Мы сможем это изменить

_________________

-Стэн-

      — Какого хрена ты такой спокойный?       Стэн не хотел рычать эти слова, но ничего не мог с собой поделать. Они сидели за этим столом уже двадцать с лишним минут. Он прочел несколько страниц, написанных его братом, и знал, что от этого у него будет болеть голова. Фидлфорд просто сидел и потягивал чай, как будто они не были в каком-то кошмарном сне.       — Простите? — Изобретатель оторвался от дневника и поправил очки, как будто он просто читал для удовольствия, а не потому, что попал в это шоу уродов.       — Почему ты так спокоен? Снаружи кто-то пишет сообщения палочками, а мой одержимый братец не перестает смеяться, как идиот!       Фидлфорд долго и тяжело смотрел на Стэна. Ему пришло в голову, что у него нет никаких причин вести себя дружелюбно с этим парнем. На самом деле они не знали друг друга. По всем соображениям им вообще не следовало встречаться. Стэн был мошенником, который жил в своей машине. Фидлфорд был изобретателем, который мог построить портал в другой мир. Тем не менее, менее чем за 24 часа он уже спас этого чувака и чувствовал, что может доверять ему.       Стэн не доверял. У него ничего хорошего не вышло. Во взгляде изобретателя было что-то такое, что требовало доверия.       — Хорошо, — ответил Фиддлфорд. Он наклонился вперед так, что его локти легли на стол. — Я сдаюсь. Я не спокоен. Не думаю, что я был спокоен с тех пор, как приехал в этот город.       — Хм, — выдохнул Стэн через рот. — Я думал, что я единственный, кто это заметил. Это было странно, правда? Как будто воздух заряжен статикой.       Фиддлфорд кивнул. — Мне надо было вернуться. Твой брат-гений, но он не смог бы построить эту штуку без меня, — изобретатель поднял кружку и вдохнул аромат чая. — Я просто притворяюсь спокойным. Если я позволю себе волноваться или бояться, то сбегу, — его голубые глаза стали отстраненными. — А мне нельзя сбегать.       — А почему, черт возьми, нет? — Стэн не мог сбежать. Он понял, почему Мейбл и Диппер не могли сбежать. Сбежать мог только Фиддлфорд. Здесь у него не было никаких семейных привязанностей. Фиддлфорд уставился на него с поразительной решимостью: — Потому что Диппер знает моего сына.       Стэн не должен был так сильно удивляться, услышав это. Фиддлфорд был достаточно взрослым, чтобы иметь ребенка. Черт, Мэйбл могла быть его ребенком. (Это была ужасная мысль. Он был достаточно напуган, просто пытаясь сохранить ребенка живым и сытым.)       — Сына?       — Тейта, — изобретатель откинулся на спинку кресла и хмуро посмотрел на Стэна. — Мой маленький Татер-тот. Что-то случилось после истории с порталом. Мой сын оказался здесь, а я — на свалке. Я не позволю этому случиться. Мой сын вырастет, зная, что его отец любит его, и он будет в безопасности. Ну… Стэн мало что мог сказать по этому поводу.       — Почему ты здесь? — спросил Фиддлфорд, помолчав.       Почему Стэн здесь? Потому что Форд нуждался в нем. Все было очень просто. Стэн защищал свою семью. Если он им был нужен, он приходил. Вот и все, что от него требовалось. Если бы он получил открытку от Форда, которую тот собирался послать… Послал бы? Вау… Путешествие во времени было странным… Как бы то ни было, если бы он получил эту открытку, он бы приехал. Мэйбл, появившаяся в порыве блесток и смеха, только привела его раньше.       — Потому что я нужен своей семье, — он пренебрежительно пожал плечами и перевернул страницу дневника. Он перескочил дальше в книгу, чтобы посмотреть, сможет ли он узнать, что происходит, когда Билл на самом деле предал брата. Он чувствовал на себе взгляд Фидлфорда, и от этого ему становилось не по себе. — У меня с собой был ребенок. Не мог же я оставить ее на обочине.       Он бы ездил дальше с Мэйбл. Ему нравился ребенок, вероятно, он по-настоящему любил ее, несмотря на то, что прошло всего 4? 5? Дней с тех пор, как он встретил ее. Когда Стэн падал он, как правило, падал сильно и быстро. Кроме того, он не посмел никого любить кроме Мейбл. Но… Форд. Это всегда был Форд. Стэн сделал бы почти все для своего близнеца. Он уже двенадцать лет ждал, когда ему позволят снова увидеть Форда. Демон — чокнутый или нет — не остановит его.       — О, — Фиддлфорд поднял руки, как будто он был раздражен, — Во имя любви! Беруши!       — А?       — Для смеющегося демона. У нас есть затычки для ушей. Мы можем заблокировать его. Форд купил их для одной сирены, которую хотел изучить. Фиддлфорд поднялся со стула и подошел к шкафу. Он вытащил коробку с чем-то похожим на медицинские принадлежности и принялся рыться в ней. Стэн мог только моргать, глядя на него. Теперь это было так очевидно. Что там говорил Фидд за обедом? Давайте добавим лишение сна в список проблем? Черт побери! Стэн должен был это уловить. Билл старался не отставать. Если бы они устали, то наделали бы ошибок. Их будет гораздо легче обмануть.       Дети, вероятно, спали, но от них было мало толку против Форда и всего, что было снаружи. Боже, они же не могли позволить себе не спать всю ночь. Ему в руку сунули упаковку. Он моргнул и увидел, что на него смотрит Фидлфорд.       — Спасибо, — сказал он немного грубовато. — Этот ублюдок, наверное, хочет, чтобы мы сошли с ума и не спали всю ночь.       — Это вписывается в его тему. Он как Вероятник Мерзейший.       Если бы Стэн не был так утомлен и напряжен, он, вероятно, проигнорировал бы это. — Кто это, черт возьми?       — Ваш фильтр весьма впечатляет, — заметил Фидлфорд, возвращаясь на свое место и открывая свою упаковку беруш. — Это из Подземелья, Подземелья и еще раз Подземелья. Ролевая игра. Я имел в ввиду, что ему нравится создавать хаос, и он поклонник зла, поэтому его трудно предсказать.       — Фильтр?- Стэн открыл и вытащил затычки для ушей.       — Твоя способность не ругаться в присутствии близнецов.       Стэн пожал плечами. Он научился этому еще в детстве. Ты не ругался в присутствии мамы или папы. Любой из родителей вздернул бы тебя. Главное их отличие было в том, что папа хотел, чтобы было больно.       — Итак. У нас ведь есть план игры, верно?       Он поднял глаза и встретился взглядом с Фиддлфордом. Он ему нравился. У него был самый длинный нос, который Стэн когда-либо видел, но это было хорошее лицо. Лицо, которое было честным и добрым. Возможно, он не лучше Форда отдавал себе отчет в том, что делает, но он был здесь и был готов помочь.       — С меня и Мэйбл волосы единорога. Ты покупаешь продукты. Мы ни с кем не разговариваем и вооружены. Диппер держит Форда под охраной, и мы выясняем, как отключить этот портал.       Фидлфорд кивнул и допил остатки чая. — Ага. Давай немного поспим.

