План–Z

11 марта 1995, Хогсмид.

      Шла вторая неделя марта, а двое гриффиндорцев уже не могли дождаться окончания учебного года. Даже жадная до новых знаний Гермиона чувствовала себя безумно уставшей. После второго испытания на Гарри и его лучшую подругу свалилась просто масса неприятностей.       Гарри стали еще чаще доставать не только из-за успешного прохождения второго испытания, но из-за его тесного общения с Гермионой и Луной. Масло в огонь подливала и небезызвестная Скитер. Статья, вышедшая из-под её пера, знатно подпортила нервы и гриффиндорцам и Виктору Краму. Сначала Скитер приписала Гарри романтические отношения с Гермионой. Потом, каким-то образом прознав о том, что Крам проявляет знаки внимание к девушке, переключилась на него, заявив, что Гермиона разбила сердце Поттеру.       После данной статьи на бедную девушку посыпался шквал критики и даже угроз. Гарри с завидным упорством сжигал письма еще на подлете к их столу, а с родителями Гермиона теперь вела переписку с помощью совы Гарри.       Крам сильно беспокоился, что Гермиона испытывает романтические чувства к четвертому чемпиону. Однако к концу второй недели марта девушке удалось его переубедить. Теперь болгарин был абсолютно уверен, что Гарри и Гермиона только друзья. Как девушка смогла это сделать, Поттер не знал.       Луну же как будто вся эта суматоха совершенно не волновала. Гарри даже в какой-то момент показалось, что девушка вообще не знает, что пишут в Пророке и что обсуждают все. Она лишь продолжала мечтательно оглядываться по сторонам и загадочно улыбаться.       В эти выходные друзья решили держаться как можно дальше от большого скопления людей, поэтому в саму деревню они не пошли. Сидя на поваленном дереве с видом на Визжащую хижину, гриффиндорцы наслаждались тишиной и спокойствием. Обсуждать статьи особо не хотелось. Все слова утешения и поддержки уже были сказаны за эти недели.       — Рон с тобой не говорил? — спросила Гермиона.       — Нет, — тут же ответил Гарри. С рыжим они не общались со святочного бала. — А с тобой?       — Да. Он вчера перед отбоем подошёл и попросил прощения. Сказал, что понял, как глупо себя вел, и что ему очень жаль.       — Понятно. Простишь его?       — Думаю, что да, но мне кажется, что общаться мы все равно не сможем. Слишком много всего произошло. К тому же… — девушка вздохнула и виновато опустила глаза. — Ты ведь не перестанешь общаться со своей… змейкой.       — Не перестану, — уверенно кивнул Гарри.       — Я так и подумала. Рон не поймет, и все начнется по новой, а выбирая между вами, я без раздумий выберу тебя.       — Спасибо! Ты даже не представляешь, как это важно для меня. Но, Герми, если вдруг ты почувствуешь, что это для тебя слишком…       — Я тебе обязательно скажу, но не думаю, что это случится. Даже не будучи близко с ней знакомой, змейка мне нравится. Что-то мне подсказывает, что, узнав её поближе, это чувство только усилится.       — Было бы здорово, — Гарри на минуту задумался, как было бы здорово, если два самых близких ему человека смогут поладить между собой. — Снейп подозревает меня в краже ингредиентов из его кабинета, — резко сменил тему Гарри.       — Ты мне об этом уже рассказывал, — нахмурившись напомнила Гермиона.       — Это другое. Он на днях выловил меня в коридоре и прямо обвинил в воровстве, доказать ничего не смог.       — С чего он вообще взял, что это ты?       — Похоже, никак не может забыть то, как мы на втором курсе украли у него ингредиенты для оборотного, — пожал плечами парень.       — Но ты даже не бываешь в подземельях, кроме как на уроке! Как можно так бездоказательно кого-то обвинять в воровстве?       — Это же Снейп. Он меня всегда недолюбливал.       — Он не говорил, что конкретно у него пропало?       — Шкура бумсланга. Думаю, он решил, что и жабросли я у него украл, хотя это не так!       — В этом году все будто с ума посходили! Снейп, Скитер, Бэгмен, Крауч. Ещё и Грюма пригласили преподавать.       — Не забывай про турнир, — напомнил Гарри.       — Разве такое забудешь? — девушка тяжело вздохнула.       — Что там кстати со Скитер? Поняла, как ей удалось узнать, что Крам позвал тебя в гости на летние каникулы?       — Есть пара идей, но я не уверена. Как только разберусь, сразу тебе расскажу, — уверенно заявила гриффиндорка.       — Хорошо. Может, пойдем в замок? Все же на улице ещё довольно холодно, — предложил Гарри.       — Да, давай. Я уже немного замерзла. — кивнула Гермиона и спрыгнула с поваленного дерева на котором они сидели.       По дороге в замок друзья обсудили отвратительные статьи репортёрши. Конечно, они уже не вызывали у гриффиндорцев той ярости, что была в первые пару дней, но приятного все же было мало. Ситуация с Роном тоже не осталась без внимания. Его решили продолжать игнорировать. Враждовать они не собирались, но и вновь становиться друзьями не хотели. У Гарри и Гермионы появились свои тайны, посвящать в которые рыжего они не собирались.       — Как думаешь, стоит ли добавить больше…       Друзья шли по коридору в сторону факультетской башни и обсуждали домашнее задание по рунам, когда услышали знакомые голоса. Гарри молниеносно сгреб подругу в охапку и нырнул в нишу, прикрытую какими-то странными занавесками.       — Тебе не кажется, что за последние два месяца мы подслушали разговоров больше, чем за три года обучения в Хогвартсе? — усмехнувшись, поинтересовалась девушка. Гарри же поднес палец к губам, призывая девушку говорить тише.       — Я надеюсь, что со временем вы сможете нагнать пропущенный материал. Однако я вас не тороплю. Преподавательский состав в курсе сложившейся ситуации, в общих чертах, конечно же. Поэтому вас не станут сильно нагружать или ждать, что вы сдадите работы в ближайшее время, — услышали гриффиндорцы речь Дамблдора.       — Благодарю, директор.       Гарри и Гермиона удивленно переглянулись. Голос был определенно им знаком, но прежде, чем нырнуть в нишу, они точно услышали голос мистера Куина. Голос, что звучал сейчас, был точно не его. Он принадлежал девушке, но был хриплым, безэмоциональным, и его хозяйка явно была измотана. Хозяйкой этого голоса мог быть только один человек, но раньше голос звучал иначе.       — Этого же не может быть… — теперь уже Гермиона зажала парню рот, стараясь не упустить ни звука из диалога волшебников.       — Вы же понимаете, что вам не обязательно так скоро возвращаться. Если вам нужно ещё время для восстановления, то никто не станет возражать.       — Всё в порядке, директор. Наш семейный колдомедик уверен, что я уже достаточно оправилась для того, чтобы вернуться в школу.       — Но он также запретил тебе перенапрягаться! — тут же вмешался Джейсон.       — Я помню, не переживай, — тихо ответила девушка. — Если мне станет нехорошо — я обращусь к мадам Помфри или к профессору Снейпу.       — Ладно, — после пары секунд раздумий ответил мужчина.       — Что ж, если мы пришли к согласию, то позвольте мне удалиться. Министр просил меня заглянуть к нему в офис по одному очень важному делу.       — Конечно, директор. Не смеем вас задерживать! — тут же ответил мистер Куин.       Гриффиндорцы услышали звук удаляющихся шагов. А после нескольких минут затишья разговор продолжился:       — Ты как?       — Порядок, просто у него тяжелая магия. В его обществе мне некомфортно.       — Кто бы сомневался. Ты кажешься более бледной, чем час назад, — в голосе Джея можно было легко услышать беспокойство за собственную дочь.       — Думаю, это из-за дороги и изматывающего разговора с директором. Выпью зелье и пойду отдохну в своей спальне. Со мной всё будет хорошо, не переживай.       — Разве я могу?       — Мы уже это обсуждали… — Джей попытался перебить Кейтлин.       — Да, но…       — Хватит! Мы больше не будем об этом говорить! Я сделала то, что считала правильным! Это было мое решение, вы не виноваты в моем состоянии. А сейчас тебе пора, — девушка закончила тоном, не располагающем к спору.       — Будь осторожна. Чуть что не так, сразу к Снейпу или домой.       Ответа не последовало. Услышав очередные удаляющиеся шаги, гриффиндорцы нервно выдохнули. Однако покидать своё укрытие они не планировали, пока не уйдет Кейтлин. Но, похоже, остаться незамеченными в этот раз у них не получилось.       — Восьмой этаж, — услышали они фразу, сказанную ледяным тоном, и оба вздрогнули.       Снова послышались шаги, и парень обреченно прикрыл глаза. Увидеть Кейтлин хотелось безумно сильно. Ему было необходимо знать, что она действительно здесь, что она жива и здорова, хотя последнее маловероятно. Но осознание, что Кейтлин, похоже, хочет, чтобы вместе с ним пошла и Гермиона, спокойствия ему не придавало.       — Пошли, — сказал он, и потянул подругу за собой.       — Ты уверен? Она же…       — Хочет, чтобы мы вместе пошли за ней. Только прошу, постарайся не делать поспешных выводов. Боюсь, что сейчас она может быть более агрессивной, чем обычно, — Гарри виновато опустил глаза. Он очень хотел, чтобы два близких ему человека смогли поладить или хотя бы не проклясть друг друга.       — Я понимаю, — девушка с серьёзным выражением лица кивнула.       Когда гриффиндорцы поднялись на восьмой этаж в нужный коридор, он уже был пуст. Гарри мысленно выругался. Какую комнату могла бы попросить Кейтлин? Единственное место, которое приходило на ум, это гостиная, которую когда-то просил сам гриффиндорец. Ну не станет же Кейтлин разговаривать с ними в тренировочном зале?       — Подожди тут.       Гарри отпустил руку Гермионы и стал расхаживать вдоль стены. На её месте спустя короткое время возникла большая дверь, и девушка в шоке уставилась на неё.       — Это Выручай-комната? — в шоке поинтересовалась гриффиндорка.       — Да, — кивнул Гарри. — Ты слышала о ней?       — Читала в истории Хогвартса. Но там не написано, где она находится и как её открыть. Про неё вообще мало информации.       — Понятно. Пошли, пока нас никто не заметил.       Гарри и Гермиона действительно оказались уже в знакомой парню комнате. Светлые стены, небольшое, но уютное пространство с камином и большим диваном, напротив которого стоял столик и два кресла. Слизеринка стояла спиной к вошедшим, наблюдая за огнём в камине. Как только дверь закрылась, Кейтлин повернулась к гриффиндорцам, которые тут же замерли в изумлении.       Девушка действительно выглядела больной. Она была в разы меньше, чем при последней их с Гарри встрече. А ведь ещё тогда ему показалось, что девушка сильно исхудала. Сейчас к крайне нездоровой худобе добавилась бледность и потухшие грязно-серые глаза, которые раньше казались океанами. Взглянув на руки, парень не смог сдержать удивленного вздоха. Они были практически синего цвета. Под кожей просвечивали вены. Гарри не был уверен, что такое вообще может быть, но зрелище пугало до дрожи.       — Мерлин… — вырвалось у Гарри, и он моментально преодолел расстояние разделяющее их.       Уверенно и быстро, но в то же время как можно аккуратнее, гриффиндорец обнял Кейтлин. Девушка сначала пыталась сопротивляться, ведь все же они были не одни в комнате, но быстро сдалась. Они общались уже больше года, и за это время Гарри неплохо изучил свою змейку, столь быстрая её капитуляция ни о чем хорошем ему не говорила. Он почувствовал слабое прикосновение чужих рук и холодный лоб, прижавшийся к его шее. Кейтлин вся была неестественно холодной, а её магия впервые им не ощущалась.       