Разбитые очки

По примете, первым в новую квартиру должен заходить кот, дабы принести в новое жилище положительную энергетику и восстановить связи с духами. Чифую во всю эту фигню не верит, но, всё же, ставит на порог квартиры своего маленького черного котёнка. Он неуверенно мнётся лапками об пол, смотрит на хозяина своими огромными изумрудными глазами. Чифую недовольно вздыхает, садится на корточки, чуть подталкивая котёнка в комнату, но тот будто прирос к полу. — Ну, Пик Джей, ты должен принести мне положительную энергетику, — пытается уговорить зверька Чифую. Хотя мало ли чёрный кот принесёт удачу. Пик Джей даже не торопился войти в помещение, он всё ещё мялся, топтал бамбуковый коврик лапками, слегка царапая, а Чифую сел на рюкзак и ждал. Пронести, подтолкнуть, хоть он уже это сделал, не мог, тогда примета не сработает. На самом деле, он не очень-то и верил в эти приметы, но ради интереса стоило попробовать, ведь так? Хотя, кажется, кот уже просто устал переезжать из одной квартиры в другую, поэтому не заходит за порог. Чифую тоже уже не может это терпеть, но лучше, всё же, родителям не перечить, и так их мало видит. Родители Чифую постоянно уезжали в командировки, поэтому всю свою сознательную жизнь Мацуно был дома один, ну, не считая домашних животных, и то это был кот. Они редко приезжали, а если такой случай и возникал, то родители просто отсыпались по шестнадцать часов, ссылая всё на неимоверную усталость, а потом снова собирались в командировку. Так что, Чифую уже с детства умел жить самостоятельно: готовить еду, убираться, ходить в больницы, магазины, платить счета и так далее. В принципе, Чифую уже привык к такой жизни, раньше он мог даже и порадоваться. Сейчас это воспринималось как обычная рутина, вызывающая лишь скуку. Чифую совсем не жаловался, но всё же иногда не хватало этих уютных семейных вечеров с разговорами ни о чём, совместных ужинов, завтраков и обедов, даже поругать Мацуно было некому, хоть иногда так хотелось за все действия, что он делал за день. Может быть поэтому в привычку вошло каждый вечер стоять у зеркала и кричать на себя? Родители денег присылали, причём достаточно, а иногда и слишком много. Чифую сильно ни на что не тратился, только если на продукты, на кота, на какие-то бытовые вещи. Поэтому Мацуно стал откладывать деньги до лучших или худших времён. Чифую же не понимал, зачем мама каждый раз звонит сыну, чтобы сообщить, что она сняла квартиру поближе к ним, хотя всё равно дома они не появлялись. Смысл этих переездов? Хотя, опять же, Чифую привык, но это правда наскучивает, особенно если учесть, что это единственный раз, когда мама звонит первой. В первое время, в детстве, Чифую часто звонил маме и папе, но родители начинали его ругать, говоря, что своими звонками он им мешает работать, поэтому Мацуно ограничивался лишь переписками или же ждал, когда отец или мать позвонят сами. Отвлёкшись на свои мысли, он и не заметил подошедшего к нему паренька. Пацан был небольшого роста, в широких штанах по типу «семеро насрали — один носит» и футболкой с надписью «star». Очень стильно. Аж смешно. Блондинистые волосы были уложены, правда единственное, что было странного в этом типе, так это синяки да царапины на лице. И кто его так разукрасил? Пацан же стоял и смотрел на Пик Джея, который уже был далеко не у порога квартиры, а спускался с лестницы. Чифую поражается такой наглости кота. Он уже было хотел встать, отнести Пик Джея к порогу да наругать за такой произвол, но опережает его как раз этот паренёк. Он аккуратно берет кота на руки, а Пик Джей даже и не сопротивляется, а наоборот, ластится и прижимается к парню. Чифую даже одолевает некая ревность, ведь