Фьерданская принцесса

      Задав множество вопросов о силе Брум и получив расплывчатые ответы, Тамара поведала девушке, что шхуна, на которой они плыли, была отбита у земенских пиратов, которые промышляли грабежом равкинских кораблей у южных портов. Шхуна настолько приглянулась Штурмхонду, что он дал ей имя «Волк волн». Судно отличалось изящными формами, мощным вооружением и было мастерски построено с использованием передовых технологий.       Заклинательницу разместили в одной каюте с Тамарой, а следопыта — с Толей. Элисса же предпочла остаться на палубе, под открытым небом, опасаясь вновь столкнуться с кошмарами и проснуться в полной темноте. Прохладный морской воздух был ей куда приятнее.       Алина и ее друг быстро влились в общество пиратов. По вечерам они играли и общались, а днем вместе тренировались.       Прошло ещё несколько дней, прежде чем Заклинательница наконец решилась использовать второй усилитель. Первым был ошейник из кости оленя Морозова, который неестественно выпирал из её ключицы, причиняя дискомфорт. Вторым же стал браслет, сделанный из чешуек Русалья, который фабрикатор как раз закреплял на её руке.       На все ушло всего несколько минут.       Элисса посмотрела на браслет из сверкающих чешуек.       — Гм, я представлял себе конец света более эпичным, — с долей иронии произнес Штурмхонд.       — Отойдите все, — приказала Старкова.       Команда послушно отступила к борту, ожидая, что Заклинательница вот-вот взорвётся, выпуская из себя невероятную энергию света.       — И ты тоже, — обратилась Алина к Малу. Тот, хоть и неохотно, но подчинился.       Старкова глубоко вдохнула, вытерла влажные ладони о своё пальто и широко раскинула руки. Свет устремился к ней со всех сторон — от бесчисленных звёзд, от солнца, скрывшегося за горизонтом. Он нёсся с невероятной скоростью, наполненный яростной силой.       — Всемогущие Святые, — едва слышно прошептала Заклинательница.       Элисса будто парила в потоках солнечного света. Ночь рассеялась, небо залилось ослепительным золотом, а поверхность воды сверкала, словно гигантский алмаз, отражая яркие белые вспышки.       Издалека донёсся чей-то крик:       — Алина!       Судно закачалось, а вода вокруг начала потрескивать и шипеть, словно кипящая. Брум перевела взгляд на «источник света». Заклинательница, казалось, потеряла контроль над собой.       — Алина! — кричал Мал.       Старкова ощутила вкус невероятной силы.       Никто не мог приблизиться к ней, и тогда Брум решила проникнуть в её сознание. Она медленно вытянула руку вперёд, согнула локоть и, пошевелив пальцами, выпустила тонкую алую энергию, направленную прямо к голове Старковой. Багровый сгусток пробивался сквозь ослепительный свет, пока не достиг Алины. Он проник прямо в её разум. Глаза Заклинательницы на мгновение вспыхнули красным. Небо, залитое светом, раскололось надвое, и ночь вернулась обратно. Заклинательница так и не осознала, что произошло. Никто не заметил действий Элиссы.       Когда-то она уже поступала так же с одним из стражников, чтобы спасти пленного гриша. С тех пор она избегала подобных методов, считая их слишком опасными и неправильными.       Вокруг шхуны рассыпались искры, море постепенно успокоилось. Алина собрала последние лучи света, сплетая их в слабый светящийся шар, который теперь пульсировал над палубой корабля.       Штурмхонд и остальные члены команды сгрудились у перил, их рты были открыты — то ли от изумления, то ли от страха. Мал бросился к Старковой, обнял её и прижал к себе, уткнувшись лицом в её волосы.       Заклинательница опустила руки, и свет окончательно погас.       Толя зажёг лампу, а остальные постепенно пришли в себя, поднимаясь на ноги. Штурмхонд отряхнул пыль со складок своего бирюзового сюртука. Выражения лиц близнецов были нечитаемы, их золотые глаза светились чем-то, что Элисса не могла определить. «Здесь что-то не так», — промелькнуло у нее в голове.       — Ну что ж, Заклинательница, — начал Штурмхонд с легким трепетом в голосе, — ты, безусловно, умеешь устраивать зрелища.       Мал взял её лицо в свои ладони.       — Ты в порядке? — хрипло спросил он.       — Да.       Но Элисса была уверена, что это неправда. Алина ощутила всю мощь своей силы, и теперь она не остановится. Это слишком опасно — когда такая сила сосредоточена в руках одного человека.

