лютики и незабудки

Ноздри дразнит головокружительный аромат, заставляющий Тэхёна заёрзать, чтобы почувствовать его как следует. Он жмётся к его источнику, пытаясь вобрать в себя как можно больше. Над ухом звучит смешок, а ласковые руки забираются в волосы, чтобы начать перебирать пряди. Желудок опять приходит в полную боевую готовность и издаёт заунывную трель. Тэхён хмурится, не желая выныривать из прекрасного полусонного состояния. Ему давно не было настолько хорошо. А было ли так вообще хоть когда-нибудь? — Он неплохо переносит переход, — слышит он сквозь толщу дрёмы. — Было бы гораздо лучше, если бы рядом с ним был его создатель, но имеем то, что имеем. — Мы должны будем что-то предпринять с этим. — Солнце, естественно мы не оставим всё это просто так. Тэхён выпячивает губы, начиная потираться щекой о чужую грудь. На каком-то ином, интуитивном уровне, он понимает, что рядом с ним лежит Чимин, а потому не испытывает никакого беспокойства. Это странно. Странно вот так просто доверять кому-то. Но Тэхён не чувствует агрессии к себе, не чувствует ни намёка на плохие замыслы. Возможно, превращение в волка не такая уж трагедия? — Когда вернётся Юнги? — Он должен приехать ближе к обеду. Если, конечно, клан не задержит его. — Ох, это они умеют. — Ненавижу их, — говорит Чимин, посылая мягкую вибрацию своим голосом, из-за которой Тэхён вздрагивает, сосредоточившись на голосах чуть больше. — Щеночек, не говори глупостей. — Но я правда так думаю. — Ах, эта юность. — Ну, Джин-хён! Комнату наполняет хриплый смех, заставляющий Тэхёна и самого улыбнуться. — Кажется, он проснулся. — Милый? Тэхён-и, — зовут его нежным спокойным голосом. — Детка, пора вставать. Тебе нужно покушать. А ещё, я думаю, следует сказать кому-нибудь, что ты здесь. О тебе, наверняка, беспокоятся, волчонок. Возможно, стоит позвонить твоим родителям? По ощущениям Тэхёна будто окатывают кипятком. Он распахивает глаза, усаживаясь так резко, что на миг кажется, будто его голова вот-вот треснет напополам. — Спокойнее, сокровище, осторожнее, — придерживают его, мягко коснувшись лопаток. — Тебе нельзя совершать необдуманных действий, всё-таки твоё тело и так работает на пределе. Тэхён трёт свои глаза, быстро облизнув пересохшие губы. Он пребывает на грани того, чтобы разрыдаться. Как он мог забыть?! Как мог быть таким беспечным?! Как мог влипнуть в этот сироп настолько, что вся жизнь за пределами этого дома казалась чем-то несущественным и будто бы нереальным?! — Просто дыши, Тэхён-и. Вот, возьми телефон. Ты же помнишь какой-нибудь важный номер? Если нет, то ты можешь просто назвать адрес и я съезжу туда. Тэхён смотрит на Намджуна слезящимися глазами. Тот смотрит на него в ответ с таким пониманием, с таким трепетом и заботой, что выть хочется. — Почему? — не может не задать вопрос Тэхён. — Почему вы это делаете? Намджун переглядываются с Сокджином, пока Чимин сжимает руки крепче, будто собираясь держать, если он соберётся бежать. И это тоже не пугает, хоть и должно бы. Даже, если выключить свои новые волчьи штучки вроде сверхчувствительного обоняния, слуха и инстинктов. — Малыш, — в конце концов, первым нарушает тишину Намджун. — Ты только получил укус, ты пахнешь как одиночка, хотя должен был бы перенять запах своей стаи. Наши инстинкты обострились, нам хочется защитить тебя, потому что маленькие волчата не должны справляться со своими проблемами в одиночку. И, кроме того, ты шёл за мной через полгорода. И вместо того, чтобы напасть, разнюхивал и пускал слюни, будто выбирал себе пару. Это мило и наивно, и чуточку грустно. А я не люблю, когда невинные волчата грустят, малыш. Поэтому, возьми телефон, позвони своим близким и предупреди, что тебя не будет как минимум две недели. Услышанное заставляет то краснеть, то бледнеть. Слезы щиплют глаза, а нос начинает неимоверно сопливить. Последние же слова буквально пронзают его насквозь, а едва живое сердечко подскакивает к самому горлу, чтобы тут же упасть в пятки. Его колледж, чёрт! Он же пропускает дни учёбы! — Мне нужно уйти, — подскакивает он, начиная толкаться, когда Чимин сдерживает, оставляя его на месте. — Отпусти меня! Мне нужно уйти! Отстань! Тэхён не замечает, как из пальцев показываются когти, но когда Чимин шипит, уж это привлекает его внимание. Руки старшего волчонка оказываются глубоко оцарапаными, капельки крови скапливаются в бороздах, и во рту Тэхёна собирается слюна. Его начинает дико тошнить от того, что бешеный аппетит делает из него настоящее животное. Тэхён прикрывает рот рукой, неистово завертев головой. Кажется, первым понимает, что происходит, Сокджин, раз подхватывает его на руки, словно пушинку, и со скоростью света несёт в ванную комнату, позволяя согнуться над раковиной. — Милый, — тихо говорит он. — Это всё близость первого обращения. Ты не должен так реагировать, через это проходят все. Тэхёну не становится легче. Он давится своими слезами, хнычет, как маленький мальчик, в то же время выворачивая свои внутренности наизнанку, потому что желание испробовать чужую плоть ещё слишком сильно.