О чем молчат волшебники

11 февраля, 2019

Фалмут! Срочно! Жемчужина дарит жемчужину! Самая яркая звезда квиддича Чон Чонгук (21 год) сделал предложение Ким Тэхену (22 года). И это не опечатка, не надейтесь, лучше отпразднуйте как следует. Вчера, где-то на пятнадцатой минуте игры «Сененнских Соколов» против «Летучих Мышей», слухи стали разноситься, словно кто-то воспользовался заклинанием адского пламени, а уже вскоре после выпуска мячей на поле стадион возбужденно перешептывался: на пальце у Ким Тэхена сверкало кольцо! Репортерам «Пророка» посчастливилось воочию застать этот момент. Пока игроки парили высоко в небе, толпа как сумасшедшая активно обсуждала то, что Ким Тэхен, который, как известно, не пропускает ни одной игры своего парня (поправка: будущего супруга), засветил обручальное кольцо. С каждой секундой удивленные возгласы становились громче, а стопки писем в наших лондонских офисах — больше. Мы уже успели расспросить некоторых болельщиков, чтобы подтвердить, что это именно Ким Тэхен сидел на своем привычном месте (на трибуне, предназначенной только для членов семьи, близких друзей и уважаемых волшебников и волшебниц), и именно на его пальце красовалось колечко. «Моя мама купила билеты [на игру] в честь дня рождения отца. Он всю жизнь был фанатом «Соколов», а тут, сами понимаете, особый случай, вот мама и решила потратиться. Мы давно читаем «Пророк», поэтому знаем, что на игры частенько приходят знаменитые волшебники, однако мы все равно не ожидали стать свидетелями подобного, — поделился с нами один из зрителей. — Он [Ким Тэхен] сидел через несколько мест от нас, с Ким Сокджином, продюсером Мин Юнги, его мужем [Мин Чимином] и еще одним волшебником [Ким Намджуном]. У него [Ким Тэхена] точно было на руке кольцо. Небольшое, без вычурных бриллиантов, но оно все равно красиво переливалось на безымянном пальце». «На нем было серебряное кольцо, довольно скромное, с маленькими изумрудами, вкрапленными в металл. Возможно, их было три? Или четыре? Но оно точно не было похоже на традиционное обручальное кольцо», — рассказал еще один фанат. Как бы прискорбно это ни звучало, но у нас нет фотографий, потому что стоило только поползти слухам, и Ким Тэхен спрятал кольцо. Для начала напомним, что Ким Тэхен, Мин Юнги, Мин Чимин, а также Ким Сокджин и Ким Намджун присутствуют почти на каждой игре «Соколов», поскольку все они близки (в случае Ким Тэхена — очень близки) с двумя лучшими игроками команды — Чон Чонгуком и Чон Хосоком. А теперь, согласно информации, которой мы владеем на данный момент, попробуем воспроизвести произошедшее: через несколько минут после начала игры Ким Тэхену стало жарко, и он снял шарф и перчатки, тем самым продемонстрировав кольцо, которое и шокировало всех присутствующих. Стоит оговориться, что пока слухи дошли до нас, и мы смогли добраться до нужного места, чтобы подтвердить их и сделать несколько фотографий, Ким, к сожалению, уже надел перчатки обратно. «Соколы» выиграли со счетом 460-130. Чон поймал снитч на 113-й минуте. Однако никто, кроме нескольких особо преданных фанатов квиддича, не говорил об этой победе. Большинство было гораздо больше взволновано тем, как Чон Чонгук перехватил руку Ким Тэхена и официально снял себя с пьедестала самых завидных холостяков. «Пророку» даже удалось достать этому подтверждение. После матча мы обратились за комментариями к пиар-команде «Соколов», которая занимается продвижением игроков. К счастью (или к несчастью, в зависимости от того, кого вы спросите), ответ пришел на удивление быстро (обычно они не особо торопятся). «Соколы» прислали следующее: «Мы рады сообщить, что Чон Чонгук и Ким Тэхен помолвлены». Как вы понимаете, заявление довольно лаконичное и сухое. Без лишних деталей. В свою очередь, больница Святого Мунго, где Ким занимает должность заместителя главы крыла, не дала вообще никаких комментариев на наш запрос и даже не разрешила поговорить с кем-либо из сотрудников. Таким образом, предложение действительно было, но его сочные подробности нам пока неизвестны. В таком случае мы предлагаем вам подумать над парочкой вопросов: 1) Как считаете, Чон Чонгук сделал предложение несколько месяцев назад, а мы просто не знали, потому что Ким Тэхен почти всегда носит перчатки на зимних играх, или же это произошло совсем недавно? 2) Была ли демонстрация кольца счастливой случайностью или продуманным ходом? 3) Было ли предложение сделано на глазах у всех или наедине в интимной обстановке? «Пророк» продолжит собственное расследование, чтобы раскрыть вам правду, ведь нам всем любопытно: когда, где и, самое главное, как? А пока мы можем с уверенностью сказать одно: Чон Чонгук верен своим словам. Он предпринимает все необходимые меры, чтобы защитить Ким Тэхена и их отношения. Все именно так, как он и говорил Джен Мелании из «Пророка» еще 7 месяцев назад. Если кто-то из наших читателей все еще надеялся, что эти отношения ненастоящие, если кто-то до сих пор верил слухам о похождениях известного ловца, если кто-то все еще мечтал о жаркой ночи с Чон Чонгуком или, возможно, даже о счастливой жизни с ним… Нам жаль рушить ваши мечты. Возможно, это все еще звучит как что-то невероятное, как, например, когда некоторые личности заводят драконов в качестве домашних животных, но кольцо на пальце игнорировать невозможно. Предложение было, и нам остается лишь смириться с этим. Выше нос! На горизонте маячит свадьба. А вы все в курсе, как «Пророк» их любит. Мы будем внимательно следить за развитием событий и охотно сообщать вам о них. С нами вы точно ничего не пропустите — так же, как и Чон не пропустил тот самый заветный палец.

***

31 декабря, 2018

— Мы помолвлены! — уже в который раз за день произносит Тэхен. — Помолвлены! От сквозящей в его голосе неподдельной радости у Чонгука, кажется, мурашки пробираются даже в сердце, а довольная улыбка становится свидетелем переполняющего восторга. Он молча зарывается носом в волосы Тэхена. Слова застревают далеко в горле, хотя ответов от него сейчас никто и не требует. Тэхен крутится юлой, снова и снова повторяя заветную фразу, и Чонгук лишь согласно мычит, наслаждаясь бурлящими эмоциями любимого человека. — Оно безумно красивое! Диваны у них в гостиной очень уютные, именно поэтому Тэхен, нагло проигнорировав их, по-хозяйски забирается на колени к Чонгуку и, прижимаясь к его груди, долго любуется кольцом, что тонкой змейкой примостилось на безымянном пальце. Он уже знает, как оно выбиралось, и сколько времени ушло на изготовление, но, даже успев внимательно его изучить, покрутить и так и этак, оторваться от него до сих пор не мог. Что-то подобное Чонгук, конечно, предполагал, но реакция все равно превзошла ожидания. Состояние легкой эйфории, блеск в глазах… Да он оды готов петь этому выражению лица! Кольцо на изящной руке сидит как влитое, но по-настоящему потрясающим является то, что оно символизирует — обещание жить вместе долго и счастливо. — А остальные знают? — Они знали, что я планирую сделать предложение, но не знали, когда и как, — Чонгук проводит кончиком носа вдоль теплой шеи. — Значит, никто не в курсе, что ты собирался сделать мне предложение сегодня? — Нет. — Представляю их реакцию, — тихо смеется Тэхен и, чуть повозившись на твердых бедрах, вновь расслабляется. — Как расскажем? — Как захочешь, моя радость, — дергает плечом Чонгук и стискивает Тэхена за талию. — Чимин с ума сойдет, — возбужденно сверкает глазами тот. — Может, подождем, пока они сами не догадаются? Или лучше прямо с порога объявить? Просто не знаю, сдержусь ли, а то я тут, вообще-то, вроде как счастлив! Чонгук многозначительно хмыкает и чмокает его в губы. Тэхен, не ограничившись легким прикосновением, пускает в ход язык. Чувство влюбленности и волнующего восторга уносит Чонгука на шесть лет назад, когда им было по пятнадцать и Тэхен впервые сказал ему «да». За исключением того, что теперь все гораздо серьезнее: они вместе взрослеют, вместе справляются с трудностями, вместе работают над отношениями и с каждым разом сильнее влюбляются друг в друга. Сейчас их связь в разы крепче и значимее. В итоге Тэхен решает не говорить друзьям ни слова. Чонгук хоть и поддерживает его, но уверен, что скрыть собственные чувства ему не удастся, а если учесть феноменальную интуицию Чимина с Сокджином и проницательность Намджуна, долго они точно не продержатся. Первыми приезжают Чимин и Юнги. Под звон входного колокольчика Тэхен быстро приводит себя в божеский вид, восстанавливает дыхание и уже после, как и было задумано, налетает на друзей с объятиями. Холли, которую почти никогда не оставляют в одиночестве, успев оббежать знакомые комнаты, несется довольная за своей порцией объятий. Наскоро разобравшись с принесенными продуктами, Тэхен с легкостью опускается рядом с ней на пол и сразу же зарывается в кудрявую шерсть руками. — О боже! — раздается нечеловеческий взвизг и следом глухой стук коленей о ковер. — Боже, боже, мать твою! Тэхен, скажи, что это то, о чем я думаю! — Что? — Тэхен растерянно хлопает глазами, но ответ на его лице более чем очевиден. — Тэхен! — ползком бросается к нему Чимин. — Не зли меня! Руку! Тэхен послушно вытягивает руку вперед и сразу растопыривает пальцы, на одном из которых в свете свечей переливается металлический обруч. Чимин смачно выругивается, Тэхен заходится в приступе смеха, а Холли, считывая его радостное настроение, заливается лаем. У Чонгука от этой картины учащается сердцебиение, и, когда он обменивается взглядом с Юнги, тот понимающе ему улыбается. — В твоем стиле, — между тем бормочет Чимин, вертя руку в разные стороны. — Ага, — выдыхает Тэхен. — Красивое, правда? — Отличная работа, — Чимин напрямую обращается к Чонгуку. — Ты молодец. — Спасибо, — не слишком эмоционально отзывается Чонгук. — Тоже хочу взглянуть, — подходит к ним Юнги и, окинув кольцо взглядом, выдает одну емкую фразу: — Симпатичное. Тэхен поворачивается к Чонгуку и умилительно выпячивает губу. Тот, не обращая внимания на друзей, садится рядом и притягивает к своему боку, из-за чего зажатая с двух сторон Холли