Слетая с катушек | Becoming insane

Рутина их жизни неуловимо изменилась. Поначалу Мо Жань оставался на ночевку через день. Они часто занимались любовью, как правило — несколько раз за ночь. Мо Жань говорил, что его альтер-эго проявляется достаточно часто, но, если подумать, Чу Ваньнин сталкивался с ним лишь треть времени. Тасянь-Цзюнь, впрочем, далеко не всегда стремился повалить мужчину на лопатки, хоть и всегда, казалось, проявлял к тому интерес. Мо Жань продолжал все это время вести хозяйство и готовить для Чу Ваньнина, равно как и время от времени заниматься мелким ремонтом — однако, с некоторыми отличиями. Теперь он позволял себе, если вокруг тому не было свидетелей, толкнуть Чу Ваньнина к стене и украсть у него несколько поцелуев. Впрочем, теперь Чу Ваньин иногда заставал его и в его деловой ипостаси. И он все еще задавался вопросом, каким образом парню удавалось все успевать, если половину своего времени он либо его подстерегал, либо находился где-то неподалеку. На выходных они, как правило, выбирали день чтобы куда-нибудь выйти вместе: за покупками, или в близлежащий парк. Чу Ваньнин возобновил привычку носить браслет и кулон, подаренные Мо Жанем. Когда юноша впервые увидел, что тот снова надел его подарки, он был настолько взволнован, что они практически весь вечер ничего не делали. Так пролетели три недели. И, вот, однажды во время ужина Мо Жань, отложив палочки для еды, поднял на Чу Ваньнина странный взгляд. Мужчина в этот момент занимался поглощением лапши, отваренной в бульоне, так что ему потребовалось некоторое время чтобы заметить, что что-то не так. Он поднял на Мо Жаня глаза — и осознал, что это был тот самый редкий случай, когда он не мог наверняка ответить на вопрос, был перед ним сейчас Мо Жань или Тасянь-Цзюнь. Все, что ему оставалось — проглотить лапшу и тоже отложить палочки. Что бы ни приключилось, Мо Жань вряд ли заставит его долго ждать объяснений — по крайней мере, в этом он был уверен. — На днях я позвонил своему врачу, — Мо Жань уперся взглядом в столешницу. — И как прошел разговор? — Чу Ваньнин постарался говорить как можно мягче. — Я сказал ему, что теперь у меня есть парень, — глаза Мо Жаня на мгновение вспыхнули, он явно хотел увидеть, как Чу Ваньнин отреагирует на его слова, но мужчина сохранял спокойное выражение лица. Сейчас было явно не время смущаться, — И что мой парень позаботится, чтобы я смог приходить на сеансы. Врач сказал, что я могу выбрать время и прийти. — Звучит хорошо, — Чу Ваньнин одобительно кивнул. — Да, это так... Скажи, ты сможешь пойти со мной в эту пятницу вечером? — Мо Жань все еще, казалось, испытывал неуверенность, и в какой-то момент потер лоб рукой, — Возможно, это ужасная идея. Ты ведь можешь быть занят, и это не очень правильно — вовлекать тебя... — Мо Жань, — оборвал его Чу Ваньнин, и Мо Жань бросил на него быстрый взгляд из-под руки, — Я сказал, что буду ездить с тобой, если ты захочешь. Я говорил серьезно. — Ты был серьезен... — повторил Мо Жань тихо скорее для себя, чем для Чу Ваньнина, — Конечно, ты был серьезен, и именно это ты и имел в виду. Ты всегда ведь говоришь все начистоту. Чу Ваньнин неожиданно ощутил в горле ком. Была ли и впрямь однажды ситуация, в которой он что-то пообещал Мо Жаню, и не сдержал слова? — Я не разбрасываюсь обещаниями, — в конце концов, решился он. Мо Жань тут же по-мальчишески ему заулыбался и потянулся через кухонную стойку чтобы накрыть его ладонь своей. Он так легко проявлял симпатию через прикосновения — и мужчина всегда находил этот факт удивительным. Его пальцы невольно дернулись от окутавшего их тепла. — Итак... пятница? — еще раз переспросил Мо Жань, уточняя. Его голос все еще был тихим несмотря на улыбку. — Пятница, — кивнул Чу Ваньнин, переплетаясь пальцами с Мо Жанем. Он обнаружил, что и сам теперь улыбался