Нераскаявшиеся

Ординум Рейджленда действовал быстро, шумно и яростно. Не прошло и часа с начала поисков, как было совершено десять арестов. Под него попали, по мнению Ординума, личности сомнительной репутации, которые так или иначе могли участвовать в исчезновении Лиона Иракибили. Весь город был на гране истерики, многие рвались разыскивать верховного вместе с защитниками порядка, и последним приходилось, едва не прибегая к оружию, утихомиривать непрошенных энтузиастов. Предчувствие худшего нещадно и необратимо захватывало умы. И когда поиски добрались до Долины Лжи, они кончились жестоким успехом. В самом большом ужасе были молодые ординумии, с особой тяжестью принимавшие развернувшуюся чудовищную реальность. Лион Иракибили убит. Они опоздали. — Я так полагаю, наш соблазнитель, — произнёс средних лет ординумий с золотым значком на груди, брезгливо пнув труп светловолосого юноши. — Похоже ему особенно досталось. — На Иракибили пока не вижу никаких ран кроме смертельной. Затылок. Повреждён мозг. Рана нанесена предметом с длинным лезвием, не меньше 20 сантиметров. — говорил коллега, размышляя вслух. Очевидно, ухажёр проигрывал в дуэли. — Да, возможно, самим верховным он и был убит. — А могло ли быть так, что…— скромно вступил с ними в диалог юный защитник порядка. —…этот либурбемец, как-то изловчился и смог напасть на господина Иракибили со спины? А тот, в свою очередь употребил все последние силы, чтобы нанести смертоносный удар врагу? — То есть, они убили друг друга, по-твоему? — Ну да, есть же вероятность… — Вряд ли, — сухо прокомментировал мужчина, осматривающий юного либурбемца. — Парень отколочен душевно, сомневаюсь, что Иракибили мог сделать это с огромной раной в голове. — Но господин же очень сильный мужчина… — Не спорю. Но юнца нехило ударили раз десять точно, плюс сломали рёбра и протаранили сердце. — Может, сначала господин Иракибили исколотил его, а потом либурбемец сделал свой вероломный выпад и получил нож в сердце? — Нож в сердце — ну ты скажешь. — усмехнулся демон. — Нет, это крайне маловероятно. После таких побоев парню тяжко было бы продолжать сражаться. Да и практически невозможно, после столкновения с сильным противником лицом к лицу, умудриться нанести ему удар в спину. Если только ты не какой-то суперакробат, коего впечатления наш герой-любовник никак не производит. Слишком тщедушное сложение…да и гибкости феноменальной не ощущается. — А что если тогда…! — А ну кончайте трепаться в процессе дела! — крикнул начальник, наблюдавший последние пару минут за их расследованием. — Сначала полностью изучите всё, а потом уже обсуждайте! С какого чёрта я должен вам это напоминать, как малолетним стажёрам! Все трое подчинённых одновременно кивнули, двое остались проверять трупы, а младший побежал в сторону стражи, удерживающей госпожу Иракибили. Бедняжка разражалась рыданиями, и было совершенно непонятно к кому броситься она хотела сильнее: к мужу или любовнику, ибо девушка выкрикивала имя и того, и другого. В конце концов она оставила попытки прорваться напролом и опустилась на землю. Юноша сочувственно подбежал к госпоже Иракибили, сел на колени и робко погладил по плечу, как бы спрашивая разрешения утешить её. Молодая вдова не оттолкнула, а прижалась к нему, вцепившись когтями в плечи. Юноша приобнял её, поглаживая по спине. Похоже он был не прочь присоединиться к плачу красивой госпожи, но пытался сдержаться. — Так, весьма интересная вырисовывается ситуация. — сказал ординумий, закончив осмотр тела верховного и обратившись к коллеге. — У меня так же. Что там у тебя? — Обнаружил синяки на шее. Будто кто-то душил Иракибили или со всей дури тянул за шею. Нашему белобрысому аристократишке такое точно не по силам. — Хочешь сказать…?! — Да. Походу в их дуэльном веселье появился третий лишний. А может и не один…Но кто бы это ни был, ребята явно