Анамнезис

Рики успокоился, когда смог уговорить Сону выпить его кровь, потому что не мог смотреть на то, как Сону иссыхал, как растение, за которым не ухаживают. Но после того раза в гостиной Сону больше не страдал нехваткой крови — Рики он не рассказал, как ему удалось решить эту проблему, и Рики почти на это обиделся, но Сону применил запрещенный прием — купил ему эклеры и поцеловал за ухом. Это не было похоже на сон, потому что холодные объятия вампира трудно забыть, но подростку все казалось нереальным. За порогом этого дома весь мир умирал, и в нем оставался только Сону, у которого в шкафах на кухне была куча ароматного чая разных сортов. Бледнолицый признался, что заваривает чай из-за запаха, а не потому что пьет его — аромат трав был теплом, как говорил Сону, и что-то напоминал. Вампир был потерянным, когда речь заходила о нем и иногда даже не мог сказать, что ему нравится, а что нет, когда он начинал говорить о прошлом, глаза тускнели и мир, как он рассказал Рики, будто застилало пеленой и все тормозило и застывало. — Когда у тебя день рождения? Рики ляпнул это не подумав и пожалел в ту же секунду. Лицо парня перед ним опустело, тело застыло. Этого спрашивать не стоило. Тело подростка задрожало от вины и раскаяния — все, о чем он думал, было зачем я это сказал и все, чего он хотел — вырвать себе язык. — Бесполезно размышлять о том, что ты потерял. Чем дольше ты будешь гнаться за потерянным, тем больше растеряешь, — эти слова Рики сказал Сону молчащему и царапающему ножом зеркало в ванной. Но он даже не был уверен, что его слышат. Сону иногда не слышал никого, даже себя. Рики не знал, как ему прекратить это, и сердце ему разбивало собственное бессилие перед десятками лет пустоты, которые заглатывали Сону глубже нужного. Все, что он мог — это подойти и обнять со спины вампира, сжимать его тело крепко и жмурить глаза от печали в собственном сердце. Все в этом доме завораживало тем, насколько казалось нетронутым и покинутым, но пыли нигде не было, потому что Сону был чистоплотным и любил вкусные ароматы. — А какой самый вкусный запах из тех, которые ты встречал? — протирая подоконник от пыли спрашивает Рики, засмотревшись на красную герань. — Ох, это был парнишка со скейтом. Он пах, как молодость. Рики смотрит через плечо на Сону, протирающего книги как ни в чем не бывало, и закатывает глаза. Подросток знал, что наладил контакт с Сону и остальное сделает время, но ему было чего-то мало. Ему хотелось ввязать Сону, как нить, в свою жизнь намертво, и ему пришла идея гениальная настолько, что он решил выполнить её немедленно. — Придешь ко мне домой на выходных? Рики сверкает, хватая Сону за плечи и улыбается. Сону втягивает голову в шею и хмурит брови. — Зачем? — Я хочу познакомить вас! Не переживай, я никому и никогда не расскажу про тебя что-то, я просто… Хочу, чтобы они узнали, что у меня есть такой хороший… Рики запинается на последнем слове и смотрит в глаза Сону. Он ждет, но Рики потерял все слова. А кто Сону для него вообще?