Цена жизни

      Юно подпирал голову рукой, внимательно рассматривая бледное лицо перед собой, и совершенно не замечал своей до ужаса глупой, даже жуткой улыбки. — Вкусно? — Юно понятия не имел, к чему задал этот вопрос, но отступать уже всё равно было поздно. — Приемлемо, — Тэён кивнул, даже не взглянув на собеседника. — Так, значит, тебе было двадцать, когда ты стал демоном? — Юно решил возобновить свой допрос на том, где они остановились в последний раз. Тэён в ответ кивнул. — И что сделало тебя… таким? — Каким? — Тэён холодно усмехнулся. — Живым мертвецом? Существом, которое пугает всех одним своим видом? — Ерунда, — отмахнулся Юно. — Я вот нисколько не боюсь тебя. — А стоило бы, — демон покачал головой. — Откуда тебе знать, что я не убью тебя в следующую же секунду? — Ты не сделаешь этого, — уверенно заявил Юно. — Что бы ты ни говорил, тебе нравится моё общество. Если бы это было не так, ты бы не спасал мою жизнь дважды. И ты бы точно не вернулся, чтобы разделить со мной чашку чая.       Тэён промолчал. Юно усмехнулся, решив закрыть эту тему, потому что, очевидно, из этого демона ему признания не вытянуть. — Хорошо, — Юно опустил руки, сложив их перед собой на столе. — Что всё-таки заставило тебя стать демоном?       Тэён молча посмотрел на него. Юно не первый человек, который узнал о том, кем он является на самом деле. Но Юно совершенно точно первый человек, способный говорить об этом так просто, словно само слово демон не несет в себе ничего ужасного. Юно единственный, кто не изменил своего отношения к нему, кто не стал пресмыкаться перед ним, умоляя сохранить жизнь. Это удивляло и смешило в равной степени. — Если я расскажу тебе свою историю, ты оставишь меня в покое? — Тэён вздохнул, поставив чашку на стол. — Не могу обещать, — честно признался Юно, пожав плечами, и усмехнулся.       Тэён помолчал некоторое время, рассматривая лицо юноши перед ним, ища на нём ответы на какие-то свои вопросы. И, видимо, нашел, поэтому начал говорить. — Я никогда не видел моего отца — по крайней мере, не видел его живым. Моя мать была служанкой императора, но она отличалась выдающейся внешностью, и император решил воспользоваться ей. Она забеременела и рассказала ему об этом, а он выкинул её на улицу и запретил когда-либо появляться во дворце. Потом он, конечно, вернул её, чтобы она точно не рассказала обо мне в мире, и поселил в дровнике, где я и родился. Отец умер, когда мне было два. Естественно, новый император выставил мою мать на улицу. Мы скитались по городу, выпрашивая еду, ночуя где придется. Так продолжалось три года, пока мама не встретила владелицу борделя, которая предложила ей жилье и еду с условием, что она будет торговать своим телом. Могла ли мама отказаться? Нет, у неё не было выбора. У неё никогда не было выбора. Мы жили в публичном доме пять лет — это были самые спокойные годы для нас. Мама всегда была рядом и утешала меня, обещала, что у меня будет лучшая жизнь. Она прятала деньги, чтобы потом, когда я вырасту, я мог уехать оттуда. Я верил ей и каждый день представлял, как мы уедем вместе, маме не придется торговать собой и мы будем наконец счастливы. Однажды вечером мама не вернулась. Я ждал её до самого утра. Тем утром тётя Ли сообщила мне, что мамы больше нет. Старый извращенец хотел добавить остроты и начал душить её — и он не смог остановиться вовремя. К счастью для него, когда я нашел его и был готов сломать ему шею, его труп уже гнил под толщей земли. В десять лет я остался один, но тетя Ли, помня о том, как много денег ей принесло тело моей матери, не стала выгонять меня и позволила зарабатывать, работая на неё. Я выполнял всю грязную работу и получал копейки, но у меня была постель и еда, я не смел жаловаться. Даже когда её дети издевались надо мной, я не смел жаловаться. И я терпел много лет. Когда мне было восемнадцать, я ушел. У меня было достаточно денег, которые для меня оставила мама и которые я заработал сам, и я смог покинуть это отвратительное место и отправиться странствовать. Каждый день я изучал боевые искусства по книгам и работал, чтобы мне было, чем оплачивать новые книги и комнаты на постоялых дворах. Я скитался по миру около года, прежде чем встретил того ублюдка. Он сказал, что может стать моим учителем. Сказал, что научит меня боевым искусствам и поможет отомстить за мою мать. Я поверил ему — конечно, я поверил, я был слишком ослеплен ненавистью и жаждой мести. Он действительно многому научил меня. Но это было не ради меня. Он был главой умирающей секты и всем