Утоли мои грёзы

      Время перевалило за полночь, а Узумаки даже глаза не сомкнул. Смотря на потолочную тень, что создавали уличные фонари, пережёвывал диалог с Саске и искренне пытался понять и принять противоречия. Выходило плохо. Откинув одеяло, Наруто поднялся с места и последовал на кухню попить воды. Не полегчало. Глубокий вдох раздался слишком больно. На неизвестных чувствах, он потопал босыми ногами до коридора. По памяти полез в карман за пачкой сигарет. Надев тапки, Наруто отпер входную дверь и вышел в коридор. Мрачным зелеными тенями извивался длинный холодный коридор. Шлепая тапками по кафелю, Узумаки помнил, что у лифтов должен быть выход на уличный балкон. Он голой кожей чувствует сквозняк и идёт до конца, поворачивает и устремляет зор в ночное небо. Внизу переливались мелкие огоньки от фонарей и горящих окон соседних домов. Вполне тихо для места, где неподалёку оживлённая трасса. Наруто закурил, не подмечая когда сигареты стали привычкой. С первой глубокой затяжкой затянула легкая, эйфория, а потом медленно затянула гайки — будто в голову залили цемент. Тело пронзил разряд тока — парня передёрнуло и дым сам вышел из легких. — Блять… — шепнул он под нос. — Даже покурить нормально не получается.       Становилось холоднее, зубы застучали. Перебираясь с ноги на ногу, Узумаки хотел вернуться в теплую кроватку и позабыть про колкий холод, но неожиданно дверь хлопнула с такой силой, что наотмашь отлете обратно. Наруто испугался — на сквозняк свалить не удалось, а потом во мгле он развидел девушку. — Ой, — удивилась она, уставившись на неожиданного гостя. Наруто хлопал глазами, а незнакомка заметно заволновалась. — Я, наверное, пойду… — Не-не-не, не бойся, я скоро уйду, — побеспокоившись за дискомфорт чужого человека, Наруто шагнул в бок.       Незнакомка робко вышла из-за угла и уставившись на парня, доставала свою пачку сигарет. На мгновение бетонное пространство озарилось огнем и девушка закурила, аккуратно подходя к перегородке. Узумаки мельком глянул на нее и зубы предательски застучали громче. Девушка смутилась, но виду не подала, только усмехнулась. Наруто услышал только смешок и жаждал докурить несчастную сигарету и ломануться домой. Незнакомка подала голос:       — Не спится? — А? — Наруто оглянулся. — Ты мне? — А ты тут кого-то еще видишь?        Узумаки мог бы пошутить на тему галлюцинаций, но не стал. — Да вроде нет. — Ну, так что? Почему не спишь?       Растерявшись, Наруто залепетал: — Ну… вот так вот… вышло. А ты? — Появились проблемы? — Да, не большие. — На личном? — Да… — неуверенно затянулся. — Понимаю, — девушка устало посмотрела вниз через балкон и вздохнула. — Такая же херня, — и прислонила сигарету к губам. — А что у тебя? — А? — она дёрнулась, увидев его рядом, а потом вновь отвернулась. — Да так… бывший угрожает.       Наруто хмыкнул. — Понятно.       И затихли, каждый думая о своем. — Вот урод… — тихо, но твердо прорычала она. — Все нервы поднял.       Боясь нарушить чужое пространство, Узумаки сделал шаг назад и прислонился спиной к стене. — Что-то серьёзное?       Незнакомка обернулась: — Для меня да. — Понятно, — и отвел взгляд, докуривая остатки.       Девушка вновь вставила зор вниз, блеклым фонарям улицы, а Наруто отклеившись, подошёл к краю и выкинул бычок. — Меня Джия зовут.       Узумаки остановился и медленно посмотрел в спину. Он не помнил, что спрашивал ее имя, но переспрашивать было глупо. — Ты из какой квартиры? — дополнила она и развернулась. — 106, — из вежливости ответил тот. — Я из 101, — Джия застыла, смотря на него довольно пристально. Наруто не планировал заводить новые знакомства, но Джия выглядела грустной, хотя разглядеть ее черты лица было весьма затруднительно. — А тебя как звать? — А? — Узумаки словно пробудился ото сна. — Что? А! Нар… Менма.       «Блять, опять чуть не оговорился» — упрекнул он сам себя, но Джия этого даже не заметила. — Приятно, Менма, — она скинула пепел, не глядя куда, и пылинки разлетелись в разные стороны. — Ага, — кивнул Наруто. — Я пойду, наверное… — Подожди, — девушка оторвалась от поручня, затянулась в последний раз дымом и выкинула сигарету. — Пойдем, — будто приглашая, она прошла мимо, притормозив на полпути.       Наруто стоя истуканом, не сразу понял ее намерения, но последовал за ней.       Темный коридор постепенно окрашивался в зелёный, под тусклым светом — Вот тут, — она, не смотря на плохую видимость, подошла к своей квартире и указала на дверь.       Наруто вежливо угукнул: — Моя по коридору налево. — Знаю. — Что? — Не первый год тут живу, знаю расположение.       Наруто поджал губы, думая, как ты тактично уйти, но под пристальным и даже жалобным взглядом не решался — Я пойду? — будто спрашивая разрешения, шагнул он. — Заходи если что, — бросила она в уходящую спину и открыла дверь       Узумаки обернулся, и свет из открытой двери озарил ее персону. У Джии были прямые по лопатки темно-русые волосы, которые выглядели весьма взъерошенно, простая домашняя одежда из облегающей фиолетовой полосатой кофты, темных джинс скинни и белых тапочек, что только подчеркивало ее худощавое телосложение; но взгляд привлекло далеко не это, а потекшая туш с карих выразительных глаз вплоть до подбородка. Она была симпатичной на первый взгляд, но пугающей. — Хорошо, — кивнул Наруто, и та немного улыбнувшись, шмыгнула носом и забрала с собой яркий свет.       Раздались характерные два щелчка и коридор погрузился в тишину. Наруто вздернул бровями и последовал по коридору, думая не о Саске, а о странной новой знакомой.       

