Кирион Мейросс. Часть пятая.
1 января 2022 г., 00:00
В детстве мне казалось, что солдат, отдающий всего себя на полях сражений, и его начальник, бьющийся над прописыванием успешного плана операции, в целом, отличаются только чином и обязанностями. Повзрослев, я поняла, что отличия между ними равносильны отличиям между игроком и пешкой на шахматной доске — основополагающие понятия для игры, непреодолимые ни для одной из сторон. Иначе шахмат бы не было.
«День, когда моего мира не стало», первое и последнее известное литературное произведение биомеханической расы планеты Юз; найдено группой контрольной зачистки планеты и незаконно провезено на Куэран. Последняя физическая копия хранится в музее Некрологон, Галактический Совет.
Штайр и Кирион продвигались по ужавшемуся в узкие технические коридоры этажу медленно, заворачивая в потенциально занятые охраной тупики. Извилистые узкие коридоры покрывали практически весь этаж и, кажется, не имели совсем никакой системы в своей запутанности. Несколько раз мехи разделились и снова сошлись, так и не встретив ни одной живой искры, которая могла бы им помешать. Башня казалась практически вымершей, и вряд ли на ней так сказался пересменок персонала. С другой стороны, им же лучше. В последний раз когда они проходили мимо узкого высокого прохода, через щели в стенах которого пробивался тихий малиновый свет, к «Искре» их не пускал замысловатый узор из лазеров. Несомненно, навредить сильно они бы не смогли, но тревогу бы подняли точно. Механик этажом ниже помог избежать этого неприятного недоразумения. Штайр расслабился и оперся широкой спиной на угол прохода. Громила победно заулыбался и мотнул головой в сторону прохода, приглашая командира к уложенному добычей праздничному столу. У малявки таки получилось всё спланировать. Операция прошла как по маслу и близилась к своему завершению. — Я вижу, на что ты намекаешь, — тихо проговорил командир и, согнув плечи, прошёл в узкий коридор. — Не празднуй раньше времени. — Зря ты так нервничаешь, — громогласно отдалось сзади. — Посмотрим. На плане коридор казался куда меньше. Его реальной длины и узости хватило для того, чтобы заставить парочку вернуться в состояние нервного напряжения. Больший мех серьёзно боялся застрять в проходе, вынужденный двигаться боком, но всё равно периодически лязгать бьющейся о стены броней. Весь этаж был каким-то странным и неправильным. Практическое использование узких проходов, из которых он целиком состоял, было более чем трудно представить, а учитывая средний размер кибертронца в таком устройстве помещения не только не было смысла, но и была опасность. Обрушение, пожар, любое мало-мальски ограничивающее передвижение стечение обстоятельств могло погрести под собою весь персонал этажа. И всё же мехам удалось добраться до точки назначения без происшествий. Всё складывалось удивительно гладко, и Кирион мысленно грешил на Яроста, хоть и сварливого, но видимо таки подстелившего молодняку соломку. Строгий фейсплейт командира скривился в неприятной, вызванной отвращением улыбке. Лично он был абсолютно уверен в том, что в помощи со стороны не нуждался. Впрочем, все не относящиеся к делу мысли выветрились из обеих голов в ту секунду, как за открывшейся по примитивному датчику движения дверью показалась та самая комната формы идеального куба. Сегменчатые стены, в которые было встроено ныне притушенное розовое освещение, были до самого потолка заставлены полками с информационными планшетами, разного уровня сложности техникой, спрятанным под стеклом древним оружием и другими ценностями. На отдельных постаментах даже стояла пара бюстов, один из которых, судя по комментарию Штайра, принадлежал кому-то из Тринадцати. Это место оказалось по-настоящему удивительным. И ценным. Сами по себе Хищники не имели репутации вычурных коллекционеров артефактов древности. Даже импровизированный кабинет-переговорная Ллансахая едва ли могла похвастаться роскошным убранством. В своей строгости и практичности команданте не находил места для лишней показухи и прививал это своим