А какое стоп-слово?

Сапнап не считал себя ни плохим, ни хорошим человеком — он вообще придерживался мнения, что такого деления не существует. Очень странно определять отдельную личность как положительную или наоборот, отрицательную, ведь, чаще всего, это всё огромная субъективщина. Посему парень никогда не показывал себя на публике как какой-то идеал, но в то же время и не опускался до уровня других молодых людей, проявляя «бунтарские» качества, как способ привлечь внимание. У Сапнапа было абсолютно обычное детство и юношество: он ходил в садик, завёл себе первых и лучших друзей, пошёл с ними в первый класс, а после без проблем окончил школу. Он был совершенно обычным парнем, со своими интересами и увлечениями, однако, всё решил один очень странный случай. Просто одно совпадение, которое помогло стать ему кем-то необычным в глазах общественности. Возможно, всё началось ещё в младшей школе, когда он, Джордж и Бэд, ради хороших оценок по нудной музыке пошли в драмкружок. Поначалу всё было как и у всех «хитрецов», вступивших в эту группу — глупые ошибки и шутливые кривляния, вместо нормальных репетиций, однако, спустя месяц, когда первоначальный азарт спал, Сапнап и Джордж осознали, что выступления на сцене приносили им своеобразное удовольствие. К сожалению, их общий друг, Бэд, не нашёл себе места в этом шумном кружке, поэтому покинул его, позже присоединяясь к «пекарям», как тогда обозвали занятия по кулинарии. Никто и предположить не мог, что спустя пару лет активных занятий в довольно неофициальном месте, два друга будут замечены одним влиятельным человеком и позже воссияют на больших экранах. Сапнап первым вошёл в эту звёздную сферу, но путь Джорджа был короче и порывистее — спустя год они были на равных уровнях, а через полгода популярность шатена взлетела к небесам. И всё же, их дружбу не разрушила головокружительная популярность, и они остались лучшими друзьями. При всех этих успехах стороннему человеку может показаться, что это классическая сладкая история об успехе без всяких сложностей, но за каждой сценой находятся кулисы, в которых происходят множество не самых лицеприятных моментов. У Джорджа и Сапнапа так же имелись свои тайны, которые они никогда не раскроют своим фанатам и другим звёздным «друзьям». Одной из них являлась информация о том, почему их трио стало дуо и где же добрый пекарь Бэд, маффины которого частенько приносили начинающим актёрам в гримёрку. Это произошло на втором году их звёздной карьеры — тогда их добродушный друг собирался открывать свою пекарню и активно подготавливал все бумаги, именно поэтому парни редко имели возможность увидеться. Да и сильно сказывалась карьера актёров, которая также требовала больших затрат сил и времени, поэтому телефонные звонки стали единственным способом связи тёмными вечерами после стремительного дня. Это были лучшие годы их выросшей с детской скамьи дружбы. И всё же… Звонок в семь утра показался Сапнапу проявлением нереальной наглости и неуважения к его бедному режиму сна, однако, недовольное бурчание прервалось, когда на дисплее телефона парень увидел имя лучшего друга. Джордж редко звонил ему вне вечерних общих созвонов, так как его расписание было ещё более сумасшедшее, нежели у брюнета. Поэтому, пусть и не зная, что ожидает его при ответе, актёр ощутил иррациональный страх и плохое предчувствие. — Ало? — неуверенно пробормотал Сапнап, отвечая на звонок. — Сапнап… — на другом конце провода послышался надломленный голос Джорджа, а после громкий всхлип. — Бэд… его нашли сегодня… Сап, Бэд мёртв… Внутри всё упало — Сапнап на несколько мгновений тупо смотрел в пустоту, пытаясь осознать услышанное. Джордж же, больше не сдерживая свои эмоции, разрыдался, шепча что-то бессвязное и вновь срываясь на громкие всхлипы. Это было самым большим горем, которое им доводилось переносить — ни одна смерть смутно знакомых людей не отдавалась такой всепоглощающей и опустошающей болью. Похороны Бэда проходили… странно. И всё же, тогда Сапнап и Джордж были не в состоянии что-то предъявлять тем людям, что объявили о закрытом гробу и причине в виде полностью обезображенного трупа. Последнее полоснуло горячей ненавистью по душе — «кто посмел настолько поиздеваться над милым и вечно позитивным парнем, от которого вечно пахло сахарной пудрой и сдобой?». Злость и желание найти этих уродов — вот что стало их моральной поддержкой на эти месяцы. Джордж и Сапнап тогда впервые воспользовались