сердцем желал восстановить былое могущество, но его мастерства было недостаточно. Зато во мне было достаточно ненависти и убийственного намерения для того, чтобы развивать демоническую сущность. Он превратил меня в машину для убийств и решил воспользоваться мной, чтобы возродить свою секту. Чего он не знал, так это того, что я желал смерти только тем, кто как-либо навредил мне. Я хотел смерти для того извращенца, но опоздал. Я хотел смерти для своего отца, но и для этого было поздно, и я решил, что тогда могу убить его сына. Я был в шаге от того, чтобы лишить того ублюдка жизни, но что-то остановило меня. Что-то, что говорило в моей голове её голосом, называло меня своим солнышком и желало счастливой жизни. Это не та жизнь, которую для меня хотела мама. Она не была бы рада увидеть, что её сын превратился в это. Мне стыдно перед ней за всё, что я сделал, за то, кем я стал. Я мечтал умереть — это был бы единственный достойный поступок, и я бы смог увидеть маму и вымолить её прощение. Но я не смог умереть. Я не смог сделать для неё даже этого. Я убил того ублюдка сразу же, как только узнал, что он хочет от меня на самом деле. Я не хотел делать этого, но он просто не оставил мне выбора. И последние триста лет я искал способ умереть. Мечтал о том, что увижу маму снова, что обниму её, что услышу её голос. Мечтал о том, что она простит меня. Недавно я узнал о Священном Писании. Конечно, я слышал о нем раньше, но не думал, что в нем есть какая-то ценность для меня, пока не встретил одного старика. У меня впервые за много лет появилась надежда, но всё это оказалось бесполезно: книга оказалась обычной подделкой, я снова не смог умереть. Но это ничего, я найду способ. Обязательно найду.       Юно смотрел на него с широко раскрытыми глазами. Когда Тэён замолчал, очевидно, не собираясь ничего добавлять, он громко выдохнул, сцепив руки в замок, чтобы подавить дрожь. Тэён, заметив это, только усмехнулся. — Ты… Ты такой… Ах, Тэён, ты такой… — Юно запнулся, не зная, что должен сказать, как выразить все свои эмоции. — Такой жестокий? Кровожадный? Отвратительный? — Тэён смотрел на него, терпеливо ожидая, что он скажет.       Юно не хотел говорить ничего из этого. Конечно, он не настолько глуп, чтобы не понимать, как много людей погибли из-за Тэёна, погибли от его рук. Но он также понимал, что у Тэёна были для того весомые причины. Он не убивал ради удовольствия. Он пережил слишком много, потерял единственного близкого человека — конечно, он желал отомстить.       Юно всё это понимал. Да и, в конце концов, кто он такой, чтобы судить кого-то за его поступки? — Ты удивительный, — сказал Юно в итоге. В этих словах не было ни капли лжи: именно таким он и видит этого демона перед собой — удивительным в своей ненависти к несправедливости, с которой он столкнулся, и в своем поистине мягком сердце, которое он тщательно прячет от чужих глаз. — Не говори глупости, — хмыкнул Тэён, отвернувшись от него. — Но это правда! — Юно вскочил со своего места и упал на колени рядом с Тэёном, схватив его за руку. Тэён вырвался, но Юно схватил его снова. — Я действительно считаю тебя удивительным. Ты пережил так много всего, но никогда… Ты любящий сын, который желает справедливости для своей матери — я понимаю это. Я не думаю, что ты был не прав в том, что сделал. И я действительно не считаю тебя отвратительным, Тэён.       Тэён внимательно смотрел на его лицо несколько минут, ничего не говоря. В голове эхом раздавались чужие слова.       Удивительный. Любящий сын. Не считаю тебя отвратительным.       Юно смотрел в ответ. Его темный взгляд блуждал по чужому лицу, отчаянно стараясь запечатлеть каждую деталь. Сам того не замечая, он потянулся рукой к этому прекрасному лицу, мягко касаясь щеки кончиками пальцев. Кожа была холодной и нежной — точно такой, какой Юно представлял её. Он слегка подался вперед, приблизившись к лицу Тэёна, но тот резко поднялся, прежде чем случилось непоправимое.       Юно не успел сказать ни единого слова: Тэён всего на секунду посмотрел на него с привычным безразличием, прежде чем исчез, словно его тут никогда не было.       Юно не понимал, что чувствует. Он сидел на полу своей комнаты, и тишину нарушали лишь тихие звуки с улицы. В лунном свете блестел остывший чай, ещё не утративший свой приятный аромат. Вокруг было так много всего, но Юно казалось, что он в совершенно пустой комнате, где даже тихое дыхание отдает громким эхом от тонких стен, которые, однако, было невозможно сломать.       