Противостояние

      Саске проснулся от того, что кто-то настойчиво ласкал его член, и судя по ощущениям это были далеко не руки. Такой способ пробуждения ему категорически понравился и, уже будучи в сознании, он всё ещё лежал с закрытыми глазами, притворяясь спящим. Жаль, что надолго его актёрского таланта не хватило — слишком приятны были доставляемые ощущения.       Тонкие пальцы зарывались во влажные после душа волосы, сжимая их от переполнявшего его наслаждения. Наруто полностью вбирал в себя член, плотно сжимая губы, а затем выпускал изо рта, водя языком только по чувствительной головке. Иногда рот сменялся рукой, а язык переходил на мошонку, поочередно вбирая в себя то одно яичко, то другое, посасывая их и облизывая. Когда кончик языка коснулся чувствительного после бурной ночи ануса, Саске не выдержал. Он ещё сильнее сжал светлые волосы, направляя голову к готовому вот-вот кончить члену. Наруто все понял правильно, послушно принимая в себя пенис, и тут же ощутил, как дрогнул орган, выстреливая тугой струёй в нёбо. Стараясь не чувствовать вкуса вязкой жидкости, Узумаки перегнулся через край постели, сплёвывая на пол всё, что Саске с таким удовольствием слил ему в рот. К такому, пожалуй, он ещё не был готов. Возможно, со временем, но не сейчас.       Наруто наблюдал, как парень расслабленно потягивается, а уголки его губ неизменно дёргаются вверх в подобии улыбки, поэтому вытерев губы краем простыни, он поддался вперёд, стараясь быть как можно ближе к желанному телу.       — С добрым утром.       Учиха приоткрыл глаза, чтобы тут же столкнуться с голубыми радужками. Блондин нависал над ним, почти касаясь кончиком носа лица Саске.       — С добрым, — Учиха улыбнулся, ведь после такой побудки утро действительно было добрым. Он потянулся, привлекая к себе Узумаки, обнимая его сразу всеми конечностями.       — Плечо! — стон, наполненный болью, ворвался в затуманенное после оргазма сознание, заставляя тут же выпустить парня.       — Прости, — он виновато покосился на блондина, покрытого синяками, проклиная себя за собственную глупость, но вслух сказал совсем другое, зная, что Наруто не примет жалости от него, — который сейчас час? Хотя не отвечай, у меня сегодня выходной.       Из постели вставать совершенно не хотелось. Было дикое желание провести этот день вместе с Наруто на этом мягком и таком удобном для них двоих матрасе.       — Время обедать уже. А ты соня! — Узумаки, стараясь не морщиться от неприятных ощущений во всем теле, совсем не больно щёлкнул парня по носу. — Я заказал нам еду.       Наруто встал, поднимая с тумбочки ранее не замеченный Учихой поднос с огромной, исходящей паром и умопомрачительным ароматом запечённых помидоров пиццей. Два стаканчика с колой были поставлены с разных сторон пластмассового подноса.       — Обещаю, что ужин я приготовлю сам. Но я проснулся такой голодный, а продуктов нет, а оставлять тебя спящего было выше моих сил. Ты же у меня такой, вдруг бы испугался, если бы проснулся в одиночестве, — поднос был поставлен на постель, всколыхнув, казалось такие далёкие воспоминания, когда Саске только так и завтракал, сидя на этом же самом месте.       — Короче, тебе было лень готовить, поэтому ты заказал свой любимый фаст-фуд, — фыркнул Учиха, примериваясь, как бы поудобнее взять треугольный, обжигающий пальцы кусочек, — а как же твоя любимая быстрорастворимая лапша?       — В точку! Ты меня раскусил — готовить мне сейчас лень. Но в знак извинений половина пиццы с двойной порцией помидоров, — Наруто, довольный своей предусмотрительностью, сел по-турецки на постель напротив парня, — я решил, что пора что-то менять в своей жизни.       — Надолго ли? Пару дней, а потом опять купишь рамен, — Саске усмехнулся и с наслаждением откусил свежайшее тесто, усыпанное сверху кругляшками нарезанного помидора, ветчины и приправленного тёртым сыром, — Вкусно! Ты прощен.       — Очень. У них самая вкусная пицца. Я, порой, покупаю её для разнообразия. Ты же помнишь, я рассказывал про нашего одноклассника Акимичи. Ну, что он открыл ресторан. Вот теперь решил размахнуться и на столицу. Открыл здесь пару пиццерий. Так у него отбоя нет от клиентов. Говорит, по особому рецепту готовит. Но пицца у него и правда класс. Как и фирменные чипсы. Их вообще разбирают, не успевает подвозить.       — Ты все время работаешь. Когда ты успеваешь обо всех всё знать?       — Работа у меня такая, знать про всех. А если честно, то он меня на открытие приглашал ВИП-гостем, так сказать. Это же я ему на выпускном подсказал, что если он не хочет, как отец, идти в строители, то и не надо. Ведь каждый человек индивидуален, а жизнь одна, и надо её прожить на полную катушку, чтобы потом ни о чем не сожалеть.       — Миссия у тебя такая, людям помогать, — Саске облизал жирные губы и даже прикрыл глаза от удовольствия, хотя после того, как бросил наркотики, он старался придерживаться здорового питания и в сторону готовой покупной еды предпочитал не смотреть.       — Да брось, я просто дал ему совет, а он уже сам сделал все остальное. Я тут не при чем.       — И что, даже не помог ему в реализации мечты?       — Зачем? — удивился Наруто, уставившись на Саске, как на умалишенного. — Мечта она для того и мечта, чтобы самому ее осуществить, без чьей-либо помощи. Ах ты ж! От души прям!       Откусывая сразу половину куска, Наруто зажмурился и тут же закашлялся, хватая стакан с колой, выпивая почти всю газировку, блондин сморгнул выступившие слезы.       — В чем дело? — забеспокоился брюнет, глядя на покрасневшее лицо Узумаки.       — Попросил перца побольше положить. Я же люблю все острое, а они туда перцы чили добавили. Ух, я язык теперь не чувствую! — в подтверждение своих слов, Наруто высунул горящую огнем часть тела на обозрение Саске. — Хочешь попробовать?       — Воздержусь. Мне и так неплохо. С языком, — нервно хохотнул Учиха, успокаиваясь и пережевывая ничуть не острую свою часть пиццы.       — Ты же поделишься со мной? Не оставишь бедного меня умирать голодной смертью? — и не дожидаясь ответа, Узумаки самым наглым образом дотянулся, выхватывая зубами кусочек недоеденной пиццы из руки парня, не забыв при этом лизнуть пальцы Учихи. — Ммм... Вкусно.       — Моё!       — Жадина!       — Обжора!       — Покорми меня!       — С радостью!       Саске с удовольствием наблюдал, как Наруто аккуратно откусывает протянутый кусочек. Как слизывает жир с губ и довольно улыбается.       К сожалению, созданную идиллию прервал зазвонивший телефон, и Наруто нехотя поплелся отвечать на звонок. Выражение его лица изменилось, стоило взглянуть на дисплей мобильника. Учиха затаил дыхание, когда Наруто бросил на него предупреждающий взгляд, отвечая звонившему.       — Слушаю.       — Как твое самочувствие, Наруто? — вопрос вместо приветствия, произнесенный бархатным голосом, застал врасплох.       Узумаки приподнял бровь, удивлённый несвойственной этому человеку подобной заботой о других.       Никогда прежде он не интересовался его здоровьем, предпочитая отдавать сухие приказы и плевать, что Узумаки еле двигался, находясь одной ногой в могиле.       — Уже лучше. Спасибо, что интересуешься моим здоровьем.       — Не выдумывай. Банальная вежливость и проявление участия к моим подчинённым.       — Я не твой подчинённый, — Наруто нахмурился, пытаясь угадать к чему весь этот фарс.       В трубке раздался смешок, от которого у блондина пробежали мурашки. Он уже пятой точкой чувствовал надвигающиеся с крейсерской скоростью неприятности.       — Это пока. Босс отправил меня проследить за исполнением его приказа.       — Ты в столице?       — Уже прилетел. Вы же ничего не можете сделать нормально, вот и пришлось отменять свою командировку и ехать подчищать за вами.       Наруто от избытка чувств сплюнул прямо на ковер до хруста сжимая телефон. Только его здесь не хватало для полного счастья. По-настоящему темная лошадка на шахматной доске их компании.       — Поскольку ты человек раненый, то я решил сам к тебе заехать.       — Вот уж чего не хватало! — вырвалось у лихорадочно соображающего Наруто, который покосился в сторону переставшего завтракать брюнета.       