_________________

-Мэйбл-

      Мейбл проснулась от солнечного света, который будто нарочно, светил в глаза и весело потянулась. Был блаженный момент, когда ей было просто тепло и уютно, прежде чем она все осознала. Диппер лежал рядом, свернувшись клубочком. Как всегда. Они уснули, разговаривая. Он даже кепку не снял. У них было много дел на сегодня, но она не хотела будить его прямо сейчас. Не похоже, чтобы он много спал до того, как она пришла.       Она поцеловала его в лоб и выскользнула с чердака.       Внизу было тихо, что, вероятно, означало, что остальные обитатели спят или прячутся по своим комнатам. На последних скрипучих ступеньках она старалась вести себя как можно тише и, завернув за угол, заглянула в гостиную. Ее сердце подскочило к горлу, когда она увидела своего Дядюшку, сидящего на диване и выглядящего странно маленьким.       Стэнли сидел на краю, как будто собирался встать. Его руки безвольно висели по бокам, но все остальное тело было напряжено. Дневник лежал у него на коленях раскрытым. Она почувствовала, как у нее перехватило дыхание, когда она поняла, что было на этой странице. Она совсем забыла о письме, которое оставил ей Билл. Обезьяньи перья! Это была такая большая оплошность!       — Дядюшка Стэн?       Он вскинул голову, и она увидела, как он понял, что она знает, что он нашел. Она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась неискренней.       — Ты нашла это в машине? — хрипло спросил он. Он тянулся к своему «Я крепкий и не волнуйся». Беспокойство — это для слабаков. Она не особо видела смысла врать, так что она кивнула головой.       Она шумно выдохнула и ответила: — Он спрятал его между подушками. Я думала, это тако-сюрприз. Она пожала плечами. «Мне нужна она». Его глаза сузились. Стэн собирался прервать ее, поэтому она продолжила чуть быстрее: — Я этого не принимала всерьёз, — она махнула рукой в воздухе, указывая на их нынешнее положение, — Серьезно. Я не принимала всерьез ничего, кроме своих увлечений. Диппер… он всегда казался неприкасаемым, понимаешь? Она села на кофейный столик и постаралась не стать маленькой. Ей даже захотелось спихнуть дневник со стола. Никогда не говори, что у нее не было какого-то импульсивного контроля.       Она снова сглотнула и продолжила. — Я… Я никогда не думала о том, чтобы потерять его. Только не Диппера, — Мэйбл почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, о… нет. Не сейчас. Дядюшка Стэн не очень-то умел справляться со слезами.       Человек. Она скучала по Зусу и Вэнди. Зус знал бы, как заставить дядюшку Стэна проявить себя. Венди просто будет бить его сильней. Мэйбл тоже любила бить, но не так сильно. Во всяком случае, она больше любила хлопать по щекам.       Выражение лица Стэна дрогнуло примерно на полсекунды. Это было достаточно долго, чтобы у нее перехватило дыхание, но недостаточно долго, чтобы она успела хоть как-то отреагировать. Он быстро принял нейтральный вид и посмотрел на ее свитер и розовую юбку. Та же самая юбка, в которой она щеголяла с тех пор, как встретила его.       — У тебя есть что-нибудь потеплее? Вроде штанов или чего-то в этом роде?       Глупая смена темы. Как всегда, когда они переходили к серьезным вещам. Ну что ж. По крайней мере, он поднял хороший, хотя и раздражающий вопрос. Единороги были неблизко. Предстоял долгий путь через лес, чтобы добраться до волшебной поляны. Не говоря уже о том, что снег не прекращался до середины ночи. На улице было много снега. Может быть, они могли бы сделать снеговиков после Билла! — Нет. Может быть, я могу взять что-то потеплее у Диппера. Фиддлфорд брал его вчера по магазинам, верно? — Это было удивительно, что изобретатель был с ее братом только на пару часов, но ему удалось сделать то, что ни она, ни дядя Стэн не смогли сделать за все лето. Они сходили в магазин и купили одежду. Она умирала внутри, от того, насколько убогий был наряд Диппера. Он никогда не менял одежду. Одежда была призвана выразить себя и свое настроение. А Диппер просто вел себя… ну, как Диппер.       — А как насчет тебя? — спросила она после минутного задумчивого молчания. — У тебя есть что-нибудь еще, кроме этой куртки? Она наклонилась вперед и ткнула его в колено. Его джинсы там истрепались, и ему нужна была заплатка.       Стэн покачал головой. — Нет, я в порядке.       — Подожди здесь! — девчонка вскочила с радостной улыбкой и нарочно провела рукой по дневнику, пробегая мимо. Страница перевернулась на одну из Северо-Западных. Все было лучше, чем угрожающее письмо Билла: «Я хотел бы убить твоего брата, а потом сделать то же самое с тобой».       