не очень доблестным последователям. Впрочем, наибольшее внимание привлекали не предметы искусства, а постамент в самом центре помещения. На длинной тонкой ножке, украшенной каким-то органическим орнаментом, в сфере из толстого прозрачного материала в воздухе беспорядочно двигалась некая чёрная материя. Жидкое нечто, бугрясь, летало внутри сферы, периодически достигая покоя в состоянии маленького чёрного шарика, после чего тут же снова принималось волноваться и шевелиться. Материя не издавала — или дело было в сфере — звуков, не имела каких-либо видимых частей тела и в целом напоминала скорее многократно увеличенную бактерию, нежели что-то живое, но однозначно было именно таковым. Сомнений в органической природе материала не оставляли и сканеры. Вещица под стеклом точно прибыла на Кибертрон с другой планеты, либо вылезла из такой лаборатории, о которой Кириону лучше было не знать. Он завороженно подошёл к сфере. Должно быть, жидкость внутри тоже заметила гостя, после чего прильнула к стеклу, оставляя ложноножками едва заметные кляксы на его поверхности, но тут же отлипла и вновь полетела, не имея возможности достать до меха. Впервые в жизни Хищник был восхищён движениями и видом органики. — Очнись, — огромная ладонь утопила в себе плечевой сегмент командира, и тот вздрогнул от неожиданности. — Не забывай, что мы тут делаем. — Да-да, — Кирион поспешно отвернул голову от сферы в центре и отправился к одному из шкафов, выпуская из манипулятора голубой лучик сабспейса. — Никогда ничего такого не видел. — Я тоже, — признался Штайр. — Не думаю, что мы сможем её забрать. — Её… почему? — Она странная, — отмахнулся мех и вернулся к сбору артефактов древности. — Я бы стал. — Слушай, не время для капризов, — прыснул Кирион. — Я всё понимаю, но, кажется, эта штука не очень-то и враждебна. — Когда кажется… — договорить мех не успел. Его прервала тревога и звон моментально захлопнувшейся двери. — Шлак! — хором выкрикнули мехи, после чего оба попытались связаться с Тэк-Тэком, но потерпели фиаско. Западня. — Нет! — Кирион рванулся к двери, но физически не мог бы успеть. А если бы и успел, то в этом бы не было смысла: тревога должна была поднять на уши всю башню. Вариантов выбраться из герметичного куба, в котором не было даже вентиляции, а после повторно пройти лабиринт на этаже не было. Им оставалось только ждать прибытия налета служб безопасности, который если и не расстреляет их на месте, из башни свободными точно не выпустит. Это конец. Провал. Первое и последнее серьёзное задание Кириона, судный день для Штайра и Тэка. Кто бы извне не пытался им помочь, ему бы не удалось: они были в глубине серединных уровней здания. Быстро попасть в такое место можно только проломив стену. Кирион хотел было высказать эту фикс-идею напарнику, но тут же одёрнул себя. Это было глупо. — Я… я что-нибудь… — начал было капитан, но подчинённый его перебил. — Тут объективно. Нам конец, — такой бас не перебивала даже пищащая сирена. — Но разве мы не должны сражаться до конца и… — Так всё, вот он, конец. Сразились. Проиграли. Штайр говорил спокойно и всё так же сурово. Кажется, сложившаяся ситуация и перспектива последствий его совершенно не занимала. Он был спокоен, как и подобало ходячему танку, в то время как Кирион медленно скатывался в самоненавидящую панику. Он должен был это предвидеть. Должен был ещё раз всё перепроверить — наверняка же причина тревоги была в каком-то мелком упущенном аспекте. Должен был быть на шаг впереди, как Ярост, но не был. Теперь, как на капитане, на нём лежит ответственность за этот провал. Они просидели в тишине какое-то время. Штайр достал кигару и предложил Кириону. Тот отказался. — Нет, мы не можем просто так взять и сдаться, — несколькими кликами ранее мех присел на пол возле одного из шкафов, но, начав говорить, резко вскочил. Штайр в ответ прыснул и промолчал, снижая приоритетность вентиляционных процессов. — Я серьёзно, вставай. — Отъебись. Кириона отшили грубо и быстро, без лишних слов и объяснений. Мех рядом с ним не был из числа романтиков, он