Из тьмы ночной

Дни в Павильоне орхидей тянулись медленно, в ленивой неге. Госпожа Цянь умела и любила развлекать гостей чайными церемониями, прогулками по садам с редкими растениями и посещениями мастерских лучших художников клана. По вечерам выступала местная актерская труппа. Чан Пину казалось, что он присутствует на бесконечном празднике. Но дела здесь решались именно так – церемонии и ужины посещали мастера, с которыми полезно было завязать знакомство. Лишь изредка у него было время потренироваться вместе со своими воинами или с адептами клана Цянь. И почти не выпадало мгновений побыть наедине с Сун Ланем. Госпожа Цянь пока не говорила напрямую о своих намерениях, но намекала, что могла бы забыть о противоречиях из прошлого и закрепить союз браком. Вторая и третья ее дочь уже были помолвлены, а четвертую и пятую юную госпожу Цянь Чан Пин считал для себя слишком юными. Да, он был не то чтобы намного старше этих девочек, но слишком боялся уподобляться отцу… Оставалась первая юная госпожа Цянь. Она была помолвлена прежде, но два года назад ее жених погиб на ночной охоте. Говорили, что Цянь Лунлун любила нареченного всей душой. Увы, судьба оказалась жестока. Чан Пин поймет, что ее сердце навеки принадлежит другому. Тогда и она примет то, что он может дать – уважение и заботу, и не потребует страстных чувств. * Сун Лань уже который день видел, что Чан Пину за трапезой отводили место рядом с Цянь Лунлун, что служанки будто нарочно глядели в сторону и отвлекались, давая им возможность перемолвиться парой слов наедине. А Чан Пин был немногословен, как всегда, но робко улыбался девушке… Видеть эту смущенную улыбку, предназначенную еще кому-то, оказалось неожиданно больно. После той ночи на постоялом дворе и неловких ласк. После признания в любви. Но он молчал и таил боль в себе. Ведь А-Пину нужен этот союз, нужно восстановить связи, которые разрушил отец. Сун Лань смирился. Вместе с юными дальними родственницами госпожи Цянь работал в саду с лекарственными травами, находя утешение в труде и новых знаниях. Учил Цянь Юйсян и Цянь Юйлин техникам защиты от темной магии, которые применяются в Байсюэ. Старшая из близнецов, Юйсян, проявляла потрясающие способности защитника и воина. Сун Лань удивлялся, как такой хрупкой и нежной с виду девочке, похожей на тепличный цветок, удалось сформировать столь сильное золотое ядро. Юйлин, в отличие от бойкой сестры, выглядела сонным котенком, любящим лениво греться на солнышке, но обладала таким же кошачьим даром чутко подмечать всё вокруг и ловить мельчайшие перемены в потоках энергии или настроении людей. «Когда-нибудь у меня будут свои ученики, может, скоро мы с Синчэнем поселимся недалеко от владений Юэян Чан. А у Чан Пина будет своя семья», - напоминал себе Сун Лань. * В один прекрасный солнечный полдень Сун Лань сидел в библиотеке клана Цянь, изучая записки прадеда главы о путешествии в Корё и местной магии, когда в зал тихими шагами прокрался Чан Пин и сел рядом, прошептал: - Как хорошо, что я застал тебя одного, дагэ. - Тшш. Подожди, - Сун Лань создал барьер, чтобы их никто не мог подслушать. - Цзычэнь-дагэ, я хочу тебе первому это сказать, до того, как узнают все, - быстро проговорил Чан Пин и покраснел. – Сегодня вечером я сделаю предложение первой молодой госпоже Цянь. Я говорил с ней, и мы согласились, что так будет лучше. Она потеряла любимого и знает, что никого не сможет полюбить настолько же сильно. И я честно сказал ей, что связан узами любви, которую ради блага клана должен скрывать. Но ради наших семей мы с ней можем стать супругами и дать друг другу хотя бы… уважение… помощь… - он запнулся. – Это как на охоте, один не воин. Мы просто не будем ждать невозможного и обманывать друг друга не будем. Вряд ли я полюблю ее так, как тебя, но… она хороший человек и сильная заклинательница… Сун Лань сжал ладони Чан Пина в своих. - Я понимаю, А-Пин. Чан Пин смотрел на него, смущенно улыбаясь. - Я никогда не откажусь от тебя, Цзычэнь-дагэ. * В лунном свете чешуя на хвосте Сюэ Яна переливалась оттенками серебристого, пепельного, светлого и темного золотого. Обернувшись наполовину, он лежал на траве на берегу озера, устроив голову на коленях сидящего любовника. Сяо Синчэнь ласково перебирал пальцами его волосы. В последнее время они не так часто бывали одни, как прежде. Сюэ Ян играл на эрху в чайном доме, Сяо Синчэнь вместе с Юэ-санжень учил А-Цин грамоте и основам ремесла заклинателя. И только иногда случались тихие вечера и ночи вдвоем, которые после разлук казались еще слаще. - Скоро должны вернуться глава Чан и Лань-гэ, - задумчиво сказал Сяо Синчэнь. - Ждешь их? – немного насторожился Сюэ Ян. - Неужели ты ревнуешь? Я тебя не оставлю, - тихо пообещал Сяо Синчэнь. – Что бы мы ни решили, наши пути не должны разойтись далеко. Сюэ Ян поймал его ладонь и сжал в своей. Он и сам никому не позволит отнять свою яркую луну, солнечный свет.