Она легко взбежала по ступенькам и вернулась на знакомый и одновременно незнакомый чердак. Он был все той же формы и освещения, но сама комната была не в порядке. Их вещи пропали, и воздух был слишком тяжелым.       В какой-то момент Диппер проснулся и сонно пытался натянуть свитер, который получил вчера.       — Дип-Доп! — Она обрадовалась. Она обняла его и рассмеялась, когда поняла, что прижала его руки к бокам. Он еще не успел просунуть их в рукава, поэтому оказался в ловушке внутри красного свитера.       — Доброе утро, Мэйбл, — он зевнул и нерешительно попытался освободиться.       — У тебя есть лишние штаны, которые я могу взять? Я хочу поохотиться на единорога, а дядюшка Стэн не хочет, чтобы я выходила в одной юбке. Мэйбл отпустила брата и позволила ему просунуть руки в рукава. Диппер достал ей пару уродливых серых спортивных штанов. Он выбирал в основном неяркое и скучное. Она просто должна привести его вещи в порядок. Может быть, она могла бы вышить в нем несколько сердечек и звезд с дополнительной шерстью единорога. Ни у кого другого не было бы таких штанов!       Она взяла свое вязание вместе с ножницами и направилась к лестнице, остановившись на минуту, чтобы ткнуть брата в щеку и сделать «буп» ему по носу, перед тем как вернуться в гостиную. Ее дядя за это время не сдвинулся ни на дюйм.       Мэйбл вскочила на стол (она знала теперь, что он выдержит ее вес) и широко раскинула свой проект. Стэнли изумленно уставился на нее, увидев красный свитер, который она связала во время их путешествия. Она пошла дальше и вышила на нем символ его будущей фески.       — Тадам! — объявила она и подтолкнула его к нему. — Оригинальный свитер от Мэйбл! Так тебе будет теплее, чем в куртке. Она пошевелила рукавами, когда он просто продолжал смотреть с открытым ртом.       — Ну же, — настаивала она. — Примерь его.       Стэнли дважды моргнул и неуверенно протянул руку. Он провел кончиками пальцев по груди свитера, прежде чем убрать руку.       — Это то, что ты вязала по дороге? — спросил он тихим, смущенным голосом.       Она кивнула головой. — Агась, — девочка спрыгнула со стола и хлопнула дядю по макушке. Он немного поперхнулся, но руки автоматически потянулись к рукавам. Это была инстинктивная реакция, на которую она рассчитывала.       — Эй? — Он что-то пробормотал в пряжу, когда его руки зацепились за край свитера.       — А?       — Зачем? — ему удалось это сказать после того, как он освободил голову. Она натянула свитер ему на живот, и просияла. Она думала, что он будет немного худей, чем ее будущий Дядя, поэтому она сделала свитер немного меньше в животе. И, похоже, он идеально сидел. Ура!       Мэйбл поняла, о чем он спросил, и нахмурилась. — Что значит зачем? Я подумала, что здесь будет холодно, и хотела, чтобы у тебя был свитер.       — Но… — Стэн замолчал и, казалось, с трудом подбирал слова. Мэйбл решила помочь ему, потому что, почему бы и нет?       Она ткнула его в покрытую щетиной щеку и улыбнулась. — Я люблю тебя, глупый. Я вяжу свитера для всех, кого люблю. Она начала вязать новый свитер для Диппера (ее брат не хотел продолжать носить какой-то купленный в магазине свитер) и планировала сделать такой же для Фиддлфорда и для дяди Форда. Он моргнул своими карими глазами, прежде чем опустить взгляд и уставиться в пол.       — Она мягкий, — пробормотал он. — Спасибо.       Честно говоря, это было больше, чем она ожидала от него получить.       В этот момент Диппер, спотыкаясь, спустился по лестнице в гостиную. Он протирал один глаз и изо всех сил старался не выглядеть усталым.       — У нас есть что-нибудь на завтрак? — спросил Стэн у всех в комнате. Мейбл пожала плечами, а Диппер вздохнул.       — Кажется, там есть немного болонской колбасы? Может, хватит на бутерброды? — Ее близнец огляделся. — Кто-нибудь еще встал?       — Возможно. Я слышал, как Фиддлфорд возился в своей комнате некоторое время назад. Форд попросил чашку кофе примерно час назад, — Стэн пожал левым плечом.       — Как он выглядел? — мгновенно спросил Диппер. Стэн снова пожал плечами.       — Устал, — было одно слово для ответа. Ее дядя сделал вид, что читает дневник, чтобы не смотреть на них обоих.       — Дип-Доп, иди разбуди его. Я приготовлю бутерброды с болонской колбасой. Тогда мы сможем составить наш план для единорогов. Близнец кивнул и пошел в заднюю комнату, где спал дядюшка Форд.