принимается недовольно сопеть. — Наши поздравления, — первым выпрямляется Юнги и по очереди сжимает каждого за плечо. — Мы знаем, как это важно для вас, и очень рады, что вы наконец-то решились на этот шаг. — Да, — восклицает Чимин, словно вспомнив, что в подобных ситуациях нужно что-то говорить. — Поздравляю! — он отпускает пальцы Тэхена, чтобы уже в следующую секунду навалиться на него с объятиями. — Давно пора! Тэхен обхватывает друга в ответ и произносит: — Спасибо! Правда, меня помариновали в ожидании… — он отстраняется от Чимина и легонько сжимает руку Чонгука. — Но я рад, что все сложилось именно так. — Когда это случилось? Как? Кто-нибудь еще знает? — засыпает вопросами Чонгука Чимин. — Никто пока не в курсе. Вы первые, — отвечает вместо него Тэхен, и Чимин с победным кличем ударяет кулаком по воздуху. — Предложение сделано сегодня, — продолжает Тэхен и переплетает их с Чонгуком пальцы. — В оранжерее. Чимин молчит целых две секунды, а потом ошеломленно выдает: — Божечки! Ну конечно, сегодня же ваша годовщина! Как я мог забыть? — расстроенно тянет он, перебирается на диван и, откинувшись на подушки, перекидывает ноги через колени Юнги. — Я должен был догадаться. — Но не догадался, — красноречиво закатывает глаза Чонгук на излишний драматизм, и Тэхен рядом хихикает. — Стыдно-то как, — огорченно крякает Чимин, будто не замечая колкой фразы. — Предложение в годовщину — здравое и довольно милое решение, — тактично произносит Юнги. — Да уж, на всю жизнь запомню, — соглашается Тэхен и опускает голову на плечо Чонгука. — Но это того стоило. — Ну, — снова подает голос Чимин, — а как остальным собираетесь рассказать? — Сами — никак, — с ехидцей щурится Тэхен. — Посмотрим, сколько времени им понадобится, чтобы заметить. Чимин поддерживает решение одобрительным хмыком, а спустя каких-то полчаса дом уже полон хаоса: с разных сторон раздаются восторженные возгласы, льется нескончаемый поток болтовни и из угла в угол летают бутылки. Царившую вакханалию дополняет звонкий лай Холли, которая нарезает круги вокруг каждого из них и поддерживает всеобщую радость. Чонгук поражается тому, как Тэхену удается выглядеть столь невозмутимо. Его собственное сердце скачет галопом, и о том, чтобы на чем-то сосредоточиться, не может быть и речи. Он даже не выходит из гостиной, опасаясь, что кто-нибудь обратит внимание на его состояние, когда он, к примеру, потянется за очередной бутылкой, а сдать их с потрохами раньше времени ему уж очень не хочется. Первым замечает Намджун, так и не успевший поднести бокал ко рту. Чонгук ловит его взгляд, прикованный к руке Тэхена, и сверлит друга до тех пор, пока тот не переводит глаза на него. Однако в эту же секунду Чонгук понимает, что не знает, что должен делать дальше, а потому лишь продолжает неподвижно сидеть и молча хлопать ресницами. Их безмолвный обмен взглядами прерывает Хосок, который неожиданно для всех подпрыгивает и громко кричит: — Да ну нахрен, Мерлин! Ты сделал Тэхену предложение? — он недоумевающе уставляется на Чонгука под звон битого стекла. Не удержав бокал с шампанским, Сокджин, нагло игнорируя осколки, вплотную подползает к Тэхену. — Это обручальное кольцо? — он хватает Тэхена за запястье и энергично потрясывает его. — Оно самое, — весело смеется тот. Хосок бросает несколько нецензурных слов, а Намджун и вовсе подскакивает на ноги в непривычной для себя манере. Винить их не за что — они явно ошеломлены. — Ребята! — приходит в себя Намджун и по очереди обнимает друзей, не обращая внимания на Сокджина, так и не отпустившего руку Тэхена. — Это невероятно! Поздравляю! Кажется, это оживляет и остальных. Следом за Намджуном подрывается Хосок, чуть ли не виснет на каждом и рассыпается в поздравлениях вперемешку с проклятиями. Где-то сбоку, наблюдая за происходящим, громко закатывается Чимин. Сокджин объявляет, что настал его черед поздравлять, и, когда Хосок отстраняется, тут же занимает его место. — Наконец-то! Я думал, сдохну от нетерпения. Поздравляю! — Сокджин быстро вытирает влажные от слез глаза. — Я очень счастлив за вас. У Чонгука сбивается дыхание, и он бросает взгляд на Тэхена. Тот смотрит в ответ расширенными зрачками. Вряд ли найдутся такие слова, которые опишут, что именно значат для Чонгука эти глаза и спрятанная в них любовь. В этот момент он снова клянется самому себе, что будет делать этого человека счастливым на протяжении всей жизни. — А вы чего, уже знали? — осуждающе спрашивает Сокджин у Чимина, сидящего сейчас как образец настоящего благородства. — Неа-а, — Чимин комично растягивает последнюю гласную. — Но поняли почти сразу, как приехали. Сокджин сужает глаза и, одарив говорящим взглядом Юнги, обращается к Чонгуку: — Ну что, проныра, когда ты это сделал? — И как? — добавляет Хосок. — Хотя чего это я? — Сокджин не дает возможности ответить. — Предложение сто процентов было сделано сегодня. У вас же годовщина. Тэхен решительно кивает и закусывает уголок нижней губы. — Да, сегодня утром, — он бегло смотрит на Чонгука и находит пальцами его ладонь. — В оранжерее. — Мы должны были предугадать, — подтверждает Сокджин. — Похоже на Чонгука. — И я так сказал! — тут же делится Чимин. — Не знаю, как мы упустили это… — Покажи-ка мне еще раз, — Сокджин снова опускается на пол и манит Тэхена к себе. Намджун с Хосоком тоже придвигаются ближе. — Нет, ну кольцо, конечно, потрясающее, — заявляет последний. — Великолепное, — кивком соглашается Намджун и, сжав плечо Чонгука, возвращается в кресло. — У Тэ булочки поджимались из-за ожидания, но теперь понятно, что не зря. Миленькое колечко. Чонгук обводит друзей взглядом. Он заставил Тэхена ждать, потому что хотел довести все до идеальности, но есть ли смысл в очередной раз напоминать об этом? — Да оно офигенное! — возмущенно округляет глаза Тэхен. — Что значит миленькое? — Да, да, — шлепает его по пальцам Сокджин. — Вы же не собираетесь устраивать тайную роспись? Не хочу повторения ситуации, — он указывает в сторону Юнги с Чимином и морщит лоб. — Не собираемся. Моя мама будет счастлива, если мы сыграем нормальную свадьбу… Но, главное, пора уже продемонстрировать, насколько серьезны наши отношения. Чонгук в знак поддержки сжимает его руку. — В таком случае я должен быть вашим шафером. — Обалдел? — Чимин резко дергается вперед и падает с дивана. Холли, завидев освободившиеся колени, сразу же запрыгивает на Юнги. — Если кто и будет шафером, так это я. Я знаю Тэ с тех пор, как… — Стоп! — Чонгук прерывает Чимина, прежде чем тот ударяется в россказни о давней дружбе. Если не остановить его сейчас, то через несколько секунд у них с Сокджином развернется словесная бойня за звание лучшего друга. — Мы еще не обсуждали детали. — Вообще? И даже дату не выбрали? — Нет, пока нет, — качает головой Чонгук. — Но все будет так, как захочет Тэхен. — Ну естественно, — иронично хмыкает Сокджин и закатывает глаза так сильно, что на секунду видимым остается один лишь белок. Тэхен хохочет и с сияющей улыбкой произносит: — Мы будем решать вместе. Но где бы ни была свадьба и когда бы она ни была, ваше присутствие обязательно. И, кстати, вы все можете быть нашими шаферами, нет? Чонгук кивает — такое возможно. — Справедливо, — смиренно соглашается Чимин. — Уговорили. — Теперь, когда все улажено, — тараторит рядом Сокджин, а затем поднимается и идет к своему месту. — Рассказывайте! Я хочу знать абсолютно все. — И ничего не упускайте! — щебечет Чимин, тоже возвращаясь на диван. — Подождите, — вмешивается Намджун. — Может, сначала тост? — Точно! — Хосок взмахивает палочкой и, подхватив рукой подлетевшую бутылку шампанского, выуживает пробку. — Бокалы! — За Тэхена и Чонгука, — поднимает Намджун бокал с шипящей жидкостью. — Мы стали свидетелями вашей первой встречи и наблюдали за тем, как ваша влюбленность превращается в настоящую любовь. То, что есть у вас, есть не у всех. Это большая редкость, которую нужно ценить. Мы благодарны вам за то, что позволили стать частью такого важного события, и для нас большая честь быть сегодня здесь. Мы всегда будем рядом: сегодня, завтра и в далеком будущем. Мы счастливы за вас и очень сильно любим. Поздравляем! По гостиной разливается звон соприкасающегося стекла, после чего все рассаживаются по местам, и Тэхен, нырнув под бок к Чонгуку и вытянув вперед руку, приступает к рассказу: — Так, ладно. Сразу скажу, что я вообще ничего не подозревал. Сегодня утром…

***

3 января, 2019

После Нового года Чонгук с Тэхеном еще два дня проводят в объятиях друг друга, а потом берутся за генеральную уборку. Ким Кенхи и Ким Сонсу должны вернуться с ежегодного зимнего отпуска с минуты на минуту. В их присутствии Чонгук до сих пор ощущает себя стеснительным подростком, опасающимся сделать что-то не так, хотя и знает, что родители Тэхена рады их отношениям и никогда не станут в них вмешиваться. За столько лет они ни разу не дали усомниться в своих словах, всегда общаясь так, будто Чонгук уже стал неотъемлемой частью их жизни. Да и сам он, приезжая к ним, всегда чувствует себя желанным гостем. Интересно, какая у них будет реакция на новость о помолвке? — Чонгук, — зовет Тэхен, откупоривая бутылку красного вина и выливая его в специальный графин. — Можешь зажечь свечи? А я пока разберусь с остальным. Чонгук, только закончивший сервировку стола, достает палочку и выпускает из нее несколько искр огня. Когда кончик устремляется на восьмую свечу, из коридора доносится голос: — Тэ? Чонгук? — Мы на кухне, мам, иду! Мистер и миссис Ким крепко обнимают их, но кольца ни один так и не замечает. — Как отметили Новый год? — интересуется мистер Ким, попутно избавляясь от пальто и подхватывая бокал с вином. — Как обычно, — улыбается Тэхен краешками губ. — Ребята приезжали, — он взмахивает палочкой и отправляет миссис Ким тарелки. — Спасибо, что разрешили отпраздновать тут. Воспоминания о том, сколько всего произошло здесь, буквально пронизывают каждый уголок дома, поэтому не быть благодарными за то, что им все еще позволяют проводить тут время, кажется кощунством. — Как бы мы посмели разрушить вашу устоявшуюся