этому глупому юноше, который каким-то образом сумел проникнуть в его сердце. Улыбка Мо Жаня стала ярче, в ней засияли звезды. Им обоим потребовалось некоторое время чтобы вернуться к еде. ~ Пятница наступила как-то совсем незаметно. Чу Ваньнин подгадал свой рабочий график, чтобы вернуться домой пораньше — именно там они с Мо Жанем и договорились встретиться перед тем как идти. Он не стал рассказывать коллегам о своей личной жизни, а потому всякий раз уходя пораньше с работы неизбежно привлекал повышенное внимание. Впрочем, Сюэ Чженъюн, казалось, был безмерно рад тому, что мужчина вышел на работу, а потому не слишком беспокоился из-за ранних отлучек. Чу Ваньнину лишь оставалось мысленно благодарить Мо Жаня, что тот пока не стал рассказывать дяде об их отношениях. Мо Жань дал Чу Ваньнину свой адрес на экстренный случай, если все-таки они не встретятся в условленное время. Мужчина открыл WeChat и еще раз с весьма смешанными чувствами пролистал сообщения, воссоздавая подробности их последнего разговора. Не то, чтобы он не хотел посмотреть, как Мо Жань живет — но обстоятельства для этого, вероятно, станут далеко не лучшими, если до этого все-таки дойдет. К счастью, Мо Жань пришел вовремя. Он быстро коснулся губами щеки Чу Ваньнина в знак приветствия, а затем они оба направились к его машине. Чу Ваньнин до этого не знал, что она принадлежала парню, хотя видел до этого не раз, как тот ее мыл под его окном. Он тут же покраснел, припоминая, какие непристойности в тот момент крутились в его голове. Мо Жань распахнул перед ним дверцу и, похоже, ничего не заметил. Некоторое время они ехали в молчании. Мо Жань нервно постукивал по рулю, внимательно следя за дорогой. Пару раз он прикусывал губу, а нога его подергивалась, словно отбивая какой-то одному ему известный ритм. — Мо Жань, — в какой-то момент окликнул его тихо Чу Ваньнин. Некоторое время назад он открыл в телефоне карту и следил за тем, чтобы парень не свернул куда-то не туда. Мо Жань упоминал, что его альтер-эго может незаметно подменить его по дороге, и намеренно заехать не в ту сторону — но пока что этого не произошло. Впрочем, руки Мо Жаня тут же крепко сжались на руле, заставляя Чу Ваньнина нервничать. — Что происходит? —судя по тону голоса, он все-таки переключился, — Почему мы здесь? — Мы с тобой об этом уже говорили, — спокойно принялся объяснять Чу Ваньнин, — Сегодня мы едем на сеанс к терапевту, и я здесь чтобы ты его не пропустил. — Чушь собачья. Я не собираюсь идти к мозгоправу чтобы выслушивать его бредни о детских травмах, — мрачно выдал Мо Жань, взглядом метаясь в поисках следующего поворота чтобы свернуть с пути. Чу Ваньнин осторожно положил ему руку на бедро. — Мо Жань, — позвал он снова, сохраняя нейтральный тон, — Тебе не придется об этом говорить, даю слово. — Ваньнин, ты действительно так сильно ненавидишь этого достопочтенного, и хочешь, чтобы он исчез? — внезапно выдал Мо Жань, и Чу Ваньнин внезапно осознал, что его так сильно беспокоило. — Я бы никогда не возненавидел тебя, — твердо сказал Чу Ваньнин, и его пальцы сильнее сжали бедро парня, — И я не хочу, чтобы ты уходил. Конечно, нет. В процессе разговора они все еще продолжали ехать по намеченному маршруту, так что Чу Ваньнин посчитал это хорошим знаком. — Это для вашего общего с Мо Жанем блага. И я буду с вами там все время, ни за что не оставлю вас. Если тебе покажется, что что-то не так, мы немедленно уйдем, хорошо? Мо Жань долго молчал — казалось, вообще не собирался отвечать. Глубокая линия между бровями все еще свидетельствовала о его неуверенности. А затем на мгновение он опустил взгляд на свое бедро, где продолжала покоиться рука Чу Ваньнина. — Ваньнин не уйдет? Его взгляд снова вернулся к проезжей части. — Я буду с тобой все время, если ты того захочешь. Врач дал на это согласие, — попытался