_________________

-Стэн-

      Стэн открыл наполовину использованную буханку хлеба и отсчитал ломтики. Им нужно было столько, чтобы хватило… на пятерых? Да. Пять человек. Там было шесть ломтиков. Конечно.       Он отложил в сторону лишний кусок хлеба и решил сделать шесть бутербродов без ломтика сверху. Он вытащил колбасу, там было семь ломтиков, и пачка сыра, в которой было пять ломтиков. Горчица была почти просроченной, что удивило его. На самом деле он не думал о горчице как о чем-то «плохом».       Он услышал, как кто-то шаркает у него за спиной, и, повернув голову, увидел, как в комнату вошел Форд. Он потирал запястье и выглядел совершенно измученным. У него был явно помятый вид, когда он уставал. Очевидно, Билл не давал ему спать. Здорово. Близнецов с ним не было. Стэн снова перевел взгляд на частично сделанные бутерброды.       — А где дети? Они что-то замышляют?       Форд раздраженно и устало выдохнул. — Они собирают все необходимое для сегодняшних дел. Его близнец прошаркал дальше в комнату, но не далеко, чтобы оказаться на периферии Стэна.       — Есть ли кофе?       — Нет, — Стэн намазал горчицу на хлеб. — Фидд использовал все оставшееся на чашку, которую я дал тебе раньше. Я не знаю, где это твое дерьмо.       — Я так понимаю, мой партнер по исследованиям еще не появился?       Его тон показался Стэну осуждающим, и это его разозлило. Фидд лег спать после Стэна, а он лег поздно. Изобретатель мог проспать до полудня, и Стэн не осудил бы его за это. У него не было причин ввязываться в эту историю. Он пришел сюда, чтобы невинно помочь другу, и оказался в каком-то дурацком фильме ужасов. Даже не очень хорошо написанном. Это был какой-то слэшер с нелепым сюжетом.       — Я слышал, как он ходит, но не видел его, — Стэн рискнул бросить быстрый взгляд на брата под предлогом того, что берет колбасу. Его близнец все еще потирал запястье. А-а-а.       Он выпрямился. — Наручники были плотно надеты? — Брат посмотрел на него, когда вчера вечером доставал наручники. Стэн в это дело не лез, да и не собирался. Они были у него по причинам, о которых брат не должен был знать. Всегда было хорошей идеей иметь на себе какие-то ограничения, если вы не особенно хотели убивать своих врагов. Особенно, когда вы, возможно, разозлили некоторых высокопоставленных наркодельцов, а может, и нет (но уж точно разозлили). И, возможно, мафиозную семью. Возможно.       Форд фыркнул и открыл какой-то шкаф. Прежде чем ответить, он взял жестянку с кофе. — Я надел их достаточно крепко, чтобы не вырваться.       — Не думаю, что тебе когда-нибудь говорили, что это отличный способ поранить руки. У Стэна был сокамерник, который навсегда повредил себе большие пальцы от наручников. Наручники - отстой, и никто тебя об этом не предупреждал. Синяки не были большой проблемой, зябкость-отстой, но не была большой проблемой. Именно повреждение нервов убьет тебя. Он не знал ни одной незаконной деятельности, которая не требовала бы, по крайней мере, слегка функционирующих рук.       — Конечно, это может повредить им. Это твердый металлический браслет без отдачи. Это, очевидно, вызовет синяки, — рявкнул Форд. — Однако Билл показался мне чуть более опасным, чем ушибленные запястья.       — Я… — Стэн попытался говорить спокойно. И вроде у него получилось, — Говорил о повреждении нервов. Плюс, ты можешь освободиться от самых тугих наручников. Черт возьми, ты можешь освободиться от любых наручников. Особенно если ты не слишком привязан к своим пальцам.       