***

      На утро одиннадцати часов встретило пасмурностью и темнотой, будто солнце никогда не существовало.       Рука Саске не болела — кровоподтёки застыли мелкой росой на тонких, местами перекрёстных, полосках. Саске поднялся, не вспоминая о вчерашнем.       С кухни чувствовался приятный запах — Итачи готовил, по-видимому, мясо. Странно, что он все еще был дома. — Привет, — поприветствовал Саске, резво присаживаясь за барную стойку.       Итачи не торопясь глянул: — Доброе утро. — Что готовишь? — Курицу варю. Тебе нельзя жареное.       Саске закатил глаза и вздохнул. — Ладно… — Как ночь, все хорошо?       Младший сначала удивился вопросу, а потом взглянул на деревянную подставку для ножей. Два отсека были пусты — один нож лежал в руке Итачи, что нарезал овощи, а другой… — Да… все хорошо, — медленно, убирая локти со стола, неуверенно отозвался он, зная, что брат помнит про каждую деталь в доме. — Нож пропал, — не глядя на брата, произнес Итачи, нарезая огурцы с ровной периодичностью. — Я перерыл всю кухню, но не нашел его. Ты не брал?       Заносчивость всегда раздражала. — Даже если так, то что?       Нож в руках Итачи застыл, громко соприкоснувшись в последний раз о доску. — Мог бы и вернуть, — его спокойный тон напрягал. — Раз ты вновь взялся за старое, — и взглянул, очевидно, смотря на руки.       Саске осел, вытаращив глаза, рефлекторно пряча порезы под рукавом серой тонкой кофты. — Опять скажешь на работе покоцали? Или на Аоду? — Итачи кивком указал на пушистый мирный комочек, что спал на теплом подоконнике и продолжил нарезать овощи. — Не сомневаюсь, ты уже нашел, что придумать.       Под противный ритмичный звук нарезки, Саске изумлённо спросил: — Как ты узнал? — Как? — явно разозлено глянул брат и звонко откинул нож в сторону. — Когда я утром хотел занести тебе вещи из стирки, я сам споткнулся об него. Он валялся прям под дверью. Ты даже не удосужился убрать с него кровь, — Итачи хмуро уставился, и в какой-то момент, это лицу напомнило Саске отцовскую мимику, что злился с такими же пугающими морщинами. — Можешь не прятать руку, я все видел.       Итачи развернулся, и звук нарезки возобновился. Саске осознал косяк. Чувство вины раздавило и руки перестали скрывать очевидную нанесенную дурость. — Может всё-таки расскажешь, что стало причиной того поведения? — Я не знаю… — вздыхал тот. — Что-то определённо случилось. Говори. — Я в смятении, — начал он, и Итачи, скинув в одну кастрюлю брокколи, убавил огонь. — Слушаю.       Саске не придумал что возразить, поэтому, в спину ударила правда: — Мы с Наруто начали встречаться.       Итачи изумлённо обернулся и медленно положил доску на стол. — В смысле… встречаться. — В прямом, — кивал тот, смотря в упор. — Мы теперь пара. — Наруто нет в городе. — Мы на расстоянии. Пока…       Итачи попал в просак. — И что вы… и как теперь? — он отчаянно пытался разложить все по полочкам, но выходило плохо. — Ты… — Я хочу уйти от Мадары. Навсегда. Давно пора прикрыть эту лавочку. — Ты же знаешь, что он не отпустит тебя просто так. — Знаю, поэтому я спрашиваю это у тебя, как у человека, который знает его намного лучше, чем я, — взгляд Саске выражал азарт. — Который намного