своим положением знаменитостей, чтобы нанять особых людей для этого дела, однако, к их глубокому разочарованию, ни один из нанятых агентов не вернулся с радостными вестями. Спустя месяц безуспешных попыток, один из нанятых людей попросил их не продолжать эти попытки, так как в противном случае молодые актёры могли навлечь на себя большую беду. Поначалу парням показалось это простым блефом, но спустя несколько недель они получили анонимную записку, в которой было лишь одно слово «Хватит». Это впервые за долгое время остудило их пыл, и поиски убийц Бэда пришлось приостановить. Дальнейшая жизнь побежала ярким калейдоскопом событий. Карьера актёра требовала почти всех ресурсов их бренных тел, поэтому злоба притупилась и вновь на первых местах встала цель стать лучшим. Возможно, так они пытались закрыть ту дыру, что образовалась в их душах, но никто не пытался как-то оправдать это ненормальное упорство, которым пылали актёры. Сапнап и Джордж почти не общались, когда осознали, что со смерти Бэда прошло ни много ни мало пять лет. Тогда-то парни и очнулись от своего «рабочего транса». Приглашение на шоу «Выжившие» Сапнапу принёс Эрет, его верный менеджер, который с ним уже три года. Тогда карьера парня топталась на месте, взбираясь по звёздной лестнице небольшими шажками, поэтому небольшая смена направления представлялась неплохим способом и пропиариться и, возможно, даже отдохнуть. Всё же, актёр не помнил, когда в последний раз брал нормальный отпуск, а тут острова, свежий воздух и возможность попробовать себя в чём-то необычном. Идея позвать Джорджа появилась так же быстро, как и его звонок начальству программы. Подготовка и путь прошли как в тумане — Сапнап онлайн заканчивал свои оставшиеся дела, а друг, не очень хорошо переносивший перелёты, почти всегда спал или посещал уборную. Собственно, к назначенному дню они находились в порту солнечного города на берегу океана. Эти виды были будто фотографиями в портфолио профессиональных фотографов — всё идеально и невероятно для привыкших к каменным джунглям людей. Всё шло почти идеально, пока на борт не запрыгнули вооружённые люди. Признаться, Сапнап неплохо перепугался, когда буквально рядом с ними на палубу спрыгнул внушительных размеров мужчина в бронежилете. Благо, в планах захватчиков они явно выступали как заложники, а не жертвы, поэтому, оказавшись на необитаемом острове, парень смог перевести дыхание. Эти люди вновь напомнили ему о Бэде — «чувствовал ли он такой же страх, когда его собирались убить?». Их компания оказалась, мягко говоря, разношёрстной: многие знаменитости, уже потерявшие свой лоск, пытались выделиться на фоне своих таких же бледных фанатов, и лишь немногие их собравшихся представляли собой реальные личности. Ещё на берегу Сапнап заметил высокого шатена, который беспокойно возился возле низкорослого брюнета. Его взгляд задержался на странной парочке лишь на секунду, а после вновь вернулся к другу, который, к удивлению, решил взять обескураженную толпу под своё управление. Дни в лагере были буквально каторгой для парня — все эти звёзды и их истекающие слюной фанаты были столь раздражающими, что прогулки с Джорджем казались седьмым чудом света. Они впервые за долгое время смогли спокойно поговорить и пошутить друг над другом как в старые времена, однако, каждый ощущал, как же не хватает шутливого восклицания «следи за языком!» после случайного мата. Бэд всё ещё оставался незримой частью их компании. Иные вещи невозможно просто забыть, отложить в тёмные уголки души. Ссоры в компании простых людей и заевшихся знаменитостей были вполне ожидаемы, только вот чего не ожидал Сапнап, так это неожиданную агрессию зеленоглазого блондина в их сторону. Джордж на это лишь безразлично пожимал плечами, отмахиваясь от негодования друга. В итоге, парню также пришлось позабыть об этой грубости, до поры до времени. Хотя в голове всплывали мысли о том, почему же та парочка тоже присоединилась к этому крикуну, хотя по виду те были не более, чем пассивные домоседы. С каждым днём общество погасших звёзд становилось всё более раздражающим, а потеря единственных нормальных собеседников в виде шумной компании подростков во главе с добродушным Филом, сделала их нахождение в лагере абсолютно бесполезным. Весь последний день перед уходом Джордж и Сапнап провели в рассуждениях о правильности их действий. Всё же, в такой большой компании были неплохие шансы получить помощь, а в другой компании