традицию? — смеется миссис Ким. — Дом бы все равно стоял пустой. — Да, а так вы еще и присматриваете за ним в наше отсутствие, — подмигивает отец Тэхена. — Будете ужинать? Чонгук готовил. — Ты еще спрашиваешь? — удивляется миссис Ким, потому что совместный ужин после их возвращения уже давно превратился во что-то неизменное. — Спасибо, Чонгук-и. — Ты хоть как-нибудь помогал? — поддразнивает сына мистер Ким, пока они все рассаживаются за столом. — Конечно, я всегда так делаю, — например, Тэхен отлично нарезает овощи и еще лучше целует в шею. Стол заполняется чашками с рисом, супом, мясом на гриле и жареными овощами. Мистер и миссис Ким рассказывают о прошедшем отпуске и просят поделиться, как прошел Новый год в Великобритании. — Вообще-то, — убрав палочки, Тэхен решает, что откладывать больше нет смысла. — Так вышло, что в этом году мы начали праздновать раньше, — он смотрит на Чонгука и, ласково ему улыбнувшись, поднимает левую руку. — Чонгук сделал мне предложение. — О, Тэ, — шепчет миссис Ким, бесцеремонно откидывает на тарелку палочки и с шумом отодвигается на стуле. — Я так рада это слышать! — она спешно обходит стол и склоняется к его руке. Чонгук с мистером Кимом, не сговариваясь, одновременно поднимаются на ноги, и последний тут же приобнимает жену за талию. — Поздравляем! — Оно удивительно, — миссис Ким поднимает глаза на Чонгука. — Просто фантастическое! — Чонгук сам придумал дизайн, — с гордостью хвастается Тэхен. — В самом деле? — учтиво интересуется мистер Ким. — Да. Чонгук знает, что мог бы выбрать более традиционный вариант, попросив у родителей фамильные драгоценности, но ему никогда не нравилась подобная затея, учитывая, что он едва ли чувствует себя частью своей семьи. Хотелось чего-то особенного, чего-то, что несло бы ценность и символизм только для них с Тэхеном. Зачем лишний груз семейного наследия? — Загляденье, Чонгук, — повторяет миссис Ким, продолжая сжимать руку сына, и глаза ее в темноте гостиной подозрительно поблескивают. — Спасибо тебе! — За что ты его благодаришь? — смеется Тэхен. — Кольцо-то мое! — Да, — добродушно цокает женщина. — Я в курсе. А благодарю за то, что он делает тебя счастливым, глупый. — Ой, ну надо же, — хмыкает Тэхен и стреляет взглядом в Чонгука. — Нужно открыть шампанское! Мы должны отпраздновать, а вы двое — поделиться, как все произошло! — восклицает миссис Ким. — Но сначала я хочу потискать вас. Вставай! Тэхен снова пронзительно смеется, но покорно поднимается со стула. Женщина тут же бросается к нему, попутно притягивая и Чонгука. Она обнимает их, кажется, несколько минут, рассыпаясь в восхищенных эпитетах до тех пор, пока мистер Ким не напоминает о том, что такими темпами она и задушить может. Миссис Ким неохотно отстраняется и громко всхлипывает. — Мама! — моментально реагирует Тэхен. — Не вздумай плакать! — Просто я безмерно счастлива! — та даже не пытается скрыть набежавшие слезы, еще раз оглядывает их с ног до головы и после исчезает в поисках шампанского. Мистер Ким ведет себя более сдержано. Он обнимает их по очереди и с белоснежной улыбкой произносит: — Это лучшая новость, которая могла ждать нас по возвращении домой. После ужина они переходят в гостиную, и Тэхен, плюхнувшись на диван, делится всем, чего так жаждала миссис Ким, опуская разве что душещипательную речь Чонгука и последовавшее за ней интимное продолжение. Женщина снова громко шмыгает носом, за что тут же просит прощения. — Не хочу добавлять ложку дегтя, — произносит она сразу после того, как Тэхен заканчивает. — Но поскольку я знаю тебя, дорогой, — голос ее нежен, а в словах звучит улыбка, — и знаю, что ты никогда теперь не снимешь кольцо, пожалуйста, подумай о том, как сообщить дедушке о помолвке до того, как он узнает об этом из прессы. Тэхен мгновенно хмурится. Обрадованный, он совсем упустил из виду столь важную деталь. — Ты еще не думал… — миссис Ким безошибочно считывает его выражение лица. — Ничего страшного, Тэ, тебе необязательно рассказывать сразу. Однако, как только будете готовы объявить официально, он должен узнать первым. — Тогда еще нужно будет сразу подготовиться к его требованиям, — добавляет мистер Ким, и впервые с тех пор, как они перешагнули через порог дома, его губы не растянуты в улыбке. — Но давайте не думать об этом сейчас. Когда придет время, тогда и обсудим все подробнее. Тэхен поворачивается к Чонгуку и, удивленно изогнув брови, смотрит круглыми глазами. В голове потихоньку начинают скрипеть шестеренки, с каждой секундой набирая скорость. Только сейчас приходит осознание, какие их ждут последствия после публичного объявления. — О каких требованиях речь? — Дорогой, давай поговорим об этом позже. Не забивай голову раньше времени. — Ты не против обсудить сейчас? — обращается Тэхен к Чонгуку, который почему-то улыбается понимающе и не выглядит удивленным. — Не против. Нам в любом случае придется это сделать. Тэхен скидывает ноги на ковер, выпрямляется, как лучший студент перед новым преподавателем, и, обхватив ладонь Чонгука, кладет ее себе на колени. — Мы абсолютно готовы, — заявляет он и кивает для пущего эффекта. — Тэ, ты расстроишься, — снова пытается вразумить его миссис Ким, и ее муж поддакивает прямиком из своего кресла. — Все в порядке, — успокаивает их Тэхен. — Вы правы, я еще не думал ни о чем, но это неизбежно, так что… Ким Кенхи и Ким Сонсу обмениваются долгими молчаливыми взглядами, и на секунду Чонгуку кажется, что они давно готовились к этому разговору. — Как только вы решите объявить общественности и придумаете, что делать с репортерами, первым делом нужно будет написать дедушке, а заодно и дяде. Лучше всего было бы навестить их, но можно обойтись и письмом. Мы поможем его правильно оформить, — говорит миссис Ким, и мистер Ким молча кивает, соглашаясь с ней. — Но прежде чем писать письмо, — продолжает женщина, — вы должны решить — будет ли это тайная роспись или же торжественная церемония с гостями. Ее речь встречается ошеломленным молчанием. Подозрения Чонгука о том, что они ждали этой помолвки, подтверждаются. — Нам очень жаль, — подает голос мистер Ким, видимо, спутав их потрясение с тревогой. — Это… — Вы думали, мы захотим скрыть ото всех новость и тайно расписаться? — прерывает его Тэхен, интонацией выделяя каждое слово. — Да, — честно отвечает миссис Ким. — Нам казалось, что ты предпочтешь этот вариант. — Почему вы думали о нашей свадьбе больше, чем мы сами? — Тэ, дорогой, — улыбается миссис Ким. — Ты никогда не скрывал, что хочешь видеть Чонгука своим мужем. — Вы уже давно вместе, — вторит жене мистер Ким. — И мы тебя знаем. Было логично предположить, что вы не захотите громкое торжество. — А ты разве не расстроишься, если мы отметем вариант со свадебной церемонией и сделаем все только вдвоем? — Тэ, — женщина набирает в легкие воздуха и продолжает: — Мы хотим, чтобы ты был счастлив, — она улыбается еще шире и с нежностью смотрит на сына. — Конечно, мы бы хотели присутствовать на вашей с Чонгуком свадьбе, но мы не дураки и понимаем ваше положение в обществе. Если вы захотите ничего никому не говорить, мы поддержим вас. Чонгук чувствует, как его тело погружается в приятную негу. Родители Тэхена — удивительные люди, и он рад, что они всегда на их стороне и помогают советами. — Спасибо, — Тэхен благодарно кивает и, мягко улыбнувшись, спрашивает: — Так а к каким требованиям нам надо быть готовыми? Ответ звучит не сразу. Только спустя пару минут мистер Ким, кисло скривившись, произносит: — Ко всем. Если свадьба все-таки состоится, то твой дедушка захочет, чтобы это была официальная церемония. Чонгук примерно догадывается, о чем идет речь. Может, раньше он и не понимал, зато сейчас ему становится все кристально очевидно. — Например? Надо будет разослать приглашения репортерам? — спрашивает Тэхен. — Да, а еще необходимо будет провести помолвку, устроить пышную свадебную церемонию, прием… Все как положено. — Большинство из перечисленного мало напоминает обычную традиционную свадьбу! — Тэхен смотрит на отца неверящим взглядом. — Большинство свадеб в кругах твоего дедушки уже далеки от традиционных обрядов. Ты, видимо, неправильно все представляешь, — подробнее объясняет миссис Ким. — Или что-то упускаешь. Традиции — это не самое главное, милый. — А что тогда самое главное? — Статус, — говорит мистер Ким. — Авторитет. Тэхен в недоумении поворачивает лицо к Чонгуку и снова натыкается на вполне себе спокойный взгляд, без капли удивления. — Почему ты не удивлен? — Потому что этого же хотели бы мои родители. — Тэхен, — нарушает тишину мистер Ким. — Твой дедушка — бывший президент Южной Кореи. Ты его первый и пока единственный внук, а это, знаешь ли, накладывает определенные ожидания. — Это так… — Тэхен прикусывает язык в попытке сдержать рвущиеся наружу нецензурные слова. — Бессмыслица какая-то. Мы никак не связаны с политикой и даже не живем в Корее! Никому нет до этого дела! — Тэ, милый, — миссис Ким не удерживается от доброй усмешки. — Наивная ты душа! Мы можем жить где угодно, можем не участвовать в политической жизни, но твой родной дядя — политик, а мы все еще корейцы и живем одной большой дружной семьей. — И даже если опустить все сказанное мамой, — продолжает отец Тэхена, — твой будущий супруг Чон Чонгук, один из самых узнаваемых и обсуждаемых волшебников. Ты же понимаешь, что это только сильнее увеличивает ожидание? Да, против таких фактов уже не попрешь. — А у нас есть хоть какая-то надежда на компромисс? — Есть, — сдавленно смеется мистер Ким. — Хотя и это не будет легкой задачей. Тэхен уставляется на Чонгука, потом — на их спутанные руки и аккуратно принимается перебирать его пальцы. — На самом деле, я действительно думал о росписи без свадьбы, — он делает паузу. — И сколько бы мы в таком случае избежали проблем… — Тэ, — обращается к нему Чонгук, проглотив рвущееся наружу «маленький». — Еще ведь ничего окончательно не решено, и мы можем сделать так, как ты того пожелаешь, — он, как никто другой, понимает, что слава ловца усложнит свадебный процесс, и ему самому это тоже не дает покоя. — Нет, — отрицательно