The Kid Stays in the Picture/Ребёнок остаётся в кадре

***

НАЙДЖЕЛ

Найджел оглядел Энди с головы до ног и кивнул. Она была немного смелее, чем обычно, в одежде от Вивьен Вествуд и лабутенами, которые Найджел одолжил для неё во время своего последнего визита в офис Кристиана (Лабутена). Губы у неё были темно-красные, а глаза подведены тушью. Эффект от её вида был ошеломляющим. Миранду ждало настоящее удовольствие. Они время от времени болтали в такси, Энди рассказывала о работе и о том, что ей очень нравится быть одной. Теперь, когда Нейт переехал в Бостон, ей нравилась свобода. Особенно сейчас, когда Миранда не звонила в любое время. На мгновение Найджел подумал, не сошел ли он с ума, когда согласился на этот план. Возможно, Энди права, и жизнь вдали от Миранды будет лучше для них обеих. Но когда машина подъехала к «Сент-Реджису», Энди уже стояла на тротуаре и ждала его. Они пришли точно в назначенное время. Пока они шли в номер, Найджел отправил Эмили последнее сообщение: «Входим. Будь здесь через 5 минут» Наверху Найджел открыл дверь. Холл был не длинным и выходил в роскошную главную комнату, мерцающую в свете свечей. Небольшой обеденный стол был уставлен бокалами и закусками, одну из которых Найджел тут же схватил. — Ух ты, — сказала Энди, — Полагаю, мы пришли рано? — Джеймс сказал, что будет здесь через несколько минут. — Это великолепное место. Я была только в баре внизу, — она подошла к окну и выглянула из-за занавески на 5-ую авеню. Найджел огляделся, — Это, конечно, приятнее, чем я ожидал, — пробормотал он, задаваясь вопросом, во сколько это обойдётся ему и Эмили. Что ж... Пока они болтали, Найджел в последний раз обошел номер, чтобы убедиться, что всё в порядке. Он надеялся, что Энди не заметит, что все телефоны в номере пропали, включая тот, что был в ванной. Он также следил за сумкой Энди, в которой, как он знал, находился её сотовый. Когда он услышал звук поворота ключа в замке, его сердце бешено колотиться, но оставался сосредоточенным и схватил сумочку Энди, бросившись к двери, — Сейчас вернусь, — сказал он и быстро вышел. Миранда стояла перед ним, великолепна в бордовом платье от Донны Каран, которое опускалось в пол. Бесценный амулет Будды покоился в её декольте — Энди не могла отвести от него глаз. — Счастливой Хануки Миранда, так приятно тебя видеть, — промурлыкал Найджел. Она выглядела сбитой с толку, смущённой. Эмили подвинулась к ней сзади, глаза её были полны ужаса, — Что ты здесь делаешь? — спросила она, прекрасно отыгрывая свою роль. — О, меня пригласил Ирв. Я эксперт по игре в «Dradle» и умею готовить латкес*. Проходите. Через пять секунд он захлопнул за Мирандой дверь. Эмили быстро закрыла её, и они оба стали отдаляться. Миранда и Андреа молча смотрели друг на друга, их дыхание было невероятно громким в безмолвной комнате. Не прошло и минуты, как послышался яростный стук в дверь, — Эй! — послышался приглушенный крик. — Это Энди, — прошептала Эмили, всё ещё сжимая огромную сумку Миранды от Марка Джейкобса, — Выйди на улицу и, пожалуйста, скажи мне, что этого не слышно! В коридоре было совершенно спокойно. Стены, должно быть, были с тройной звукоизоляцией, что было одной из причин, почему Эмили выбрала это место. «Сент-Реджис» был известен своими роскошными номерами, а также — конфиденциальностью. — Ни звука, — сказал он, возвращясь к Эмили. — О, слава богу. Послышался шум, словно кто-то пнул дверь, — Найджел, ТЫ ДЛЯ МЕНЯ МЁРТВ! Он покачал головой, — Так мелодраматично. Эмили вздрогнула, — Мне нужно идти. Я сказала Кэролайн, что буду у них к семи тридцати. За последние десять минут я получила от них тридцать сообщений. — Хорошо. Дай мне сумку, — она протянула её, и он проверил, что сотовый и Блэкберри Миранды были внутри. — Телефоны отеля в этом шкафу, — Эмили кивнула в сторону узкой двери, — Подключи их обратно, прежде чем уйдешь, хорошо? — Понял. — Позвони мне, когда что-нибудь узнаешь. Что угодно. Даже если ты окажешься в тюрьме. — Рад, что ты веришь в силу позитивного мышления, Эм. До скорой встречи. Они пожали друг другу руки. Найджел скорчился в кресле в стиле Людовика XVI в фойе и ждал, пока крики и стук утихнут. Он, заливаясь потом, просидел так минут десять. Но ничего не происходило. Наконец он отправился в бар и поставил будильник на полтора часа. Этого времени должно хватить. Усевшись на высокий табурет в баре, он заказал мартини: «Через пять минут мне понадобится ещё один», — сказал он бармену.