не из робкого десятка. Похоже он или они и убили господина. А твой как? — Убит лезвием примерной той же длины, что и верховный. — Чёрт возьми! Получается, их обоих мог убить один и тот же демон! Хм…Что-то ещё? — Да. Я узнал этого мальца. Его лицо частенько мелькало в новостях о Либурбеме. Парень постоянно устраивал сексуальные скандалы. Уводил чужих жён, да и мужей тоже. — Он ещё и педераст! Мерзость-то какая! — Всё это навело меня на любопытные мысли. Смерть от раны в сердце и в голове… Это не может быть простым совпадением. — О чём ты? — Вполне возможно, это дело рук Чёрного карателя… — Ты о том серийнике, который убивает… — Личностей сомнительного нравственного облика. — Либурбемец подходит под это описание, но с чего бы господин Иракибили? — Быть может, наш любимый верховный имел свои тёмные секреты. Нужно допросить его жену. — Ты уверен, что это сейчас хорошая идея? Госпожа Иракибили совсем не в состоянии… — Ей придётся, — жёстко ответил мужчина. — Если изменница хочет оказать какую-то пользу расследованию. Молодая вдова, тем временем, продолжала безутешно рыдать в объятиях юноши. Раздражённо вздохнув, более враждебно настроенный к ней ординумий подошёл первым. Пару минут он окидывал её скептичным взглядом, затем бесстрастно заговорил: — Сивила. Необходимо, чтобы вы ответили на мои вопросы. Понимаю, состояние сейчас у вас нелёгкое, но мы должны поскорей собрать и больше информации об обеих жертвах. Это поможет нам быстрее найти убийцу. Юноша гневно сжал кулаки, услышав не слишком уважительное обращение к жене верховного, но не решился выражать критику старшему по званию и лишь покорно опустил голову. Вытирая беспрестанно льющиеся слёзы, которые уже намочили почти всю рубашку юного ординумия, Флорин Иракибили с шатанием поднялась. — Х-хорошо. Я п-попытаюсь. — постаралась гордо произнести она. — Поговорим поначалу о вашем любовнике. Расскажите всё, что вам о нём известно. — Его зовут Андре. О-он — аристократ из Либурбема и одинок. — тяжело всхлипывала демонесса. — Г-говорил, что не женат и не состоял ни с кем в отношениях. Рассказывал ещё, как ненавидит всё, связанное с войной… — Последнее не слишком важно. А фамилия-то его вам известна? — Эм…ну, он не называл её. — Понятно, — язвительно проговорил ординумий. — Сивила, я так понял, вы не в курсе, что это дурно известный Андре Маргакус — демон крайне блудного характера, совращавший чужих жён и мужей? Вытаращив глаза, Флорин на какое-то время остолбенела. Затем лицо её налилось кровью, и вспыхнули глаза. — Вот скотина! Похотливая свинья! — девушка так сильно схватилась за юбку платья, что местами порвала её. — Я убью его! — Он, к сожалению, уже мёртв. — МНЕ ЭТО НЕ ПОМЕШАЕТ! — проорала она, неистово рванувшись в сторону юного трупа. На сей раз стражам было куда тяжелее удерживать молодую вдову. — Сивила, однако, вы должны дать ещё показания о вашем муже, чтобы прояснить ситуацию, — оттянул ординумий разъярённую демонесу за руку. Пару секунд она глядела на мужчину с таким бешенством, будто готова была зубами и когтями вцепиться ему в лицо. Но он стойко выдержал этот обжигающий взгляд. — Ну, что вам ещё?! — Ни в коем случае не желаем очернить господина Иракибили, но скажите, были ли у него…позорные страницы в жизни? Страшные секреты, которые он пытался скрыть? — Без понятия…— горько поджав губу, ответила вдова. — Мы были не так уж близки в этом плане. Лион не то, чтобы был замкнут или скрытен, просто…именно о своих трудностях и переживаниях он не рассказывал. Говорил, не хочет грузить меня своими проблемами… — И вы не интересовались, какие именно могли быть у него за проблемы? — Нет… — А близкие друзья? Кто хорошо его знал? — Какого чёрта ты делаешь! — вмешался вдруг начальник. — На кой тебе понадобилось узнавать, были ли секреты у нашего верховного? Поимей какой-то такт, копаешься ведь в грязном белье