качает головой Тэхен, неотрывно изучая его лицо. — Нет. Я хочу стать твоим мужем и хочу нормальную свадьбу. Если ты тоже этого хочешь. — Как скажешь, — Чонгук улыбается ему, стискивая ладонь. — Я не шучу. Взгляд Тэхена смягчается. Ему больше не нужны слова. Они несколько секунд смотрят друг на друга, а потом он разворачивается обратно к родителям. — Расписаться без торжества было бы неплохо. Нам не всегда просто ответить на вопросы или прокомментировать что-либо. Мы держимся от подобного как можно дальше, но именно поэтому вокруг нас столько недосказанности, которая благодаря репортерам обрастает разными слухами и выдумками. Думаю, из-за того, что мы по максимуму отгородили себя от всего, сейчас наши отношения не воспринимаются серьезно… — Тэхен снова обводит глазами лицо Чонгука, и тот ободряюще ему кивает. Они часто обсуждают это, потому что слухи, пытающиеся разрушить их отношения, появляются ежедневно. — В большинстве случаев мне все равно, но иногда это просто безумно раздражает. Я не хочу скрывать ни того, что мы хотим узаконить наши отношения, ни самой свадьбы, — Тэхен останавливается, чтобы облизать губы, и опускает взгляд вниз, крепче сжимая ладонь Чонгука. — Пусть все знают, как сильно я хочу стать мужем этого милашки. Сердце Чонгука, застигнутое врасплох таким откровением, принимается биться в два раза быстрее. — А еще я хочу провести этот день с близкими мне людьми и отпраздновать такое событие вместе с ними, — Тэхен пытается сильно не светить мечтательной улыбкой, но его выдает румянец на щеках. — Я тоже хочу похвастаться, — он трясет их сцепленными руками. — Хочу, чтобы у нас была настоящая свадьба. И я не против рассказать обо всем миру, если это поможет заткнуть некоторых личностей, так что нет, ничего тайно мы делать не будем, — заканчивает он немного смущенно, но решительности в глазах это не уменьшает. Мистер и миссис Ким буквально расцветают, ослепляя улыбками пространство вокруг себя. — Это максимум, о чем мы пока думали. Больше ничего не успели обсудить толком. Но, — Тэхен поглядывает на Чонгука, — я уверен, что мы оба хотим чего-то простого. — Мы понимаем, милый, — кивает миссис Ким, продолжая улыбаться, но уже не так ярко. — Однако боюсь, что понятие простоты не входит в лексикон твоего дедушки. — Допустим, — отвечает Тэхен. — Но это не значит, что я готов мириться с этим. Я планирую вступить в брак только один раз. Как кто-то может решать за нас? В услышанной фразе Чонгуку не нравится ни «планирую», ни «я». Не существует никаких «я» и «планирую». Есть только «они» и неоспоримая реальность. Они выходят замуж один раз, друг за друга. Конец. Если бы что-то было иначе, он бы первым начал протестовать. — Тэхен, — говорит мистер Ким, — если вы остановитесь на варианте с официальной свадьбой, каждое ваше решение будет сопровождаться дискуссией. Некоторые моменты вы сможете контролировать самостоятельно, некоторые — нет. Да, придется попотеть, прежде чем все члены семей придут к единому решению. А зная тебя, ты вряд ли хочешь подобного. — И вот поэтому, — подает голос миссис Ким, — если вы решите расписаться только вдвоем, мы вас полностью поддержим. — Мы обсудим это, — Тэхен дожидается кивка от Чонгука и добавляет: — Но уже сейчас могу сказать, что свадьбе быть. Только такой, чтобы мы понимали, что она наша, а не чья-то еще, — он чувствует, как Чонгук поощрительно оглаживает его руки. — Правда, после всего, что вы сказали, я немного расстроен. — Мы предупреждали сразу, что разговор непростой, — замечает его мать. — Что бы вы ни решили, мы поможем, чем сможем. У нас есть кое-какой опыт в общении с твоим дедушкой. — Спасибо, — натянуто улыбается Тэхен. — Благодарю за помощь, — не отстает от него Чонгук. — Боюсь, мои родители не будут так… благосклонны. Им по душе больше классическая свадьба. — Я так и думал, — добродушно отзывается мистер Ким, и Чонгук замечает в его глазах смешинки. — Следующие несколько дней посвятите только себе, хорошо? Отпразднуйте это знаменательное для вас событие, — говорит им миссис Ким. — Ох, все еще не могу передать словами, как счастлива, что вы решились на такой шаг, — она смотрит на Чонгука. — Мы очень рады, что ты официально станешь частью нашей семьи, Чонгук-и, и безмерно благодарны, что вы с Тэхеном нашли друг друга. Пожалуйста, не расстраивайтесь из-за того, с чем вам, возможно, придется столкнуться. — Мам, я выйду замуж за Чонгука, несмотря ни на что, — уверенно заявляет Тэхен. — Я не боюсь дедушку. — Знаю, милый. Но я хочу, чтобы вы оба насладились моментом, прежде чем начали обдумывать детали и готовиться противостоять остальным родственникам. — До вашего приезда мы уже успели насладиться, — успокаивает их Тэхен. — И обязательно сделаем это еще. — Да, за это можете не переживать, — обещает Чонгук. — Спасибо. — Ну и прекрасно, — кивает миссис Ким. — Выпьем в честь этого? Тэхен в последний раз сжимает пальцы Чонгука, и, когда отпускает их, тот в ответ обхватывает его талию свободной рукой. — Давайте, — соглашается Тэхен и прижимается к теплому телу.

***

3 февраля, 2019

— Чон! Чонгук вскидывает голову, пытаясь найти тренера среди кучи людей, и, хотя все кругом резко затихают, ему это совершенно не помогает. — Чон! — Я здесь, тренер, — с носком в руке Чонгук прыгает на одной ноге в сторону голоса. — Иду. Клопен обнаруживается у выхода из раздевалки. Он передает планшет одному из помощников и после проходится взглядом по обнаженному торсу Чонгука. — К тебе посетитель, — объясняет мужчина. — Не заставляй его ждать. Чонгук недоуменно хмурится. Он никого не ждет: ни спонсоров, ни репортеров. — Но я не знал, что у меня с кем-то встреча, тренер, — Чонгук и не думает радоваться внезапной смене планов. Мыслями он уже находился дома, примостившись головой на коленях Тэхена. — Не паникуй, Чон, — хитро ухмыляется Клопен. — Это твой целитель. Тэхен? Растерянно моргнув, Чонгук вдруг чувствует прилив непонятного беспокойства. Обычно Тэхен никогда не остается после игр, предпочитая дожидаться его дома. — Могу я тогда выйти? — он указывает на дверь, стараясь не думать о раздающихся сзади смешках и посвистываниях. Тренер коротко кивает, и Чонгук, впопыхах натянув оставшийся носок, выносится из раздевалки. Тэхен находится сразу за дверью, на приставленной к входу скамейке. Он беззаботно покачивает ногами, а стоит ему заметить Чонгука, как его озорная улыбка сменяется переливчатым смехом. — Почему ты раздетый? — Все в порядке? — Да, да, все в порядке, — весело подхихикивая, Тэхен пробегается пальцами по обнаженному телу и удовлетворенно хмыкает: — Сегодня захотелось дождаться тебя. И надень все-таки футболку, а то отвлекаешь. Да и прохладно тут — замерзнешь и простудишься. Подавив вздох облегчения, Чонгук обнимает Тэхена за талию. — Я ведь не весь голый. — Но почти. — Я торопился. — Из-за меня? — Не ожидал увидеть тебя здесь. Думал, что-то случилось. — Ты в курсе, что ваш тренер милашка? — Тэхен заводит руки за крепкую шею и, облизнув губы, задорно дергает уголком рта. — Спрашивал, как мое здоровье, как дела в больнице. А еще ему очень понравилось мое новое кольцо. Видимо, ты не поделился с ними «счастливой новостью». — Он прямо так и сказал? — Чонгук чувствует, как кожу на шее холодит полоска металла. — Ага, — смеется Тэхен. — И он не против, если вдруг тебе интересно. — Неинтересно. — Неинтересно? Чонгук отрицательно машет головой. — Иди одевайся и возвращайся ко мне, — советует Тэхен. — У меня кое-какие планы на тебя. — Какие? — Узнаешь. Чонгук печально выдыхает, получая за свои кривляния тычок, и, наклонившись вперед для поцелуя, бормочет Тэхену в губы: — Возможно, у меня не получится быстро собраться. Уверен, Клопену есть что сказать мне. — Сам виноват, что не рассказал им, — подначивает его Тэхен. — Не было подходящего момента, — стонет Чонгук. — Неужели? — продолжает подкалывать Тэхен. — Разве не ты быстрее всех ориентируешься в моменте и обладаешь развитым тактическим мышлением? — цокает он. — Вздор! — Вернусь как можно скорее, — Чонгук без стеснения целует его. — Не торопись, — еле слышно бубнит Тэхен в поцелуй. Когда Чонгук заходит обратно в раздевалку, он ожидает чего угодно, но только не тишины, в которой бы даже взмах крыльев мотылька показался оглушающим. Сделав вид, будто не замечает происходящего, он, игнорируя редкие усмешки, подходит к шкафчику за вещами. — Все нормально? — с искренним беспокойством в голосе спрашивает Хосок, стоящий всего через несколько шкафчиков от него. — Нормально, — кивает Чонгук. — Чон! — привычно гаркает Клопен. — Да, тренер? — Чонгук вынужден повернуться: если тренер зовет, то надо отвечать. — Ничего не хочешь рассказать команде? Чонгук едва успевает сохранить лицо. В любом случае этого вопроса было не избежать. — Я сделал Тэхену предложение. Он согласился. Дальше начинает твориться какая-то неразбериха: откуда-то раздаются крики и свист, кто-то хлопает дверцами шкафчиков, кто-то подбрасывает одежду. На месте стоят лишь два новеньких для запасного состава и недавно нанятый медицинский помощник. Бедняги, видимо, в шоке от происходящего. Хосок, будучи в курсе событий, и Клопен явно забавляются, наблюдая за разверзшимся беспорядком со стороны. — Поздравляю! — беззвучно двигает губами Хосок, очевидно, потешаясь над ним. — Отвали, — так же неслышно отвечает Чонгук, продолжая стоять посреди зоопарка, что устроили его сокомандники. Хосок картинно разводит руками и пожимает плечами, как бы говоря: «А чего ты ожидал?». В принципе, да. Чонгук сглупил, не рассказав обо всем сразу. У них сплоченная команда. Большинство играет вместе уже два-три года, а некоторые — и того больше. За время, что Чонгук состоит в основном составе, от них ушли лишь два человека. Клопен всегда напоминает о том, что достичь большего результата удастся только при развитом командном духе и доверительных отношениях. Именно по такой философии живут не только «Соколы», но и их менеджеры, и обслуживающий персонал. Уважение и товарищество — одни из тех вещей, благодаря которым Чонгук чувствует себя комфортно на