***

НАЙДЖЕЛ, ПЬЯНЫЙ

Он дал им ещё пятнадцать минут, главным образом потому что хотел допить свой четвёртый стакан. Тогда не будет так больно, если Энди забьет его до смерти или выколет ему глаза шпильками, которые он подарил ей по доброте душевной. Дерьмо. Он ввалился в лифт, и на мгновение ему показалось, что стены смыкаются. Так много всего вокруг… Как будто выпивка поможет. Теперь он был одновременно и пьяным, и параноиком. «К черту всё», — подумал он. «Просто открой эту проклятую дверь и будь, что будет». Оказавшись в фойе, он ненадолго задумался о том, чтобы опорожнить желудок в горшок с растением в углу. Он открыл дверь так, как показывала ему Эмили, и тихонько постучал. Когда он положил руку на дверную ручку, она отвернулась от его пальцев и распахнулась. Там стояла Миранда, властная и молчаливая, — Сумка, — сказала она. Найджел протянул ей её. — А моя? — спросила Энди ровным голосом, следуя за Мирандой в фойе. Он протянул и ей тоже. Выйдя за дверь, они не произнесли ни слова. — Вы что, блядь, издеваетесь? — сказал он пустому коридору.

***

ЭМИЛИ, КЭРОЛАЙН, КЭССИДИ

— Что значит «ничего не сказали?» — взвизгнула Эмили. Головы обоих близнецов оказались перед её лицом, когда они попытались прислушаться к разговору, — О, прекрасно, — сказала она и включила громкую связь. — Расскажи мне ещё раз, что случилось? — Я открыл дверь, и они вышли. Вот и всё. Это было странно, — Найджел икнул. — Ты что, пьян? — потребовала ответа Кэссиди. — Ага. Но телефоны на месте, и я возвращаюсь в бар. Возможно, скоро ты узнаешь больше, так что позвони мне. Если я не отвечаю, значит, отключился. Не утруждай себя сообщением, если это не благоприятные известия. — Они ничего тебе не сказали? — спросила Эмили. — Нет. Извини. Надо идти, — Найджел повесил трубку. Кэссиди крепко обняла Эмили, — О боже, мы в полной заднице! — Следи за своим языком, — резко сказала Эмили и покачала головой. — Я не понимаю. Кэролайн еще теснее прижалась к коленям Эмили, — Она так разозлится. Эмили, я не хочу, чтобы ты умерла! Эмили сдулась, — Я тоже. Прошло пятнадцать очень долгих минут, пока Кэролайн не услышала шум машины. Она схватила Эмили за руку, и они направились к подножию лестницы. Когда Миранда открыла дверь и вошла внутрь, все трое стояли, обнявшись. Ее лицо ничего не выражало, когда она заметила их. Никто не двигался. Эмили подумала, что, возможно, её уволят и ей придется вернуться в Англию, если Миранда аннулирует грин-карту. Кэссиди подумала, что все игровые системы и развлечения в доме скоро исчезнут. Кэролайн решила, что может жить и без телевизора, но если мама заберёт компьютер, она сбежит. Шум, казалось, испугал всех четверых, и Энди, спотыкаясь, вошла и закрыла большую дверь, — Господи, спасибо, что подождала, Миранда. Ты такой роман… — Тут Энди поняла, что около них есть ещё люди: «...