Пускать посторонних в свое жилье он не собирался, тем более когда здесь был Саске, которого показывать никому нельзя. Но и отказать звонившему он не мог. Захочет — все равно зайдет, перешагнув через труп Узумаки, которого самолично отправит на тот свет.       — А ты осмелел...       Блондин не мог не заметить изменившейся интонации в голосе собеседника:       Удивление и насмешка, словно Наруто был букашкой под ногами недостижимого для него человека, посмевшей забраться на штанину его брюк. Мерзкое такое чувство собственной незначимости зародилось внутри, но именно этого и добивался звонивший при каждом из разговоре. Выводить из равновесия, вскрывая настоящие эмоции было главной игрой, в которую он с завидным удовольствием играл при каждом удобном случае и с любимым подходящим для этого человеком. Но Наруто всегда был его любимчиком.       — Говори где и когда, я подъеду.       — Какой ты негостеприимный. Через час в моем ресторане, столик как обычно. Хвост не приведи.       — Без тебя знаю! Я что маленький?! — ощетинился блондин, на, казалось бы, невинную фразу, но тут же попытался взять себя в руки. Не тот это человек, с которым можно беззаботно болтать о погоде и прекрасной половине человечества. Требовался весь его немалый самоконтроль, чтобы следить за каждым сказанным словом.       — До встречи, Наруто.       Раздавшиеся короткие гудки возвещали о завершении разговора. И только после этого парень спокойно выдохнул - главный и не самый приятный разговор откладывается, пусть даже всего лишь на час.       — Прости, малыш. Мне придется ненадолго отлучиться.       Саске хотел было спросить о том, что случилось, но вовремя вспомнил про их договоренность. Наруто все равно не расскажет и придется додумывать, рисуя в голове кровавые сцены, наполняющее сознание беспокойством.       — Я постараюсь недолго. Подожди меня здесь. Можешь заказать себе десерт, — Наруто уже одевался, прикрытый от Саске дверцей шкафа. — Хотя давай лучше я сам куплю нам десерт. Ты ведь подождёшь?       На секунду солнечная макушка высунулась из-за створки, и Узумаки посмотрел на Саске в ожидании ответа.       — Конечно.       Брюнет хотел выглядеть спокойным и невозмутимым, и ему казалось, что он удачно справляется с поставленной задачей, но Наруто прекрасно видел бурю, бушующую в чёрных глазах.       Секунду помедлив, раздумывая стоит ли заострять сейчас на этом внимание или всё же притвориться, что поверил в надетую маску обиженного равнодушия, Наруто отвернулся, понимая, что ни он, ни Саске не готов сейчас к откровениям:       — Вот и отлично! Я постараюсь недолго, — блондин, уже одевшись в привычный кожаный костюм, подошёл к Учихе, чтобы на прощание поцеловать. Куртка была небрежно наброшена на плечи, скрывая перевязанную руку, закрепленную чуть ниже груди.       — Будь осторожнее, — сдаваясь под натиском переживаний, парень всё же не выдержал, приоткрывая завесу бесстрастности.       — Зря я тебе сказал. Теперь будешь за меня переживать каждый раз, — Узумаки погладил нежную кожу на щеке Учихи и виновато вздохнул.       Действительно, зря сказал. Всегда ведь сам нёс свой груз, а тут, наивный, понадеялся, что после его небольших откровений ничего не изменится. Дурак.       — Если бы я не знал, переживал бы ещё сильнее.       — Ну да, конечно, — фыркнул Наруто, садясь на край кровати и надевая берцы, на этот раз на замках, потому что завязывать шнурки одной рукой было проблематично.       Встав, он немного покачался с пятки на носок, примериваясь к новой обуви и удовлетворенно кивнул — берцы были в самый раз.       Он прошел к выходу, останавливаясь возле тумбочки в коридоре и неловко побарабанил по деревянной поверхности пальцами. Саске следовал за Наруто, провожая, словно любящая жена провожает дорогого мужа на работу. От такого сравнения уголки губ дрогнули, а внутреннее напряжение немного отпустило.       Оставался один насущный вопрос, для решения которого требовалось приоткрыть ещё одну тайну в его мрачной жизни, но готов ли Саске принять это?       Время шло, отсчитывая секунды, а сопение за спиной становилось недовольным, поэтому больше не колеблясь Наруто достал пистолет из ящика, который вчера в спешке сунул, да так и забыл перепрятать, тут же укрывая его под полами куртки от любопытных черных глаз.       Боясь посмотреть на реакцию Учихи, Узумаки выскользнул за дверь, так и не обернувшись. Только звук поспешно закрывающихся за ним замков почему-то больно резанул слух.

