Желание

      — Куда это ты собрался, Нууру? — спросил я.       — Я… просто прогуляться… — пробормотал квами, явно нервничая.       — Нет. Ты знаешь правила. Тебе нельзя отлучаться от меня более чем на несколько метров. Как и общаться с кем-либо кроме меня, — посмотрел я на Нууру.       — Но, хозяин…       — Хватит. Мы уже разговаривали об этом и не раз, — прервал я Нууру.       Квами лишь понуро кивнул и медленно подлетел к талисману.       Брошь сверкнула. По телу пробежала знакомая волна, реагирующая на сильные негативные эмоции. Я прикрыл глаза и сосредоточился на возникшей нити. Сильно. Очень.       — Планы изменились… — я закрыл рабочую программу и обернулся к картине.       Эмоции этого человека были и правда многообещающими. Я предпочитал работать днём, а не ночью, но раз уж так вышло — ничего страшного. Пальцы машинально нажали нужные кнопки на картине. С тихим щелчком открылся проход, ведущий на закрытый чердак дома. Квами тенью скользнул за мной, не поднимая головы. Нууру выглядел предельно разочарованно.       — Нууру, подними тёмные крылья, — я произнёс кодовую фразу.       Квами слился с талисманом. По телу прошёл привычный заряд энергии. Я сразу же ощутил перемены. Нить, которую ранее засекла брошь, теперь стала предельно чётко различимой. Я чуть прикрыл глаза, настраиваясь на нужный лад.       Протянув ладонь и взяв одну из многочисленных бабочек, я напитал её силой, которую дарует талисман мотылька. Чёрная, с прожилками фиолетового, бабочка, пару раз тряхнула крыльями и направилась по пути, который я ей любезно предоставил. Если не контролировать акуму, она может вселиться не в того человека. Этот урок я уже отлично усвоил.       Акума пробралась в приоткрытую форточку.       — Ребёнок… — пробормотал я чуть недовольно.       С детьми вечно возникают конфузы. Но этот, вроде бы, не совсем маленький. Рискнуть? Эмоции сильные, такое не часто встречается. Бабочка подлетела к подушке, которую мальчик крепко сжимал.       — Сеятель. Моё имя Бражник.       Контакт установлен.       — Я дарую тебе силы воплощать чужие кошмары, однако взамен прошу принести мне талисманы героев Парижа, — сказал я дежурную фразу.       Мальчик вскинул голову и злорадно улыбнулся. Его эмоции слились с акумой и напитали её. В голове тут же появился образ будущего акуматизированного. Можно было изменять его по своему усмотрению, но первоначальный вариант всегда тратил намного меньше энергии, что позволяло вложить остатки в способности.       — По рукам!       Чёрная дымка преобразовала пижаму ребёнка и изменила его внешний вид. Неплохо получилось. Песочный человек из сказок, только наоборот.       — К вам Сеятель лети-и-ит, он кошмары воплоти-и-ит… — начал напевать он, вылетая из дома.       Одной из самых лучших способностей мотылька было как раз то, что мне не нужно контролировать каждое действие злодея. Конечно, иногда это выливалось в огромные проблемы, но здорово упрощало жизнь. Вот и сейчас, акума самостоятельно снабдила ребёнка знаниями и умениями, которые он уже мог применять. Сеятель уселся на подушку и направил многочисленные золотые ручейки в разные стороны, начиная творить кошмары.       — Не трогай Адриана Агреста, — приказал я.       — Понял, — моментально подчинился Сеятель.       Затрагивать Адриана я не хотел ни в коем случае. Его это всё не касается. Тем более с учётом того, что полтора года назад он попал в больницу. Ещё одного нервного срыва я, честно, видеть не хотел. Итак недавно допустил грубейшую ошибку, за которую мне до сих пор невероятно стыдно. Как я мог забыть о том, что Адриан тоже будет на набережной, когда я создавал очередного злодея?       