Это напугало Гарри даже сильнее, чем вид её рук. Он всегда чувствовал Кейтлин. Ощущал на себе её взгляды, чувствовал успокаивающие волны магии через браслет. На тренировках магия девушки часто ощущалась агрессивной и воинственной. Даже во время их совместных медитаций или просто разговоров он чувствовал её присутствие и рвение защитить свою хозяйку. Магия Кейтлин всегда скакала из крайности в крайность, что иногда нервировало или сбивало, но сейчас он не чувствовал ничего.       — Кейтлин, что произошло? — он не сильно верил в болезнь. Только не теперь.       Девушка ничего не ответила, лишь тяжело вздохнула. Однако уже через минуту она отстранилась и подняла на парня взгляд. Гарри чуть не задохнулся от паники, подступившей к нему. Некогда прекрасные светло-голубые глаза сейчас смотрели на него уставшим и каким-то безжизненным взглядом. Вместо двух прекрасных океанов парень видел лишь серое небо перед дождем. И, похоже, страх, что это теперь навсегда, отчетливо отпечатался на его лице, потому что первое, что произнесла Куин, было:       — Это пройдёт. Они восстановятся, как и руки. Просто на это нужно больше времени, — она отпустила Гарри и сделала несколько шагов назад.       — Что… — попытался снова задать свой вопрос гриффиндорец.       — Зачем ты ей все рассказал? — перебила его Кейтлин, кивая в сторону Гермионы, которая все ещё не могла прийти в себя от увиденного.       — Я ничего ей не… — снова неудачно начал Гарри.       — Ты хоть представляешь, сколько из этого может выйти проблем? Ты задумывался, что будет, если она кому-то о нас расскажет?       — Она не станет этого делать. Гермиона моя лучшая подруга, и не раз выручала меня.       — Твоя слепая вера в людей просто поражает, — Кейтлин закатила глаза.       — Она уже два месяца знает о нашей дружбе, и все это время ни разу не осуждала, наоборот, поддерживала. Я тут с ума сходил в неведении! Ты пропала на два месяца. Никто не знал, где ты и что с тобой! Даже из того, что мне удалось подслушать, не было понятно, в порядке ли ты. Потому что то, что я почувствовал через браслет, никак не совпадало с тем, что говорил твой отец и Снейп.       — Ты почувствовал что-то через браслет? — удивленно переспросила девушка.       — Да. Во время святочного бала. Боль была просто адской! При том, что ты говорила, что не сделаешь эту связь двусторонней.       — Я и не делала… — Кейтлин в шоке хлопала глазами, не понимая, как такое могло произойти. — Возможно… В самой экстренной ситуации… — начала вслух размышлять Куин. — Это сейчас не имеет значения! Ты не должен был ей ничего рассказывать. Как минимум не посоветовавшись со мной.       — Ты бы не согласилась, — возразил Гарри.       — Разумеется! Черт возьми, Гарри! Она приняла тебя и твое отношение ко мне, но не меня. Ты думаешь, она нормально отнесется к тому, что я делаю и изучаю? А к тому, кто живет у меня дома? Ты рассказал ей о нём? Или о том, что я практикую? Тоже нет? Как думаешь, что она скажет, узнав об этом? Думаешь, она примет меня со всем этим? Это же незаконно и чертовски опасно! Для неё я буду преступницей, как и вся моя семья. В Британии запрещено все, чем мы занимаемся, и она это прекрасно знает! Сколько ей понадобится времени, чтобы сдать меня и мою семью Аврорам?!       — Она не станет этого делать! — продолжал настаивать Поттер.       — Да брось, с чего такая уверенность? Помнится, ты сам принял всё это только после…       — Твоих манипуляций мной с помощью крёстного? — перебил змейку гриффиндорец.       