не обычного рейджлендца! — Господин, есть большая вероятность, что нашего верховного и блудника убил Чёрный каратель. Если найдём какие-либо серьёзные пятна в биографии господина Иракибили, то сомнений не останется. — Каратель?! Вздор! Лион не заслужил никакого карателя! — Почему вы так уверены? — Я лично знал его! Мы были дружны ещё до того, как он стал верховным. Славнейший мужчина, лучший из всех, кого я встречал. Отважный, сильный, амбициозный, полный страсти — образцовый рейджлендец! — И совсем безгрешный? — Конечно, бывали у него с кем-то конфликты, демоном он был достаточно вспыльчивым, а также политические тяжбы и суровые меры, на которые ему приходилось идти как верховному. Но ничего преступного! Уж точно не такого, за что стоило бы убивать! —… Как известно, есть несколько способов убийства у Чёрного карателя: пронзённое сердце или мозг, перерезанное горло и проткнутые насквозь глаза…Всё это зависит от типа жертвы-грешника, не так ли? — Верно подмечено, — присоединился наконец-то к нему коллега. — Я как раз изучал этот момент. Каратель пронзает сердце демонам блудного нрава, что как раз соответствует портрету Маргакуса. Перерезает горло преступникам финансового толка: крупным мошенникам, взяточникам, грабителям, фальшивомонетчикам и прочим. С глазами дело поинтересней: тут наш убийца целится на власть имущих демонов, которые якобы чрезмерно злоупотребляют своими полномочиями. Был, например, лет семь назад уличён один эксплуататор, который содержал рабочих в таком подневольном труде, что некоторые из них наложили на себя руки. Но Каратель добрался до него раньше Ординума. А что касается удара ножом в голову…, то под эту казнь попадали различные убийцы, насильники, садисты, любители драк и рукоприкладств… — Вам это ни о чём не говорит господин? — обратился более старший ординумий к начальнику. Демон молчал, тревожно задумавшись. — Ну… был один гневный поступок у Лиона. Но это было так давно…Кто ж в молодости не делает ошибок? Пускай и страшных? — Так-так. Что именно случилось? — Это было в баре. Лион сильно выпил тогда и разбуянился. А на глаза ему как не кстати попались двое каких-то гомиков. Сразу вскипело негодование, мол, какая гадость, что за разврат, ну и отколошматил их. Одного забил даже до смерти… — Богиня! Как он мог! — всё ещё плача, сжала зубы Флорин. — Бедные мальчики! — Но, чёрт возьми, он потом долго терзался из-за этого! С тех пор в жизни больше к алкоголю не притрагивался, даже когда ему навязывали на праздниках, сурово отстранял все бокалы! — Да, Лион…всегда с отвращение смотрел на алкоголь. Я и представить не могла… — И всё-таки в глазах Карателя он остался преступником…— тихо сказал старший ординумий. — Любопытно… — произнёс младший коллега. — Что тут, твою мать, «любопытного»! — вскричал в сердцах начальник. — Это непомерное несчастье, иначе не опишешь! — Но Каратель ведь предпочитает убивать законченных негодяев. А Иракибили…большую часть жизни всё-таки был добродетельным верховным. Могли ли здесь быть иные мотивы? — Хорошая мысль. Господин, вы помните что-то о том втором…парне, которого избил верховный? — Мало чего. Смазлив вроде был, темноволос и ...бедно выглядел. Вряд ли это поможет. Тем более, что прошло куча лет, и этот малец сейчас мужик, который может выглядеть совершенно иначе. Все обменялись мрачными и скорбными вздохами, и каждый ушёл в свои мысли. Начальник Ординума царапая всех взыскательным взором сказал: — Вы знаете, что найти убийцу как можно скорее вопрос жизни и смерти для нашего города. Рейджленцы будут требовать правосудия, и если мы не удовлетворим его, начнётся бунт. Да поможет нам Богиня отыскать истинного убийцу и спасти город от столь страшной раны! Все ординумии единогласно кивнули и многие направились к убитому верховному, но не для расследования, а чтобы как следует попрощаться и выразить скорбь.