кот редко вот так сразу вёл по-доброму даже с хозяином. — Не хочет заходить? — смеётся как-то по-глупому пацан. — Угу, — безразлично отвечает Чифую, подходя к парню. — Нужно его прикормить, — предлагает идею пацан. — Я сейчас приду. Парень отдаёт кота в руки Чифую, отчего Пик Джей начинает царапать короткими когтями кожу Мацуно, а тот пацан убегает в квартиру напротив. «Получается, мы соседи», — думает он про себя. Ему же становится интересно, что же придумал этот пацан. Спустя пару минут он возвращается, но в руках он держит кусочек селёдки. Хоть Чифую никогда её не любил, но пахла она действительно вкусно и аппетитно выглядела. Пик Джей от вида еды облизнулся, а тем временем парень говорит: — Поставь его на пол. Чифую послушно отпустил кота, Пик Джей сразу же побежал к селёдочке. Парень стал дразнить кота, то пододвинет кусочек, то отодвинет, то давал принюхиваться. Кот же всё отчаянно пытался добраться до своего злополучного куска селёдки. Чифую уже стало жалко Пик Джея, казалось, что зверёк вот-вот расплачется от безысходности. А затем вдруг пацан кинул селёдку прямо вглубь квартиры, а за едой побежал и Пик Джей, перешагивая порог квартиры. Пацан победно улыбнулся, а Чифую аж выдохнул с облегчением, наблюдая за котом, который, наконец-то, съел свой заветный кусочек. — А ты смышлёный, — говорит Чифую пацану. — Спасибо тебе. Тебя хоть как зовут? — Такемичи. А тебя? — Чифую. Я так понял, мы соседи? — Ну да, — по-доброму усмехается Такамичи. — С новосельем тебя. — Да тут поздравлять-то незачем, — усмехается Чифую, заходя в квартиру. — Может, хочешь чаю? Думаю тут остался чайник от прошлых хозяев. — О, хорошо, — удивляется Такемичи и заходит в квартиру. Квартира была убрана и чиста, сразу видно, что съехали совсем недавно — на полках ни пылинки. Как и угадал Чифую, чайник на кухне присутствовал, даже остались пару пакетиков чая. Хоть и Мацуно не очень любит пакетированный, но какой уж есть. Такемичи сел на стул у барной стойки, а Чифую тем временем возился с чаем. В принципе, Такемичи выглядел хорошим и добрым парнем. Чифую уже умел различать плохих от добрых только по одному взгляду. Такемичи всегда неловко улыбается, чешет затылок или нос, выглядит чуть-чуть стеснительным. Но глаза, его большие голубые глаза, излучают лишь доброту и позитив, что-ли. Даже сейчас он смотрит на Чифую, внимательно наблюдая за процессом приготовления чая. Чифую сам и не понял, зачем позвал Такемичи к себе, хотя перед переездом дал себе знать — не заводить друзей и новых знакомых, а то потом с каждым отъездом приходится с ними прощаться навсегда, а ты уже привяжешься к ним. Но опять же, Такемичи помог ему, а также внушал большое доверие. Когда-нибудь Чифую об этом пожалеет, возможно. Наконец чай приготовлен, и Чифую ставит две дымящиеся чашки на барную стойку, а сам садится напротив Такемичи. Он приносит также сахарницу и две ложки. — Чифую? — зовёт Такемичи. — М? — А почему ты переехал? В глазах Такемичи загорается некий огонёк, будто ему и вправду интересно узнать, поэтому Чифую рассказывает: — Да родители у меня постоянно в разъездах, и, чтобы быть чуть ближе к их месту работы, они и меня постоянно возят, хотя я всегда один в квартире. — Оу, наверное, круто жить одному? — Не знаю, никогда не видел в этом ничего крутого, — чуть мрачнее говорит Чифую. Такемичи чуть опускает голову и дальше пьёт чай. Сделав глоток, глаза его удивлённо расширяются, а сам он быстро ставит чашку на место. — Слушай, а ты же теперь в мою школу ходить будешь?! — спрашивает он. — Ну-у-у, наверное, — задумывается Чифую, пытаясь вспомнить в какую школу он теперь будет ходить, потому что сам уже забыл. — Слушай, нам