***

      Штурмхонд разбудил свою команду, и они легли на курс, едва начался рассвет. Никто не знал, как далеко распространился свет ночью, но вероятность того, что Заклинательница выдала местоположение шхуны, была велика.       Каждый из экипажа жаждал взглянуть на второй усилитель. Одни смотрели на Алину с подозрением, другие — с неподдельным любопытством. Совсем как тогда, когда Элисса впервые появилась на их китобойне. Правда, в тот раз любопытства не было и в помине, а сейчас его было хоть отбавляй. Однако никто не решался подойти к ней и задать вопросы, кроме Тамары и Толи. Штурмхонд, разумеется, тоже не стеснялся. Напротив, он напрямую спросил её о способностях. О том, на что она ещё способна. Брум поделилась лишь малой частью. Она всё ещё не до конца понимала, кто эти люди, хотя начинала понемногу им доверять. Элисса знала только, что экипаж Штурмхонда состоял из матросов и беглых гришей, работавших бок о бок. Всё, что она сказала корсару, — это то, что не может постоянно вызывать такие мощные всплески силы. Только в случае серьёзной угрозы. Остальное она предпочла оставить при себе.       Ветер стал заметно теплее. «Волк волн» мчал их на юго-восток, к берегам Равки. Алина была предельно осторожна, стараясь не переусердствовать, и призывала свет только днём, когда солнце ярко сияло в небе, и её лучи было невозможно заметить издалека.       — Так вот, какова настоящая причина твоего побега? — поинтересовалась Тамара, когда они вечером с Элиссой и Толей распивали бутылку эля.       — Про волка я не соврала. Но, да… Жители моей деревни увидели, как я спасала жизнь больному мальчику. Они донесли властям, и…       — Как тебе удалось сбежать? — спросил Толя, сделав глоток.       — На меня надели оковы, думая, что это остановит меня. Но они ошибались. Я сбежала под покровом ночи, на следующее утро должна была состояться моя казнь. Волк Конунга охранял меня. Мне пришлось его убить. А потом я просто бежала к порту. Остальное вы знаете.       — Мне жаль, — тихо сказала Тамара, положив руку на ладонь Брум.       Близнецы тоже поделились своей печальной историей. Их мать была гришей, служившей на южной границе Равки, где и встретила их отца — шуханского наёмника.       — Когда она умирала, — рассказывала Тамара, — то взяла с папы обещание, что он не позволит им забрать нас во Вторую армию. На следующий день мы уехали в Новый Зем. Там мы встретили Штурмхонду, доказали свою преданность и с тех пор мы с ним. Он принял нас, мы ему доверились. Если честно, — вздохнула шуханка, — нам крупно повезло.       Толя поднял бутылку и сделал глубокий глоток.       Новый Зем стал убежищем для большинства отшельников. За пределами Равки это было единственное место, где они могли чувствовать себя в относительной безопасности, не опасаясь экспериментов шуханских учёных или костров фьерданских охотников на ведьм. Элисса тоже могла бы отправиться туда, но, похоже, на ближайшее время её судьба была связана с этим кораблём. Однако даже здесь они не могли свободно использовать свои способности. Гриши были ценными рабами, и недобросовестные и керчийские торговцы нередко охотились на них, чтобы продать на тайных аукционах. Именно из-за таких угроз многие гриши искали защиты в Равке и вступали во Вторую армию. Но отшельники видели это иначе. Для них жизнь в постоянном страхе, в бесконечных переездах и укрытиях была лучше, чем служба у Дарклинга и равкианского короля. Элисса понимала их выбор. Что касается её собственного будущего, она не была уверена. Она знала лишь одно: Штурмхонд не отдаст Заклинательницу перекупщикам. У него явно были свои планы. Иначе зачем бы он оставил на борту фьерданскую принцессу и не стал бы настаивать на том, чтобы Брум осталась с ними? Всё это неспроста.       