Кейтлин передернуло. Она замерла, уставившись на парня изучающим взглядом.       — Я ничего ей не говорил. Она сама обо всем догадалась, и это полностью моя вина. Я слишком часто обращал на тебя внимание, а Гермиона очень наблюдательна. За это я прошу прощения. Знаю, как для тебя важно сохранить некоторые аспекты своей жизни в тайне ото всех и как ты помешана на безопасности. Мне правда жаль, что я так прокололся, но мы не называли имен, а Гермиона ни разу ничего плохого о тебе не сказала. Я хотел посоветоваться с тобой прежде, чем что-либо ей рассказывать, потому что это касается не только меня. Она моя близкая подруга, и я в ней уверен на все сто.       — Гарри… — Кейтлин грустно усмехнулась.       — Я знаю, ты не веришь людям, — начал Гарри, но запнулся, заметив злость, мелькнувшую в глазах напротив.       — Я не верю в людей. Меня предавали люди намного ближе, чем для тебя Грейнджер. По непонятной даже для меня причине ты единственный за последние десять лет, в кого я готова поверить. И даже не надейся, что она сможет стать для меня таким же исключением. Но ты ведь действительно не понимаешь всю сложность данной ситуации?       — Я не прошу тебя открыться ей, просто попытайся, я не знаю… Ради меня попробуй не отталкивать её.       — Гарри, ты меня не понял, — Кейтлин замолчала и прикрыла глаза. Парень тут же почувствовал несильный укол в области браслета. Мысли в его голове тут же активизировались.       — Её сознание не защищено… — наконец догадался гриффиндорец. — Если кто-то попытается залезть в её мысли, то сможет все о нас узнать.       — Браво… — немного зло протянула Кейтлин. — И нет, ещё одного такого артефакта у меня нет, а все остальные не такие надежные, как твой.       — Я могу научиться защищать свое сознание… — неуверенно влезла в разговор Гермиона. Кейтлин удивленно вскинула бровь. — Вы ведь говорите об Оклюменции?       — Ты правда думаешь, что в пятнадцать лет сможешь освоить столь сложную и тонкую науку? — скептически произнесла девушка.       — Не знаю, но хочу попробовать. Если это значит, что я смогу быть рядом и помогать Гарри, то я готова.       — Какая поразительная преданность… — ядовито произнесла слизеринка в лучших традициях Снейпа. — Я когда-то была такой же и пошла за человеком с такой же слепой верой в него. Ничем хорошим это не кончилось.       — Как бы то ни было, я знаю, что Гарри не такой…       — В этом, пожалуй, ты права, иначе меня бы тут не было, — последнее она произнесла практически шёпотом.       Кейтлин обошла Гарри и встала практически вплотную к Грейнджер. Гермиона тут же почувствовала давление и чужое присутствие в своей голове. Это не было больно, но дискомфорт определенно чувствовался. Перед глазами гриффиндорки тут же замелькали самые яркие моменты за последние два месяца. В том числе и инцидент с Роном в гриффиндорской башне после бала.       Как только Кейтлин вынырнула из её сознания, девушка покачнулась и врезалась спиной в стену. Она тяжело дышала и старалась сфокусироваться на присутствующих в комнате.       — Ты Легилимент? — тяжело дыша спросила Гермиона.       — Верно, — Куин присела в кресло.       — И как я понимаю, очень хороший. Ты не произнесла заклинание и не использовала палочку. Это ведь очень сложно, немногие на это способны…       — Это не совсем так. Да, я очень хорошо владею данным искусством, это родовой дар. Но воспользоваться легилименцией без заклинания и палочки я смогла только потому, что ты совершенно не умеешь защищать свое сознание. А некоторые твои мысли настолько громкие, что я их слышала даже стоя у камина.       — Как мне научиться защищать сознание?       — Начни с теории. В школьной библиотеке предостаточно книг на данную тематику. Гарри уже изучил некоторые из них, а пока… — Кейтлин сняла с шеи цепочку с небольшим круглым кулоном с рунами, которого Гарри раньше не видел. — Носи это. Он не спасет, если кто-то вроде Снейпа или Дамблдора захочет покопаться в твоей голове, но от остальных сможет защитить.       — Спасибо, — поблагодарила Гермиона, подойдя к креслу и приняв цепочку.       — Он работает так же, как браслет? — в вопросе Гарри можно было уловить ревность, и парень очень надеялся, что никто этого не заметил.       — Нет, твой браслет уникален, — успокоила его Кейтлин.       — Чем?       Девушка вздохнула, но отвечать не стала. Гарри сразу понял, что либо она не готова вдаваться в подробности в принципе, либо в присутствии Гермионы. Гарри сразу же задал новый вопрос.       — Этот кулон защищает только мысли?       — Еще может нагреваться, если в еде присутствуют зелья и яды. Но он не способен распознавать их все.       — Вот почему ты тогда разлил тыквенный сок! — вмиг догадалась Гермиона. — Кто-то что-то в него добавил!       — Что?! — парень вопросительно уставился на Кейтлин. Та лишь кивнула. — Но я думал, что это ты на что-то разозлилась, вот я и почувствовал…       — Нет, боюсь, что тебя пытались чем-то опоить. Я… Прости, в то время на меня столько навалилось, и я совсем забыла с тобой это обсудить…       — Ничего, я помню, как тебе было сложно все успевать. Главное, что у них ничего не вышло! — радостно добавил Гарри.       — Можно задать вопрос? — снова влезла гриффиндорка.       — Можешь попробовать.       — Если ты не хотела, чтобы я знала что-то о тебе и твоей семье, о вашей с Гарри дружбе… То почему ты стала выяснять всё в моем присутствии? Почему позволила мне все это услышать? Почему передумала и дала мне этот кулон? Или ты изначально была готова принять ситуацию и поэтому приготовила этот артефакт для меня?       Кейтлин устало облокотилась на спинку кресла и медленно помассировала виски. От столь большого количества вопросов и звонкого голоса Грейнджер у неё разболелась голова.       — Если ты будешь все время задавать столько вопросов, то я снова могу передумать…       — Прости, — виновато произнесла Гермиона, а Гарри усмехнулся. Он прекрасно понимал, что Гермиона не сможет перебороть свою любознательность.       — Отвечая на твои вопросы… Тут все достаточно просто. В любой момент я могла применить к тебе обливейт, и все, что ты услышала в этой комнате, было бы стерто из твоей памяти. Передумала только благодаря тому, что увидела в твоих мыслях. Я правда не понаслышке знакома с понятием преданность. Твоя искренняя вера в Гарри — вот, что заставило меня передумать.       — Ты изначально собиралась залезть ко мне в голову? — девушка нахмурилась.       — Нет, мне больше нравился вариант с обливейтом. Твои слова бы меня никогда не убедили, а Гарри попросил дать тебе шанс. Применить к тебе легилименцию было спонтанным решением, но, похоже, удачным.       — Но ты все равно не станешь мне доверять так же, как Гарри, — сделала вывод Гермиона.       — Верно.       — Я могу дать обет! — предложила девушка. Кейтлин удивленно уставилась на неё, на пару секунд позабыв о головной боли.       — Нет, не можешь. По крайней мере сейчас.       — Почему?       — Потому что после спонтанной легилименции я свалюсь с магическим истощением, если попробую взять с тебя обет, — пояснила Куин. — Если ты не заметила, я сейчас не в самой лучшей форме.       — Я могу принести его Гарри! Ему же ты доверяешь, — Кейтлин поморщилась от звонкого голоса.       — Гриффиндорцы… Вам все нужно здесь и сейчас.       — Прости, — Гермиона снова виновато опустила взгляд. — Просто не хочу, чтобы Гарри было нужно что-то мне недоговаривать или скрывать. Если ему нужна будет моя помощь или совет, я хочу, чтобы он мог меня об этом прямо попросить.       — Грейнджер, даже Гарри не знает всего, что я делаю.       — Поверь, я это прекрасно понимаю, — заметив настороженный взгляд змейки, волшебница продолжила. — Ты не создаешь впечатление общительной и открытой девушки. Тебя даже приветливой назвать сложно, поэтому я понимаю, что ты не все всем рассказываешь о себе.       — Ясно. Но все же давайте разберемся с этим чуть позже. Если ты кому-то расскажешь, я смогу увидеть это в твоих мыслях.       — Ладно, — кивнув согласилась гриффиндорка.       — Кейт, — Гарри аккуратно позвал подругу, — расскажи, пожалуйста, что произошло? — парень бросил осторожный взгляд в сторону её рук, но Куин это сразу заметила.       Девушку ощутимо передернуло, и она постаралась натянуть рукава блузки на ладони и пальцы, что, конечно же, у неё не получилось. Она сжала кулаки и уставилась на собственные колени, раздумывая над сложившейся ситуацией.       — Я могу уйти, если тебе от этого станет спокойнее, — предложила Гермиона, но Кейтлин отрицательно мотнула головой.       Гарри и Гермиона уселись на диван, который стоял прямо напротив кресла, где сидела Кейтлин, и стали ждать, пока девушка соберётся с мыслями.       — Я не стану рассказывать обо всем, что происходило в эти два месяца. Скажу только, что это было очень сложное время для меня и моей семьи. В конце декабря моя мама чуть не погибла, чтобы её спасти, мне пришлось провести ритуал… — Кейтлин прервалась, когда услышала испуганный вздох гриффиндорки. — Не все ритуалы опасны и кровавы. Многие из них способны помочь, защитить и спасти. Точно так же, как и то, что не все маги с предрасположенностью к тёмным искусствам плохие.       Грейнджер опустила взгляд, но все же кивнула.       — Ритуал был необходим, другого способа спасти мою маму не было. Я знала, чем для меня это может закончится, но все же рискнула и, как видите, все ещё жива, — девушка слабо улыбнулась.       — Твоя мама в порядке? — спросил Гарри.       — Да, она восстановилась значительно быстрее меня.       — Почему твои руки выглядят так, будто все вены вышли на поверхность? Я такого никогда не видела и даже не слышала, вряд ли это вообще вены… — поинтересовалась Гермиона.       — Ты права… От магического ядра любого волшебника проходят некие нити, по которым и течет магия. То, что вы сейчас видите на моих руках, это действительно не вены, это те самые нити.       — Но почему они так заметны и так страшно выглядят? — спросил Гарри, бросив очередной взгляд на руки Кейтлин.       — Чтобы спасти маму, мне пришлось работать напрямую с её магическим ядром. Из-за того, что мне пришлось делать это с огромной осторожностью, я слишком задержалась. Грубо говоря, я сожгла или разорвала некоторые нити. Они восстановятся, просто это небыстрый процесс.       — Это не мешает колдовать?       — Конкретно это — нет. Ну, или не сильно. Но у меня, помимо всего прочего, сильное магическое и физическое истощение, плюс последствия ритуала. Плата за то, что я сделала.       — Ты какое-то время не сможешь пользоваться своей магией в полном объеме, — понимающе кивнула девушка.       — Может, тебе лучше было бы пока посидеть дома? — забеспокоился Гарри.       — И бросить тебя очередному дракону или этой ужасной Скитер? — гриффиндорцы громко вздохнули и синхронно закатили глаза, чем очень позабавили слизеринку. — Что у вас тут вообще происходит? Чем вы так разозлили эту писаку?       — Думаю, она всё еще обижена на меня после того случая, когда я отказался давать ей интервью.       — Когда тебя только объявили четвертым чемпионом?       — Да, — кивнул Гарри. — А недавно она выпустила просто отвратительнейшую статью про Хагрида. После чего мы встретили её в Хогсмиде и высказали ей все, что думаем о ней и её писанине.       — Смею предположить, что это ей не особо понравилось, — понимающе заметила Куин.       — Похоже, что она решила отыграться на нас после второго испытания. У чемпионов похитили то, а точнее тех, кто им дорог, и спрятали на дне Черного озера. Нам же предстояло их отыскать и спасти. У Крама это была Гермиона, у меня — Луна.       — Луна? И давно она стала тебе так дорога?       Гермиона готова была поклясться, что услышала едва различимые нотки ревности в голосе слизеринки.       — Они же не могли спрятать Гермиону дважды. С Роном мы не общаемся уже давно, а про нас с тобой никто не знает. К тому же я почти уверен, что ты бы ни за что не полезла в это чертово озеро в феврале! — начал оправдываться Гарри.       — Ладно, ты прав, — согласилась Кейтлин.       — А Луна была моей спутницей на балу. Кстати, по твоему совету. Вот организаторы и решили использовать её.       Гермиона сидела и внимательно слушала диалог льва и змейки. Она никак не могла понять динамику и природу их взаимоотношений. То, что эти двое прекрасно друг друга чувствовали и понимали, было ясно невооруженным взглядом. Однако то, что было между ними, сложно назвать отношениями в романтическом плане. Как минимум, на взгляд Гермионы, они таковыми не являлись.       Гарри в их паре был более открыт и заботлив. Он искренне переживал за Кейтлин в эти два месяца. Гриффиндорец буквально места себе не находил. Но ей казалось, что если бы пропала она, то Гарри переживал бы не меньше. Кейтлин же держалась спокойно и отстранённо, не позволяя себе лишних эмоций и даже движений. Поэтому сперва гриффиндорка решила, что это такая странная дружба, которая смогла зародиться, несмотря на стереотипы и мнение общественности.       Анализируя только что услышанный диалог и то, как вели себя эти двое буквально пару минут назад, девушка все больше сомневалась в своих выводах. То, как Гарри смотрел на Кейтлин, когда они только зашли в Выручай-комнату, то, как девушка резко расслабилась в объятьях парня, не было похоже на дружбу.       Они кричали друг на друга минут пять, пока выясняли, кто в чем виноват, а потом продолжили обсуждать новости. Гарри обвинил Кейтлин в том, что она им манипулирует, а Кейтлин сказала много не очень лестных слов в адрес парня. Но оба как будто сразу же об этом забыли, мол: «Мы сказали друг другу то, что нас беспокоило. Теперь это не важно, поехали дальше».       Наблюдая за Кейтлин, Гермиона все больше поражалась выдержке этой девушки. Несмотря на весьма болезненный вид, волшебница держалась очень достойно и все время не снимала с лица маску. Кроме одного единственного момента. Когда её обнял Гарри… Всего на несколько минут, но девушка расслабилась и опустила все свои щиты и маски, полностью доверяя свою безопасность парню, что нежно и аккуратно её обнимал. А потом все вернулось на круги своя. Суровый взгляд, пронизывающий насквозь, и слегка надменный голос.       Возможно, они и сами не понимают, что между ними происходит. Но Гермиона осознала, что для Кейтлин Гарри единственный, ради кого она готова изменить своим принципам и отступить. Для Гарри же Кейтлин единственный человек, кому он безнаказанно позволит действовать за своей спиной. Они доверяли друг другу по какой-то совершенно непонятной для гриффиндорки причине.       Просто эти двое, не осознавая, чувствовали, что никогда не предадут друг друга. Все же редко объединяются два Интуита. С еще меньшей вероятностью они способны понравиться друг другу и обзавестись общей целью.       Гермиона понятия не имела, насколько редка и необычна данная ситуация. Но прекрасно понимала, что её лучший друг и змейка — два магнита для неприятностей и два исключения из любых правил.