Лишь раз в жизни

В следующие дни, вплоть до выходных, этот ритуал повторяется, только Дерек больше не засыпает. Когда они передают друг другу учебник, листочек или папку, их пальцы соприкасаются и остаются в таком положении дольше положенного. Стайлз уверен, что Дерек делает это специально. Напряжение между ними почти осязаемо. Они по-прежнему отпускают шуточки, но всё уже не так, как раньше. Во-первых, из-за того недопоцелуя, во-вторых, из-за Лоры. Стайлз всё ещё уговаривает себя не менять ничего, но понимает, что, скорее всего, уже слишком поздно. Многое изменилось. Дерек больше не с Пейдж, и если не из-за этого произошли существенные изменения в жизни Дерека, вследствие чего он стал самым несчастным человеком в мире, то из-за чего же тогда? И когда Дерек звонит в воскресенье днём, Стайлз думает, что он хочет напроситься в гости и посмотреть матч «Окленд Рэйдерс» вместе с ним и его отцом. Но всё выходит ровно наоборот. — Зачем ты это сделал? — огрызается он на Стайлза, когда тот берёт трубку. — Эм, извини? Сделал что? — Не строй из себя невинную овечку. Ты знаешь, о чём я. — Я понятия не имею, что ты имеешь в виду, Дерек. Говори уже, — отвечает Стайлз, с каждой минутой раздражаясь всё больше. Он слышит громкое рычание Дерека и может представить, как тот едва сдерживает волка внутри себя. — Как ты посмел целоваться с этим… как его там? Стайлз на несколько секунд теряет дар речи. — Как я посмел?.. Целоваться?.. С кем? Ты о чём вообще?! Невероятно. Такого не бывает. — Можешь не продолжать! Я не хочу ничего слышать. Лора мне всё рассказала. Вчера она была в «Джунглях» и видела, как ты танцевал с тем типом, а потом он начал тебя целовать, и она сказала, что ты ответил на поцелуй! Как ты мог? — последние три слова Дерек выплёвывает с ненавистью. — И ты поверил ей? Она же сама говорила, что я ей не нравлюсь, а ты всё равно ей поверил? У меня нет слов. — Она моя грёбаная сестра, Стайлз, конечно, я ей верю. — Она грёбаная манипулирующая стерва, я тебе об этом говорил! — Не смей оскорблять мою сестру! Да иди ты нахер, Стайлз! — Сам пошёл нахер, Дерек! — кричит Стайлз и что есть силы швыряет телефон на кровать. — Блять!

***

Стайлз не очень любит понедельники, но некоторое время назад их можно было хоть как-то терпеть, потому что в этот день он видел с Дереком. Теперь же это — сущий ад. Каждый раз, когда Стайлз проходит мимо Лоры в коридоре, она ему усмехается, и он знает, что это её рук дело. Это она ответственна за ложные мысли Дерека о том, что Стайлзу на него насрать, хотя Дерек должен был почувствовать эту ложь. Ещё хуже то, что вся эта неразбериха занимает всё пространство в голове Стайлза и вытесняет оттуда и без того скудные исторические факты, которые Стайлзу удалось запомнить, и в итоге он заваливает тест, как и предполагал. А на переменах они постоянно сталкиваются друг с другом — это стало таким обыденным, ведь последние несколько недель они провели вместе. Когда Лора находится рядом, она ухмыляется Стайлзу, но как только ловит взгляд Дерека, то изображает печаль, из-за чего Стайлз приходит в гнев. Ему хочется проломить ей череп бейсбольной битой, чтобы стереть эту усмешку с её лица; но, с одной стороны, он даже не сможет к ней приблизиться, а с другой — он не хочет причинять боль Дереку, а поскольку Лора — его сестра, он сделает ему больно, тронув её. Всё кажется безнадёжным. Следующие два дня проходят как в тумане. Стайлз просыпается, наспех проглатывает несколько ложек хлопьев на завтрак, едет в школу, старается случайно не наехать на кабриолет Лоры на парковке, прячется в коридорах, еле как терпит уроки и придумывает отмазки, чтобы не ходить на тренировки по лакроссу. Дома он пытается отвлечься просмотром смешных видосов, порно и поеданием большого количества фастфуда, но единственное, о чём он может думать целыми днями, — это Дерек. Как заставить Дерека поверить, что он не целовался с непонятным парнем в клубе, в котором даже ни разу не был? Как заставить Дерека поверить, что это всё дело рук Лоры? Как заставить Дерека поверить, что всё, чего он хочет, так это сделать его счастливым?