Через несколько дней Заклинательница и следопыт попросили Тамару показать им несколько земенских боевых приёмов. Элисса тоже решила присоединиться, понимая, что её фьерданские техники слишком выделялись в бою. Алина поначалу с опаской относилась к ней, узнав, что та — беглянка из Фьерды, которая, как и она сама, недавно оказалась среди команды Штурмхонда. Однако со временем её подозрения стали угасать, когда она ближе познакомилась с «Лив».       Между тем до экипажа доходили всё новые слухи. Попытки пересечь Каньон прекратились, а его границы начали расширяться. Местные жители в панике бежали из своих домов. Первая армия была на грани бунта, а ряды Второй армии заметно поредели. Но больше всего всех удивила новость о культе Святой Заклинательницы Солнца, который возглавлял Апрат — священник, проживавший в Малом дворце. Число его последователей росло с каждым днём. Старик распустил слух, что Алина погибла в Каньоне и воскресла как Святая.       Что удивило Элиссу, так это то, как усердно Заклинательница тренировалась. Синяки и ушибы её не останавливали. Штурмхонд постоянно подшучивал над этим. А когда они перешли к тренировкам с рапирами и саблями, даже он не удержался и присоединился. Мал тоже пытался, но лис был сильнее и опытнее. Брум невольно засматривалась на него. На его растрёпанные волосы, которые становились ещё беспорядочнее. На белую блузу, которая от пота прилипала к его мускулистому телу… Так, стоп.       — Держи локти ближе к телу! — отчитывал Мала Штурмхонд. — Перестань размахивать ими как цыпленок!       Следопыт тут же начал очень убедительно кудахтать.       Элисса стояла у борта, опираясь на него локтями. Её искренний смех привлёк внимание Штурмхонда. Он остановился и жестом велел Малу сделать то же самое.       — Выходи, — сказал он, и на его лице появилась хитрая улыбка. Рубашка капитана была закатана до локтей, рыжие волосы торчали в разные стороны, но он всё равно выглядел привлекательно. Элисса мысленно выругалась на себя за такие мысли, но на её лице появилась широкая улыбка.       — Ты уверен? — она с театральным видом согнула руку в локте и сделала вид, что внимательно рассматривает свои ногти, будто ища там что-то важное. Она явно дразнила его.       — Давай, ведьмочка, покажи, на что ты способна без своих сил.       — Ведьмочка? — Элисса подняла бровь, оттолкнувшись от перил.       Она сбросила жилет. Её руки были обнажены, майка туго перетянута ремнями, а волосы, часть которых была заплетена в косички, беспорядочно рассыпались по плечам.       Она выхватила меч из ножен, сбросила их в сторону и отбросила куда-то подальше. Мал отошёл в сторону, скрестив руки на груди. Вся команда окружила их, образуя плотное кольцо. Да, каждому было любопытно увидеть поединок между их капитаном и фьерданской ведьмой.       Битва взглядов. Никто из них не скрывал своего возбуждения. На губах Брум играла хитрая улыбка, такая же, как и у Штурмхонда.       Элисса сделала первый шаг, стремительно бросившись в атаку. Он ловко парировал её удары, уклоняясь и тут же контратакуя. Штурмхонд был удивлён тем, насколько искусно Брум владела мечом. Ненадолго отступив, он продолжил бой, внимательно наблюдая за её движениями. Он замечал, как она атаковала, отступала, делала размашистые удары, вращая запястьем. Её бой напоминал танец — методичный, продуманный, с чёткой стратегией, словно игра в шахматы, но в то же время грациозный и величественный.       