их явно не примут так легко — тот блондин и парочка вызывали большие сомнения. Однако Джордж упорно доказывал, что лучше перетерпеть троицу, но при этом иметь возможность нормально поговорить с остальными, чем сидеть здесь и давить в себе злобу. Решение было принято ближе к вечеру. Под шумок они смогли быстро собрать немногочисленные вещи и уйти в лес. Там, будто по капризному велению судьбы, им встретился тот самый блондин. На удивление, теперь тот был намного разговорчивее и добрее, но Сапнап не привык прощать всяких выскочек, что думают после того, как сказать, поэтому между ним и Дримом возникла молчаливая вражда, которая, впрочем, через пару дней сменилась нейтралитетом, а позже подобием дружбы — сложно устоять, когда этот комок энергии крутится возле твоего друга и активно пытается понравиться тебе. В новом лагере они быстро стали частью этой своеобразной семьи — будто сама атмосфера была пропитана теплотой и уютом. Сапнап впервые за последние дни смог нормальной выспаться и при этом весело провести время за работой с Туббо и Ранбу — те оказались хорошими собеседниками, даже без компании своего крикливого товарища. Спустя пару дней он, не зная чем себя занять, подошёл к тому самому шатену и предложил ему свою помощь. Карл, как тот представился, быстро согласился на этот неожиданный жест. Пробираясь сквозь густые заросли и заводя разговор на отвлечённые темы, они неожиданно нашли много общего в своих интересах и взглядах. Карл, несмотря на вид прилежного пай-мальчика, оказался остёр на язык. Сапнап пару раз удивлённо присвистнул от точных шуточек и дополнений, что он вставлял в их диалог. Впервые актёр ощутил настоящее удовольствие от общения с малознакомым человеком, которого встретил парой дней ранее, при этом между ними не было никаких неловкостей, когда кто-то переход на темы из прошлого. Только один раз Карл замялся, когда Сапнап упомянул Джорджа и то, как иногда его друг совершает абсурдные вещи ради капельки адреналина, но брюнет быстро понял границы собеседника и ловко перевёл тему. После этого их отношения стали лишь крепче — Сапнап стал самостоятельно приглашать Карла на совместную работу, а тот никогда не отказывался. Конечно, иногда брюнет чувствовал на себе странные взгляды друга его спутника, но стоило ему отвернуться, так парня и след простыл. Спрашивать об этом Сапнап не решился — всё же реакция Карла на тему друзей была ясна как небо в полдень, поэтому приходилось выдерживать эти односторонние гляделки и иногда пересекаться с взглядом чёрных глаз за общим приёмом пищи. Сапнап не заметил, как компания Карла стала столь важным компонентом его дня — когда шатен уходил на дела с кем-то другим, актёр чувствовал непонятную тоску. Благо, он всегда мог немного отвлечься, напрашиваясь в напарники к кому-нибудь из подростков, один из которых, Томми, был только рад возможности свинтить из лагеря. В последнее время блондин стал значительно тише, но Сапнап благоразумно решил не лезть в это дело, понимая, что их уровень доверия явно не на той ступени, чтобы копаться в душах друг у друга. Однажды, по стечению странных обстоятельств, Квакити и Сапнап были вынуждены срочно отправиться за ветками вдвоём. Всю дорогу между ними витало ощутимое напряжение, которое, казалось, можно было резать на отдельные дольки. За работой Квакити так же оставался молчаливым и угрюмым, а актёр решил не лезть к парню, понимая, что вряд ли добьётся что-то кроме агрессии — всё же, он почти всегда уводил его друга из лагеря, а тот явно не был доволен таким раскладом. Когда Квакити в очередной раз потянулся за высокой веткой, рукав его толстовки, которую он носил почти всегда, несмотря на удушающую жару, сполз и оголил тонкое запястье. Сапнап не знает, почему именно в эту секунду он решил обернуться и поднять взгляд на чужую руку, но секунды хватило, чтобы увидеть то, что так долго пытался скрыть его спутник. Тонкие полоски старых шрамов беспорядочной паутинкой покрывали тонкую кожу. Особенно сильно выделялась одна линия, которая явно осталась после глубокого пореза, что оставляют на себе суицидники. Квакити быстро заметил свою оплошность и резко дёрнул руку вниз, опуская рукав на законное место и встречаясь взглядом с замершим Сапнапом. Всего на мгновение в чёрных глазах плеснулся горький страх, который поразил актёра, а в следующее мгновение парень сорвался с места и побежал в неизвестном направлении. Сапнап не пытался его остановить, так как