работе, потому что знает, что в любой момент может положиться на окружающих его людей. Особенно после того, как свалился с метлы и пролетел вниз головой несколько метров. К нему и раньше относились с пристальным вниманием, поскольку официально он был не только самым младшим игроком, но и самым известным, а после падения его и вовсе окружили повышенной заботой и опекой, которые иногда переходили все рамки допустимого. Но Чонгук не осмеливался даже слова против сказать, потому что всегда был искренне благодарен. Лучше он потерпит, чем сделает больно людям, которые по понятным причинам за него беспокоятся. К тому же Тэхен теперь открыто принимал участие в его жизни. Стоило только в газетах появиться подтверждению об их отношениях, как вся команда принялась (что неудивительно) подкалывать Чонгука при любом удобном случае и на постоянной основе интересоваться самочувствием Тэхена (что удивительно). Постоянная забота и присутствие во время выздоровления, детская непринужденность и врожденное обаяние быстро сделали Тэхена всеобщим любимчиком. К концу трехнедельного перерыва, который Чонгук вынужден был взять для восстановления, Тэхена обожали абсолютно все, а их тренер — в первую очередь. Клопен стал буквально боготворить Тэхена. Несмотря на то, что частенько он не скупился на выражения и звал его исключительно целителем Чонгука, Клопен никогда не скрывал, что Тэхен ему нравится. Хосок уже даже начал шутить, что ни у кого нет шансов прибрать тренера к рукам, потому что он всегда смотрит только на Тэхена. Зная все это, такое своеобразное поздравление не становится для Чонгука неожиданностью, просто это немного… чересчур. Однако заострять на этом внимание сейчас нет времени, и он возвращается к шкафчику. — А поподробнее можно? — вопит Бремен, вызывая одобрительные возгласы с разных сторон. — Никаких подробностей, — заявляет Чонгук, надевая кроссовки. — Рас-скажи! Рас-скажи! — принимаются скандировать остальные члены команды, да так громко, что это безумие абсолютно точно слышно за пределами раздевалки. — Когда свадьба? — кричит Ихейнахо, а Сингд, зажав во рту указательный и большой пальцы, громко свистит. — Мы еще не решили, — Чонгук застегивает молнию на сумке и сует палочку в карман кофты. — Могу я идти? — Официальное подтверждение пока никто не публиковал? — спрашивает Клопен. — Нет. Все еще на уровне догадок. Но Дэвис в любой момент готов сделать заявление и дать комментарии по этому поводу. — Ты рассказал Дэвису раньше нас? — выгибает бровь тренер, и по раздевалке раскатывается неодобрительный гул. — Извините, — Чонгук изо всех сил пытается сохранять невозмутимость, потому что недоумение на лице Клопена — это что-то настолько редкое и непривычное, что на смех пробивает автоматически. — Просто так вышло. В подобного рода вопросах я пока не могу быстро определить, кому первому сказать. Клопен понимающе щелкает языком. — Тогда свободен. Иди уже к своему целителю. Чонгук уважительно кивает и под укоризненные вздохи товарищей идет к выходу. В какой-то степени он понимает их: на вопросы не ответил, подробностей не сообщил. Но ничего — потерпят. Схватившись за ручку двери, Чонгук уже почти переступает порог, как в спину прилетает: — Чон? — тренер ждет, когда он повернется к нему боком. — Поздравляю, — и следом снова вспыхивает новая волна радостных криков. Последнее, что Чонгук слышит, глядя на смеющегося Тэхена, — это как Гамиль интересуется у Хосока, почему тот не поделился с ними. — Кажется, новости они приняли отлично, — комментирует Тэхен приглушенный галдеж. — Не вынуждай меня ругаться, — Чонгук легонько толкает его. — Ладно, Жемчужина Чон, — Тэхен, все еще хихикая, берет Чонгука за руку. — Не отставай. Кинув испепеляющий взгляд, Чонгук больше никак не реагирует на прозвище и вместо этого произносит: — Домой? — Неа. — Нет? Куда тогда? — Увидишь, — не утруждает себя объяснениями Тэхен и уверенным шагом направляется к трибуне, где они постоянно сидят во время домашних матчей. Миновав несколько рядков сидений, он резко тормозит и опускается на одно из них. Чонгук скидывает сумку и садится рядом. Сейчас на стадионе они только вдвоем — болельщики, игроки и персонал уже успели уйти. — Обычно я сижу здесь, — неопределенно произносит Тэхен. — Я в курсе, — отвечает Чонгук. — Я всегда ищу тебя глазами перед началом матча и после его завершения. — Ты мне это уже говорил, — улыбается Тэхен и, оглянувшись по сторонам, протягивает руку ладонью вверх. — В чем дело, Тэ? — Чонгук осторожно касается его пальцев своими. Тэхен заглядывает ему в глаза и тихо выдыхает воздух через рот. — Ты ведь знаешь, как я горжусь тобой? С тех пор, как мы начали встречаться… Нет, даже раньше. С той секунды, как только я увидел тебя над полем, не было и дня, когда бы меня не переполняла гордость за тебя. А ведь я тогда был еще совсем юным и не понимал, насколько глубокой может быть человеческая связь. Я мог лишь только догадываться. Каково это, когда все твое существо сплетается с существом другого человека, и каждая его часть приносит тебе кучу радости и гордости? Теперь я знаю… И горжусь тобой так, как никогда не смогу выразить на словах, но мне захотелось попытать удачу, и именно поэтому я привел тебя сюда, — он скользит взглядом по пустым трибунам. — Когда я сижу здесь и наблюдаю за тобой высоко в небе, я готов захлебнуться собственными чувствами. Ты просто волшебный в воздухе. Выглядишь потрясно. Да и вообще то, чем ты занимаешься, невероятно. И каждый раз я вспоминаю, что когда-то ты готов был рискнуть всем этим ради меня. — Тэ… — Дай мне закончить, — журит его Тэхен, при этом ласково улыбаясь. — В воздухе ты как рыба в воде. Я горжусь тобой каждый божий день, но только приезжая на игры, я могу воочию увидеть твой талант, твою решимость, твое усердие, твое терпение… Твою любовь к квиддичу и команде, доброту к персоналу и болельщикам. Даже твою… преданность по отношению ко мне и нашим друзьям. Ты не многим показываешь эти стороны себя, но стоит тебе сесть на метлу, как они сразу же становятся очевидными для меня. Поэтому я прихожу сюда, и каждое воскресенье меня до мозга костей затапливают гордость и любовь, которую я испытываю к тебе, — глаза у Тэхена светлые-светлые, почти прозрачные, но в них хотя бы нет слез. Чонгук таким похвастаться в данный момент не может. — Когда я думал, как и где тебе сделать подарок, я решил, что игровое поле будет наиболее символичным местом. Отсюда пошли мое восхищение и моя влюбленность, здесь я увидел тебя другого, более открытого, и здесь ты был готов бросить все, чтобы остаться со мной. И… — Тэхен, словно уже предчувствуя возражения, быстро добавляет: — Да, я бы сделал то же самое для тебя, но не в то время. А ты и в то время смог. От тебя буквально перло уверенностью, поэтому для меня это поле многое значит — что тогда, что сейчас. Чонгук, я люблю тебя и хочу быть с тобой, пока не превращусь в пыль на этом самом поле… — он смеется, но смех выходит немного нервный. — Кошмарная метафора, не так ли? Прости. Я просто пытаюсь сказать… — Тэхен обхватывает его запястья, пока сам Чонгук пытается вернуть способность говорить. — Я не хочу, чтобы ты сомневался в том, кем ты для меня являешься. Да, я перестал спрашивать у тебя о браке, потому что… Ну, мы оба знаем… Потому что я не был уверен, что ты этого хочешь. Но раз уж так вышло, и ты сделал мне предложение, то я хочу, чтобы у тебя тоже был символ моей преданности, — он отпускает руки Чонгука и, порывшись в карманах мантии, достает оттуда серебряную цепочку с нанизанным на нее миниатюрным кольцом. — Знаю, что ты не можешь носить кольца из-за квиддича, но я хотел, чтобы и у тебя было обручальное кольцо, поэтому надел его на цепочку. Хочу, чтобы ты знал, что я прошу тебя о том же. Быть моим до конца своих дней, — Тэхен робко улыбается, не сводя глаз с Чонгука. — Согласен? Быть моим? Чонгук смотрит на него в ответ, не зная что сказать. В груди трепещет что-то очень приятное, а в ушах стоит неимоверный звон. Щеки у Тэхена сверкают розовым, а сам он сидит, такой весь распрекрасный, говорит какие-то невероятные вещи, делает предложение… Делает же? — Пожалуйста, скажи что-нибудь, — тихо смеется Тэхен. — Я… — начинает Чонгук, а потом сдается и выдыхает беспомощно: — Тэ… — Я пытаюсь сделать тебе предложение, — стеснительно отзывается тот. — Можешь ответить хоть что. У Чонгука в мозгу что-то щелкает. Он притягивает Тэхена к себе, сжимает в объятиях и опускает голову на острое плечо, пытаясь удержаться в вертикальном положении и не рухнуть на колени. — Я уже твой. — Хорошо, — гнусавит Тэхен, а после все-таки всхлипывает. Он лениво перебирает волосы Чонгука до тех пор, пока тот не чувствует, что в состоянии сидеть самостоятельно. — Можно посмотреть поближе? — уточняет Чонгук, поднимая голову. — Конечно. Вот, — Тэхен опускает цепочку на протянутую ладонь. На первый взгляд кольцо сделано из гладкого белого золота, но, всмотревшись получше, Чонгук замечает тонкую изумрудную линию, проходящую по кругу, а внутри выгравировано всего четыре слова: Будь моим, любовь моя. Не вопрос, а просьба. — Это обычное кольцо, купленное у маглов. К гоблинам я бы не успел обратиться, а мне хотелось подарить его тебе как можно скорее, — бормочет оправдания Тэхен. — Да и ты у нас любитель чего попроще. Но я очень хотел, чтобы наши кольца перекликались, поэтому тоже выбрал изумруд. Цепочка из белого золота, но мы можем что-нибудь переплавить или… Чонгук затыкает его поцелуем. Каким-то образом он нашел самого идеального волшебника в мире и сумел привязать его к себе. — Не могу поверить, что ты это сделал. Ты… Обычно только один человек делает предложение, — изумленно смеется Чонгук. — Тебе не нужно было переживать по этому поводу, но спасибо. Не знаю, как ты это делаешь. Я люблю тебя. Тэхен подхватывает его смех и спрашивает: — Можно надеть тебе его? Хотя бы на пару минут. Чонгук молча протягивает левую руку и уже жалеет, что не сможет носить украшение постоянно. Тэхен медленно надевает на палец обручальное кольцо и сжимает теплую ладонь в своей собственной.

