Лесная дева, или Лаириэль — дочь лета.

Поначалу идти было легко. Лаириэль без каких либо усилий шла по снегу, не проваливаясь и не оставляя следов, так же как и Леголас. Вскоре девушка заметила, что с неба начали падать снежинки. Через каких-то десять минут начался настоящий снегопад, дальше вытянутой руки не было видно ничего. Сквозь вой ветра можно было услышать злобный голос. — Что это за голос? — озвучил мысли девушки Леголас. — Это Саруман. — Гэндальф, нужно что-то делать с твоими полуросликами, они так скоро насмерть замёрзнут. — сообщил Боромир. Обернувшись, Лаириэль поняла, что дело обстоит и в правду плохо. Бедные хоббиты, согнувшись в три погибели, едва ковыляли, и казалось, они готовы упасть прямо тут. Даже Гимли — гном, а этот народ славится своей выносливостью, угрюмо ворчал. — Алмазик, ты что, мифриловая? — проворчал Гимли, видя, как девушка в лёгкой одежде спокойно стоит, полная сил и судя по всему, ей было даже не холодно. Девушка не успела ответить, так как все услышали, как из окружающего их мрака донеслись странные звуки. Вдруг Лаириэль увидела, как откуда-то сверху начал падать камень, и падал он прямо на Леголаса, подлетев к нему девушка оттолкнула мужчину от места падения камня, но вот одну вещь она не рассчитала — по инерции она как раз встала под удар. В следующию секунду компанию заволило снегом, а девушка почувствовала пронзительную боль в руке. Первым из плена снега вырвался Леголас, следом за ним Арагорн и все остальные. Думаю, не стоит описывать душевное состояние принца при мысли о том, что девушка пострадала, а может, даже умерла из-за него. Он бросился к тому месту, где ее должно было завалить, и судорожно начал раскапывать снег. Поняв, что происходит, Арагорн с Боромиром бросились помогать аранену. Вскоре они наткнулись на руку, а дальше и раскопали все тело. Красивое лицо лихолесского принца исказил ужас. Удар пришёлся на левую руку. Камень не раздробил ее, но оставил огромную рану от плеча до запястья. Вся рука и все вокруг было в крови. Братство в шоке, ужасе и скорби встало как вкопаное… ну, или почти все. — Ну все, хватит валяться, Лаириэль. Где твоя хвалёная регенерация? — промолвил маг. Все возрились на него, как на полоумного, но в следующию секунду со стороны безжизненного тела послышался стон, а дальше и слова: — Гэндальф, ты бессердечный… помогите, пожалуйста, мне встать. — полностью ошарашеные Леголас с Боромиром подняли девушку и положили на сооружение, похожее на кровать, которое успели смастерить хоббиты. Спустя час, рана от плеча до локтя полностью затянулась, не оставив шрамов. Ещё через час она полностью исчезла. Все единогласно решили, что о том, чтобы идти дальше, не может идти и речи. Решили, что утром Братство отправиться назад. Долго не могли решить, куда пойти дальше. В итоге, решающее слово дали хранителю кольца: — Мы пойдём через Морию. — решил Фродо. Лаириэль это решение не очень обрадовало. Идти в Морию не хотелось никому. Гимли и Леголас не отходили от постели Лаириэль. Гимли причитал что-то на подобие «как же тебя так угораздило, алмазик». А принц выглядел до крайности угрюмым и взволнованным. Переодически он бросал раздраженные взгляды на гнома. Арагорн тоже часто подходил удостовериться, что все нормально. Девушка сама не заметила, как начала неотрывно смотреть на аранена. Он был воистину красив, голубые глаза, взглянув в которые, можно было утонуть. В голове пронеслась мысль «а не влюбилась ли я?». Такая мысль достаточно отрезвила девушку, и она подумала «нет, конечно же, нет. Влюбиться?! Сейчас?! Сейчас не время об этом думать, приди в себя, Лаириэль». Она, так сказать, на последок украдкой взглянула на аранена и обнаружила, что он тоже неотрывно смотрит на неё, увидев, что девушка это заметила, он тут же отвел взгляд и уставился на огонь. Кто знает, может, он думал о том же? Когда же рука полностью зажила, все (а в особенности, как не странно, Леголас) выдохнули с облегчением. — И какие ещё секреты ты таишь? — — удивлённо спросил Боромир. — Если я скажу, они перестанут быть секретами. — улыбаясь и потирая запястье, сказала девушка