Полтора года назад Адриан получил серьёзную травму. Врачи диагностировали тяжёлое сотрясение. Адриан впал в кому и пробыл в ней ровно неделю. На моей голове впервые появилась седина. Я не мог думать ни о чём, кроме сына. Его состояние сводило меня с ума, я места себе не находил. А ведь и с Эмили было почти так же… Лишь однажды, допустив шальную мысль о том, что история может повториться, я чуть не потерял рассудок. Настолько мне стало страшно. Так что, когда мне сказали, что сын очнулся, я бросил все дела и прибыл в больницу в кратчайшие сроки. Я просто хотел убедиться в этом. Увидеть своими глазами Адриана, обнять его и успокоиться. Но меня к нему не пустили.       — Что за крики? Что происходит?! — воскликнул я, не сдерживая эмоции.       В палате Адриана явно какая-то неразбериха. Мимо меня пронеслись санитары.       — Пожалуйста, месье Агрест, успокойтесь! — меня задержала медсестра.       — Успокоиться? Что с моим сыном?! — злобно выкрикнул я.       Я наплевал на всякое приличие и грубо отпихнул её в сторону. Дорогу мне преградил врач, который минутой ранее забежал в палату сына.       — Что происходит? — раздражённо уставился я на него.       — Пожалуйста, сохраняйте спокойствие…       — Дерек, тащи снотворное!       Из палаты выбежали взмыленные врачи. Один потирал руку, а другой, Роберт Рене, человек, который вёл дело Адриана, приложил к скуле принесённый медсестрой мешочек со льдом. Не подрались же они там…       Названный санитар быстро кивнул и куда-то убежал.       — Месье Агрест… у вашего сына паническая атака.       Я замер.       — Я… ослышался? — чуть наклонил я голову.       — К сожалению, нет. Адриан сейчас в крайне подвешенном состоянии, к нему лучше не заходить — он вас не узнает…       В голове словно на мгновение что-то очень громко взорвалось.       — Как это? Что с моим сыном? — воскликнул я.       — Я понимаю, вы волнуетесь, но…       — Роб, нужна помощь…       Врач обернулся и кивнул.       — Простите, пожалуйста, подождите здесь. Я сейчас к вам подойду…       Нервный срыв. Панические атаки. К сыну меня пустили только через три недели, когда его состояние пришло в норму. До сих пор неизвестно из-за чего подобное произошло. Адриан вёл себя агрессивно, не разговаривал и даже кидался на врачей и медсестёр. Он был сам не свой. Словно подменили. Сломал себе руку только чтобы освободиться, а потом ни на что не реагировал в течении суток. Неделю не ел. Резкие приступы гнева сменялись таким же внезапным смехом и каким-то жутким, диким воем. Адриан никого к себе не подпускал, пару раз пытался сбежать и, по рассказам врачей, смотрел на каждого с не прикрываемым отвращением и гневом. Он словно обезумел. А потом всё как-то слишком внезапно прошло.       Адриан в один момент стал собой прежним. Спокойно начал есть, даже говорить. Он не выказывал никаких признаков потери памяти, улыбался персоналу и узнал меня. Такую резкую перемену врачи объяснить не смогли. Мальчик стал собой, просил побыстрее поехать домой. Всё неожиданно наладилось и вернулось на круги своя. Всё стало так, как и было прежде. Он стал таким, каким был.       Удивительно, но этот случай словно открыл мне глаза. Самое ужасное, что я мог себе представить — потеря сына, случилась наяву. Я прочувствовал это на собственной шкуре. И мне стало противно от самого себя. Как я мог забыть о ребёнке? Забыть о его чувствах? После потери Эмили ему было даже тяжелее, чем мне.       — Где герои? — пробормотал я.       Слишком много времени прошло. Сеятеля заметили, так почему до сих пор никого нет? Меня словно что-то кольнуло. Брошь неожиданно завибрировала и словно потеплела. Я ощутил огромную энергетическую нить, ведущую в неизвестном направлении.       — «Нууру! Нууру! Нууру!..»       