***

      Пальцы безостановочно отбивали дробь о полированную поверхность столешницы. Он приехал раньше, чем они договаривались, и теперь сидел в ожидании своего визави, дергаясь от каждого звука.       — Кого-то ждёшь? — с насмешкой раздалось над самым ухом, отчего Наруто подпрыгнул, больно врезаясь макушкой во что-то твёрдое.       Позади послышалось злое шипение, а затем Узумаки наконец-то увидел источник своих переживаний. Высокий, одетый в черный деловой костюм и такую же чёрную рубашку под ним молодой мужчина сел напротив. Достав из кармана белый, сложенный вчетверо платок, он тут же промокнул разбитую губу в уголке которой уже скопились капельки крови.       Наруто мстительно усмехнулся, и даже боль в затылке как-то сразу стала оправданной:       — Нервы шалят? — тонкая бровь изогнулась, показывая высшую степень удивления на этом вечно сдержанном лице.       — Чего ты хотел? — Узумаки внимательно следил за каждым движением, стараясь не упускать из виду ни одной детали.       Ему не нравился этот ресторан, этот человек и этот разговор, который вполне может закончится провалом всех его планов.       — Сразу к делу?       — Не хочу тратить свой выходной впустую.       — Может тебя кто-то ждёт дома?       — Да, брось! С нашей работой ни одна нормальная девушка не смирится.       — А парень?       Сердце подозрительно ёкнуло, но Наруто старался не показывать, что мужчина прав. Если только кто-то узнает... Если только доберутся до Саске... Даже Узумаки не сможет его спасти, потому что сам уже будет кормить червей в ближайшем лесу.       Голубые глаза нехорошо сузились, а верхняя губа дернулась, обнажая на секунду белые зубы, и Наруто сделал именно так, как поступил бы раньше при малейшем намеке на его нетрадиционную ориентацию.       Он поддался вперёд, резко хватая здоровой рукой отворот пиджака собеседника, сминая его и притягивая ближе к себе.       — Не интересуюсь парнями. Тебе ли об этом не знать? — стараясь, как можно убедительнее изобразить омерзение, блондин почти выплюнул это в насмехающееся лицо, которое сейчас находилось всего в паре сантиметров от него.       — Может ты не заинтересовался только мной? — мужчина, не сопротивляясь смотрел в разгневанное лицо парня, словно выжидая, когда тот по-настоящему нападёт, чтобы дать достойный отпор, но этого не последовало.       Ещё не время устраивать разборки и избавляться от опасных людей, способных значительно подпортить жизнь, поэтому Узумаки брезгливо выпустил дорогую ткань из захвата, возвращаясь на своё место и следя, как собеседник поправляет помятый пиджак. Платок был отброшен за ненадобностью на стол, а вот пухлая папочка в кожаном переплете наоборот была с интересном открыта.       Словно и не было последних пары минут от которых Наруто до сих пор немного потряхивало.       Узумаки всегда удивлялся, как этот человек способен всегда оставаться спокойным и невозмутимым, даже если вокруг рушится мир, а кровь льется рекой из убитых им тел.       Длинные волосы по обыкновению были завязаны в тугой, лоснящийся хвост. И хоть перед Наруто сейчас сидел элегантный, утонченный мужчина с аккуратно остриженными ногтями и темно-карими, почти черными глазами в обрамлении пушистых ресниц, он видел, на что тот способен. Мало кто мог распознать в этом человеке, с внешностью падшего ангела лучшего наёмного убийцу в Японии. Даже Наруто не мог с точностью сказать сколько жертв было на совести брюнета, с которыми он так безжалостно расправлялся. Если бы им пришлось сразиться, то Узумаки впервые не был уверен, что выйдет из схватки победителем.       — Может и так. Если бы ты...       — Если бы я не полез тогда с поцелуем, мы бы по-прежнему были друзьями? — от этого холодного тона захотелось сбежать. Желательно, как можно дальше. Потому что Наруто часто слышал этот отрешенный, ледяной голос, которым мужчина выносил приговор предателям.       — Мы никогда не были друзьями.       — Да? — аристократично бледное лицо все же показалось из-за папки с меню, и внимательные глаза встретились с такими же голубыми. — А я думал, мы лучшие друзья.       — Ты ошибался.       — Я тебя понял. Тогда не будем разводить политесы. Мне нужно всё, что у тебя есть по последним событиям.       Наруто выудил из кармана маленькую флешку и положил ее на середину стола.       — Эту флешку мне передали вместе с личными вещами, когда я выписывался вчера. Здесь все, что смогли накопать наши люди. Имена, адреса, досье, фото и видео с камер наблюдения.       — Просматривал? — покрутив в руках накопитель, парень убрал его во внутренний карман пиджака.       — Не все успел.       — Не похоже на тебя.       Наруто ничего не ответил, молча встав со своего места.       Когда он поравнялся с мужчиной, руку, зафиксированную повязкой неожиданно схватили, несильно сжав её, но причиняя достаточно боли, чтобы обратить на себя внимание и заставить остановиться, вслушиваясь в голос, в котором, наконец-то, проскользнуло что-то живое.       — Я дам тебе совет как бывшему другу и надеюсь ты меня услышишь. Ты стал слишком часто пропадать. Привлек внимание своим отпуском. Тебе сошло это с рук только потому, что ты смог закончить свою работу. На передачи груза тебя тоже не было. Где ты был, Наруто?       Что ответить на это, блондин не знал. Но, похоже, мужчине и не требовался ответ, потому что он и так дал понять, что уже всё знает. Или Наруто стал слишком мнительным и ему это лишь показалось?       Он молча стоял, отрешившись от усиливающейся боли и ожидая продолжения, чувствуя, как кожа на руке нагревается от чужого прикосновения.       — Я так и думал. Если слишком часто привлекать внимание, твои секреты могут узнать.       — Ты...       — До встречи, Наруто, — посчитав на этом разговор оконченным, мужчина отпустил блондина, углубляясь в изучение меню и больше не обращая внимания на собеседника.       — Спасибо, Итачи, — с трудом выдавил из себя Узумаки и не оглядываясь вышел из ресторана, так ничего и не заказав.       Поежившись от начавшего мелко моросить дождя, блондин пошел вдоль улиц. Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Но все, что приходило ему на ум, он категорически отвергал. Стоило только подумать, что придется расстаться с Саске, как сердце подстреленной птицей падало вниз. Но то, что знает один, рано или поздно узнают и другие, и Итачи дал это понять как нельзя лучше.       Узумаки до самого вечера бродил по улицам, боясь приближаться к дому, в котором ждал его Учиха. Боялся предстоящего разговора. Боялся, что Саске не дождался его, передумал и сбежал подальше от психа, который хранит заряженный пистолет в тумбочке. Противоречивые чувства съедали изнутри, заставляя и без того затуманенную голову идти кругом.       Когда тучи полностью закрыли склоняющееся к горизонту солнце, Наруто все же заглянул в кондитерскую, купив обещанный десерт и с тяжёлым вздохом пошел домой.       Дверь ему открыли, хоть и не сразу. Они застыли, смотря друг на друга, словно в первый раз. Саске не выдержал первым, порывисто обняв опешившего от такого Узумаки.       — Я переживал, — тихо шепнул Учиха, все ещё не веря, что Наруто вернулся к нему.       Пока его не было, Саске не находил себе места, то и дело подходя к двери и прислушиваясь к коридорной тишине. Обещанный час растянулся в бесконечные минуты ожидания.       И то, что Наруто взял на встречу оружие, значило, что он не на дружеские посиделки отправился.       Наверное, именно так себя чувствуют семьи тех, кто каждый день рискует жизнью. Знают, что в любую минуту им могут позвонить с печальной новостью, но все равно продолжают ждать любимых с работы. Саске тоже ждал и какое же облегчение он почувствовал, когда в дверь наконец-то постучали.       — Что со мной может случиться? — невесело рассмеялся Наруто, прижимая к себе парня.       