Команда свистела и притопывала в такт. Ставки были сделаны заранее. Большинство, конечно, поставило на капитана.       Элисса с новой силой бросилась на лиса, но он ловко перехватил её руку и резко развернул её спиной к себе, приставив лезвие своего меча к её шее. На его губах появилась усмешка. Дыхание Элис участилось, когда она почувствовала, как тело Штурмхонда плотно прижалось к ней сзади. Его горячее дыхание обожгло её кожу.       — Что дальше, принцесса? — прошептал корсар так тихо, что только она могла его услышать. Его свободная рука медленно скользнула по её талии, отчего по её телу пробежали мурашки.       — Как насчёт сделать то, что ты предлагал в первый день нашей встречи, прямо здесь, на глазах у всех? А? — выпалила она.       Штурмхонд на мгновение замер, а затем рассмеялся, отчего его хватка ослабла. Этого Элисса и ждала. Она резко ударила его локтем в живот. Парень отшатнулся, а Брум быстро развернулась и приставила меч к его горлу. Штурмхонд сделал то же самое. Теперь они кружили вокруг друг друга, держа клинки у шеи противника. Выбившаяся прядь из косички упала на лицо девушки.       — Святые… Ты такая красивая, — тихо произнес парень, и от этих слов у Элиссы перехватило дыхание.       Брум первой убрала меч и снова бросилась на него. Штурмхонд парировал её удар. Они начали кружить по палубе, отбивая атаки друг друга, едва не задевая стоящих рядом членов экипажа. Внезапно Элисса попыталась сделать подножку, но Штурмхонд удержал равновесие. Он быстро ответил тем же, а затем толкнул её, но принцесса не сдавалась. Она потянула его за собой, и оба упали на палубу.       — Ох, — простонала Брум, а затем осознала, в каком положении они оказались. Весь экипаж окружил их, а их капитан теперь лежал прямо на ней.       Их лица в опасной близости. Он всё ещё улыбается. Элисса попыталась выбраться, но Штурмхонд сильно прижался к ней. Со всех сторон доносились крики и вопли.       — Встанешь? — Элисса старалась не думать о том, что их губы были так близко друг к другу.       — Не-а.       — Для капитана ты ведешь себя как ребенок.       — А ты боишься признать поражение.       — Поражение? — Брум склонила голову набок. Штурмхонд в замешательстве сузил глаза. — Ты забыл, дорогой, я — ведьма.       Элисса скрутила пальцы, и тело капитана поднялось в воздух, окутанное алыми сгустками магии. Девушка быстро вскочила на ноги, а затем, когда она подняла свой меч, парень упал на палубу, перекатившись на спину. Лезвие её меча тут же оказалось у его горла.       — Ты играешь нечестно.       — Знаешь, познакомившись с тобой, я поняла, что играть по правилам — это скучно. Признаёшь поражение?       На палубе воцарилась гробовая тишина. Видимо, все действительно поставили на Штурмхонда.       — Видишь, твои желания сбываются. Ты мечтала меня ударить.       — И утопить.       — Правда?       Элисса усмехнулась, убрала меч и протянула руку. Штурмхонд, не задумываясь, принял помощь.       Когда он встал, он не спешил убирать руку. Парень притянул девушку к себе и прошептал ей на ухо:       — Знаешь, я рад, что ты запрыгнула именно на мой корабль.       Сердце Брум заколотилось чаще. Она отстранилась от него, убрав руку, и посмотрела в его глаза без улыбки. Её губы слегка приоткрылись. Она не находила слов. Штурмхонд, казалось, чувствовал то же самое.       — За работу! — крикнул он, всё ещё глядя в ее небесно-голубые глаза.       Элисса понимала, что сближаться с этим парнем слишком опасно. Для неё самой и для него.       — Знаешь, тот корабль был не твой. — Её губы на мгновение дрогнули в улыбке, и она поспешила уйти, а капитан продолжал смотреть, как она подбирает ножны и жилет, направляясь к Тамаре.