В голове замерцали картинки существ, подозрительно похожих на квами. И все они в данный момент звали Нууру.       — Это ещё что? — я схватился за голову, пытаясь оттянуть нить к себе.       Разум словно затрещал по швам. Костюм замерцал так, словно вот-вот пропадёт. От меня будто пытаются что-то оторвать.       — И где же вы прячетесь? — сощурился я, пытаясь сконцентрироваться на энергии.       Квами засуетились. Они быстро начали разрывать связь, а я старался максимально успеть… Нить резко оборвалась. Я шумно выдохнул и выпрямился. Голова всё ещё гудела из-за перенапряжения.       — Я вижу странное существо… — раздался голос Сеятеля.       — Это… квами Паона! Проследи за ним или схвати! — воскликнул я, наблюдая за всем глазами акуматизированного.       — Ой-ей…! — квами павлина увернулась от атаки и резко куда-то свернула.       — А ну стой! — крикнул Сеятель, ускоряясь.       — Как скажешь! — улыбнулась квами и слишком резко остановилась.       Сеятель пролетел сквозь неё, а когда обернулся…       — Упустил… направляйся к северной части Сены. По крайней мере именно оттуда я ощутил энергию…       — Понял, — кивнул Сеятель.       Я мрачно нахмурился. Если квами Паона вернётся к хозяину, значит, и он появится. Сеятель не обладает какими-то особыми силами, так что, если павлин и правда придёт, а я в этом не сомневаюсь, проигрыша мне не избежать.       Я бы уже давно мог заполучить талисманы. Однако, неожиданно возник неприятный фактор. Паон. Напыщенный павлин, мотивы которого мне не ясны. Когда я обнаружил пропажу талисмана и книги, не поверил собственным глазам. Как? Кто вообще мог знать о них? Незадачливый вор, случайно нашедший тайник? Это была самая правдоподобная теория. Которая тут же разбивалась.        «— Я не отдам вам свои талисманы, месье Бражник»       Свои талисманы. Этот нахал знал о желании, которое можно получить, если совместить талисман кота и божьей коровки. Он уже знал о талисманах. Однако, как я упоминал ранее, его мотивы мне неизвестны. Если он ищет талисманы, то почему не забрал их ещё в битве с Непогодой? Зачем он притворяется героем Парижа, если на самом деле ничем не лучше «Бражника»? И, в конечном итоге… кто же он такой?       Сразу после пропажи талисмана я чуть ли не весь Париж перерыл. Все, абсолютно все камеры, которые можно было найти, я просмотрел. И ничего. Снаружи дома вообще никого не было. Каким образом человек ни разу не попался на видео, если в нынешнее время камеры есть даже на крышах? Тогда я тщательно проверил персонал, в частности, Натали, которая в мою тайну была посвящена с самого начала. Тщетно. Никто, ничего не знал. Талисман и книга просто испарились. Самое ужасное в этой ситуации было то, что мою личность Паон прекрасно знал. Очевидно же, что талисман чудес не будет находиться в доме случайного человека. Тем более в его кабинете. Но он, по какой-то причине, не пользовался этим. Мог бы начать шантажировать, но этого он тоже не делал. Создавалось впечатление, что этот гад просто играется со мной забавы ради.       Но, как выяснилось позже, его действия вполне себе неплохо объяснялись. Он охотился на моих акум и поглощал их, чтобы развивать собственные силы. Когда он сделал это впервые, я даже на пару минут выпал из реальности. Разрыв связи с бабочкой — ужасающе неприятно. Не больно, но чувствуется какое-то опустошение внутри. Усвоив этот урок, я начал разрывать связь с акумами много раньше их поглощения. Это помогло, стало значительно проще. И ведь ничего поделать я не мог. Акума — единственный способ забрать талисманы. Мотылёк не обладает какими-то другими боевыми навыками, хотя в ближнем бою я тоже вполне неплохо могу себя показать. Но это бессмысленно и очень рискованно. Был бы я простым человеком, может, подумал бы над тем, чтобы «выйти в свет», но я слишком публичная личность. Да и прежде всего стоит задуматься над будущим сына. Боюсь, подобное откровение станет для него очень и очень сильным ударом.       