вполне мог осознать их текущее положение. — Наша ошибка была в том, что… — Тихо! Кто-то идёт! Штайр недоумевающе тормознул хрипящее охлаждение, вслушиваясь. К комнате продвигалась команда из примерно пятнадцати пар серво. Их было достаточно много, чтобы расправиться с парочкой, но недостаточно, чтобы целиком занять этаж. Неудавшиеся взломщики замерли и напряглись. Единственным звуком в помещении осталась шипящая кигара и едва уловимое бульканье, которое всё же издавала субстанция внутри сферы. Кирион напрягал все свои скромные познания в биологии с целью определить природу жидкости. Он даже вспомнил о существовании очень слабо поддающемся влиянию органических кислот вещества, подобие которого он видел на одном из первых этажей — стекле или его вариациях. Путём подстёганных нервами размышлений в голове капитана был создан гениальный план по спасению. Основанный, впрочем, на неподтвержденной теории о природе находящейся внутри сферы субстанции и на то ли городской легенде, то ли вообще сказке. Впрочем, времени проводить эксперименты у парочки было меньше, чем нисколько. Топот ступинаторов слышался так, как если бы был буквально в паре десятков метров, а потому решение пришлось принимать быстро: заметив в разошедшихся створках двери голову штампованного безопасника, Кирион выстрелил в основание стеклянной сферы и высвободил неспокойное существо на свободу. Лишённое сдерживающего барьера, извилистое нечто, обладавшее, ко всему прочему, способностью к левитации, с рокотом, исходившим непонятно откуда, набросилось на оказавшегося прямо перед ним солдата. В узком проходе цепочка одинаковых мехов откровенно опешила от такой ответной реакции, а потому резко и недостаточно организованно попятилась назад. Кто-то с лязгом грохнулся и повалил идущего за собой товарища, но шум от их возни очень быстро заглушил крик боли из-под чёрной гадости, затянувшей корпус шедшего впереди солдата. Крошечная капля чёрной жижи, едва ли, по прикидкам Кириона, занявшая бы в жидком состоянии всю его ладонь, с удивительной резвостью погребла внутри себя солдата и, бугрясь и урча, принялась его переваривать. Все присутствующие были абсолютно уверены в том, что именно начало этого процесса вызвало конвульсии и крик боли солдата. Впрочем, более подробно анализировать аспекты взаимодействия с органикой времени не было, и, если капитан продолжал завороженно пялиться на умирающего в чёрном мешке солдата, то Штайр среагировал куда быстрее. Несколько точных выстрелов пролетели над упавшей фигурой солдата и задели тех, что шли сразу за ним. Отряд захвата поспешно отступал обратно в лабиринт, и было заметно, что они, несмотря на очевидное наличие плана помещения, ориентировались в нём немногим лучше Хищников. Связи с механиком всё ещё не было, но они, как минимум, теперь имели ощутимые шансы выбраться. — Не стой! — перехватив дентами кигару, Штайр медленно двигался в коридор, стараясь не сокращать расстояние между собой и пожираемым солдатом особо активно. Нескольких громких выстрелов его тяжёлой и медленной пушки хватило, чтобы устроить в узком коридоре настоящее кладбище, за которое резво принялась чёрная и уже порядком отъевшаяся субстанция. Она вылезла из того, что осталось от первого солдата и принялась за ещё шевелящиеся корпуса сразу за ним, исчезая в куче металлолома. Хищник недоверчиво наступил на одного из солдат: реакции от органики не последовало. Он усмехнулся, выпустил небольшое облачко от паров кигары и жестом позвал Кириона за собой. Несмотря на то, что скорость их передвижения не сильно возросла с последнего прохождения коридора, имея в глазах нападающих преимущество в виде всёпожирающей жижи, они существенно осмелели. Штайр управлялся со двумя своими дурами подобно настоящему профессионалу, не позволяя рассредоточившимся в закутках лабиринта солдатам быстро сократить дистанцию, а Кирион разбирался с теми, до кого его напарник физически не мог достать. На одном из перекрёстков стало понятно, что они уже обогнали отступающий отряд, и теперь им оставалось только забрать механика