***

26 июля, 2019

Раздавшийся стук в дверь вызывает новую волну глухого негодования. До вечера еще куча времени, а Тэхен уже готов рвать и метать. С трудом сдержав раздраженный вздох, он закатывает глаза и кидает в сторону входа грубое: — Что? — Это я, — слышится снаружи знакомое пыхтение. — Открыто, — расслабляется Тэхен и корпусом поворачивается к двери. — И тебе приветули, — Чимин заходит внутрь и, кинув на него оценивающий взгляд, присвистывает: — Выглядишь офигенно! — Спасибо, — признательно кивнув, Тэхен отходит от окна, в котором до этой минуты пытался рассмотреть хоть что-нибудь интересное, и садится на край кровати. — Ну, кто прислал тебя ко мне? — Твои родители. Они переживают. — Можешь заверить их, что все в порядке. — То есть не ты только что был готов заколотить дверь досками изнутри? — дразнит его Чимин и садится рядом. — Я буду паинькой, — Тэхен щиплет друга за бок, тем самым зарабатывая в свою сторону пару проклятий и глупое хихиканье. Чимин не распускает руки лишь потому, что не хочет помять его костюм. — Они прекрасно это знают. — Вряд ли их волнует именно это. — Они чувствуют себя виноватыми, я в курсе, — вздыхает Тэхен. — Но во всем этом нет ни капли их вины. Мы справимся. Передай им, что лично я так вообще в предвкушении. — Тогда они сразу поймут, что я вру, — фыркает Чимин и погружается в молчание, которое сам же и нарушает спустя несколько секунд: — Еще я пришел сказать, что вас ждут внизу через десять минут. Гости уже приезжают. — Да, я видел, — из окна Тэхену как раз открывается прекрасный обзор на ведущую к главному входу дорожку. — Успеете? Где Чонгук? — Переодевается, — Тэхен подбородком указывает в сторону ванной. — Мы успеем. — Почему он переодевается в ванной? — приподнимает брови Чимин. Нежная улыбка Тэхена превращается в ехидный оскал, и сам он, дернув плечами, изящно откидывается на руки. — Потому что в комнате я, и я могу отвлекать. Чимин закатывает глаза, но, не получив ответной реакции, неожиданно произносит: — Ты ведь знаешь, что мы гордимся вами? Внезапная смена тона не застает Тэхена врасплох, он привык к ней так же, как и к любому другому поведению лучшего друга, но то, с какой серьезностью задан вопрос, отзывается внутри теплом. — Да, и спасибо вам за это, — Тэхен опускает голову на плечо Чимина и пододвигается чуть ближе. — Сегодня мы все здесь, — тот быстро размякает в объятиях. — Не забывайте об этом. Тэхен чувствует, как расслабляются мышцы тела. Сознание тонет в волнах спокойствия и умиротворения, уносясь к скрывшемуся в ванной Чонгуку. Мозг любезно подкидывает картинку его будущего образа. Благодаря врожденной настойчивости, сопровождающейся умоляющим взглядом и поцелуями, Тэхен уговорил Чонгука купить на предстоящий вечер обычные брюки и пиджак. Делал он это отчасти, чтобы позлить дедушку. Задавшись целью, Тэхен специально заказал у маглов костюм, который, к слову, хоть и был отшит в магазине для волшебников, все же не являл собой что-то магическое или чересчур вычурное. Вторая часть причины, по которой пришлось налегать на поцелуи в попытке получить согласие, заключалась в том, что Чонгук в костюмах выглядел просто сногсшибательно. Складывалось впечатление, будто маглы для него их и создавали. У Тэхена рот слюной наполнялся, стоило увидеть, как ткань обтягивает упругое тело. Если ему предстояло провести целый вечер в компании незнакомых людей, то нужна была какая-то мотивация. А чем Чонгук не мотиватор? Особенно в хорошо сшитом и идеально подогнанном костюме. Выбор был сделан в сторону слегка зауженных книзу брюк и черного двухслойного пиджака с острыми лацканами и карманами, под который Чонгук собирался надеть кипенно-белую рубашку. Тэхен все разузнал, когда пытался помочь застегнуть пуговицы. Или расстегнуть. Сменяющие друг друга в мозгу изображения слишком многообещающие. Тэхен буквально сгорает от нетерпения. К счастью, Чонгук не заставляет себя долго ждать, появляясь из ванной и на ходу поправляя рукава. Как и владелец, костюм красивейший, просто невероятный. Чонгук еще и улыбается, даже не подозревая, что сейчас творит с Тэхеном, который едва сдерживается, чтобы не сорваться на жалобный скулеж. Почему его реальность выглядит как самый настоящий сон? — Привет, — салютует двумя пальцами Чонгук. — Да ты прямо сияешь, — расплывается в ухмылке Чимин, сверкая хитрым блеском в глазах. — В чем дело? — недоверчиво склоняет голову к плечу Чонгук. — Ни в чем, — невозмутимо отвечает Чимин и, поднявшись на ноги, разглаживает ткань костюма, который он тоже надел назло матери. — Просто понял, почему Тэхен настолько был одержим костюмами и хотел, чтобы ты был именно в нем. — Что ты здесь забыл? — нагловато спрашивает Чонгук, однако его бегающий взгляд говорит о том, что он все и так прекрасно понимает. — Вам нужно быть внизу через пять минут. — Ладно, спасибо за напоминание. Я готов, — Чонгук кивает и выжидающе смотрит на Тэхена. — Я тоже, — отзывается Тэхен, все еще откровенно пялясь на своего почти мужа. — Через пять минут спустимся. — Понял, ухожу, — громко вздыхает Чимин, но, добравшись до двери, внезапно останавливается: — Чонгук? — Да? — Я уже сказал Тэ, но… Мы хотим, чтобы вы двое знали, что мы здесь ради вас и нас не так легко напугать. Вы всегда можете положиться на нас. Чонгук переводит на него ясные глаза и расплывается в искренней улыбке: — Спасибо. — Мы любим вас и желаем счастья. Неожиданное признание удивляет даже Тэхена. Это, конечно, очевидно, но они очень редко говорят о таких вещах напрямую. — Ого, Чимин, — Тэхен заглядывает другу в лицо. — Мы просто… — усмехается тот, но его слова от этого не становятся менее серьезными. — Мы знаем, что вы совсем не этого хотите. Происходящее похоже на неудавшуюся шутку, и это нелегко, но мы пройдем все вместе с вами. — Ну, Чимин-и, — ноет Тэхен. — Спасибо очень-очень огромное! — Да, — чуть менее эмоционально реагирует Чонгук. — Мы ценим это. — И тоже любим вас! — Ага, примем к сведению, — проговорив это, Чимин меняет дружелюбную улыбку на привычную язвительную ухмылку. — Спускайте свои задницы, — он открывает дверь и в последний раз оглядывается. — Пять минут. Ты уже опоздал, — он захлопывает дверь с другой стороны и добавляет оттуда: — Это относится к тебе, Тэ! Тэхен заливисто смеется, но внимание его так и остается приковано к Чонгуку. Они наконец встречаются глазами. Тэхен уверен, что сейчас в его взгляде лишь восхищение и желание. Легкое настроение, оставленное Чимином, куда-то испаряется, и пространство в комнате резко заполняется большим количеством эмоций. Чонгук прислоняется спиной к стене. Вроде так близко, но в то же время так далеко. Тэхен поднимается на ноги и не спеша идет к нему. — Тэхен, — нарушает молчание Чонгук. — Мы должны идти. Тэхен мычит в ответ, и Чонгук вытягивает руку вперед. Возможно, чтобы удержать друг друга на расстоянии, но Тэхен рушит все планы, берясь за протянутые пальцы и сокращая разделяющие их сантиметры. — Ты великолепен. — Тэхен, — почти что скулит Чонгук, не стесняясь демонстрировать, какой эффект возымел на него комплимент, и мгновенно заливаясь едва заметным румянцем. — Да, любовь моя? — Тэхен подходит вплотную и поднимает лицо. — Нам пора. В последнее время Чонгук стал вести себя слишком правильно. Гораздо ответственнее, что ли. У него появилось неуместное чувство долга перед семьей Тэхена, поэтому он старается быть вежливым, любезным, уступчивым. Дедушка Тэхена должен радоваться, что его внуку в мужья достался такой прекрасный волшебник. — Один поцелуй, — шепчет Тэхен, вжимаясь еще сильнее. — Маленький, — предупреждает Чонгук, но попыток увернуться не предпринимает. — Пожалуйста, — выдыхает Тэхен ему в самые губы и тут же прижимается к ним своими. Чонгук обхватывает его лицо и отвечает на поцелуй. Совсем недолгое, нежное прикосновение, которое перетекает в еще одно. — Нам нельзя опаздывать, — бормочет он, сплющивая щеки Тэхена. — Заставлять себя ждать — не очень красиво. — Не хочу никуда, — гневно стонет Тэхен. — Да, ты ясно дал это понять, — Чонгук негромко смеется и, отпустив его лицо, с ласковой улыбкой переплетает их пальцы. — Пойдем. Тэхен тяжело вздыхает. Впереди их ждет долгий, скучный вечер с десятками фальшивых улыбок. Да уж, ну почему нельзя просто стать мужем Чонгука и послать всех к черту? Прием проходит в той части дома, которой семейство Ким никогда не пользуется, оставив ее как раз для рабочих и нерабочих встреч. Из положительных сторон то, что по дому не будут шататься посторонние. По лестнице Тэхен с Чонгуком спускаются, не разрывая рук. Чем меньше остается до главного зала, тем громче становятся голоса, которые по мере приближения сливаются в обычную шумную болтовню. Чонгук ободряюще сжимает Тэхена за руку, и тот натягивает на лицо вымученную улыбку. Их появление далеко от эффектного. Никто не встречает их под звуки фанфар или официальное объявление (Тэхен забраковал эту идею еще до того, как ее успели предложить), но незамеченными они не остаются. Столпившиеся у массивных дверей волшебники и ведьмы кивают им в знак приветствия и принимаются сыпать поздравления. Разговоры постепенно смолкают, а из-за поворачивающихся в их сторону голов Тэхен чувствует себя дорогим экспонатом на долгожданной выставке. По плану сейчас они должны подойти к семьям, ожидающим в самом центре украшенного зала, чтобы у гостей была возможность рассмотреть их со всех ракурсов, сделать предположения относительно чувств и понаблюдать воссоединение младших со старшими. Это вроде как символично и в то же время ужасно нелепо. Чонгук, словно прочитав мысли Тэхена, успокаивающе поглаживает его ладонь. Тэхен возвращает ему точно такое же поглаживание. Если бы не Чонгук, то он ни за что бы не вышел сюда на растерзание куче незнакомых людей. Миссис Ким смотрит на них с хорошо замаскированной встревоженностью. Тэхен быстро раскусывает ее, потому что они провели слишком много времени, чтобы он не умел считывать настоящие эмоции собственной матери. Сразу за Тэхеном с Чонгуком она, пожалуй, меньше всех в восторге от происходящего. Возможно, какая-то ее часть просто боится, что они с Чонгуком все-таки решатся на тайную роспись или, того хуже, отдалятся друг от друга из-за пристального внимания, которому они подвергаются и будут подвергаться в будущем. Такого сценария было бы не избежать, если бы сейчас Тэхена не держал за руку человек, ради которого он готов на все. Даже на публичную игру. — Тэхен, Чонгук, — распахивает руки дедушка Тэхена. — Спасибо, что присоединились к нам. За вежливыми поклонами следуют быстрые объятия. На несколько секунд переплетенные пальцы приходится разъединить, но Тэхен быстро сцепляет их