говорили, что к нам переведётся новый ученик, так может это ты? — Такемичи начинает лучезарно улыбаться. — Я не помню! Что прикопался? — Чифую в недовольном жесте скрещивает руки на груди. — — Как что?! — удивляется ещё больше Такемичи от глупости Мацуно. — Мы же будем в одном классе, а значит мы можем вместе ходить в школу и делать домашку. — С чего это ты взял, что я соглашусь на это? Такемичи рассмеялся. — Я что-то не подумал, — он неловко чешет затылок. — Да я согласен, это был сарказм. Такемичи улыбается, а дальше уже они разговаривают о всяких пустяках. Чифую многое узнал о Такемичи, что, например, у него есть девушка, которую зовут Хина. Ханагаки её так нахваливал, будто больше ни одна девушка в мире не сравнится с ней, а Хината — самая лучшая и единственная на Земле.Чифую же слушал и не понимал, правда ли от любви так теряют голову? На самом деле, Чифую ни разу не влюблялся, ну вот не было такого. Ему признавались кучу раз в любви всякие там девчонки. Ну знаете, как в банальном сюжете какой-то подростковой сёдзе-манги, которые Чифую просто обожал, где приходит в школу новенький-красавчик и каждая пытается завоевать сердце этого парня. Только обычно он начинает с кем-то встречаться, а Чифую же всех безжалостно отвергал. Кто-то и кричал на него, кто-то плакал, даже бил, издевались с подружками, но Мацуно был непробиваем. Даже сейчас, в 16 лет, Чифую не хотел и не хочет отношений, чтобы, опять же, не было и шанса на отношения на расстоянии. Вскоре Такемичи ушёл, и Чифую пришлось разбирать вещи. В принципе, их было немного. Вся одежда поместилась в две сумки, какие-то мелкие вещи он тоже разложил по коробкам, вот только самое тяжёлое это были все его тома сёдзе-манги. Чифую просто обожал их читать. Он был эмоционально зависим, а переживания в манге просто помогали заполнять появившуюся пустоту внутри себя. Чифую столько слёз пролил над ними, радовался и гневался. Ему нравилось переживать всё, что и герои в сёдзе-манге. Обычно он никому не говорил о своём увлечении, боясь осуждения, что противоречит его девизу «не слушай никого». Просто это было некой травмой, что-ли? Как-то давно ещё его друг пришёл к нему в гости и увидел кучу сёдзе-манги, так потом над ним смеялся весь класс. Было, по правде говоря, хреново, а Чифую всё-таки учится на своих же ошибках. Да и смысл кому-то говорить о своём увлечении? От этого горячо или холодно не станет. Когда все сумки были разобраны, всё убрано, а вся манга расположилась по полочкам, уже настал вечер. Завтра утром ему нужно было идти в школу, поэтому пришлось достать свой рюкзак, который он еле-как нашёл, и положить туда всё нужное. На самом деле, Чифую очень хорошо учился. Он разбирался во многих предметах, даже в физике или той же математике, но у него никогда и не было такого стремления к учёбе, он даже никогда не читал список литературы на каникулы, хоть и писал по этим произведениям сочинения на высокий балл. Чифую никогда никому не давал списать, да и никто и не просил, все знали, что Мацуно может за это и в глаз врезать. С одноклассниками проблем тоже никогда не было, ну кроме того случая с сёдзе-мангой. Если же Чифую и задирали какие-то мелкие паршивцы, то все тут же получали раны, ссадины и синяки как подарок от Мацуно. Друзьями он особо не обзавёлся за всю жизнь. Конечно, были там парочка друзей, но из-за переездов Чифую терял с ними связь или же сам интерес к общению. На самом деле, Чифую просто живёт прошлым, не может отпускать людей, поэтому он твёрдо решил, что в этот раз друзьями не обзаведётся. Что-ж, задание провалено. За день Чифую так устал, что когда его голова коснулась подушки, то он тут же окунулся в царство Морфея.