и свалить из башни, оставляя солдат наедине с субстанцией из сферы. Никто из них не утруждал себя тратить время на попытки разобраться, что конкретно это такое и как оно работает. — Если Ллансахаю нужна была эта штука, — прошипел Кирион уже внутри шахты, — он... — Будет вынужден смириться с её потерей, — отрезал Штайр. Чужое недовольство заставило Кириона поморщиться. Он всё ещё был тем, кто обложался, и если бы не расторопность напарника, они бы так и остались в том кубе, и после солдата органика принялась бы за них. С другой стороны, свою задачу они выполнили: содержимое комнаты покоилось по двум сабспейсам. Если им удастся найти Тэка, то они даже вернутся без потерь. За буквально два удивительно ловких для своей комплекции прыжка Штайр сначала оказался на уровне следующего этажа, а после, кажется, не прилагая особых усилий, выломал закрытые двери в шахту. Судя по отсутствию шума, сопротивления на этаже не было, из чего следовало, что они могли спокойно отправиться на поиски третьего напарника. Придя к тому же выводу, громила без особого стеснения заорал во всю глотку имя искомого. Ответа не последовало. — Ты что творишь?! — выскочивший сразу за ним Кирион едва ли удержался от того, чтобы не подкрепить своё возмущение ударом. — Они же услышат! — То есть сирена тебя не смущает? — Штайр обернулся, выдохнул капитану в лицо облачко дыма и широко заулыбался. — Надо найти Тэ-Тэ и выбираться отсюда, — Кирион скривился от щипучего ощущения на фейсплейте. — Чем раньше мы это сделаем, тем будет лучше. На поиски, как позже выяснилось, несколько перебравшего со стимуляторами напарника, ушло какое-то время. К шуму сирены и редким выкрикам Штайра добавлялась возня наверху. Очевидно, группа зачистки столкнулась с куда более интересным противником, чем пара грабителей. Судя же по выстрелам, никакого оружия тварь тоже не боялась. Было вопросом времени, когда она расправится с солдатами и отправится дальше по башне. Впрочем, это уже не будет проблемой Хищников. Обнаружившие бессознательного механика в одном из технических узлов, они бросились обратно на нижние уровни, не утруждая себя поиском новой дороги. Если верить рассуждениям Кириона, то почти всю башню успешно эвакуировали из-за тревоги, пока они тут копались, а потому встретить кого-то было крайне маловероятно. В любом случае, с корпусом на руках они бы не выдержали ещё одного столкновения с такой же группой солдат, если бы только им так же не повезло. Они вышли там, где заходил механик — на самом высоком из возможных незаметных выходов. До уровня, на котором они находились, изредка доходили неоново-голубые лучики — это наконец прибыло подкрепление для группы зачистки. Решив не выходить в эфир, пока они не окажутся на безопасном расстоянии от места происшествия, Хищники торопливо отправились зализывать раны.***
— Твоё счастье, Ярост, что моя группа уже на месте и работает, — плевался ядом Зендарк, старательно избегая взглядом крошечной лужицы сверхзарядки на полу. — Должно быть, твоя группа сражается с собственными тенями на стенах, потому что я не получил от своих ни единого сигнала. Сенатор нервно засмеялся, заткнулся и прижал к основанию антенны указательный палец, выходя на связь с солдатами. — Доложить обстановку, — удивительно жёстко приказал он. Ответа из коммуникатора не последовало. — Что за шлак, доложить обстановку, группа альфа, в чём проблема, почему не выходите на связь? — командирской крепости в тоне Зендарка существенно поубавилось, а сам он привстал с трона, выражая волнение. — Что у вас случилось? В эфире стояла гробовая тишина. Ярост молча продолжал тянуть свой уже трижды обновлённый напиток, совершенно не волнуясь об успешности операции. Даже отсутствие на голокарте индикаторов его подчинённых не особо его заботило. Энгекс расслаблял корпус и процессор, позволяя вместо безостановочного анализа и обдумывания вариантов выведения группировки из кризиса просто посидеть и посмеиваться над неудачами и реакциями сенатора. — Не отвечают, — после ещё нескольких оставленных без ответа вопросов наконец