Чувство собственной значимости для Саске грело душу, разливаясь теплом внутри. Его ждали, за него переживали, значит он что-то да значит.       — Я дома, — шепотом произнес блондин, впервые произнося это не только в пустую квартиру, как он привык, но и для человека, ради которого он вернулся.       — С возвращением, — эхом отозвался Саске, отстраняясь и вглядываясь в светящиеся радостью глаза Наруто.       — А я десерт купил, как и обещал.       — Тогда давай за стол. Из еды осталась только пицца с чили. Хочешь?       — Нет. Я, пожалуй, буду только десерт.       — Тогда раздевайся, а я налью чай.       Наруто проводил взглядом парня, одетого в его одежду, которая была на пару размеров велика тощему брюнету, но все равно смотрелась на нем, как будто так и задумывалось.       Разувался он нарочито долго, морально готовясь к тяжёлому разговору, который им обоим принесет немало боли.       Когда они оба сидели за столом, поглощая шоколадные пирожные, сдобренные сливочным кремом, Наруто решил, что дальше оттягивать неизбежное нет смысла. Он отложил чайную ложку и посмотрел на довольного Учиху, облизывающего пальцы, испачканные приторным кремом. Несколько крошек прилипли в уголке тонких губ, и Узумаки захотелось их слизнуть, но вместо этого он отвёл взгляд.       — Нам надо поговорить.       — Обычно такое начало не предвещает ничего хорошего.       То, что с Наруто творится что-то не то после возвращения, Саске и так заметил, но решил понаблюдать и не задавать лишних вопросов.       — Ты прав.       Брюнет внутренне подобрался, готовый услышать что угодно. Начиная с того, что у Наруто есть жена или внебрачный ребенок, до того, что он убил сегодня кого-нибудь и ему нужна помощь замести следы и спрятать труп. Но то, что он услышал, поначалу приняв за шутку, не укладывалось у него в голове.       — Нам надо расстаться, — тише, чем обычно произнес Узумаки, все ещё стараясь не смотреть на парня.       Он прекрасно знал, что не сможет сказать подобное в глаза, которые так преданно смотрели на него всего пару минут назад. Ему непременно захочется наделать глупостей и пойти убивать всех, кто встанет на пути его личного счастья. И ведь если бы это помогло, он бы так и сделал. Но, сожалению, ни к чему хорошему это не приведет, а наоборот только усугубит их положение.       — Что, прости? — Саске с трудом удержал во рту рвущийся наружу кусок пирожного.       От услышанных слов его затошнило, но всё-таки сделав усилие над собой, смог проглотить вставший комом в горле десерт.       — Это на время. Пока я не улажу все дела, — искоса поглядывая на перекошенное злобой лицо Учихи, Наруто тяжело вздохнул, понимая, что без скандала не обойдётся.       — Да, ты издеваешься! — Саске рывком вскочил, переворачивая стул, с грохотом упавший на пол. — Только у нас все начало складываться, как ты струсил и решил сбежать в кусты!       — Думай о чем говоришь! Это ради твоего же блага! Или ты думаешь тебе вот так спокойно дадут жить?! — широкая ладонь впечаталась в стол, отчего тарелки, стоявшие на нём, противно звякнули, а Наруто поморщился от боли, отдающейся в больную руку от резких движений. — Забыл, кто я?!       — Вчера ты об этом почему-то не заботился, когда трахал меня! Или что, кончил и теперь мозг перетек обратно в голову?! — Учиха сжал кулаки от злого непонимания и обиды, вдруг с такой силой накатившей на него.       Предательство, почему-то, обычно совершают самые близкие и дорогие люди. Те, от кого этого не ждёшь. Наверное, поэтому так больно?       Чёрные глаза пылали праведным гневом, который срочно требовал выхода, и желательно, чтобы от этого пострадала одна блондинистая макушка.       — Прекрати! — Наруто тоже вскочил, злясь, что Саске не хочет принять простого факта, что вместе им быть опасно. По крайне мере до тех пор, пока Узумаки не разберётся с проблемами. А он непременно с ними разберётся, надо только подождать. - Вчера о тебе никто не знал!       