***

Чифую разбудил настойчивый стук в дверь. Мацуно разлепил слипшиеся веки, и в глаза тут же ударил яркий луч солнечного света. Птички уже во всю пели свои трели, а машины за окном создавали неприятный шум. Чифую полностью разлепил глаза и уже пожалел, что вчера так быстро уснул и даже не задёрнул шторы, потому что теперь вся комната была в пыли, которая ещё вчера была чистой. Стук повторился, а Чифую только потёр глаза. Они ещё неприятно жгли, ещё и солнце било прямо в лицо, поэтому первым делом Мацуно задёрнул шторы. Наконец, избавившись от надоедливого источника света, он пошёл в коридор, откуда доносился настойчивый стук в дверь. Чифую уже это стало бить по башке, отчего голова начала болеть. Не хватало ещё пойти в школу с расшатанными от неприятного звука мозгами. — Да иду я, иду! — прокричал Мацуно, чтобы мучитель по ту сторону двери услышал и перестал насиловать его мозг своим стуком. Открыв, наконец, дверь, перед Чифую стоял Такемичи. Мацуно был готов его убить, но и без того раскрашенное лицо, а также прилежная и чистая школьная форма заставили передумать. Такемичи стоял, держа в руках рюкзак, и улыбался Чифую. — Привет, — немного занервничал Такемичи. — М-может пойдём в школу вмест-те? Ханагаки почесал затылок, что явно говорило о том, что он будто боялся отказа. Чифую оглядел его с головы до ног и всё же согласился. — Круто, — улыбнулся ещё шире Такемичи. — Я подожду тебя здесь, а то ты ещё не готов. — Конечно, подождёшь, — недовольно прошипел Чифую. — Я своего мучителя даже на порог квартиры не пущу. А затем с громким стуком захлопнул дверь, оставив ошарашенного Такемичи стоять и ждать за дверями. Чифую вдруг понял, что даже не смотрел сегодня на время, а то вдруг он опоздал. Хотя, если бы это было так, то Такемичи, наверное, не стал бы его ждать, ведь так? В школу нужно прийти к восьми. Сейчас полвосьмого. Чифую выдохнул с облегчением. За это время он бы мог позавтракать успеть, но за дверьми стоял его мучитель, кто не даёт осуществить его желания, а пускать его на порог настроения не было. Вообще, теперь из-за этого Такемичи ничего не хотелось делать, а хорошее настроение ушло так же быстро, как и пришло. Поэтому со скучающим видом Чифую направился в ванную, а затем надел школьную форму и вышел за дверь, где Такемичи уже успел сесть на пол в ожидании Мацуно. — Ты долго, — сказал Такемичи, поднимаясь с пола. — Если бы не твоя разукрашенная физиономия и моя любовь к чистоте, то я бы тебе врезал между глаз, — всё также недовольно отвечает Чифую. — — Ой, да ладно тебе, — говорит Такемичи, спускаясь по лестнице. — Если бы я тебе не постучал, ты бы так и спал, верно? — Я что, произвожу впечатление плохого парня? — удивляется Чифую, открывая дверь подъезда. — Ну-у, немного. — Я вообще-то почти отличник, — говорит Чифую, гордо поднимая голову вверх. На самом деле, в его кругах это было достижением. В каждой школе, в каждом классе было очень мало хороших учеников, а если и были, то это скорее всего те, кто умеют списывать и подлизаться к учителям, а сами на деле неимоверно тупые. Но Чифую и впрямь был умён, а не как эти отбросы общества, которые и умеют, что задницы преподам лизать. — — Я не знал, — удивляется Такемичи, потупив взгляд в землю. Чифую хмыкает и они продолжают идти дальше. Нынче апрель весьма холодный, даже при нормальной температуре, но ветер так и норовит испортить погоду. На улице слякоть, сыро и зябко. Синее небо заволокло облаками, солнце то выходит, то уходит за них, поэтому яркие лучи совсем не доставляют никого тепла и радости. Ещё этот холодный, а точнее ледяной ветер, который пробирается под свитер и прям до самых костей, заставляя поёжится. Так ещё и накрапывал мелкий снег, хотя уже апрель, а для Японии такая погода совсем не свойственна. Чифую сильнее зарывается носом в ворот своего бежевого свитера, руки суёт в карманы, а на голову накидывает капюшон, чтобы хоть как-то защититься от зябкого ветра и мокрого снега. Все ботинки уже грязные до такой степени, что заплакал бы каждый при виде их. Чифую же надеется, что школа совсем рядом, потому что он не может уже