***

      Элисса боялась признаться себе, что её отношение к Штурмхонду отличалось от того, как она относилась к остальным членам команды. Он был дерзким и самоуверенным, всегда говорил больше, чем нужно, но при этом его капитанские качества и умение управлять командой вызывали у неё уважение. Все следовали за ним без колебаний. Его уважали, а не боялись.       — Как его по-настоящему зовут? — спросила Элисса как-то Тамару.       — Без понятия.       — Ты никогда не интересовалась?       — А зачем мне это?       Тамара, прищурившись, посмотрела вверх.       — Нужно проверить тросы.       Девушка всегда меняла тему, когда Брум заводила разговор о капитане. Штурмхонд тоже всегда увиливал от этого вопроса.       — Вы многое от меня скрываете, и я понимаю почему. Так что, прости Тамара, но я тебе в этом вопросе не верю.       Шуханка усмехнулась, взглянув на Брум.       — Он не заставляет вас носить шелка и яркие ткани.       — Толя выглядел бы ужасно, — рассмеялась Тамара, косясь на брата, который тоже участвовал в разговоре.       — Это лучше, чем служить какому-то напыщенному идиоту в черном, — проворчал он.       — Но ты служишь Штурмхонду, — заметила Элисса, хоть она понимала разницу.       — Только когда он в хорошем настроении.       Брум вздрогнула. Штурмхонд стоял прямо за ее спиной.       — Попробуй помыкать этим быком и увидишь, что будет, — сказал корсар.       Тамара фыркнула, и они с Толей принялись уносить оставшееся оружие.       Штурмхонд наклонился к Элиссе и тихо прошептал:       — Если хочешь что-то узнать обо мне, принцесса, просто спроси.       — Я всего лишь любопытствовала, как тебя зовут, — сказала Брум в свою защиту. — И я точно знала, что ты мне не ответишь. Ты всегда уходишь от разговора.       — Ты уже так хорошо меня знаешь.       Парень улыбнулся и слегка наклонился к девушке, но затем выпрямился, вернувшись в прежнее положение.       — Не так хорошо, как хотелось бы.       — А ты хочешь?       Элисса посмотрела на него с новым интересом.       — Да, я бы хотела узнать человека, который пообещал мне защиту. Но я даже не знаю его настоящего имени.       Корсар усмехнулся. И вновь у Элис возникло чувство, что с его лицом что-то не так.       — Моя мать была устрицей, — подмигнул он. — А я — жемчужина.       — Серьезно? — ахнула девушка, прикрывая рот ладонью. А потом рассмеялась. Штурмхонд подхватил её смех.       Затем он ушел, фальшиво насвистывая какую-то мелодию.       К Брум вновь подошла Тамара.       — Ты ему нравишься. — Она взглянула на удаляющуюся фигуру капитана.       — Я уверена, что ты ошибаешься на этот счет.       — Поверь мне, подруга, до твоего появления, он ни с кем столько не разговаривал как с тобой за один день. К тому же, когда вы устроили это шоу на мечах, мне показалось, что кто-то начал бить в барабаны. Так сильно колотились ваши сердца.       Элисса чуть не покраснела. Она взглянула на парня, стоящего вдалеке и отдающего приказ Петру. Он поймал её взгляд. Брум поспешила его отвести и она могла поклясться, что даже здесь услышала его смешок.       — Подруга? — Элис решила также, как и Тамара, перевести тему.       — А ты так не считаешь? — девушка игриво поиграла бровями. Брум знала, что Тамара предпочитает женский пол мужскому.       — Все мои друзья отвернулись от меня, когда узнали, что я ведьма.       — Тогда будь уверена, что мы от тебя не отвернемся.       — Спасибо.       Элисса пыталась сдержать подступающую слезу.