успокоить его Чу Ваньнин. Еще одна минута размышлений прошла в тягостном молчании. А затем Мо Жань тихо пробормотал: — Только в этот раз. — Сейчас пока будет достаточно и одного раза, — ответил ему Чу Ваньнин, незаметно поправляя. ~ Оставшаяся часть пути прошла в тишине. Основная личность Мо Жаня так и не вернулась, так что за рулем был Тасянь-Цзюнь. Он напряженно поджимал губы пока они не доехали. Впрочем, стоило им припарковаться и выйти, как юноша споткнулся — а в следующий миг уже пришел в себя. Он осмотрелся по сторонам в легком замешательстве, ожидая увидеть что угодно, но... — Мы... правда, смогли? — он был искренне удивлен, что план сработал, — Ты привез меня к терапевту? Он повернулся на пятках, глядя на Чу Ваньнина. Мужчина выпрямился, все еще чувствуя себя несколько скованно после долгой дороги, и кивнул. — Ты сам сюда приехал. Я просто сидел рядом и уговаривал тебя. — Я тебе грубил? — спросил Мо Жань. Кажется, он снова был намерен рассыпаться в извинениях. —Ты был напуган, — после небольшой паузы наконец решился ответить ему Чу Ваньнин тихо. Он обошел машину и взял парня за руку, встречаясь с ним взглядом, надеясь, что Тасянь-Цзюнь был где-то там, и он видел его, чувствовал его поддержку — но он не был уверен, передалось ли его сообщение. —Тебе не обязательно оставаться рядом, — Мо Жань тяжело сглотнул, намереваясь убрать руку, — Я и так уже отнял твое время. Я вызову тебе такси, и... Он вытащил телефон, но Чу Ваньнин тут же перехватил его запястье, и Мо Жань умолк, бросая на мужчину полный стыда взгляд. — Я обещал пойти с тобой. Сказал, что буду с тобой все время. И я не привык нарушать данные обещания. Знакомый огонь полыхнул во взгляде Мо Жаня. — Ох, мне так нравится, когда ты весь такой правильный и принципиальный... Чу Ваньнин задался вопросом, было ли это таким способом отвлечь его внимание, или Мо Жань действительно потерял и стыд, и совесть. Возможно, все вместе сразу. — Сосредоточься, — бросил он, когда на лице Мо Жаня появилась раздражающая усмешка, — Ты можешь не думать об этом хотя бы пока мы здесь? — Но как я могу думать о чем-то еще, если ты со мной? — Мо Жань притянул Чу Ваньнина ближе, касаясь губами его щеки. — Используй ту голову, которая у тебя большая и находится на плечах, — ругнулся Чу Ваньнин, и потянул парня за руку, — Пойдем. Наше время. — То есть, ты хочешь сказать, что у меня маленький? — выдохнул возмущенно Мо Жань за его спиной. Чу Ваньнин решил проигнорировать эту фразу, но с тем, что лицо покраснело до корней волос, сделать ничего не смог. ~ Администратор доктора Лю тепло поприветствовал их и провел в зал ожидания. Мо Жань дергался все время пока они ждали приема. Все это было так на него непохоже, что Чу Ваньнин на секунду задался вопросом, могла ли у Мо Жаня быть еще и третья, крайне тревожная личность. Но он выбросил эту мысль из головы. Если бы все было так, он бы уже встретился с нею. Они вошли в скромный, но просторный кабинет. Пространство разделялось на две зоны, одна из которых выглядела по-офисному строго, другая же — была более непринужденно обставлена. Из мебели здесь были кожаный диван, кресло, и низкий журнальный столик. На полу лежал пушистый ковер. Все это придавало помещению вполне уютный вид — оно не выглядело по-больничному. — Мо Жань, давно не виделись, — поприветствовал парня доктор Лю. Им оказался пожилой мужчина с мягкими манерами. Одет он был расслабленно, возраст выдавали лишь редеющая линия волос и очки в квадратной оправе. Он не акцентировал внимание на Чу Ваньнине, что уже само по себе было неплохо — и провел их с Мо Жанем в зону отдыха. — Может, чаю? И парень, и Чу Ваньнин одновременно кивнули, так что он отвернулся от них на время, занявшись приготовлениями. — Здесь почти ничего не изменилось, — лениво прокомментировал Мо Жань, но несмотря на