Саске услышав это, как-то разом сдулся, словно отпущенный в небо незавязанный воздушный шарик. Поникшие плечи все ещё подрагивали, но злости, кипевшей в нём мгновение назад, больше не было. На ее место пришла обречённость, которая в сто крат хуже, чем самый сильный гнев.       — Про нас узнали? — брюнет выжидательно посмотрел на Узумаки, кивнувшего в подтверждение головой.       — Думаю, что да. Мне тонко намекнули о том, что не все секреты удается хранить в тайне.       — И что теперь? — Саске успокаивался, медленно приходя в себя. Отброшенный стул вернулся на место, и парень присел на самый краешек, только для того, чтобы нервная дрожь в коленях не была столь очевидной.       — Я же сказал, что разберусь.       — Пойдешь с автоматом мочить всех? — фыркнул Учиха, в тайне боясь услышать положительный ответ.       Что ждать от непредсказуемого парня, который наверняка прятал в шкафу не один скелет, а как минимум древнее кладбище с тысячами закопанных костей, он не имел ни малейшего понятия.       — Нет. У меня другие методы. Но, чтобы все сработало, нам не следует привлекать внимание. Ты дослушал бы до конца, а потом уже орал на всю квартиру, — невесело усмехнулся Наруто, прикуривая сигарету, пачка которых лежала тут же на столе.       — И что ты предлагаешь? — Учиха скрестил руки на груди, стараясь не вдыхать горьковатый, бархатистый дымок, который пологом окутывал сейчас парня.       Желание сделать хотя бы одну глубокую затяжку манило, но Саске методично отодвигал эти мысли, стараясь больше не смотреть на влажные губы, крепко сжимающие сигарету.       — Что нам надо какое-то время не видеться. Я постараюсь побыстрее разобраться со всем и вернусь.       — У тебя проблемы?       — Да, Саске, — Наруто серьезно посмотрел в черные глаза, пытаясь найти в них презрение или жалость на признание в собственной слабости, но не находил.       Он ещё никому такого не говорил, предпочитая все держать в себе, но почему-то именно с Учихой хотелось быть открытым. Почувствовать себя настоящим человеком, которым он уже давно перестал быть. А ещё ему вдруг резко захотелось поддержки. Нет, Сай его поддерживал и помогал, но тут совсем другое.       — Ты привык в одиночку решать все свои проблемы. Но теперь у тебя есть я. Позволь мне помочь тебе.       — У тебя руки тряслись, когда ты просто обрабатывал уже зашитую маленькую ранку, — напряжение, сжимавшее Узумаки тисками, немного отпустило, и он наконец-то смог сделать вдох и улыбнуться уголками губ.       — Маленькую?!       — Да, мне ещё крупно повезло в отличии от других!       — Ты ведь сказал, что попал в аварию и никто кроме тебя не пострадал? — Саске прищурился, недоверчиво уставившись на блондина, но тот в ответ лишь фыркнул, давая возможность Учихе самому додумать остальное.       Его жутко бесило, что Учиха не понимает насколько опасно им сейчас быть вместе. Он хотел залезть в мир, где такие, как он, не выживают, слишком мягким был его Саске. Слишком податливым и доверчивым, несмотря на то, что пытался казаться независимым и взрослым. Такими легко манипулировать, особенно, когда в деле замешаны чувства. И этим непременно воспользуются против них, обоих.       — Это моя жизнь, и ты знал на что идёшь. Или ты думал, что это будет как в кино? Двое против всего мира, с автоматами, спина к спине мочат противников и в итоге все живы и счастливы? Адреналиновой романтики захотелось, а про то, что это не кино и не игра и на кону наши жизни, ты, конечно же, не подумал. Тебе пора повзрослеть.       — А тебе научиться доверять!       — Я доверяю тебе, малыш. Поэтому и хочу защитить, — Наруто устало провел шершавой ладонью по лицу, надавливая кончиками пальцев на гематому, словно в очередной раз напоминая самому себе, что Саске здесь не место. Разве сможет он жить спокойно, если по его вине убьют единственного, кто смог оживить его душу? — Ты сейчас оденешься и поедешь домой. Я свяжусь с тобой сам.       У Наруто остался ещё один аргумент, против которого Саске нечего будет возразить, хоть это и подло с его стороны, воспользоваться запрещённым приемом, но сейчас он готов был и на это, поэтому не раздумывая ткнул пальцем в ошейник, который символом принадлежности обхватывал шею брюнета.       — Ты приказываешь мне?! — Учиха, скрипнув зубами от накатившей ярости, отвернулся, поняв, что в этот раз проиграл.       Он сам обещал подчиняться, сам предложил эти правила, которые сейчас сыграли против него.       Маленькая искра, что тлела под сердцем, сейчас разгоралась и ярилась под натиском обидного приказа и невозможности противостоять. Стоили ли несколько часов, проведенных вместе, месяцев предстоящей разлуки?       Саске стоял, сжимая кулаки, и единственное, что сейчас его радовало, так это то, что Наруто не видит его лица. Обречённость как-то разом навалилась на плечи, опуская их вниз, и Саске уже знал, что придется согласиться, но оттягивал этот момент, пытаясь справиться с несправедливостью и обидой.       Сколько бы он не старался, он всегда останется марионеткой, подчиняющейся умелым кукловодам, дергающим за ниточки так, как им будет удобно.       — Ваше желание будет исполнено, хозяин, — ядовито прошипел Саске, гордо вздернув подбородок и на секунду оборачиваясь, чтобы поклониться.       Больше не было смысла тянуть время, поэтому, развернувшись на пятках, он пошел переодеваться в свою одежду, чтобы побыстрее вновь покинуть эту квартиру, которую он глубоко внутри называл домом.       Кто бы мог подумать, что день, который так хорошо начинался, закончиться полным крахом всех его надежд.       Переодевшись в свою одежду, он покосился в сторону что-то искавшего в шкафу блондина.       Захотелось, как маленькому потопать ногами и покричать, чтобы его желания тут же исполнили. Вот только Узумаки — не мать, потакающая любому его капризу, и истерика только усугубит и без того натянутые отношения и Саске это понимал, сдерживаясь.       — Вот, держи, — вытащив из сумки один из своих телефонов, Наруто протянул его Учихе. Немного поколебавшись, парень всё-таки взял обычный кнопочный телефон, почти такой же, каким он пользовался каких-то полгода назад. Только кнопки здесь были целыми, а цифры не стёрты, да и небольшой экранчик не покрыт трещинами, - я буду звонить тебе только на этот мобильник. Если на твой личный телефон с моего номера или вообще от моего имени позвонят, напишут смс, назначат встречу или ещё что-нибудь, запомни — это буду не я. Связь только по этому телефону и номер знаю только я, отследить его невозможно.       Саске кивнул, пряча телефон в карман ветровки и развернувшись, пошел к выходу, закусив губу, чтобы не съязвить и не взболтнуть лишнего. Осознание, что он ведёт себя глупо, ничего не дало, со своими эмоциями Саске всегда справлялся плохо, но вот поделать ничего не мог — обида на Узумаки прочно засела внутри, не давая нормально попрощаться.       И только, когда он уже был почти у самой двери, мысль о том, что Наруто в отличии от него не спрячется в своей квартирке, закрывшись на все замки, а ежедневно будет подвергаться опасности и в один из таких дней, его могут убить, и Саске даже не будет знать об этом, продолжая есть, пить, работать и ждать проклятого смс в подтверждение, что о нем ещё не забыли, заставила его остановиться.       — Обещай мне, что будешь писать каждый день, чтобы... — во рту пересохло от слов, которые он хотел произнести, горло сдавило спазмом, а в глазах защипало и ему пришлось часто-часто заморгать, прогоняя непрошенные слезы, — чтобы я знал, что ты ещё жив.       Кое-как закончил он фразу, и одна прозрачная капля все же скатились по бледной, бледнее, чем обычно щеке.       — Я не смогу тебе этого обещать. Но я буду выходить на связь каждый раз, когда будет возможность. Пожалуйста, береги себя, — Наруто обнял сзади, прижимаясь горячим торсом к грубой ткани куртки. Лёгкий поцелуй в основание шеи, чуть ниже ошейника, словно прощание, больно уколол обоих слева под ребра, — не снимай его. Пока он на тебе, я буду знать, что ты ещё мой. А сейчас тебе пора.       Блондин нехотя выпустил парня из объятий и отошел, пересиливая себя. Тело протестовало и стремилось к брюнету, за которым уже тихо закрылась входная дверь, вновь оставляя его в полном одиночестве.