идти в промокших ботинках. На его счастье, большое белое здание уже за углом, и Мацуно даже удивляется непосредственной близостью дома к школе. — Вот и школа, — объявляет Такемичи, попутно смотря на свои наручные часы. — Мы ещё не опаздываем. Я тебе сегодня всё покажу в школе. Такемичи аж воодушевился, гордо расправив плечи, делая вид, что Чифую такой вот неумелый ученик, а он, как сенсей, всё знает, всё умеет, всё покажет. Всё-таки не каждый день Ханагаки чувствует себя лучше кого-то. — Такемичи! За спиной послышался высокий девичий голосок. Чифую обернулся и увидел девушку, бежавшую к ним. Она мило улыбалась, её розовые волосы развивались на ветру, сама она была похожа на тех героинь в сёдзе-мангах, в которых часто влюбляются парни. Когда девушка посмотрела на Чифую, бегать и улыбаться тут же перестала, а Такемичи, услышав девичий голос, остановился и обернулся на его источник. — О, Хина! Такемичи мило улыбнулся, а щёки приобрели нежно-розовый цвет. Хина подошла к Ханагаки, всё ещё косо смотря на Чифую, но сама опять мило улыбнулась, чуть покраснев. Она обняла Такемичи, но задерживаться долго не стала из-за взгляда Чифую. Наверное, она подумала, что Чифую хочет прожечь в ней дыру, но на самом деле Мацуно просто удивился. Всё же он не ожидал прямо сейчас увидеть ту самую лучшую в мире девушку — Хинату Тачибану. Но всё же она была не во вкусе Чифую, да и в принципе даже и вела она себя как те самые героини — мило, скромно, только вот не каждая девушка ревнует своего парня к другим пацанам. Мацуно даже поневоле улыбнулся, всё-таки впервые в жизни у него происходило подобное. Неужели он настолько красив, что она подумала, что тот сможет увести её парня? Такемичи опять почесал затылок, он так всегда делал, когда ему было неловко, успел заметить Чифую, а затем приобнял свою девушку за плечи и повернулся к Чифую. — Это Хина, я тебе про неё рассказывал. Хина, это Чифую, мы с ним в соседний квартирах живём. — Вы обо мне уже наслышаны? Ну, это неудивительно, Такемичи всегда меня всем представляет в даже слишком хорошем свете, — смеётся Хина, прикрывая рот ладошкой. Такемичи, кажется, сейчас сгорит со стыда, потому что его уши начинают краснеть, а сам он начинает махать руками, пытаясь как-то оправдаться. — Н-ну т-ты и правда ж-же красивая и ум-мная!!! И ещё… Он останавливается, когда чужая рука нежно взлохмачивает его волосы. — Глупыш, я и так всё это знаю про себя! — смеётся она. —  Я эту укладку делал целый час… — поражённо смотрит на Хину Такемичи, пытаясь придать волосам прежний вид. Вообще, Чифую заметил, что Такемичи очень бережно относится к своей причёске. Даже у него в гостях, тот не пропускал ни одной зеркальной поверхности, чтобы посмотреть на состояние своих волос. Чифую эта одержимость маленько смешила, хотя сам всегда покупал для себя только лучшие шампуни и кондиционеры. Но с другой стороны, это всё нужно, чтобы его волосы не «умерли» от частых окрашиваний. Хотя и по волосам Такемичи видно, что это не его естественный цвет. — Приятно познакомиться, Чифую, — говорит Хина, улыбаясь, и протягивает руку для дружеского рукопожатия. Чифую протягивает руку в ответ, а затем они всё втроём доходят до крыльца школы. — Такемичи, это кто опять тебя так разукрасил?! — возмущается Хина, останавливая Такемичи. Она положила свои ладони на щёки Такемичи и начала вертеть в разные стороны, всматриваясь в синяки и ссадины на лице. По-моему, Такемичи говорил Чифую, что та очень сильно беспокоится о нём, и кажется теперь Чифую удалось это увидеть. Такемичи тут же стал похож на испуганного зайца, а глаза забегали в попытке найти спасение, взгляд остановился на Чифую, но тот лишь пожал плечами и ухмыльнулся, наблюдая за интересной картиной. — Так кто это сделал? — чуть мрачнее говорит Хина. — Да ладно тебе, я сам справлюсь! — чуть испуганно говорит Такемичи. Хина ещё какое-то время всматривается убийственным взглядом в Такемичи, а затем всё же отпускает его лицо. — Если тебя ещё кто-то тронет, я убью его, — ещё мрачнее говорит она и идёт впереди парней. Чифую на самом деле воодушевил такой боевой настрой, а