***

Когда Стайлз возвращается домой в среду вечером, уже темно. Ему очень захотелось кудрявую картошку фри, поэтому пришлось выйти из дома и купить себе немного. Он не замечает Мустанг Дерека на обочине дороги, поэтому кричит во весь голос, когда Дерек внезапно появляется рядом, как только он вылезает из джипа. — Дерек, какого чёрта ты здесь делаешь? Он не может остановить бешено колотящееся сердце, но не потому, что ему страшно, а потому, что испытывает облегчение, обнаружив Дерека здесь. — Я люблю тебя, — выпаливает Дерек, и его глаза расширяются от ужаса. Стайлз теряет дар речи. Он рассматривает его лицо, румянец на щеках, вряд ли от холодного ноябрьского воздуха, его нахмуренные брови и слегка приоткрытые губы. — Ты любишь меня? — переспрашивает Стайлз, затаив дыхание, а в ушах шумит кровь. — Я люблю тебя, — повторяет Дерек. — А ты меня нет? Стайлз болезненно вздрагивает. Он любит, так сильно любит, но не может в этом признаться. Лора многое разрушила своим поступком, и если Дерек предпочёл поверить ей, а не ему, как всё это может обернуться в лучшую сторону? Всё выйдет только хуже, неправильно, плачевно. Дерек многого не знает, как Стайлз, в этом-то и проблема: он не в курсе, что ждёт его впереди. А Стайлз не может ему рассказать, и самое худшее в том, что Дерек никогда и не узнает. Вдруг он скажет «да», но Кейт всё равно сожжёт его дом, и погибнут все, включая Дерека? Или он останется единственным выжившим? А дальше он не сможет себя контролировать, его выследят охотники и убьют? Стайлз не хочет рисковать, не может рисковать ничем из этого. — Я… я не могу тебя любить, — выражение лица Дерека разбивает Стайлзу сердце. Умоляющее и полное боли. — Я… ты… я не могу тебе объяснить, всё так сложно. Мне очень жаль. Дерек продолжает безутешно смотреть на него, и в течение минуты никто из них не двигается. — Нам не нужно больше видеться, — тихо произносит Дерек. Сознание Стайлза отказывается воспринимать смысл этих слов. Уже слишком поздно, когда он со слезами на глазах зовёт Дерека, крича ему вслед.