провозгласил Зендарк. — Я не понимаю. — Заняты, может, — лениво бросил Ллансахай, делая ещё один большой глоток. Он удивительно быстро пьянел. Сказывались стресс и недостаток энергии. Обычно кристально чистое сознание команданте заполоняли приятные, лёгкие мысли. Даже криповая кукла в углу залы не вызывала уже того уровня напряжения, которое было в самом начале их встречи. — Чем они могут быть заняты?! Убийством трёх твоих идиотов?! — взорвался Сенатор. — Как будто это так сложно! Да я бы в одиночку справился! — Так и пошёл бы с ними, — пожал неровными плечами Ярост. — Заодно и проблем со связью бы избежал, а? Реакция от несколько истеричного меха последовала незамедлительно. Он вскочил, а в его руке из голубых искр образовался короткий ручной тазер полицейской модели, который тут же был направлен в голову развалившемуся на своём троне Ллансахаю. — Выбирай выражения, нижнеуровневое отребье, — прошипел Зендарк. Хищник не утруждал себя ответом какое-то время. Он сделал ещё несколько больших глотков, после чего одним отработанных движением вырвал пушку у Сенатора из рук, не дав тому даже выстрелить мимо. Дёрнувшуюся в его сторону Неон он остановил недвусмысленным жестом, пропорционально её движениям двигая раздвоенное дуло в сторону её нанимателя. Благо, фемка намёк поняла. — Зачем ты берёшь в свои руки то, что не можешь в них удержать? — возвращаясь на трон проговорил Ярост. — Зачем тебе тазер, зачем тебе наёмница, зачем тебе эта служба безопасности? Ты же не в состоянии ничем из этого пользоваться в полной мере. Зачем? Зендарк обиженно молчал, ссутулившись и вжавшись в спинку трона. Так он казался ещё тщедушнее и гаже чем обычно, но, благодаря энгексу, не злил Ллансахая, а лишь сильнее забавлял и распалял. — У нас тобой был такой простой уговор, — начал Ярост, продолжая направлять оружие на Сенатора. — Я тебе трёх бандитов и славу спасителя, предотвратителя терактов и защитника простого рабочего народа, а ты мне список жирных заказов. Тех самых, на которых твоих игрушечных солдатиков не хватает. Ты зарабатываешь себе репутацию, я свою восстанавливаю. Всё же так просто, Зендарк, в чём проблема? Или ты даже на интриги не способен? Сенатор дёрнулся было в сторону, но за ним тут же двинулось дуло тазера, недвусмысленно намекая, что монологи Ллансахая лучше не прерывать. — Сиди. Сиди и слушай. В отличие от твоих болванов, мои болваны, даже если не справятся с задачей, найдут способ мне доложить. Как минимум, один из них. Я был готов положить к твоей иконе своего самого яркого мальчика, рискуя ещё сильнее опозориться, потому что у других бы просто не получилось сыграть в этом театре должным образом, но сейчас я вижу, что ты не оправдывал приложенных усилий. Ты вообще ничего не оправдал, Зендарк. Ярост устало потёр лоб большей из рук. Фактически, эта операция была очередным провалом, но теперь он был точно уверен, что с Сенатской дурью он более дел вести не будет. Даже если альтернативой будет ближайший орбитальный год заниматься вместе с Хищниками унылой чернухой. И чем он только думал, когда ввязывался в это? — В любом случае, пока что ничего не известно, но я не собираюсь держать тебя здесь, пока не поступит информация. Проваливай, — Ярост опустил тазер на бедро, — и интера своего с собой забери. Зендарк пробурчал что-то себе под шеврон и выскочил из зала. К радости Ллансахая, спеси в нём с начала встречи явно поубавилось. Даже если всё пойдёт наихудшим образом — например, Кирион с командой удивительным стечением обстоятельств вырежут все тридцать лиц группы зачистки Сенатора и спокойно унесут ноги — ситуацию можно будет спустить на тормозах. Уж кто-то, а его золотой артист точно будет верить своему командиру, а не всяким там слухам от из третьих уст. Что до несколько более эрудированных членов его команды... обоих в случае чего можно будет отправить следом за Зендарком в анналы криминальной истории. В сердцах команданте бросил тазер об стену, от чего тот раскололся, свалился на пол и задымился. Максимально неудачный выдался цикл. Хуже и не придумаешь.