***

      Прошло еще два дня. Элисса проснулась от того, что Тамара энергично трясла ее за плечо.       — Пора идти, — сказала она.       — Что случилось? Опять битва, о которой мне никто не сказал? — сонно пробормотала Элисса, протирая глаза.       — Хватит ворчать, поднимайся уже.       Брум поднялась на ноги и укуталась потеплее, так как было холодно.       — Где мы?       — В пятнадцати милях от побережья Западной Равки. Пойдем, Штурмхонд собирает всех.       На палубе собралась вся команда. Только что вышли Алина с Малом. Тамара была полностью экипирована: на плече висел небольшой брезентовый мешок, а ее одежда говорила о готовности к чему-то важному. Элисса быстро собрала свои вещи: меч, кинжал и небольшой узелок со сменной одеждой.       Ее взгляд на мгновение задержался на Петре, который был одет в броский сюртук Штурмхонда. Самого картина было сложно узнать. Он отдавал команды, закутанный в объемную шинель с высоко поднятым воротником, а на голове у него была плотно надвинутая шерстяная шапка, почти полностью скрывающая уши.       Холодный ветер дул с такой силой, что казалось, он проникал даже под одежду. Звезды на небе сияли ярко, а над горизонтом висел тонкий серп луны. Элисса перевела взгляд на волны, которые переливались в лунном свете, и прислушалась к ритмичному шуму моря. Если земля и была где-то близко, она оставалась невидимой в этой ночной тьме.       — Что происходит? — спросила девушка, подходя ближе к Штурмхонду. Ее голос звучал настороженно. Заклинательница и следопыт, стоявшие рядом, тоже выглядели растерянными. — Я думала, что уже заслужила право знать ваши планы, — добавила она, слегка нахмурившись.       — Будем швартоваться.       Элисса слышала настороженные нотки в голосе капитана.       — Посреди ночи?       — «Волк волн» поднимет мое знамя, как только мы приблизимся к фьерданским берегам, — пояснил капитан. — Пока что Дарклингу не стоит знать, что Заклинательница уже вернулась в родные края.       Когда капитан переключился на разговор с Петром, Тамара подошла к Брум.       — Хватит хмуриться, — сказала она, слегка подтолкнув Элиссу. — Мы скоро взлетим.       — Взлетим?       — Мы полетим через Каньон.       — Джель всемогущий… — прошептала Элисса, переводя взгляд на Штурмхонда.       Капитан в этот момент передавал Петру конверт, запечатанный каплей бледно-голубого воска. Он похлопал своего первого помощника по спине, и в лунном свете лицо Петра казалось почти трагичным, будто он был на грани слез. Тем временем Толя и Тамара уже перелезли через перила, крепко ухватившись за свисающую с борта шхуны лестницу.       — Иди за нами, — Тамара позвала Элис за собой.       Принцесса выглянула за борт и не смогла сдержать удивления, заметив небольшое суденышко, которое подпрыгивало на волнах рядом с «Волком волн». Такой лодки она никогда прежде не видела. Два её корпуса напоминали пару полых ботинок, соединенных между собой палубой с огромной дырой посередине.       Элисса осторожно ступила на один из изогнутых корпусов, чувствуя, как он слегка покачивается под её ногами. Затем она прошла вдоль корпуса и спустилась на центральную палубу, где между двух мачт располагался небольшой притопленный кубрик. Штурмхонд прыгнул на лодку следом за Заклинательницей и следопытом, после чего быстро взобрался на возвышение за кубриком и встал за штурвал.       — Что это такое? — спросила Алина.       — Я называю её «Колибри», — ответил Штурмхонд, не отрывая глаз от карты, которую держал в руках. — Но, возможно, переименую в «Жар-птицу». — Алина резко вдохнула, словно хотела что-то сказать, но капитан лишь ухмыльнулся и скомандовал: — Срезать якорь!       «Жар-птица» — еще один усилитель.       Тем временем Элисса, Тамара и Толя занялись развязыванием узлов на кошках, которые крепили лодку к «Волку волн».       — Ставь паруса!       Паруса раскрылись, и, хотя мачты «Колибри» были значительно короче, чем у шхуны, её двойные паруса оказались огромными прямоугольными полотнищами. Понадобилось по два человека у каждого паруса, чтобы справиться с их установкой.       