***

Всё болит. Он не может ни спать, ни есть. Каждая услышанная песня напоминает ему о Дереке. Лора усмехается ему сильнее, чем когда-либо, и желание притащить в школу бейсбольную биту становится всё безудержнее. Его выгоняют из команды, потому что он забивает на тренировки. Он заваливает тесты и не может сосредоточиться на уроках. Он дважды чуть не попадает в аварию по дороге в школу и обратно, так что отец отбирает у него ключи от джипа и сам возит его на занятия. Даже кудрявая картошка фри становится безвкусной. Но хуже всего — вечера. Спустя два дня после признания Дерека Стайлз начинает замечать его машину, припаркованную прямо перед домом. Происходит это и на следующий день. И так две недели подряд. Стайлз делает вид, что не замечает. Но он уверен: Дерек и так это понимает. Уверен, что тот слышит, как он срывается. Он больше не может притворяться сильным. Он валится на кровать и рыдает, пока в глазах не темнеет. Он игнорирует стук в дверь от отца, который всё равно ненадолго заходит, оставляя на столе тарелку с печеньем и кружку горячего молока, прямо как в детстве. Все, кто твердил, что со временем станет легче, врали. Всё становится только хуже. Стайлз понимает: Дерек ему нужен. И это не преувеличение. В декабре Джош тащит его на вечеринку к своему другу. Стайлз соглашается только потому, что отец пригрозил навсегда запретить ему есть кудрявый картофель фри, если он в ближайшее время не выйдет из дома куда-нибудь, кроме школы. Но это была ужасная идея. Там появляется Дерек, их взгляды встречаются, и всё вокруг будто исчезает. Дерек отлично смотрится в своей кожаной куртке, но на него больно смотреть — он такой разбитый. Джошу приходится изо всех сил трясти Стайлза за плечи, чтобы он очнулся. И только тогда Стайлз замечает свои мокрые от слёз щёки. Он плакал в комнате, полной людей, и даже не понял этого. Джош отвозит его домой и просит отца приглядеть за ним до утра, говоря, что он «реально боится, что Стайлз что-нибудь с собой сделает, если останется один». Стайлз не спит этой ночью. Отец крепко прижимает его к себе, пока он рыдает, рыдает и рыдает. До него доходит: он не видел улыбки Дерека с тех пор, как они перестали общаться. До него доходит: прошёл уже месяц с их последнего разговора. Месяц с того дня, как Дерек признался ему в любви. Перед рассветом отец спускается вниз, чтобы напечь Стайлзу блинчиков. Стайлз выползает из постели и пробирается в прихожую, чтобы посмотреть в окно, и находит то, что искал: Дерека в своём Мустанге. Но то, что он видит потом, прожигает его изнутри чувством вины: Дерек плачет. На нём всё та же косуха. Неужели Дерек тоже не спал всю ночь? На последней неделе учёбы после вечеринки их взгляды постоянно встречаются. Лора уже не ухмыляется так часто, как раньше. В канун Рождества Дерек снова паркуется перед домом Стайлза. Их взгляды пересекаются, когда Стайлз подглядывает из окна прихожей. Так больше нельзя. Это выматывает и лишь усугубляет всё. Но Стайлз не знает, что делать. Не может же он просто подойти к Дереку, стукнуть кулаком его по плечу, извиниться и ждать, что всё станет как раньше. Так не бывает. Но так тоже продолжаться не может. Рождество проходит, как обычно, и Новый год тоже. А Стайлз всё ещё не может думать ни о чём, кроме Дерека. Но у него появляется план. Он должен извиниться. Во-первых, за то, что назвал Лору стервой. Во-вторых, за то, что был таким придурком. И, в-третьих, за то, что не сказал, что любит Дерека каждой клеточкой своего тела. Он пытается позвонить Дереку, потому что боится снова встретиться с ним лицом к лицу, но не может заставить себя нажать на кнопку вызова — его палец просто зависает над номером на экране. Он пытается написать сообщение, но экран так и остаётся чистым, сколько бы он на него ни смотрел. В итоге решающий пинок под зад даёт ему отец. — Просто подойди к нему. Я знаю, что он каждый вечер сидит в машине перед нашим домом, это невозможно не заметить. Скажи ему всё, что думаешь. Это единственный способ. В последний день рождественских каникул Стайлз собирается с духом, но только когда отец открывает перед ним дверь и буквально выталкивает его на улицу, он наконец-то решается. Сердце бешено колотится, от гула крови в ушах кружится голова. Он сильно потеет и вытирает ладони о джинсы. Стайлз еле переставляет ноги, приближаясь к машине Дерека. Стёкла запотели. Он подходит к машине и протягивает руку, чтобы открыть дверь. Дыхание сбивается, когда он садится на пассажирское сиденье. Абсолютная тишина. Стайлз решается взглянуть на Дерека. Их взгляды встречаются. Они смотрят друг на друга. Никто не говорит ни слова. Холодно. — Я люблю тебя. — Теперь ты можешь меня любить? — Я хочу этого.