даже не знал, что можно сказать человеку в этой ситуации. Наломанные ветки он принёс в лагерь один. Последующие дни Квакити даже не появлялся в поле его зрения, да и Карл выглядел каким-то встревоженным. Сапнапу не очень понравилось такое положение дел — он понимал, что эти двое хранят кучу совместных секретов, но за последние дни актёр настолько привык к компании долговязого шатена, что его отстранённость заставляла чувствовать себя брошенным. Всё решилось в этот же вечер — Карл нашёл его на берегу, наблюдающим за звёздами. Вокруг было ни души и сама атмосфера будто подталкивала к чему-то. Сапнап лишь кинул короткий взгляд на пришедшего и вновь обратил внимание на бескрайнее океаническое покрывало. — Знаешь, а ведь именно Квакити хотел увидеться с тобой здесь, — с горькой усмешкой начал Карл. После этого слова будто ручей полились из подрагивающих от холодного ночного воздуха приоткрытых губ. Парень рассказ о том, как они познакомились с Квакити, как они вместе поступили в колледж, пусть и не тот, на который целился Карл изначально, и как они жили все эти годы. Шатен явно заминал особые подробности, но Сапнап и не требовал их — такое должен рассказывать точно не он. И всё же, после этого сбивчивого рассказа некоторые моменты взаимоотношений парочки стали яснее. — Я думал, что это неправильно — звать его сюда, а потом проводить время с другим, — прошептал Карл, обнимая свои колени и становясь заметно меньше и уязвимее. — И всё же… мне правда нравится общаться с тобой, ходить за этими дурацкими ветками и слушать эти шутки про кокосы. Я плохой друг и парень… — Ты не сделал ничего такого, — попытался возразить Сапнап, оборачиваясь к собеседнику. — Неужели ты не можешь заводить ещё друзей? Ведь это нормально — встречаться с одним человеком и общаться с кучей других. — Да, заводить новых друзей это нормально… — сильно понизив голос, Карл уткнулся лицом в колени, и теперь его слова было почти невозможно различить, — но ненормально, когда ты влюбляешься в ещё одного человека… — О, — всё же расслышав то, что пытался скрыть собеседник, Сапнап поражённо выдохнул. Если говорить начистоту, то он с самого начала знал, почему его так привлёк Карл — тот был буквально копией Бэда во внешнем поведении, однако, как оказалось позже, внутри он был ещё более интересной личностью. Эти пики противоречий были столь необычны, что сознание актёра охотно тянулось к ним. Совсем скоро Сапнап осознал, что на предполагаемых друзей так реагировать нельзя. Вряд ли он когда-то относился так к Джорджу или Бэду, поэтому мысли напрашивались соответствующие. Не ясно, в какой момент компания Карла стала приносить совсем иное удовлетворение. Никогда до этого Сапнап не испытывал поток столь странных чувств, поэтому он не мог дать им название, пока в один из дней не засмотрелся на взаимодействия Ранбу и Туббо. Оба подростка будто читали мысли друг друга — по ним было видно, сколько наслаждения им приносит компания друг друга. Они также разговаривали о всяких мелочах и при этом чётко ощущали грани дозволенного. Сапнап не мог сравнить это с отношениями его и Карла, но в каких-то моментах две фигуры заменялись их образами. И вот, теперь ему напрямую признались, что чувствуют что-то подобное тому, что переживает он сам. Куда ж удачнее? Но Сапнап впервые за долгое время задумался и о третьем участнике их странных взаимосвязей. Ведь Карл так же упомянул то, что всё ещё любит брюнета, да и в любых словах, связанных с ним, прослеживалась греющая нежность. Шатен явно не разлюбил своего «друга». — Извини, что так резко вывалил всё это на тебя, — неловко улыбаясь, пробурчал Карл, отводя взгляд в сторону. — Я знаю, что это ненормально — любить сразу двоих людей, ведь, выходит, будто я пытаюсь усидеть сразу на двух стульях… — Нет, — резко обрывает сбивчивые размышления Сапнап, смотря на песок у своих ног, — сейчас далеко не средневековье, чтобы говорить о том, какая любовь правильная или нет. Просто… Квакити явно не настроен на подобное развитие событий. — Да, думаю, он уже думает о том, что вновь стал лишним, — с грустью выдохнул Карл. — Я не хочу, чтобы он расстраивался, но так же и не хочу давать тебе пустых надежд — наша жизнь слишком тесна для такого известного человека. — Ну, я могу и потесниться, — неловко усмехнулся Сапнап, кидая быстрый взгляд на чужой профиль. — Я никогда раньше не влюблялся и, если честно, тоже не хочу давать тебе лживые обещания. Возможно, нам просто