Тем не менее, проблема в лице Паона никуда не исчезла. Сколько бы я ни пытался его выследить, он как-то очень умело избегал наблюдения и спокойно уходил. Совсем недавно я наткнулся на небольшую зацепку. В битве с Темным Филином, когда Кот Нуар неожиданно для меня атаковал Паона, я услышал их диалог и сопоставил некоторые факты. Кот по случайности сломал предмет с амоком и у павлина появился лимит времени. Он не стал вступать в битву, сразу же куда-то сорвавшись. Именно в тот день я значительно сузил круг подозреваемых. Отель Гранд Париж. Именно на крыше этого места Паон пропал. Он тоже присутствовал на благотворительном вечере, на котором был и Адриан. Да, полторы сотни человек, которые находились там в течении дня — это много, но хоть что-то. Паон притворялся кем-то, создав сентимонстра, поэтому допустил ошибку, когда амок был разрушен. Конечно, в тот день он мог просто скрыться в отеле и какое-то время подождать там, но для чего ему потребовался сентимонстр? Этого, увы, я не знаю. Как и не могу со стопроцентной вероятностью утверждать, что среди этих людей есть тот самый.       Что откровенно раздражает, так это неопределённость. Для чего ему талисманы? И почему он настолько сильно не хочет, чтобы они попали ко мне? Паон точно что-то знает. Как-то я даже подумывал о том, не является ли он хранителем шкатулки или хотя бы преемником? Но и эту теорию сразу же пришлось отбросить. Слишком уж много фактов прямо противоречило этому.       Сеятель уловил какое-то движение и резко повернулся. На краю крыши стоял Кот Нуар, который о чём-то разговаривал с Леди Баг. Эти двое не представляют никакой угрозы. Они просто дети, которым по какой-то причине досталась сила квами. Да, боевые навыки божьей коровки и кота были действительно впечатляющими, так как это самые мощные талисманы. Но они были неопытны и пока что являются героями только в теории. Проблема именно в чёртовом павлине. Он — главная помеха, которая не даёт мне приблизиться к талисманам. С недавних пор я и правда перестал играть в «детские игры», как он однажды это назвал. Правда, к чему мелочиться? Ананси и Ундина тому пример. Я могу создать поистине ужасающих чудовищ, переиначив всю человеческую суть и вывернув её наизнанку. Сил это затрачивает немерено, но зато каков результат! Раньше я подобного не делал, так как не было нужды. Видимо, с такими монстрами даже Паону приходится нелегко. Он даже объединялся с героями ради победы.       Леди Баг раскрутила йо-йо и атаковала Сеятеля, в то время как Кот постарался незаметно зайти сзади. Однако, и этого злодея я создавал не просто так. Мальчик легко уклонился от атаки, ведь обладал поистине ужасающей скоростью. Он был слишком быстрым для героев.       Леди Баг зацепилась йо-йо за шест Кота Нуара и связала героя. Она бывает крайне неуклюжей и неуверенной в себе. Что сказать, она просто подросток, втянутый в этот бедлам.       — Кошмары воплощу-у-у… — пропел Сеятель с ухмылкой на лице и моментально обсыпал провалившихся подростков песком.       — «Что за…» — сощурился Кот Нуар.       Он раскрутил шест, чтобы уклониться от очередного песочного снежка, но поскользнулся и неловко упал прямо в небольшой сугроб.       — «Он воплощает кошмары!» — ахнула Леди Баг и увернулась от ещё одной атаки.       — «Ты не потеряла силы!» — воскликнул Кот.       — «Потому что… я не боюсь их потерять…» — чуть сглотнула девушка.       — «Тогда чего ты боишься?» — с недоумением спросил Кот, пытаясь подняться с заледеневшей земли.       — «Какие же вы оба жалкие, просто отвратительно, » — раздался чуть искажённый и бездушный голос.       — «Ты боишься… его?» — глаза Кота блеснули неверием.       Я не сдержался и закатил глаза. Кто бы мог подумать, что она боится осуждения со стороны Паона. Видимо, она и правда в него влюблена. Я ведь тоже в каком-то смысле могу чувствовать эмоции людей. Не так чётко, как павлин, но могу. Хотя, думаю, она боится провалить свою «миссию», а не самого Паона. Видимо, её страшит осознание того факта, что как герой она может не состояться.       — «Лучше я заберу у вас талисманы, потому что вы — просто убожества…»       Воплощение кошмара получилось очень реалистичным. И правда словно Паон. Но взгляд выдавал его с потрохами. В голубых глазах кошмара не было ничего. Он словно картонка, только имитирующая презрение. Слишком просто понять, что это лишь обманка.       — «Н-нет… не позволю!» — воскликнула Леди Баг и вовремя отступила чуть назад.       — Сеятель, вступай в бой, не медли, — приказал я.       Лже-Паон приземлился напротив напуганной девушки и взмахнул плащом. Он обвёл героиню презрительным взглядом.       — «Ты — самая жалкая героиня, которую я только видел…» — брезгливо поморщился он, нарочито медленно обнажая клинок.       — «Ты… просто иллюзия! Настоящий Паон так никогда бы не сказал!» — воскликнула девушка и проскользнула под мечом.       — «Отдай мне талисман. Я найду тебе неплохую замену. Может, эта Леди Баг будет чуть полезнее тебя…» — спокойно произнёс он и сделал быстрый выпад.       Удивительная иллюзия. Ещё и полностью материальная. Камень мотылька всё же слишком мощный для героев поддержки.       Паон сделал быстрый взмах клинком. Сталь блеснула. Леди Баг кое-как увернулась, но так невовремя замешкалась. Она точно не ожидала того, что иллюзия сделает ещё один выпад настолько быстро. Послышался громкий лязг металла.       — «Мне уже надоело это искажение моего образа. Это третий двойник на моей памяти…»       Я стиснул зубы и на секунду прикрыл глаза. Он пришёл в самый неподходящий момент. Паон легко отразил атаку двойника и быстро зашёл ему за спину. Иллюзия пригнулась, пропуская удар и обхватила руку героя. Казалось бы, сейчас он лишится равновесия, ведь хват кошмара был что надо.       Паон чуть приподнял уголок рта. Иллюзия сместила центр тяжести и начала перекидывать павлина через плечо, рассчитывая впечатать его в асфальт. Я прекрасно знал об этой особенности его костюма. Ведь мотылёк тоже обладал крайне скверной защитой.       Павлин, кажется, только этого и ждал. Иллюзия неловко завалилась, и в ту же секунду её пронзили мечом. Паон просто перепрыгнул двойника, используя поток ветра. Герой-павлин обладал некоторым подобием полёта и мог легко использовать даже лёгкое дуновение ветра себе на пользу.       Сеятель, быстро перебирая руками, создал над площадью огромное золотое облако. Которое в ту же секунду взорвалось. Героям некуда было бежать.       — Хоть я сегодня и не выиграю, но хотя бы узнаю твой страх… — задумчиво пробормотал я, внимательно наблюдая за происходящим.       Тёмно-фиолетовый костюм Паона обсыпало золотистым песком. Он чуть нахмурился и посмотрел себе на руки. Глаза героя на секунду замерцали. А потом я увидел, как прежде холодный взгляд Паона, в одночасье стал стеклянным. Его глаза более попросту не выражали никаких эмоций. Паон задрожал. Он пару раз моргнул и начал озираться по сторонам. Словно он что-то или кого-то видел. Хотя, он будто искал… Он отступил на шаг назад и выронил меч, хватаясь за свой костюм и крепко сжимая пиджак. Ему будто воздуха не хватает.       — «Паон, что происходит…» — с беспокойством спросила Леди Баг.       