также стремление защитить своего любимого. Опять же, в жизни он таких не видел никогда. Даже в своих сёдзе-мангах все мальчики защищали девочек, а не наоборот. Действительно ли она такая или просто так сильно любит Такемичи? Такемичи догнал Хину и взял её за руку. Действительно, влюблённая парочка. Но опять же, Чифую никогда не стремится к любви, как бы сильно сейчас он не завидовал. Если бы не грубая мужская рука, схватившая Чифую за его маленькое плечико. Да, хоть Мацуно и не был щуплым или дрищом, но рука по сравнению с ним была действительно огромной. Сейчас она с силой надавливала на Чифую, отчего коленки маленько дрогнули, но Мацуно схватился за огромную лапищу, а вдруг… Вскрик. Девичий. — Вы что делаете?! — заверещала Хина, подбегая к Такемичи, который уже сидел на земле, а из носа струилась алая кровь. Чифую похоже пропустил этот момент, когда зажмурился от давления на плечо. — О, Ханагаки, это зрелище не для девчонок, — проговорил какой-то обкуренный мужской голос. Посмотреть на его источник не удалось, из-за того что второй амбал, который как раз и держал его за плечо, ещё сильнее надавил на него. — — Киёмаса, — прошипел Такемичи. — Ты только Хину и Чифую не трогай. Что тебе опять нужно? — Уведите эту девчонку подальше от сюда, — махнул рукой Киёмаса в сторону Хины, которая прикладывала платочек к рассиневшему носу Такемичи. — Только попробуйте протянуть свои грязные руки! — прошипела Хина, вставая и готовясь получить удар. Чифую понял, что сейчас медлить нельзя, хоть он ещё и не разобрался в ситуации. Какие-то упыри достают Такемичи и его девушку, бьют его, уже достаточно оснований надавать им всем по морде. Чифую всегда умел драться, поэтому он точно уверен, что повалит даже этого амбала. Вообще, Мацуно ненавидел, когда кого-то обижают за просто так, хотя и сам иногда это делал, за что не любил и ругал себя, стоя у зеркала. Сейчас же Чифую может помочь и действовать нужно быстрее, пока к сломанному носу Такемичи не прибавились и другие части тела. Такемичи встал и сказал Хине шёпотом, но Чифую всё равно мог услышать: — Иди в школу, предупреди медсестру, я скоро приду. — Такемичи… — Хина! Хина немного испугалась, но тут же побежала в школу. Интересно, а почему вы все оглядываются, но никто и не думает помогать? —  Итак, Такемичи, сегодня опять бои на ставках, ты участвуешь. Он ткнул огромным пальцем в плечо Такемичи, заставив того пошатнуться. — Не придёшь, я тебя на месте угандохаю. — Чего это ты задумал, болван? Амбал тут же повернулся к Чифую. Мацуно тем временем сжал руку его дружка, отчего тот начал кряхтеть, а когда уже послышался хруст костей, то тут же отпрянул от парня, хватаясь за ушибленное место. Чифую наконец мог встать напротив абмала и хорошенько его рассмотреть. Странная причёска, которые носят только ушлёпки, не иначе, шрам на левой брови, дабы добавить крутости, мол, не подходи, шрам есть, значит убью, сигарета в зубах, опять же, для крутости — просто набор конченного уёбка. По размерам он был шире Чифую и выше, но это не мешало подготовить кулаки для удара. —  Как ты меня назвал? — глаза Киёмасы расширились, а зрачки сузились до размеров маленькой точки, а лицо выражало какая-то ужасная противная гримаса. — Повтори. — Легко, — усмехнулся Чифую, уже готовясь, что через пару секунд нос будет разбит. — Я назвал тебя бол… И Чифую не прогадал. Он точно может различить хруст костей, когда сломан нос. Прямо сейчас огромный кулак-бульдозер этого мерзкого типа проехался по фарфоровому личику Чифую. Мацуно даже сквозь удар усмехнулся. Хоть нос и хорошо расквасили, но Чифую даже не упал, устоял на ногах. Такого результата Киёмаса точно не добивался, потому что его лицо тут же исказила противная гримаса. — Только носы ломать умеешь? — победно усмехается Чифую, вытирая своим нежным бежевым свитером кровь. Хоть и Мацуно любил чистоту, но надо же показать врагу, что он не боится даже свои вещи замарать. — А на большее ты не способен? Например, сломать рёбра или ногу? Или в детском садике только носики учили ломать? — Замолчи! Киёмаса уже направляет руку в живот, но её ловко