стоит остаться друзьями и пока не предпринимать чего-то решительного? — Да, конечно, — слабо улыбнулся Карл, принимая этот трусливый план побега. Сейчас им и вправду рано что-то решать — чувства ещё слишком туманные, а долг перед Квакити не исчезнет просто так. Шатен ясно осознавал, что любовь к старому другу горит в нём намного ярче, нежели к смутно знакомому актёру, поэтому это предложение было как спасательный круг. — Хорошо, пойдём в лагерь, а то все скоро лягут спать, — отзеркалил улыбку Сапнап, поднимаясь с насиженного места, стряхивая прилипший к шортам песок и протягивая ладонь своему собеседнику. — Да, — легко кивнул Карл, принимая чужую помощь и следуя за актёром в лагерь. И никто в этот поздний вечер не заметил низкую фигуру в тени высоких пальм, что усиленно вжималась в прохладный ствол и сдерживала горькие слёзы. Квакити отлично слышал весь этот слащавый разговор — от начала до конца. Если ранее он мог только додумывать то, в какую сторону двинутся отношения Карла и его неожиданного друга в лице Сапнапа, то теперь всё стало предельно ясно. Он как всегда оказался вне этих любовных связей. На следующий день Сапнап и Карл почти не пересекались, но это было только на руку — каждый имел возможность серьёзно обдумать тот разговор на ночном берегу. Актёр впервые решил обратиться к своим воспоминаниям о чужих отношениях и, если быть откровенным, ни один из этих случаев прошлого не подходил под его ситуацию. Вряд ли вообще кто-то из его знакомых вступал в любовный треугольник, что был предельно близок к своему прямому значению — не хватало лишь одной прямой. За этими размышлениями Сапнап не заметил, как стал специально выцеплять взглядом тёмную макушку в толпе других. Иной раз его мысли заходили в такие дали, где Квакити представлялся неплохим парнем, не считая своей ненормальной ёршистости. Всё же, с Джорджем тот общался вполне неплохо и его шутки заставляли смеяться и Сапнапа, что иной раз зацеплял их краем уха. Возможно, они просто недостаточно общались, и парочка разговоров решила бы половину их проблем. Актёр очень надеялся на правдивость этого предположения. Под конец первого дня Сапнап осознал, что день прошёл на удивление быстро и блёкло — привычные разговоры Карла занимали приличное место в его расписании. Так же, вновь вернулось то тянущее чувство в груди и мысли о том, что ему всё же стоит найти шатена и провести с ним хотя бы часок его тягучего времени. Однако, помня собственные наставления с утра, Сапнап отправился на новое дело, пропуская даже общий ужин — впрочем, сейчас его пропустили ещё и Томми с Уилбуром. Физическая работа могла хоть ненадолго забить его голову чем-то кроме мыслей об их странных отношениях. Уже утром второго дня Сапнап ощутил себя уставшим — то ли сказалась рубка дров до ночи, то ли всё же вынужденная дистанция с Карлом. Его состояние быстро заметил Джордж и попытался узнать причины. Поняв, что он закрылся в себе и не рассказал о произошедшем даже лучшему другу, актёр решил выпустить накопившиеся переживания в разговоре. Он рассказал абсолютно всё, что прятал в себе эти дни. — Я, конечно, понимаю, если бы ты завёл себе парня, но не двоих же сразу, — под конец тяжело выдохнул Джордж, заправляя выпавшие пряди за ухо. — Ну, мне всегда всего мало, — неловко усмехнулся Сапнап, внутренне радуясь, что друг отреагировал шуткой, а это означало лишь одно — тот всё понял и принял. Всё же приятно знать, что близкий человек поддерживает тебя даже в самой странной и абсурдной ситуации. — И что ты планируешь с этим делать? — вопрос, которого брюнет ждал и опасался одновременно, потому что однозначного ответа на него не было. Благо, Джордж быстро понял настрой друга и, вновь тяжело вздохнув, отвёл взгляд в сторону, задумываясь. — Если хочешь услышать мой совет, то он такой — просто поговорите. Все вместе. Пока не стало поздно. — Хах, звучит проще, чем представляется, — Сапнап окинул взглядом лагерь, который было неплохо видно с этого ракурса. Он сразу нашёл Карла и Квакити, которые сидели за очисткой веток и выглядели очень напряжёнными. Возможно, он и вправду должен взять всё в свои руки. — Иногда первый шаг лишь кажется трудным, — туманно выдал Джордж, возвращаясь к употреблению ягод, что сегодня принесли Фил и Техно. — Да ты в философы заделался, а? — усмехнулся Сапнап, присаживаясь рядом с другом и запуская руку в его импровизированный кулёк. Совсем скоро ему предстоит расставить всё по своим местам.