, Света, — обнял её Михаил. — Я соскучился, очень. А ты как здесь? — Хотела работу поискать. А то что мне без дела сидеть, — сказала Света. Она не хотела обманывать Мишу, но и напрямую сказать о цели своей поездки не могла. Они шли по Невскому и иногда на них оборачивались люди, но Света уже привыкла. — Помнишь, я обещал показать тебе Питер? Вот. — Ты обещал экскурсию, — напомнила Света. — Ну пойдём тогда к Эрмитажу, покажу, где мы первые песни писали. — Кстати, Мих, я послушала альбомы Короля и Шута. Удивительно, как ваша группа раньше прошла мимо меня? Это же восхитительно. Миша довольно улыбался. — Я знал, что ты оценишь. От Эрмитажа они ушли на набережную Невы. — Свет, а ты знаешь, сегодня месяц, как ты столкнулась со мной там, в Москве? — Реально сегодня? Ты запомнил дату? — На самом деле, нет, — засмеялся Миха. — Я так, предположил. Короче, это всё неважно. Я просто подарок тебе принёс. — И какой? — с интересом спросила Света. Миха снова засмеялся и достал из кармана старинного вида лорнет. — Чтоб лучше видеть и больше ни в кого врезаться. — Ой, ну и дурак… — тоже засмеялась Света. Небо снова затянуло тучами и пошёл холодный дождь, но Мишу и Свету это мало беспокоило. Губы их слились в тёплом поцелуе.