Его чуть не стошнило в Пенсильвании, когда один из его «товарищей по команде» сломал себе большой палец, чтобы избавиться от наручников. Это был ужасный хруст. Ха. Он давно не думал об этом. Боже, он тогда был ещё зеленым. Ему удалили собственную почку, и это почти не изменило его.       — Ты то знаешь, — пробормотал Форд. Стэн положил пакет с сыром на стол слишком резко.       — Ты на что намекаешь? — Он зарычал в ответ. Его брат был в лучшей форме со времён средней школы, но Стэн все еще был большим близнецом. Он обнаружил, что стоит во весь рост и смотрит на своего близнеца сверху вниз.       — Очевидно, Стэнли, что последние десять лет ты не искал законной работы.       — Ты, чертов ботаник, просто называй меня преступником. Ты так думаешь, да? Что я, явный преступник, знающий все о наручниках?! — Он прорычал эти слова и раздраженно шагнул к брату. Форд сердито посмотрел на него и швырнул банку с кофе на стойку.       Сын бисквита ест бульдога*. Он не должен был ругаться и сердиться. Это был его единственный шанс вернуть Форда. К тому же вокруг были дети, которые готовы были громко кричать. Он был лучше этого.       — Я удивлен, что ты не украшен бандитскими татуировками, — рявкнул Форд. Стэн остановился и фыркнул.       — Форд, — выдохнул он и попытался высвободить свой гнев. Боже, он вдруг сильно устал. Почему Форд так с ним поступил? Он мог убежать от банды торговцев наркотиками и не чувствовать себя таким усталым, как Форд. Он покачал головой. — Ты же знаешь, у меня фобия игл с тех пор, как мы смотрели фильм с инопланетным доктором. Глаза Форда слегка расширились. Конечно. С какой стати ему вспоминать об этом? Стэн забыл, что он не стоит того, чтобы о нем вспоминали. Прошло двенадцать лет. Форд, вероятно, ничего не помнил. То, что Стэн не мог ничего из этого забыть, еще не означало, что это сделает кто-то другой. То, что он знал, что Форд терпеть не может иметь на полке неровное количество книг, или то, что он боится тараканов, или то, что его близнец никогда не мог заставить себя доесть банку арахисового масла из-за страха, что оно закончится, или то, что Форд проговаривал число Пи во сне, не означало, что Форд помнил его причуды. Стэна не стоило вспоминать. В нем не было нужды. Гнев выплеснулся из его тела, и его отсутствие вызвало странную боль в горле. Он понял, что это такое, и резко обернулся. Он сглотнул и свирепо уставился на колбасу. Он ни за что не заплачет. Не из-за этого.       — Ну конечно, — пробормотал Форд. Раздался звон металла о металл, а затем включилась раковина. Стэн проигнорировал все это и сосредоточился на том, чтобы закончить эти жалкие бутерброды. Может быть, они смогут найти волшебную еду вместе с волшебной рощей, в которой, по-видимому, жили единороги.       Следующие несколько минут прошли в молчании. Стэн решил разогреть бутерброды, чтобы сделать их немного менее жалкими. Кофе начал разливаться, и Стэн решил подогреть немного воды. Мейбл может захотеть горячего шоколада, а Фидд — чая. И действительно, когда засвистела вода, изобретатель забрел в комнату с затуманенными от сна глазами.       — Доброе утро, — хрипло поздоровался Стэн. Фиддлфорд остановился у стойки и удивленно уставился на него.       — Как давно ты встал? — спросил Фиддлфорд, зевая.       — Достаточно давно, чтобы обезопасить периметр, — он ответил тоном, который, как он надеялся, покажется Форду шутливым. Он избавился от палочных сообщений, как только почувствовал, что проснулся. Потом он нашел эту чертову записку в Дневнике, и это в основном настроило его на утро. Мейбл связала ему свитер. Он подходил ему и все такое. Она каким-то образом знала, что это его любимый цвет. Она работала над этим все время, пока они путешествовали. Она даже вышила на нем рисунок. Она утверждала, что это было потому, что она любила его и… Боже, неужели Стэн хотел верить, что это правда? Он понимал, что, скорее всего, она просто не сможет справиться с Биллом без него, но… свитер для этого был бы не нужен. Верно? Фидлфорд согласно кивнул. Стэн передал ему кружку с одним из пакетиков чая, который он пил вчера вечером.       — Что-то интересное произошло сегодня утром?       Стэн быстро огляделся и не увидел детей. Он слышал, как они поднимаются наверх. — Я понял, что мой близнец определенно не в курсе извращенного дерьма. Форд что-то бормотал у него за спиной. Он злобно ухмыльнулся и принялся за вторую порцию сандвичей.       — У тебя, наверное, нет крема от синяков и мозолей? Ботаник слишком туго застегнул наручники.       — Не думаю, что у нас есть что-нибудь, кроме жженого крема и бинтов, — Фидлфорд выпрямился и оглянулся через плечо. Первым в кухню ворвался Диппер, за ним по пятам шла Мэйбл.       — Нечестно! Ты соскользнул с перил! Я даже не думала, что такое возможно! Она тяжело дышала.       — Все по-честному, — пропел Диппер. Он остановился у стойки и взял две приготовленные тарелки. — Спасибо, дядя Стэн!       — Ты достал припасы? — спросил он, рассеянно ставя очередную тарелку со следующим сандвичем. Мальчик кивнул и чуть приподнял шляпу. Мэйбл скользнула к Стэну и обняла его одной рукой. Он напрягся и не мог ответить.       — Спасибо, дядюшка Стэн, — радостно воскликнула она. — У нас есть все, что нам нужно. Она задумчиво напевала. — Вероятно, есть несколько вещей, которые мы не будем делать, — девочка отпустила его и отскочила к столу. Она взяла тарелку, которую принес ей Диппер, и принялась шумно жевать. Форд занял свое место и старался ни на кого не смотреть, что вполне устраивало Стэна.

_________________

      Единороги жили в глуши. Было холодно, несмотря на новый свитер Стэна и мокрые носки. Он ненавидел мокрые носки.       Это могло бы вывести его из себя, если бы не явные нервы Мейбл. Она была нервной болтушкой. Они добрались до «рощи», и ему вручили книгу для чтения. Он прочитал всю эту тарабарщину так низко, как только мог, и прежде чем он успел почувствовать себя совершенно нелепым, земля задрожала. Выскочил мини-стоунхендж, и вдруг появились ворота в не заснеженное Царство.       — Не слушай, что она говорит. Единороги — гнусные лгуны, — пробормотала Мэйбл, прежде чем пройти через магический портал, как будто все это было совершенно нормально. Стэн последовал за ней, потому что, по крайней мере, волшебная роща не была покрыта снегом.       В нескольких десятках ярдов впереди него, перед водопадом, который создавал бесконечную радугу, лежало существо, которое искрилось. Оно была белой, как снег снаружи, с волосами, которые, казалось, переливались всеми пастельными цветами. Спиралевидный рог был совершенным и блестящим, и все это почему-то было не самым странным, что он видел в этом городе.       Настоящий единорог читал книгу на волшебной поляне со своими волшебными волосами, которые им явно были нужны.       — А, гости! — единорог выпалил, не шевеля губами, когда их заметил. Существо вскочило на ноги, и его рог драматически сверкнул. — Добро пожаловать в мое волшебное царство! — единорог слегка наклонил голову, так что волосы рассыпались по шее. — Я - Селестабель-А-бетабель, последняя в своем роде.       Мэйбл уперла руки в бока и сердито уставилась на неё.