Тысяча и одна ночь

Мужчина шел по длинному, широкому коридору вслушиваясь в умиротворяющие звуки флейты, вдыхая сладкий аромат табака смешанного с ягодами. Тусклые огоньки на потолке горели красным пламенем, придавая обстановке некую загадку, интимность. Посторонние звуки доносились из конца коридора, они были отличными от тех, что играли внизу: веселыми, игривыми. Никлаус поддался любопытству и, сделал несколько уверенных шагов в сторону источника звука. Добравшись до двери, он резко остановился и, стал вглядываться в картину, что предстала перед ним: стройное тело кружилось в огненном танце страсти, бедра качались в такт музыке, длинные ноги делали короткие выпады, а упругая грудь то поднималась, то опускалась вместе с рваным дыханием ее обладательницы. Движения ее были властными, но в то же время сдержанными - это завораживало. Мелодия стала стихать, а через несколько мгновений и вовсе перестала звучать, на смену ей пришли тихие вздохи молодых девушек, что сидели собравшись в круг. До этого момента, мужчина и вовсе не замечал присутствия других женщин в помещении. Она заполняла все пространство своим пылом, заставляя других казаться лишь предметом декора на своем фоне. Несмотря на то, что лицо ее было прикрыто алой тканью, он сиюминутно возжелал ее, ее тело. Клаус начал громко, но неторопливо аплодировать, в попытке привлечь внимание. Ему удалось: все присутствующие стали истерично кричать, закрывая лица платками, но она, ради которой был весь этот фарс, лишь одарила его презрительным взглядом и, слегка поклонившись, вышла на балкон. Женская фигура отдалялась, растворяясь во тьме ночной Шарджи, позволяя ему насладиться тем, как покачиваются ее бедра, ее смуглой спиной и осиной талией. Когда ее тело полностью поглотили сумерки, взгляд его падает на отдающую блеск побрякушку. Игнорируя возмущенные возгласы на иностранном языке, он проходит вглубь комнаты и, поднимает серебряную заколку, украшенную драгоценными камнями. - Ханум, - окликнул он ее, но не услышав ответа, последовал за ней. Когда он прошел в просторный балкон, он увидел ее, стоящую у перил, смотрящую куда-то вдаль. - Вы обра… - начало было он, но вспомнив о языковом барьере, просто сделал несколько твердых шагов в ее сторону, она посмотрела на него через плечо и, тихо произнесла: - Прошу покинуть мои покои, - в произношении не было и намека на инородный акцент, а тон был требователен. - Боюсь, что Вы, и так, позволили себе многое. Мужчина простоял в оцепенении еще несколько минут, уставившись в огни города, что расплылись перед ним. Девушка медлительно обошла его и, обратно зашла в комнату. Выйдя из своеобразного транса, он крепко сжал в руке ее украшение и, последовал за ней. *** Клаус буквально выбежал вниз по лестнице и, растворился в толпе мужчин, которые обсуждали не имеющие никакую глобальную значимость темы. Румянец смущения, что был так чужд для него, охватил щеки. - Ты где был? - зло прошипел брюнет, хватая друга за локоть. - Я здесь чуть не помер. - Что опять? - он вырвал свою руку из его хватки и, бросил в его сторону суровый взгляд. - Пока тебя не было, тут уже пошли слухи, что какой-то неандерталец то ли облапал, то ли изнасиловал дочь Шейха, - серьезно проговорил Деймон, на что тот отреагировал коротким смешком. В отличие от своего компаньона - по совместительству - зятя - он знал, что арабы имеют способность преувеличивать. - Значит, дочь Шейха, - покачал он головой, а ухмылка не сползала с его лица. - Ты будешь моей… - пообещал он, подняв взгляд вверх, на второй этаж, обращаясь к белокурой принцессе. К мужчинам присоединился сам Шейх Ибрагим, предлагая им лучшее вино из его коллекции. Мужчина славился своей слабостью к винам, женщинам и его обворожительной дочерью, о красоте которой ходили легенды. В качестве бизнес-партнера Господин Ибрагим был превосходен - меньше слов, больше действий - что обычно несвойственно арабам. - Как вам празднование? Нравится? - гордо спросил мужчина, зная ответ наперед. Двое мужчин утвердительно покачали головами, принимаясь хвалить торжество, людей и Эмираты в целом. Тема стала сменяться одна за другой и, наконец, пришла к той, которую так маниакально ожидал Никлаус. - Где вы останетесь на ночь, друзья мои? - обеспокоено спросил Шейх. - В отеле, - кратко ответил брюнет, но был прерван другим мужчиной. - На самом деле, мы еще не решили… - Деймон впился зрачками в Клауса, тем самым пытаясь показать, что не останется здесь и на минуту дольше положенного. - Вы можете остаться здесь! - воскликнул Ибрагим, отчего губ блондина тронула победная улыбка. - Мы с радостью, - сдержанно кивнул он, не обращая внимания на отсутствие какого-либо упоминания о радости на лице друга. Его гениально простой план близок к осуществлению.