обратно. — Должен признать: вы оба хорошо выглядите, — окидывает их взглядом Ким Тэу. — Хотя могли бы надеть традиционные корейские наряды. Они более уместны для такого важного события. Тэхен не сдерживает улыбки. Будучи ребенком, он всегда восхищался четкой, выразительной манерой речи дедушки. Ким Тэу имел хорошо поставленный командирский голос, который, к слову, никогда не повышал. Наблюдая за тем, как люди следуют его указаниям, Тэхен испытывал благоговейный трепет. С самого детства он знал, что дедушка очень важный человек, а потому невероятно гордился им. Ким Тэу возглавлял целое государство! Это каким же нужно быть могущественным и умным? Дедушка всегда был добр к Тэхену, находил время для игр, рассказывал о родословной их семьи и о развитии родной страны, а еще у него постоянно была припасена целая куча увлекательных историй. Поэтому в детстве Тэхен взирал на него с открытым ртом, заслушиваясь до беспамятства. Только повзрослев, он понял, почему его собственный отец уехал из родительского дома так рано. Чем старше становился Тэхен, тем больше он замечал и лучше понимал родителей. Отрывки подслушанных разговоров соединялись между собой, а многочисленные недомолвки и недосказанности раскрывались одна за другой. Абсолютная бескомпромиссность Ким Тэу не знала границ. У него были убеждения, которым он беспрекословно следовал, и мнение, которое он никогда не менял. Человек он был умный, добрый и справедливый. Тэхен признавал это и ценил, потому что благодаря ему и сам многому научился. Но его дедушка слишком уж был увлечен статусом и правилами поведения в обществе, а потому стремился навязать собственные ожидания другим. Тэхену с самых ранних лет многое разрешали, окружали духом свободомыслия, почти ничего не запрещали, и оттого так горячо любимые дедушкой правила казались какими-то неправильными. Родители всю жизнь ограждали его от ожиданий осуждающего общества, поэтому Тэхену никогда не было дела до того, что думают окружающие. Встреча с Чонгуком только укоренила правильность его действий. Чонгук, выросший с грузом этих самых ожиданий, годами сталкивался с ними на ежедневной основе. Тэхен знал, что они оставили на нем определенный отпечаток. Уж слишком много времени Чонгук провел в одиночестве и слишком много раз выслушивал, что он в чем-то недостаточно хорош. Он сильнее презирал стереотипное общество, но и понимал его лучше. В отличие от Тэхена, Чонгук научился жить со всем этим, в нужный момент умело угождал его дедушке, дяде и даже родителям, подстраивался под их желания, не стеснялся проявлять чувства. Возможно, и Тэхен смог бы так однажды, но не теперь, когда в его жизни есть Чонгук. Не когда Чонгук был готов ради него на тайную свадьбу, но из-за него же оказался в ловушке с кучей незнакомцев. И даже после всего этого Чонгук продолжал выбирать Тэхена. Он соглашался на все, что ему предлагали, и дал объявления во все газеты просто потому, что любит его. Поддался на все правила, лишь бы их брак состоялся. Тэхен совершенно не чувствовал необходимости вести себя подобающе. Он старался никогда не грубить мистеру и миссис Чон — из-за Чонгука, потому что только благодаря им он появился на свет, но тотчас же вступал в споры, только услышав в предложении «должен» или «обязан», и не знал пощады по отношению к собственному дедушке. Ради Чонгука и своего папы. А ожидания и рамки приличия могли пойти нахрен. — Нет, дедушка, — снисходительно качает головой Тэхен. — Чонгук гораздо лучше выглядит в костюме. Традиционная одежда ему не к лицу. Чонгук ощутимо стискивает его пальцы. Тэхен смотрит на него и натыкается на хмурые брови и сжатые губы. Но ему ли не знать, что под суровым выражением скрывается румянец. Миссис Ким кашляет, мистер Ким хватается за переносицу, больше пряча глаза, нежели действительно разминая нос, а Ким Джуен удивленно хмыкает. Зато родители Чонгука остаются неподвижны, решив вместо этого взглядами просверлить в них обоих дыры. — Тэхен… — в низком ровном голосе его бабушки слышится упрек. Кажется, одного Ким Тэу не беспокоят слова внука. Проигнорировав замечание, он произносит: — Здесь много людей, с которыми я хочу познакомить вас, и которые хотят познакомиться с вами. Окажете мне услугу? Тэхен согласно кивает. Все конфликты уже исчерпаны. Все, что можно было выиграть, он выиграл, все, что можно было проиграть — проиграл. Сегодня было много споров и компромиссов, но они все-таки смогли прийти к единому решению. — Дайте мне сначала нормально обнять их, — чисто из вежливости вмешивается миссис Ким. Разрешение на подобные вещи ей не требуется. — Милый, — выдыхает она, сжимая Тэхена в объятиях. — Вы сегодня у нас такие красивые, — переключившись на Чонгука, женщина прижимает к себе и его. — Еще раз поздравляю! Ее слова словно возвращают в реальность всех членов семьи, которые тут же присоединяются к поздравлениям. — Так, ладно, пойдемте, — нетерпеливо произносит Ким Тэу после небольшого обмена любезностями и подталкивает Тэхена с Чонгуком к группе людей у бара. — Господин Гок, — обращается он к пожилому мужчине. — Позвольте познакомить Вас с моим внуком, Тэхеном, и его будущим супругом Чонгуком. Думаю, Вы слышали о том, что он прославленный игрок в квиддич. Господин Гок и находящиеся с ним волшебники кивают в знак приветствия. — Конечно, — широко улыбается мужчина и протягивает руку. — Благодарю за приглашение, и примите мои поздравления с помолвкой! Здесь восхитительно! Господин Гок оказывается бывшим министром, а чего именно — Тэхен благополучно забывает. Они жмут друг другу руки и перебрасываются парой фраз ради приличия. Тэхен изо всех сил старается не проболтаться о том, что этот прием ни он, ни Чонгук не просили и уж тем более не организовывали. В итоге следующий час сливается в бесконечную череду знакомств со всевозможными чиновниками, политиками, послами, дипломатами, давними друзьями семей и высокопоставленными людьми из разных мест. Приветствия, поклоны, вежливые улыбки, и так по кругу. В итоге, удовлетворенный, Ким Тэу отпускает их, поспешив к старому другу обсудить какие-то важные вопросы. После его ухода Тэхен моментально расслабляется и хватает Чонгука под локоть, пару раз пальцами жмякнув напрягшийся бицепс. — Люблю тебя, — шепчет он ему в самое ухо и тащит сначала к «Соколам», затем к своим коллегам и уже после к общим школьным знакомым. Лишь спустя полчаса им наконец удается добраться до собравшихся в углу зала лучших друзей. Тэхен к этому моменту уже готов на стену лезть от бесконечных разговоров, и только благодаря Чонгуку, упакованному в идеально подчеркивающий фигуру костюм, он продолжает стойко держаться на ногах. — Ну, — первым голос, как обычно, подает Сокджин. — Как настроение у будущих молодоженов? — Мне нужно выпить, — выдыхает Тэхен. — И мне, — соглашается с ним Чонгук. — Шампанское на подносах, но если душа желает чего-то другого, то можно пройти к бесплатному бару, — приподнимает бокал Хосок. — Отличное решение, между прочим, — комментирует Сокджин. — Ваши родственнички, конечно, постарались на славу, устроив это великолепие. — Не считали, со сколькими людьми переговорили за сегодня? — интересуются Чимин, похоже, забавляясь над чужими страданиями. — Даже знать не хочу, — фырчит Тэхен. — Мы хотели обойти максимум человек сто, но у меня ощущение, будто мы прошли целый миллион. — И половину из них мы не запомнили. — Принести вам что-нибудь выпить? Или поесть? — сочувственно улыбается Намджун, как всегда, единственный, кто не наслаждается их мучениями. — Спасибо, Намджун, — благодарно кивает Чонгук. — Я схожу с тобой. — Я тоже с вами, — тут же реагирует Тэхен и, обращаясь к Чонгуку, шипит кошкой: — С ума сошел? Не смей оставлять меня одного. Чонгук возводит глаза к потолку, а после улыбается Намджуну: — Ладно, не переживай, мы вдвоем справимся. — Может, просто пойдем все вместе? — предлагает Юнги. — Лично я не откажусь от добавки. Добраться до бара оказывается непросто. На каждом шагу их останавливают то волшебники, то ведьмы, которых они впервые видят. Учитывая, что теперь они идут не вдвоем, а всемером, уровень внимания возрастает в разы. Намджун и тот не остается незамеченным с таким количеством сотрудников из Министерства. За стойкой их встречают несколько молоденьких барменов, которые хоть и пялятся во все глаза, но не засыпают кучей ненужных вопросов, что уже делает это место привлекательнее других в зале. Бар сделан в виде стеклянной сферы, парящей в нескольких метрах над полом. По периметру неспешно плавают свечи, а у стеллажей вьются стаканы с бутылками, отражая язычки пламени. Тэхен мысленно восхищается тщательно продуманным дизайном, который являет собой прекрасное использование магии в архитектуре. — Один бокал красного вина, пожалуйста, — Тэхен поворачивается к Чонгуку. — И? — Старый огненный виски Огдена. Чистый. Тэхен загорается, как лампочка. Он не очень любит виски, но ему нравится слизывать пряный вкус с губ Чонгука и чувствовать на коже разгоряченное дыхание. — Даже не думай, — предупреждает Чонгук, вмиг раскусывая чужие мысли. — Не думать о чем? — Тэхен придвигается ближе, хватается за лацкан пиджака и ведет по нему пальцами. — Обо всем, что сейчас в твоей голове, — Чонгук не сводит глаз с пальцев, скользящих вниз по ткани. Тэхен добирается до пуговицы, скрепляющий полы пиджака, и тянет за нее, заставляя их грудные клетки соприкоснуться. — Не хочу расстраивать, но тебя там нет, — тихо говорит он. Дыхание Чонгука ласкает ему щеку, а руки упираются в бедра в попытке отодвинуться. Тэхен с такими его действиями категорически не согласен, а потому лишь крепче впивается пальцами в пиджак. Хотя если бы Чонгук хотел, он бы уже давно оттолкнул, потому что силы в нем явно больше. Однако Чонгук ничего не делает, и это странным образом обнадеживает. — А мог бы, — продолжает Тэхен опалять мочку жарким шепотом, почти касаясь кожи губами. — Да? На этот раз Чонгук действительно отталкивает его, и Тэхен вынужден сделать шаг назад. — Прекращай, — предупреждающе сужает глаза Чонгук. — Что прекращать? — Дразнить меня. Ты и так делал это всю ночь. — Неправда, — прикидывается Тэхен невинной овечкой. Ответить Чонгуку не дает бармен. — Ваши заказы, пожалуйста, — говорит он, сверкая до невозможности красными ушами. — Спасибо, — вежливо отвечает Чонгук. — Эй, — перед ними материализуется Хосок. — Может, уделите нам немного внимания? Мы вроде как ваши гости. — Вот именно! — Сокджин делает глоток какого-то непонятного цвета коктейля. — Хватит флиртовать! Этим можно заняться и после приема. Тэхен тяжело вздыхает, но решает последовать совету. Они находят местечко в самом конце зала, где не так многолюдно. Им никогда