сильнее и мудрее меня. Скажи, что я могу сделать? — В одиночку — ничего. — Значит, мне нужны союзники. — Саске… — устало прошептал Итачи, снимая бордовый фартук и откладывая его в сторону. — Ты, наверное, забыл, кем является наш дядя. Я тебе напомню. — Да я понимаю… — Нет! — резко прервали его. — Мадара имеет настолько серьёзные связи, что в этом городе, и с этой полицией, ты ничего не сможешь сделать. Ты никогда не вылезешь из грязи. — Но… — Тебя ничего не спасет. Только твоя смерть будет весомой причиной не работать. И то… даже после нее, он придумает, как может изощриться над твоим телом.        Саске тускнел прямо на глазах. — Мы прокляты, Саске, — смягчился брат. — Весь наш род, от начала до конца, вселял в людей страх, а потом призрение. Мы с тобой не в силах изменить прошлое, но мы можем подкорректировать настоящее, во благо будущего. Не оплошай.       Младший обречено помотал головой: — Почему мы должны отчитываться за ошибки родителей? — Потому что они такие люди, как и мы. — Они же работали в органах, — искренне не понимал он. — Почему они не могли во время остановить его?       Итачи понимал, что аргумент «это твоя родная кровь, твоя семья, а родных надо принимать такими, какие они есть и уметь помогать поддерживать» — для Саске пустой звук. — Ты знаешь, что я скажу. — Да. И я искренне не понимаю, почему ты не имеешь собственного мнения.       Итачи подумал и спросил: — Если бы я пошел по иному пути, ты бы встал против меня? — Если бы я был тем, кем должен был, я бы сделал так, как велит мне долг. — Посадишь в тюрьму родного брата? — Да. — Вот как… а ведь, не будь ты моим братом, я бы не вытащил тебя из палаты.       На мгновение дыханье спёрло. — …Что? — Ты думаешь, что Мадара был в курсе, что с тобой произошло? Нет. Если бы я не обратился за помощью, ты бы гнил там еще 6 лет. — Нет… — Саске онемел от шока. — Ты… не говорил мне об этом! — Я думал, ты сам поймёшь.       Поддавшись наплыву горечных эмоций, язык туго завязался в узелок, а мысли спутались. — Мне казалось… это была его идея. — Не без моей и… кое-чей еще, помощи. — …Орочимару, — догадался тот. — Да. Связи во многом помогли нам и теперь… — Теперь мы вынуждены работать! — Саске огрызнулся. — Ни ты, ни я не желали такой участи! Никто из нас не хотел пойти по такому пути!       Итачи слабо улыбнулся. — Но, не смотря на это, мы сохранили свободу… — Это не свобода! Мы зависимы от него, как ты не понимаешь! — Понимаю… — Так… — и выдохся, замучено качая головой. — Все… я больше не хочу это обсуждать.       Итачи вздохнул и перевел тему. — Рука не болит? — Нет, — бросил тот, задвигая стул.       Итачи оглядел брата и бросил в спину: — Не думаю, что ты хотел покончить с собой. Скорее, отвести душу. Я прав? Порезы смешные. — Да, — ответили, глянув из-за плеча. — Я понимаю твои чувства, Саске. Я тоже не хочу делить эту атмосферу на двоих. — Уже давно пора объединить усилия и пойти против «семьи».       Итачи кивнул: — Всему свое время. — То есть, ты не поможешь мне?       Но брат промолчал, разворачиваясь к кипящим кастрюлям. — Понятно… — омрачился Саске, опуская глаза и, мысленно проклиная всех кого можно.       «Бесполезный диалог» — гневался он.