Но он ни на что не реагировал. Павлин упал на колени и словно вжался в землю.       — «Нет…я не слышу, » — произнёс он достаточно громко, чтобы это смог услышать Сеятель.       Тело героя снова содрогнулось. Не понятно — то ли он плакал, то ли…       — «Пха-ха-ха-ха…» — он всё-таки засмеялся.       Смех Паона был очень странным. Совершенно ненормальным. Он резко встал и подхватил меч, всё так же безумно заливаясь смехом. В голове промелькнуло недавнее воспоминание. Я помнил практически такой же смех Адриана, доносящийся из палаты.       — «Хватит говорить со мной!» — зло выкрикнул Паон и схватился за голову.       Он без устали начал что-то тараторить. То безумно начинал смеяться, то зло выкрикивал какие-то странные слова, явно не на французском. Паон резко остановился. Он вскинул голову и посмотрел прямо на Сеятеля. Безумие. Вот что плескалось в ярко-голубых глазах героя. На его лице заиграла странная, жуткая и приторно-сладкая улыбка. Он чуть прищурился. И резко подпрыгнул, хватая Сеятеля за горло.       — «Как жаль… но раз уж мне суждено сгореть, я заберу вас всех с собой в Ад!»       Лицо героя исказилось от боли и злости. Он прижал Сеятеля к стене и предвкушающе посмотрел на меч. Словно хищник настиг свою жертву, но пока слишком сыт, чтобы её есть.       — «Мои руки и так в крови… что мне до ещё одной жизни… Нет… так нельзя!» — Паон неожиданно отпустил испуганного акуматизированного и снова упал на землю хватаясь за волосы.       Я уже хотел развоплотить Сеятеля, потому что вредить людям в мои планы не входило. Я не мог безучастно смотреть на то, как кого-то истязают или убивают. В конце концов, я человек. Акуматизированные чувствовали боль, особенно такие человечные. Искажённые существа, конечно, всё сразу забывали, но вот подобные Сеятелю — нет. Фантомные боли могли остаться с ними на всю жизнь.       И это было ещё одним гвоздём в гроб Паона. На самом деле, мне теперь даже не получить талисманы хотелось больше всего, а каким-то образом не дать им перейти в руки этого человека. Кем бы ни был Паон, он вовсе не герой, как его называют люди. Я ведь из первых рядов мог наблюдать за его действиями. И ничего положительного в них не было. Паон, хоть и не показывал этого, но действительно был тем человеком, которому плевать на других. Его не интересовало, что чувствуют акуматизированные. Он, очевидно, преследует лишь собственную цель. А она была явно чем-то далеко не самым положительным.       — «Хватит говорить! Перестань! Я не могу… но было бы так здорово! Так весело!»       Видимо, в этот момент Леди Баг разорвала подушку с акумой и очистила её, применив свою особую силу. Последнее, что я увидел глазами Сеятеля — чистый испуг на лице павлина. Нет, не испуг. Это был самый настоящий ужас.       Нить была разорвана.       — Опусти крылья, Нууру, — пробормотал я, переваривая увиденное.       — Хозяин…       — Потом… — махнул я рукой и направился в сторону лифта.       Это было нечто. Я так до конца и не понял, что произошло. Возможно…       — Неужели он боится сойти с ума? Только так это можно описать… — предположил я вслух.       Но почему? Что такого с ним произошло, что он настолько боится стать сумасшедшим? Это очень странно. Таких страхов… я вообще не ожидал увидеть чего-то подобного. Я чуть прикрыл глаза. Ужас, плескавшийся в его взгляде… по какой-то неведомой мне причине напомнил мне собственного сына. Это выражение лица выражало растерянность и мольбу о помощи. Почему такая внезапная ассоциация у меня возникла? Адриан — это последний человек на земле, которого я стал бы подозревать. Даже мысль о подобном была просто безумной. Это слишком разные люди.       — Кто же ты такой, Паон? — тихо прошептал я.