перехватывает Чифую, а затем его собственный кулак направляется прямо в подбородок. Голова амбала с треском закидывается вверх, а Мацуно замахивается для удара в рёбра. Киёмаса сгибается пополам, кряхтя и сыпля всякими проклятиями в сторону Чифую, но от этих слов только появляется ещё большее желание надрать зад этому придурку. Теперь нос Киёмасы с треском ломается об коленку Мацуно. Чифую уже чувствует себя побеждённым, когда ублюдок падает на землю, но он не учёл, что… Кулак прилетает точно в скулу, рассекая её. Чифую от удара резко поворачивает голову, что аж шею сводит. Вот же, забыл про дружка этого Киёмасы. Пока сам амбал лежит на земле, второй и не думает отступать и рывком бежит к Чифую. Мацуно успевает увертеться, но тот куда более проворней, чем тот же Киёмаса, и опять замахивается для удара, попадая по носу. Из носа тут брызжет кровь, алой струёй стекая на бежевый свитер. А вот уже Чифую не на шутку разозлился. Он ненавидел грязные вещи, всегда любил чистоту, а тут какой-то недомерок, у которого ещё писюн в штанах не вырос, чтобы руку на чужого поднимать, пачкает свитер кровью. Чифую ударяет ему точно в нос, теперь разбитым носом может похвастаться не только Чифую. Амбал вдруг падает назад, пытаясь ухватиться за воздух, а Чифую не понимает, что происходит, но всё становится на места, завидев блондинистую макушку позади ушлёпка. Такемичи. Он набросился со спины на амбала, повалив тем самым его на землю. Такемичи кряхтит, когда на него наваливается огромное тело, давя всем своим весом. — Ты что? Тупой что-ли?! — орёт амбал, вставая и садясь на Такемичи, отчего выходит сдавленный крик. — Такемичи, дурак! — кричит Чифую. Правда Мацуно сам поражается своей тупости. Он же даже не попросил Такемичи постоять в сторонке и не лезть. Упорству Ханагаки можно и позавидовать. Правда Чифую всё равно рад, что Такемичи не додумался взять палку и ебнуть по башке, как это бывает в фильмах. Но Мацуно ругает себя теперь за то, что совсем позабыл про Ханагаки, от лица которого скоро может остаться кровавое мессиво, потому что сейчас амбал замахивается для удара. И почему люди вокруг ничего не могут сделать, которые глазеют на представление? Люди не виноваты. Нет. Это сам Мацуно. Из-за Чифую Такемичи может пострадать. Из-за Чифую амбал сейчас на Ханагаки и поднимает руку за голову, соединяя пальцы в кулак. Из-за Чифую Такемичи даже глоток воздуха сделать не может, потому что ублюдок сдавил его лёгкие всем своим телом. План рождается самим собой. Он кажется не помнит эти секунды. Как нога замахивается. Как челюсть с треском ломается. Как амбал падает на землю. Как Такемичи встаёт, делая глубокий вдох. А также…как чёрные глаза низкорослого парня сверкнули, прежде чем скрыться в толпе. Чифую резко обернулся на сверкающие глаза, но не нашёл их. Наверное, этот человек уже ушёл. Тем временем за плечо его снова повернула массивная рука, а над ухом послышался крик. — Что здесь происходит?! — возмущённо заорал мужчина. Чифую обернулся, но лишь наткнулся на полные яростью глаза. Это был мужчина, уже пожилой, с огромными очками и лысиной на полбашки. С лица стекал пот, а лицо исказила гневная гримаса. Позади него стояла испуганная Хина, смотревшая на сцену и ужасавшись. — Вы же вроде новенький, Чифую Мацуно, верно? — произнёс мужчина. — Да, — уверенно ответил Чифую. — Так вот, если вы пришли из другой школы, это не значит, что вам всё положено в этой, вы… — Осаму-сенсей! — кричит Такемичи, хватаясь за руку учителя, которая с силой сжала плечо Чифую. — Это я виноват в драке и наказание должен понести… — Молчать, Ханагаки! Вас не спрашивали. Виноват только этот тип! — прокричал учителя, брызжа слюной. — Такемичи, — уже плача, шёпотом говорит Хина. — — В общем, вы, Чифую Мацуно, отправляетесь ко мне в кабинет, а вы, Ханагаки Такемичи, идите в медпункт. Вы всё поняли? — ещё агрессивнее сказал Осаму. Такемичи разом поник, хотел что-то добавить, но обречённо опустил голову и сказал: — Да, сенсей. — Вот и хорошо. А вас, Мацуно, — уже обратился к Чифую учитель, — я провожу к директору. Вы уже не первый, кто за сегодня подрались.