расслабленный тон он все еще сжимал руку Чу Ваньнина стальной хваткой. — У меня не было особых причин чтобы что-то менять, — доктор Лю поставил на журнальный столик три чашки, сахарницу и тарелку с печеньем, а затем сел в кресло и достал из бокового кармана блокнот. На мгновение в кабинете повисла тишина. Доктор Лю внимательно смотрел на Мо Жаня. Затем перевел взгляд на Чу Ваньнина — но вернулся все равно к парню. — Приятно знать, что у тебя все хорошо, — наконец, сказал он. Выглядел он при этом вполне искренним. — В основном, благодаря вам, — признал Мо Жань, глядя на дымящиеся чашки на столике. Никто из них еще не попробовал чай или печенье, — Я теперь вроде как могу... справляться с... с... — И это заставляет меня задаваться вопросом, что же вас сегодня ко мне привело, — беззлобно поинтересовался доктор Лю. Хватка Мо Жаня на руке Чу Ваньнина сжалась до хруста. — Мне недостаточно контролировать ситуацию, — выдавил парень, на что доктор понимающе кивнул, — Я все еще могу нести опасность тем, кто мне небезразличен. Взгляд доктора на секунду переместился к Чу Ваньнину пережде чем снова обратиться к Мо Жаню. — Что же, я рад, что тебе удалось сегодня прийти на сеанс, — он что-то зафиксировал в блокноте, — Расскажи, как твои дела? И Мо Жань пустился рассказывать. Ему было все еще несколько неловко вести этот диалог в присутствии Чу Ваньнина, но также было очевидно, что только благодаря ему он в принципе пришел на терапию. Чу Ваньнин мысленно отметил, что, возможно, в следующий раз ему бы стоило подождать снаружи, позволив Мо Жаню уединиться — но сейчас он этого сделать не мог. Посреди их разговора с доктором Лю объявилась и вторая личность. Мо Жань как раз пересказывал один из моментов, в котором испытал переход. — Я читал записи в блокноте, собираясь закончить стирку, а затем... Последовала долгая пауза. Лицо Мо Жаня снова прошло через целую серию изменений, а затем приняло хорошо знакомое Чу Ваньнину ироничное выражение. — Мы все же здесь, — сказал он, и голос его зазвучал опасно, — Как пообщались с пай-мальчиком, док? — О, — доктор Лю, казалось, ничуть не смутился, — И тебе добрый вечер, Тасянь-Цзюнь. Его тон был непоколебим, и Чу Ваньнину показалось, что он уже не раз общался с этой личностью Мо Жаня. Впрочем, долго он на этой мысли не задержался потому что упоминание имени "Тасянь-Цзюнь" все еще вызывало в нем смущение. Звучало оно так, словно парень величал себя императором. — Приятно, что вы тоже решили прийти, — продолжил доктор Лю. — Этот достопочтенный сюда не ради тебя пришел, — бросил Мо Жань, переключая внимание на Чу Ваньнина, и что-то в его взгляде заставило мужчину беспокойно поерзать, — Ты сдержал слово. — Не будь вздорным, — раздраженно фыркнул Чу Ваньнин, на мгновение позабыв, что они все еще на приеме, — Сколько раз я должен повторить, что обещание есть обещание? — Ваньнин, — Мо Жань потянул Чу Ваньнина за руку, чуть нахмурившись, — Не будь таким злым с этим достопочтенным. — Я не буду злым если ты начнешь думать головой, — хотел, было, возмутиться Чу Ваньнин, но, к собственному удивлению, обнаружил в своем голосе покорные нотки. Он с трудом переносил когда Мо Жань выглядел хмурым или грустным, и ему было все равно, какой из Мо Жаней это был, — Пожалуйста, не груби своему врачу. — Все, что он хочет сделать — избавиться от этого достопочтенного, — пробормотал Мо Жань, опуская глаза на их с Чу Ваньнином соединенные руки. — Это не так. Все, чего мы хотим добиться в идеале — интеграция в первичное "я", — осторожно поправил его доктор Лю, — Ты бы не исчез. — Твоя ложь не сработает, — язвительно бросил Мо Жань, пристально глядя на терапевта, — Этот достопочтенный читал, что терапия такого расстройства — интеграция, предполагающая, что все второстепенные личности должны погибнуть. Этот достопочтенный вытащил наши