Юно чувствовал, словно прямо из его груди вынули что-то важное, оставив лишь зияющую дыру. Но вынули точно не сердце: будь это так, оно бы не болело так сильно от одной мысли об этом старом демоне, о котором и вовсе не следовало бы думать. Юно давно нужно было забыть о нем — их ничего не связывало и не могло, они слишком разные.       Но Юно не забывал.       Каждый день молодой господин Чон проводил в своей комнате, не покидая её даже для приема пищи. Служанки много раз пытались вытащить его на прогулку, передавали ему приглашения посетить родительский дом, но всё было бесполезно. Им казалось, будто их хозяин утратил душу, но они даже не представляли, что могло послужить причиной этого.       День за днем Юно думал о том, как он умудрился оказаться в такой ситуации. В его жизни было место многим чувствам — плохим и хорошим, — но среди них никогда не было такой тоски. Он находил и терял многих людей, но это никогда не было для него такой серьезной проблемой — настолько серьезной, что он забывал обо всём на свете, целиком погружаясь в пучину своей грусти. Его по-настоящему пугало то, как сильно он оказался зависим от одного-единственного человека.       Которого и человеком сложно назвать.       В один из вечеров, когда Юно пытался насладиться свежим чаем и отвлечься от мыслей о Ли Тэёне новой книгой, служанка тихо постучала в его дверь и, получив от него разрешение войти, неуверенно протянула ему небольшой свернутый лист. Девушка сказала ему, что записку передала личная служанка Йерим, и поспешила уйти. Юно вздохнул и, отложив книгу, развернул записку.

Надеюсь, ты в порядке. Отец ничего не объяснил мне и запретил общаться с тобой. Я не могу этого допустить. Встретимся на нашем месте сегодня в полночь. Не опаздывай, у нас будет мало времени.

      Юно вздохнул снова. Меньше всего сейчас ему хотелось бы видеть её. Конечно, она всё ещё его лучшая подруга, и то, что случилось между ним и её отцом, никак не влияет на их взаимоотношения. Но Йерим потребует от него объяснений, которые он не в состоянии ей дать, и ему не хотелось бы ещё одной головной боли.       Но он не мог отказаться от этой встречи, зная, каких усилий стоит Йерим покинуть дворец. К тому же, девушка назначила встречу в полночь, что может быть опасно для неё, если она останется одна. Хотя Юно едва ли способен по-настоящему защитить её, по крайней мере он может сделать всё возможное, чтобы дать ей возможность сбежать.       Их местом было старое полуразрушенное поместье за городом. Они обнаружили его случайно несколько лет назад и часто встречались там, чтобы оставаться вдали от чужих глаз и надзора императорской стражи. Никто не мог сказать, кому принадлежало когда-то это поместье: Юно пытался выяснить это, но все испуганно уходили от ответа, так что он давно перестал пытаться. В любом случае, никто не совал туда носа, поместье выглядело вполне безопасным, так что они не особо задумывались об этом в конце концов.       Прячась за темной мантией с капюшоном, Юно добрался до поместья к полуночи и сразу направился в самую дальнюю комнату первого этажа. Он успел только снять верхнюю одежду, когда дверь открылась и на пороге показалась небольшая фигура в похожем на его собственное одеянии. — У нас очень мало времени, — Йерим скинула с себя плащ и уселась за стол, скрещивая руки на груди. Юно неохотно сел перед ней. — Что произошло в тот день? — Ничего особенного, — Юно безразлично пожал плечами. Йерим недовольно взглянула на него, и он не сдержал тяжелый вздох. — Его Величество, конечно же, не поверил в нашу ложь. Решил, что меня подкупила демоническая секта. — Ты рассказал ему правду? — Нет, — Юно покачал головой. — Я молчал до последнего, и Его Величество едва не лишил меня жизни. Но появился Тэён, взял на себя кражу Писания и забрал меня оттуда. Если бы не он… не знаю, смогли бы мы вот так поговорить еще раз. — Тэён? — Йерим недоуменно уставилась на него, не понимая, о ком идет речь. — Ли Тэён, — кивнул Юно. — Тот самый змеедемон. — Ты снова встречался с ним? И он… спас тебя? — Йерим смотрела на него теперь удивленно, не веря своим ушам. — Да, вроде того, — Юно снова кивнул, сам не веря в то, что сказал. — Я не ожидал увидеть его в тот день. Он сказал, что воспользовался мной, чтобы попасть в секретную секцию. А потом он сделал что-то, и мы мгновенно оказались за пределами дворца. Сам не понимаю толком, что произошло тогда. Прошел уже целый месяц, с тех пор я больше его не видел. — Это ведь хорошо, — Йерим нахмурилась. — Для тебя же лучше, что он оставил тебя в покое. Кто знает, что у него в голове?       «Я знаю», хотел сказать Юно, но проглотил эти слова вместе с горечью, от которой не мог избавиться все эти дни. — Я рада, что ты в порядке, — вздохнула Йерим. — Отец запретил мне общаться с тобой, но я не думаю, что он всё ещё является для тебя угрозой. Всё его внимание сейчас устремлено на Священное Писание и демоническую секту. Я уверена, что через некоторое время он успокоится и всё вернется на свои места. Не волнуйся об этом, Юно. — Я не волнуюсь об этом. В любом случае, ничего из того, о чем я мечтал, для меня теперь не имеет никакого значения, я всё равно не смогу ничего из этого добиться. Надеюсь, Его Величество не забудет о преданности моего отца и даст шанс моим младшим братьям и сестре. — Нет! — Йерим толкнула его в плечо, недовольно посмотрев из-под густых ресниц. — Не смей такое говорить! Не смей ставить на себе крест! Я обещаю тебе, отец остынет, он снова будет доверять тебе. Всё будет хорошо.       Юно промолчал. Они оба знали, что это не так: невозможно вернуть то, что было однажды потеряно — тем более, речь идет о такой важной вещи, как доверие. Но Юно не беспокоился об этом больше: он уже смирился с тем, что потерял своё будущее, у него было достаточно времени, чтобы принять это.       Они провели вместе ещё совсем немного времени. Йерим попросила его о встрече в конце недели и исчезла в ночи, отказавшись от сопровождения. Юно проводил её взглядом и направился домой, намереваясь провести в постели следующие три дня, а лучше — все пять.       В конце концов молодой господин Чон провел в постели полторы недели. Его бледное лицо, совершенно пустой взгляд, тихий голос и потеря аппетита очень беспокоили слуг, и они пригласили для него лекаря. Тот два дня подряд пытался понять причину внезапной хандры Юно, но так и не смог определить, в чем дело. Взволнованная служанка, нарушив запрет хозяина, отправила его отцу письмо, сообщив, что её господин болен, и тот поспешил в поместье, чтобы навестить его.       Юно не хотел встречать гостей. Всё, что он хотел — это оставаться в постели до тех пор, пока смерть не протянет ему руку, приглашая последовать за ней. И чей-то голос в голове убеждал его, что ждать осталось недолго.       Но Юно не мог проигнорировать приезд отца. Он нехотя выполз из кровати, наспех умылся и надел свежие одежды, позволив служанке причесать его волосы. Приведя свой внешний вид в порядок, Юно поспешил во двор, где для них с отцом уже накрыли на стол. Мужчина встретил его долгим оценивающим взглядом и кивнул головой, приглашая сесть. — Мне сообщили, что ты плохо себя чувствуешь, — начал он, жестом попросив прислугу оставить их наедине. — Что с тобой происходит, Юно? — Ничего серьезного, вам с мамой не стоит так переживать, — Юно вздохнул, нервно теребя пальцами свой верхний халат. — Твой Учитель прислал письмо два дня назад, — сообщил мужчина, сделав глоток чая, и отвел взгляд от сына. — Он будет здесь к концу месяца. Будь готов, он хочет сопроводить тебя на юг, познакомить со своим старым другом. То, что ты там узнаешь, может принести тебе много пользы и помочь с экзаменами для получения чиновничьего титула. Ни в коем случае нельзя упускать такую возможность стать ближе к императору.       Юно вздохнул. Как он будет объяснять отцу всё, что недавно произошло между ним и императором? — Как твои дела с последним исследованием? — мужчина неторопливо приступил к еде, и Юно последовал его примеру. — Я ещё не закончил. Из-за болезни пришлось отложить, но я вернусь к нему в скором времени. — Постарайся закончить к приезду Учителя, — попросил его отец, наблюдая за тем, как Юно наполняет его чашку чаем. — В конце месяца приезжай к нам. Встретим его у нас, оттуда и отправитесь в путь. — Как скажешь, — Юно послушно кивнул, не смея спорить с его решением.       Мужчина не задержался надолго и покинул поместье сразу после обеда. И обоих это устраивало: их отношения нельзя назвать плохими, но они также были совершенно не на том уровне, когда рядом друг с другом можно было бы провести много времени. Уже много лет им с отцом было не о чем говорить, но Юно любил и уважал его в любом случае.       Вернувшись в комнату, Юно хотел снова завалиться в кровать и продолжить коротать свои дни, держа тело в горизонтальном положении. Но, немного подумав, принял решение вернуться к своему исследованию, чтобы успеть закончить его к возвращению Учителя.       В конце концов, даже если он больше не увидит Ли Тэёна, это не значит, что его жизнь на этом заканчивается.