тик» Кэролайн взвизгнула от радости. Кэссиди захлопала в ладоши. Эмили снова начала дышать. — Это сработало! — крикнула Кэссиди, подпрыгивая и дергая Эмили за руку, — О боже, это сработало! Мы сделали это! Она бросилась к Эмили и схватила её в медвежьи объятия. Когда вес Кэролайн присоединился к её весу, Эмили сгорбилась, всё ещё не в силах оторвать взгляд от Миранды. — Не могу поверить! — сказала Кэролайн, и её сердце сжалось в груди. Даже в эти первые секунды она знала, что её мать счастлива. Этот безнадежный взгляд исчез, и на его месте появилось выражение удовольствия, которое заставило Кэролайн почувствовать себя в безопасности. — Значит, вы все были в этом замешаны? — сухо сказала Энди, — Я должна была догадаться. — На самом деле это была моя идея, — сказала Кэссиди. Эмили и Кэролайн кивнули. Это была правда. Миранда подняла бровь и сердито посмотрела на Эмили. — Я должна тебя уволить. И тебя депортируют. Эмили сглотнула. Энди толкнула ее локтем, — Прекрати. Эм, ты в порядке. Ты смешна, но твоя работа в безопасности. — Значит, теперь ты рассказываешь моим сотрудникам, в чем заключается их работа? — спросила её Миранда. Энди закатила глаза. Тогда Эмили полностью расслабилась. Если Энди закатила глаза на Миранду, значит, они практически помолвлены. Миранда сняла пальто и бросила сумку на столик в прихожей, — Иди домой, Эмили. Ты вышла за рамки. И вопреки моему здравому смыслу, ты не уволена. Сделай нам всем одолжение, оставь эту маленькую выходку при себе, ладно? В остальном я ничего не обещаю. — Конечно, Миранда, — Эмили улыбнулась и обняла близнецов, — Хорошая работа! — прошептала она. — Пока, Эм, — они попрощались с ней с широкими улыбками на лицах, — Ты спасла нас, — сказала Кэролайн. «Как мило», — подумала Эмили. Девочки бросились в объятия Миранды и получили от нее «первые настоящие объятия» за последние недели. Кэролайн и Кэссиди посмотрели друг на друга, ударили ладошками, и выбрались из объятий Миранды. Эмили надела пальто и, прежде чем выйти, обернулась. Энди наблюдала за ней, — Я у тебя в долгу, — тихо произнесла она. Эмили кивнула, — Конечно, — пробормотала она и вышла из дома, — Все мне должны.

***

ВСЁ ЕЩЁ ПЬЯНЫЙ НАЙДЖЕЛ, ЭМИЛИ.

Эмили бочком подошла к Найджелу, который уткнулся носом в стакан, — Эй, новенький в городе? — она ухмыльнулась. Он поднял глаза и, казалось, едва узнал её: «Ты выглядишь знакомо». — Я должна. Мой маленький план сработал как по-волшебству. — Так и было? — это взбодрило Найджела, и он нахмурился, — Что ты имеешь в виду под своим маленьким планом? Я думаю, это был наш маленький план. — О, прекрасно. Ты действительно помог, — сказала Эмили, — Я думаю, мы заслужили остаться на ночь в комнате наверху. Мы заплатили за него достаточно. — Сколько? Эмили пожала плечами, — Моя рождественская премия должна покрыть это. — Ты думаешь, что получишь премию в этом году? — Нам обоим лучше взять по одной. Мы только что спасли всю корпорацию от полной катастрофы. Найджел вынужден был согласиться, — Я сомневаюсь, что у «Подиума» был бы штат к концу месяца, если бы ничего не изменилось. С истинным чувством выполненного долга, которое приходит только от хорошо выполненной работы, Эмили глубоко вздохнула, — Я люблю, когда план складывается. Она взглянула на пустой бокал Найджела, — Сколько их у тебя было? — Гм, четыре. Нет, пять, — сказал он. — Бармен, — махнула она рукой, — Сделай мне пять... Что у тебя? — Мартини, — сказал Найджел с растущей улыбкой. — Я бы хотела пять бокалов мартини, — она постучала по столу, — Просто поставьте их прямо здесь.