задницы с самого дна жизни — и вот такую я заслужил благодарность? Этот достопочтенный выполнил свою задачу, но теперь в его услугах больше не нуждаются, так что он должен сдохнуть? Что бы ты сейчас ни говорил, док, я на это не куплюсь. Доктор Лю спокойно выдержал натиск. Он ждал, пока Мо Жань закончит говорить, а затем взял свой несколько остывший чай и немного отпил. Затем он пододвинул тарелку с печеньем к Мо Жаню. — Спасибо, что делишься своими переживаниями, — сказал он. К удивлению Чу Ваньнина, парень, на секунду взглянув на тарелку, действительно взял печенье и даже откусил от него, все еще продолжая бормотать проклятия. — Хорошо, что вы читали об этом, — продолжил доктор, — Новый опыт требует подготовки, так что это мудро. То, как терапевт незаметно сменил стиль общения, вызывало восхищение, и Чу Ваньнин мысленно сделал себе несколько пометок. Он не был уверен, что мог бы вести себя так же уверенно, но все же было приятно знать, что Мо Жань не порывался больше расправиться со своим доктором. К моменту окончания сеанса Мо Жань все-таки вернулся к своему основному "я". Выглядел он при этом... истощенным. Они с Чу Ваньнином доехали обратно не проронив больше ни слова. Мужчине пришлось удерживать парня за руку чтобы тот не развернулся и не отправился к себе в таком состоянии. Он уже давно принял решение, что никуда не отпустит Мо Жаня таким. Он буквально повел его в свою квартиру. Затем включил душ, и помог Мо Жаню стянуть с себя вещи. Странно, но парень больше не отпускал в его адрес бесстыжих шуточек, и не пытался к нему приставать. Чу Ваньнин отправился в душ прямо с Мо Жанем, предварительно также сняв с себя одежду, и помог парню освежиться. Мо Жань продолжал все это время молчать. Не было ни непристойных комментариев, ни разгоряченных взглядов, ни мимолетных прикосновений. Чу Ваньнин выключил наконец воду и принялся вытирать парня полотенцем. Мо Жань лишь косвенно участвовал в процессе, и все так же молча позволил Чу Ваньнину отвести себя в спальню, где мужчина достал для него пижаму, припасенную для совместных ночевок. Они переоделись, и Мо Жань наконец вяло начал протестовать, утверждая, что, должно быть, стесняет Чу Ваньнина, навязываясь ему. Впрочем, все его протесты мужчина заглушил уверенным поцелуем. Всю ночь они безмятежно проспали. Наутро Мо Жань уже посвежел, и выглядел менее замкнутым. Едва проснувшись, он почти сразу же набросился на Чу Ваньнина, который в этот момент поджаривал блины — вовлекая мужчину в глубокий продолжительный поцелуй. Он вел себя так, словно ничего особенного накануне не случилось, но в его взгляде все еще читалась настороженность. Чу Ваньнин поймал себя на мысли, что хотел бы обнять Мо Жаня, обернуть его в одеяло, и никогда больше не отпускать от себя, оберегая от любых трудностей. — Я тут подумал, — лениво протянул Мо Жань, жуя блинчик, — Ты ведь еще никогда не был у меня в гостях? — Да, — Чу Ваньнин тщательно прожевал тонкий блин, а затем добавил немного кленового сиропа на следующую порцию — и только потом бросил на Мо Жаня вопросительный взгляд. — А хотел бы побывать? — парень не смотрел на Чу Ваньнина, и вместо этого раскладывал блинчики на тарелке. Чу Ваньнин не смог сдержать нежную улыбку. Мо Жань иногда вел себя очень непредсказуемо — вот и сейчас ему удалось застать мужчину врасплох. — Если ты готов меня пригласить, — ответил он осторожно, и Мо Жань наконец поднял на него взгляд. Похоже, ответ принес юноше облегчение, потому что тот медленно кивнул, расслабляясь. — Как насчет следующих выходных? — Я оставлю их по этому случаю полностью свободными, — Чу Ваньнин позволил себе еще одну легкую улыбку. И Мо Жань просиял в ответ. На самом деле, эта яркая, лучистая улыбка была всем, что Чу Ваньнин когда-либо мечтал видеть — с Мо Жанем, похоже, действительно все налаживалось.