***

Звук вентилятора уже раздражал, хотя он весной даже неуместен. Кому в апреле может быть жарко, да и ещё в такую погоду? На стенах уже облупилась краска, а диван, на котором сидел Чифую, был кожаным, но тоже весь обшарканный. Теперь к раздражающим звукам добавился ещё и стучание ногтей по клавишам, а также перелистывание страниц. Секретарша сидела за столом, что-то печатая, не обращала никакого внимания на Чифую, у которого ещё немного бежала кровь с носа, а от чистого свитера не осталось и следа. Осаму-сенсей отправил его в кабинет директора и даже не попрощался. Сказал лишь, чтобы ждал здесь, а то ещё какая-то выскочка затеяла драку. Чифую лишь осталось угадывать, кто этот выскочка. Чифую же ненавидел всех этих выскочек и выпендрёжников, которые думают, что они самые крутые, ходят с лже-друзьями и бросаются разными словечками, которыми можно обидеть или же получить по морде. Мацуно же любил таким надирать зад. Всё-таки эти выскочки лишь ничего не стоят, пытаются построить на своём пустом имени и низкой самооценке крутой образ. Некоторые ещё и сказку придумают про свою жизнь: о крутых домах и тачках. Чифую усмехнулся. Всё-таки он любил, когда такие получают по заслугам, сидят в кабинете у директора, говоря жалобным голоском: «А вот вы знаете, кто моя мама?». Потом, когда оказывается, что его мама не такая уж и крутая, тот начинает плакать, прося не звонить любимой мамуле, а то она будет плакать. Из кабинета можно было услышать парочку фраз, поэтому, когда секретарша вышла из кабинета, Чифую прилип ухом к двери. — Ты своими выходками напросишься снова остаться на второй год, — начал мужской голос, наверняка директора. — Я знаю. Но мне пришлось, — говорит такой же грубый голос, но по-видимому принадлежавшему тому самому выскочке. — Они даже не из нашей школы. Только первый день, а ты уже вляпался в неприятности. — Да ладно вам. Закройте просто на это глаза. — Баджи. Молчание. — Такого правда больше не повторится, просто кулаки чесались. — Я подумаю. Пока можешь идти. Меня ещё один драчун ждёт. С этими словами дверь резко открывается, а Чифую падает на пол и хватается за ушибленное место на лбу. Как он не подумал отойти? Но дверь открылась слишком быстро. Теперь появится огромный синяк или шишка, напоминавшее о нелепом случае в кабинете директора. Чифую невольно зашипел от боли, жмурясь. — Эй, пацан, ты чего тут уши греешь? — сказал грубый мужской голос, хватая за волосы Чифую, заставляя поднять голову и посмотреть на его обладателя. Чифую открывает глаза и смотрит на парня. Черные чуть кудрявые волосы свисают прямо Мацуно в лицо, заставляя опять зажмурится. Черные брови сведены к переносице. Жёлтые, цвета янтаря глаза смотрят с осуждением и злостью, но парень улыбается, обнажая белоснежные зубы и острые клыки. Мацуно же не устраивает, что он вот так унижен, поэтому хватается за руку парня и заводит за спину, но тот оказывается сильнее и не даёт руке двигаться. Чифую старается сильнее, на что парень хрипло смеётся. — Что, силёнок не хватает? — усмехается парень, которого звали Баджи, вроде как. Чифую злится и замахивается точно в лицо, то его руку перехватывают, при этом также стойко держась. Мацуно удивляется такой силе, а Баджи то и дело лыбится. — Что улыбаешься, челюсть свело? Раз не получилось физической силой, попробуем как-то подколоть этого громадину, потому что ростом он выше Чифую на сантиметров десять, может меньше. Мацуно победно ухмыляется, когда янтарные глаза яростно блестят, а улыбка становится меньше и скоро сходит с лица. — Что ты там спизданул? — мрачно говорит Баджи. — Вы сегодня что-ли все глухие? — недовольно бурчит Мацуно, вспоминая, что уже второй человек обращается к нему с вопрос с таким подтекстом. А Баджи опять улыбается, но отпускает Чифую. Мацуно уже хочет снова ударить, но грубый мужской голос раздаётся над ухом, а за ухо больно хватают и силой тянут в кабинет. — Что вы тут устроили? — орёт директор на них, чуть ли не закидывая Чифую в помещение. — Иди отсюда, Баджи! Не то передумаю. Баджи бросает недовольный взгляд на Мацуно, чуть задерживаясь, а затем уходит с блеском в глазах. Мацуно никогда не любил выскочек. Теперь из-за одного из них ему попадёт ещё сильнее.