***

— Твоё сердцебиение было таким громким, это был самый громкий стук, который я когда-либо слышал, — шепчет Дерек, переплетая их пальцы. — Я очень нервничал. — Я заметил. Почему ты не сказал мне раньше, что знаешь всё об оборотнях? — Было сложно. И сейчас сложно. — Но ты расскажешь мне когда-нибудь? — Да, — просто говорит Стайлз, глядя Дереку прямо в глаза. Дерек наклоняется ближе. — А что насчёт Лоры? — задыхаясь, шепчет Стайлз. — Забавно слышать её нытьё о том, что весь дом пропах подростковым сексуальным напряжением, — тихо шепчет Дерек, приближаясь всё ближе. Стайлз чувствует, как его сердце бьётся всё быстрее и быстрее. — И это так ужасно? — ему удаётся выдохнуть. — Ага, плюс ей не нравится твой запах, — хрипло бормочет Дерек и сокращает дистанцию между ними до нуля. Его губы обжигают губы Стайлза — горячие, влажные и полные тоски. Пальцы Стайлза впиваются в волосы Дерека и цепляются за его рубашку, когда тот кусает его за шею. — Придётся ей с этим сми-и-риться, — мямлит Стайлз, пока Дерек покрывает влажными поцелуями его шею. В груди начинает покалывать. Это ощущение тёплое, колючее, а в глазах начинают мелькать звёзды. Стоп. Что-то не так. Почему всё так стремительно бледнеет? Подождите. О нет. Только не сейчас. — Дерек? Но он его не слышит. — Дерек?! — кричит он, но всё вокруг становится совсем бледным…

***

Он приходит в себя со звоном в ушах. — Боже мой, Стайлз, ты в порядке? — беспокоится Скотт. Стайлз чувствует под собой влажную лесную почву. Его пальцы впиваются в мокрые, гнилые листьев и мягкий мох, он чувствует прохладную землю под ногтями. — Стайлз? — раздаётся другой голос. Стайлз осторожно поворачивает голову, и в поле его зрения появляются зелёные глаза. — Дерек? Хейл опускается на колени и берёт его за руку. — Ты в порядке? — спрашивает он со странным выражением лица. — Вроде, — хрипит Стайлз и приподнимается на локте. — Ты… ты что-нибудь помнишь? — спрашивает он Дерека. — Что случилось? — перебивает Скотт, но на него не обращают внимания. — Это будто дежавю. Мне было семнадцать, и вдруг ты тоже появился там, и мы… мы подружились. Лора тебя невзлюбила, и мы крупно поссорились. А потом… Скотт и Стайлз с любопытством разглядывают Дерека. — Потом я поцеловал тебя, — говорит Дерек, пристально глядя на него. — А потом я вернулся. Сколько я был без сознания? — Тридцать минут. — Что? Я пробыл там три месяца! — недоверчиво восклицает Стайлз. — Нет, Стайлз. Прошло всего полчаса, — говорит Дерек, помогает ему подняться. Затем они оба смотрят на Скотта. — Можно нам побыть наедине? — Если нужно… — Скотт соглашается и растворяется в лесу. Дерек делает шаг ближе. — Я солгал. Это не было похоже на дежавю. — Стайлз смотрит в эти зелёные, яркие глаза. — Это было больше похоже на очень яркий сон. Почти как настоящее воспоминание. — Но на деле этого всего не было? — с сомнением спрашивает Стайлз. — Нет, — говорит Дерек, и его лицо искажается от боли. Сердце Стайлза начинает биться чаще. Снова. — Но… ты хотел бы, чтобы это случилось? Или что ещё может значить твой взгляд? — шепчет Стайлз. — Возможно, — бормочет Дерек и делает ещё один шаг вперёд. И, как тогда, Стайлз чувствует его горячее дыхание на своей коже. От этого по спине бегут мурашки. — Я чувствую запах сексуального подросткового напряжения. Стайлз ухмыляется. — Ты знаешь, что делать.