не бывает скучно в своей компании. Сейчас, лишь бы избежать нежелательных бесед с другими гостями, они даже умудряются сыграть в «Кто кого?». Чимин постоянно подшучивает над виновниками торжества, обзывая их неженками, тем не менее сам тоже не спешит уходить в толпу. Однако и эта недолгая передышка заканчивается слишком внезапно. — Дамы и господа, — раздается голос Ким Тэу, и гости прерывают свои разговоры, погружая зал в почтительную тишину. Дедушка Тэхена, широко раскинув руки, стоит недалеко от бара, а позади него — семьи Тэхена и Чонгука. — Уважаемые друзья, коллеги! Спасибо, что присоединились к нам сегодня по такому радостному случаю! — О нет, — хнычет Тэхен, и Чонгук тотчас же тянется к его ладони. Сокджин рядом не отказывает себе в ехидном смешке. — Я горжусь тем, что нам всем удалось собраться, чтобы отпраздновать столь важное событие в нашей семье. Мы счастливы объявить о помолвке моего внука Ким Тэхена и его будущего супруга Чон Чонгука, — зал взрывается громкими аплодисментами. — Тэхен, Чонгук, пожалуйста, подойдите сюда, — приглашает их Ким Тэу. Тэхен недоуменно застывает на месте, не веря своим ушам, поэтому Чонгуку снова приходится взять инициативу на себя. Успокаивающе погладив его за большой палец, он ведет Тэхена к центру. — А вот и они, — тем временем расплывается в улыбке Ким Тэу. — Дорогие гости, разрешите представить вам наших Тэхена и Чонгука! Сопровождаемые аплодисментами собравшейся элиты Тэхен и Чонгук кланяются. Ким Тэу рассоединяет их и закидывает руки каждому на плечи. Тэхен чувствует себя зверушкой в магловском цирке и сильнее распаляется оттого, что не может держаться за родную руку. — Тэхен и Чонгук, как вы наверняка слышали, познакомились еще в Хогвартсе и наконец-то решили сделать большой шаг, избавив нас от страданий. Мы невероятно гордимся ими и рады, что они объединят семьи Ким и Чон. Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать это событие и попросить вашего благословения, — он чуть отступает и взмахивает рукой. Стоящая неподалеку ведьма с помощью палочки отправляет в их сторону три бокала с шампанским, а следом и остальным присутствующим в зале. — Давайте поднимем бокалы за моего настоящего внука и будущего! — смеется Ким Тэу. Десятки наполненных бокалов взмывают вверх. Тэхен, не сводя глаз с Чонгука, протягивает ему руку и, только когда чувствует ответную хватку, приподнимает бокал. — За Тэхена и Чонгука! Пусть ваша совместная жизнь будет наполнена взаимоуважением, богатством и счастьем! Ким Тэу делает первый глоток, и остальные гости следуют за ним. С разных сторон начинают сыпаться напутственные слова и поздравления. Тэхен салютует Чонгуку шампанским и произносит: — Я тебя навсегда. — Я тебя люблю, — дарит ему улыбку Чонгук. Тэхен залпом осушает бокал. Желание покинуть душное помещение, несмотря на его размеры, растет с устрашающей скоростью. Он еще раз с должным уважением и даже благоговением встречает гвалт многочисленных голосов и, когда все стихает, а внимание людей переключается, он, отправив бокал на плавающий по воздуху поднос, идет в сторону своей семьи. Кинув взгляд на отца, Тэхен пытается понять, знал ли тот о чем-нибудь, но, судя по держащей его за руку матери, становится очевидно, что они тоже были не в курсе. — Что это было? — резко спрашивает Тэхен. Идущий рядом Чонгук приобнимает его за талию. Только вот в качестве предупреждения или поощрения — непонятно. — Просто так вышло, — улыбается Ким Тэу. — Я не хотел ничего плохого, Тэхен. — Мы же договаривались: без речей! — терпение Тэхен достигает предела, и раздражение, которое он подавлял в себе с самого утра, выплескивается через край. — Мы согласились на этот прием, на то, что ты пригласишь сюда своих знакомых и коллег, что ты представишь нас всем, кому захочешь! Но мы не соглашались на речь. Мы же несколько раз повторили это! — Мне показалось, что это было к месту, — на морщинистом лице Ким Тэу не проскакивает ни единой хмурой эмоции. — Мы просто хотели порадовать вас. Тэхен делает шаг к нему и, стараясь говорить как можно тише, произносит: — Не думай, что мы не заметили, что здесь больше сотни гостей. А это еще одно нарушение нашего договора. — Тэхен, давай-ка без сцен, — невозмутимая маска Ким Тэу потихоньку начинает трескаться. — Эти люди собрались здесь, чтобы поздравить вас. — Еще раз выкинешь что-нибудь подобное, и мы все сделаем сами. Без вас. — Не дури, Тэ… — Я ясно выразился? — Ты ведешь себя сейчас очень неуважительно, — в глазах дедушки мелькает что-то похожее на страх. — И в кого ты такой неблагодарный? Посмеешь пренебречь желаниями своей настоящей и будущей семьи? — Даже колебаться не буду. — А как насчет пожеланий твоего жениха? — При всем уважении, господин, — Чонгук опережает Тэхена с ответом. Голос у него спокойный, но твердый. — Я сразу дал понять нашим семьям, что, когда дело дойдет до свадьбы, я сделаю все, что пожелает Тэхен. Его желания — мои желания. Если он захочет просто расписаться, где будем только мы вдвоем, я поддержу его. Тэхен любит этого человека. Обожает до невозможности. До самой глубины души. У Ким Тэу распахиваются от удивления глаза, и недовольно поджимаются губы. Он явно злится, но ему приходится сдерживаться. Спорить на глазах у такого количества уважаемых людей он никогда не будет, и это почему-то радует. — Мы уходим. Попрощайся с гостями за нас, — Тэхен слегка кланяется, но не из почтения, а потому что так того требуют правила. — Вы не можете так просто взять и уйти! Это полное неуважение ко всем, кто здесь находится, — наставительным тоном говорит Ким Тэу. — Надо было думать раньше. Тэхену не терпится покончить со всем этим спектаклем. Он перекидывается парой слов с остальными членами семьи, кланяется родителям Чонгука и целует в щеку бабушку и маму. — Мне жаль, что так вышло, — говорит он. — Все в порядке, — отвечает мистер Ким, и по блеску в глазах можно понять, что он забавляется над происходящим. Тэхен подходит к Чонгуку, и тот в который раз за вечер сплетает их пальцы. — Прости, я не хотел, — шепчет Тэхен. — Но я так злюсь сейчас. — Я вижу, — хмыкает Чонгук. — Тебе не нужно извиняться передо мной. — Я был в шаге от того, чтобы реально закатить скандал на глазах у всех. — Вряд ли кто-то вообще хоть что-то заметил. — Ты ведь не против уйти? — Нет. — Тогда надо попрощаться с остальными. Сокджин, увидев их, тут же расцветает широченной ухмылкой и интересуется: — Что-то пошло не по плану, что вы такие недовольные? — Было так заметно? — Не очень, — качает головой Юнги. — Но мы наблюдательные. — И ты вскользь упоминал, что речь не входит в часть вашей с дедушкой «сделки». — Это не сделка, — возражает Тэхен. — Это соглашение. — Раз так, то, может, больше не стоит соглашаться на словах, а делать все в письменном виде? — предлагает Чимин. — Имей я дело со своей матерью, так бы и сделал, честное слово. — Возможно, — наверное, им действительно стоит подумать об этом. — Уже уходите? — интересуется Намджун. — Ага, — кивает Тэхен. — После устроенного шоу захотелось эффектно уйти, поэтому я пригрозил дедушке, что, если он еще раз выкинет что-то подобное, мы все-таки устроим тайную роспись. Вспышка смеха накрывает сразу семерых. Хосок с Сокджином приподнимают бокалы в глумливом тосте. — Неплохо, — весело ухмыляется Чимин. — Ладно, хорошенько повеселитесь тут, — широко улыбается им Тэхен. — Если кто-нибудь спросит о нас, сможете что-нибудь придумать? — получив пять одновременных кивков, он добавляет: — Спасибо, что разделили с нами этот день. В ответ тут же раздается хор ворчаний о том, что иначе быть не могло. — Увидимся, — машет Чонгук свободной рукой. — Не хотите выпить перед поездкой? — Мы не едем домой, останемся тут, только наверху. Завтра еще бранч, на котором вы тоже присутствуете, если вдруг забыли. — Да знаю я, — закатывает глаза Сокджин. — Я имел в виду другую поездку, где ты катаешься на Ч… — Отличная идея, — перебивает друга Тэхен. — Я так и думал, — Сокджин достает из мантии палочку и с ее помощью подтягивает шампанское. — Целая бутылка? — ловит ту Чонгук. — У вас еще вся ночь впереди, — криво ухмыльнувшись, Сокджин пожимает плечами. — Благодарствуем, — говорит Тэхен, а Чонгук следом желает всем хорошего вечера. Они выходят из зала и как только оказываются за пределами слышимости, Тэхен не выдерживает: — Как он посмел сделать что-то подобное? Мы же прямо сказали, что не хотим этого! — Наверное, он не думал, что ты говоришь серьезно, и что будешь сопротивляться. — Ну и хрен с ним, Мерлин! Хрен с ним! Он еще не знает, что его ждет! — Думаю, теперь догадывается, — весело отзывается Чонгук. Тэхен резко тормозит посреди пустого коридора, который уже в той части дома, что предназначена только для семьи. — Извини меня. Я не хотел приплетать еще и тебя. Мне надо было хотя бы предупредить. — Не извиняйся, маленький, — улыбается Чонгук. — Ты держался молодцом. — Спасибо, что отстоял наше решение. — Ты сомневался во мне? — приподнимает одну бровь Чонгук. — Ни на секунду, — довольно фыркает Тэхен. — Рад слышать. Снизу доносится слабый шум вечеринки, а они просто продолжают стоять друг напротив друга в коридоре, где, кроме них двоих, нет ни единой души. — А теперь поцелуешь меня? Секунду Чонгук не двигается, а уже в следующую притягивает Тэхена к себе, попутно перемещая их в спальню. Откинув бутылку на кресло, он толкает его на кровать и нависает сверху. Тэхен падает на спину и полностью разрешает вести. От прикосновений влажного языка кожа будто плавится. Чонгук проводит пальцами по его губам, а потом припадает к ним в поцелуе. Медленном, неторопливом, который словно позволяет попробовать на вкус каждый сантиметр теплого рта. Руки в собственном темпе продолжают бродить по телу под ним. Он очерчивает языком контур губ Тэхена, прикусывает их по очереди и, двигаясь от уголка к уголку, смачивает слюной. Тэхен хватается за рукава чужого пиджака, но все равно теряется в прикосновениях. Чонгук толкается в его рот кончиком языка и осторожно ощупывает изнутри щеки. Тэхена пробивает крупной дрожью, и Чонгук утягивает его в долгий поцелуй. Второй, третий. Он исследует рот Тэхена до тех пор, пока не добивается слабого скулежа. Тэхен задушено выдыхает ему в рот, и Чонгук разводит его ноги коленом, заставляя раскрыться сильнее. Тэхен выгибается навстречу и жадно атакует очередным поцелуем. — Любовь моя, — глухо стонет он в моменты передышек. На языке у него оседает горьковатый вкус виски, а голова непроизвольно начинает кружиться. Прижимая их тела друг к другу, Чонгук со всей присущей ему страстью целует изогнутую шею. Благодаря ему Тэхен забывает обо всем на свете. Да и не существует сейчас ничего кроме.