Легкий ветерок подул, и «Колибри» медленно отошла от «Волка волн». Штурмхонд стоял на палубе, его взгляд был прикован к удаляющейся шхуне. Элисса не видела его лица, но что-то подсказывало ей, что он мысленно прощается с кораблем. Затем капитан резко встряхнул головой, словно отгоняя лишние мысли, и громко скомандовал:       — Шквальные!       Гриши заняли свои позиции на каждом из корпусов судна. Они подняли руки, и воздух вокруг засвистел, наполняя паруса мощным потоком ветра. Штурмхонд скорректировал курс и потребовал увеличить скорость. Шквальные повиновались, и странное суденышко резко рвануло вперед, словно птица, сорвавшаяся с ветки.       — Вот, возьмите, — сказал капитан, бросая Алине и Малу по паре очков. Тамара протянула такие же Брум. Вся команда, включая самого Штурмхонда, быстро натянула очки на головы. Элисса, не задавая лишних вопросов, последовала их примеру.       Секундой позже она уже была благодарна за эту предосторожность. Штурмхонд снова потребовал увеличить скорость. Паруса забились в такелаже над их головами, и Элисса почувствовала легкий укол беспокойства. Куда он так спешит?       «Колибри» мчалась по морю, её два полых корпуса скользили с волны на волну, едва касаясь поверхности воды. Элисса крепко держалась за борт, стараясь не потерять равновесие.       — Ладно, шквальные, — скомандовал Штурмхонд, — поднимайте нас. Матросы, к парусам! По моему сигналу!       Элисса заметила, как Заклинательница и следопыт переглянулись, их лица выражали явное беспокойство.       — Пять! — крикнул Штурмхонд.       Экипаж начал двигаться против часовой стрелки, натягивая веревки.       — Четыре!       Шквальные развели руки шире.       — Три!       Элисса бросила взгляд на Штурмхонда. Лис, словно почувствовав её взгляд, обернулся, подмигнул ей и снова сосредоточился на управлении. Брум раздраженно вздохнула, но в её глазах мелькнула тень улыбки.       Между мачтами раздался низкий гул, и паруса начали расправляться, достигая своей полной длины.       — Два!       — Поднимайте! — закричали матросы. Шквальные широко взмахнули руками.       — Один! — заорал Штурмхонд.       Паруса вздулись, резко раскрывшись над палубой, как два гигантских крыла. «Колибри» взлетела в воздух. Оказалось, Тамара говорила буквально — они действительно собирались лететь.       — Ты не шутила, — обратилась девушка к новой подруге.       — А была похоже, что я шучу? — Тамара тоже улыбалась.       Элисса вцепилась в борт, чувствуя, как ветер с силой обдувает её лицо. Она закрыла глаза, чтобы защититься от его напора. «Колибри» поднялась в ночное небо, и Брум дала себе несколько мгновений, чтобы насладиться этим невероятным моментом. Однако она не знала, что за её реакцией внимательно наблюдали.       Он смеялся как сумасшедший. Шквальные по очереди перекрикивались друг с другом, чтобы убедиться в стабильности восходящего потока. Сердце Элис готово было выскочить из груди.       — Это невероятно! — крикнула девушка Тамаре.       Их окружали звёзды, а паруса растянулись над ними двумя широкими дугами, словно тетивы гигантских луков.       Брум знала, что это было рискованно, но не смогла удержаться и высунулась за край кубрика. Рев ветра оглушал, но она не могла сдержать восторженного смешка. Они летели. Летели!       Тамара и Толя издали ликующий клич, их голоса сливались с шумом ветра.       — Это невозможно! — закричала Брум.       Штурмхонд засмеялся с новой силой.       — Когда люди говорят «невозможно», чаще всего они имеют в виду «маловероятно».       В очках, отражающих лунный свет, и в развевающейся шинели он выглядел как настоящий безумец. Элисса не смогла сдержать улыбки, глядя на него.       Она отчаянно старалась дышать, пока ветер уверенно нёс их вперёд. Шквальные и экипаж выглядели сосредоточенными, но спокойными. Постепенно тяжесть в груди Элиссы начала убывать, и она расслабилась.       — Откуда взялась эта штука? — крикнула она Штурмхонду.       — Я сам её придумал и построил, — ответил он с гордостью. — Хотя не обошлось без аварий на нескольких прототипах.       — Ты вроде говорил, что я буду в безопасности, — напомнила Брум.       Штурмхонд обворожительно улыбнулся. Он решил двигаться не напрямую, а зайти с юго-запада. Элисса предположила, что они приземлятся где-то неподалёку от берега. Мысль о том, что придётся ступить на сушу, вызвала у неё тревогу. В воде она чувствовала себя гораздо увереннее, чем на земле. Тем более это были фьерданские земли — земли её отца.       Вскоре они летели уже не над водой, а над сушей. Страх с новой силой пробрался под кожу Элиссы.       Они пролетали над сельской местностью, которая простиралась под ними, окрашенная лунным светом в чёрные и серебристые оттенки.       — Штурмхонд! — крикнула Заклинательница, ее голос дрожал от паники. — Что ты делаешь?       — Ты сказал, что везешь нас в Ос Керво! — воскликнул Мал.       — Я сказал, что везу вас на встречу с клиентом.       — Забудь об этом! — взвыла Алина. — Где мы приземлимся?       — Не беспокойтесь, — ответил капитан. — Я подумываю об одном прекрасном маленьком озерце.       — Насколько маленьком? — пропищала она. Но затем увидела, как Мал вылезает из кубрика. Его лицо исказилось от ярости. — Мал, сядь на место!       — Ты лживый, бесчестный… — начал Мал, но Штурмхонд прервал его.       — На твоём месте я бы не двигался. Вряд ли тебе захочется болтаться по палубе, когда мы влетим в Каньон.       Элисса замерла. Она знала, что это произойдёт, но от этого не становилось менее страшно. В Каньоне она ещё никогда не бывала.       Штурмхонд снова начал насвистывать какую-то мелодию, едва слышную сквозь рёв ветра. Его спокойствие только усиливало напряжение.       — Ты же шутишь?! — выкрикнул Мал.       — Обычно шучу, — ответил капитан с лёгкой усмешкой. — Оретцев, под твоим сиденьем спрятано ружьё. Возьми его, может пригодится.       — Ты не можешь лететь на этой штуковине в Каньон! — заорал Мал, его лицо покраснело от ярости.       — Почему нет? — спокойно возразил Штурмхонд. — Насколько я понимаю, мы путешествуем с единственным человеком, который может гарантировать нам безопасность. Ах да, ещё у нас есть ведьма, — добавил он, улыбнувшись в сторону Брум.       Элисса раздраженно посмотрела на капитана.       — Может, мне просто позволить волькрам съесть тебя и твою команду на ужин?! — крикнула Алина, её голос звучал резко.       Штурмхонд одной рукой крепко держал штурвал, а другой достал из кармана хронометр.       — Скорее на завтрак. Мы уже отстаём от графика. К тому же, до земли падать далеко.       Пейзаж за бортом менялся с пугающей скоростью. Элисса пыталась понять, где они находятся, но всё вокруг казалось чужим и незнакомым.       — Всемогущие Святые… — выругалась Заклинательница, её голос дрожал.       — Поздравляю, Алина, мы мыслим одинаково, — сухо произнесла Брум.       Звёзды, луна и привычный мир остались позади. Впереди была только пустота. Штурмхонд действительно собирался это сделать. Он вёл их в Каньон.       — Канониры, по местам! — скомандовал капитан. — Шквальные, держать строй! Лив, подойди ко мне!       Девушка повинилась. Она подбежала к парню.       — Ты справишься, если что-то пойдёт не так? — спросил он, с надеждой глядя на неё. Его обычно уверенный взгляд теперь выдавал тень сомнения.       — У меня нет выбора.       — Твои глаза… — начал он, но она прервала его.       — Я знаю.       Глаза Элиссы горели красным светом, словно два угля в темноте. Она глубоко вздохнула и повернулась в сторону Каньона, готовясь к тому, что их ждёт.       В следующий миг «Колибри» погрузилась в абсолютную тьму. Это была не просто ночь — это была непроглядная, густая, неестественная чернота, которая обволакивала их со всех сторон, словно живая субстанция. Она сдавливала, словно пытаясь задушить, и даже воздух казался тяжелее. Элисса никогда не видела ничего подобного. Они оказались в Каньоне.