***

      Наруто проснулся ближе к обеду и первым делом, написал Саске. «Доброе утро!»        Разблокировав телефон, Учиха ответил ему, с сигаретой в руке: «Доброе, Наруто»       Узумаки быстро прочитал и написал: «Как ты?»       Саске закрыл окно и вошел в комнату. «Нормально, а ты?» — написал он. «Голова немного болит» «Таблетку выпей» «Бесполезно, у меня хроническая мигрень — Тс… — отреагировал Саске. «Какие планы на сегодня?» — спросил он.       «Не знаю еще не придумал. А у тебя?»       Саске вспомнил про учебу. «Буду долги по учебе разгребать, готовиться, учить. Завтра выходить уже, отрабатывать»       Блондин удивился: «Точно, ты же завтра уже в колледже!» «Да… буду стараться восстановиться как можно быстрее. Хотя я уже не совсем понимаю, хочу ли я этого на самом деле» «Держись», — кратко ответили ему и Саске вздёрнул брови. — «А потом у тебя заказ в 8, верно помню?» «Да» «Хорошо, значит ты сегодня занятой» «Получается, так» «Если что, пиши, я думаю, что буду дома и смогу быстро ответить» «Как скажешь» «Удачи!» «Спасибо»       И вроде бы на этом можно было и закончить, но Саске написал еще одно смс: «Тебе хватает на еду? Ты же на больничном все еще»       Наруто ответил практически сразу, с небольшой задержкой в одну минуту: «Ну, думаю, да»       Ответ Учиху не устроил: «Кидай номер карты, подкину немного»       Наруто смутился. Он четко помнил их разговор про деньги и стало как-то не по себе. Внезапно на телефон пришла смс от банка: «Перевод Саске У. 10000»       Глаза выкатились из орбит, а потом пришла еще одна смс-ка от абонента Саске: «Надеюсь, хватит» — Не ну, это явно перебор, — сказал Наруто и напечатал: «Ты нулями не ошибся?» «Что? Мало? Могу еще подкинуть» «Нет! Ты что! Я в другом смысле!» «Все тогда, не скучай. Я ушел»       Наруто засмущался, но все же написал: «Спасибо» «Не за что» — Вот… Учиха, блин! Какой «не за что»?!

***

      Непроглядные черные тучи обрушили дождь. Киба решил заскочить к единственному родственнику и выгулить собаку, что не видел довольно давно. В общежитии запрещено держать животных, поэтому лохматый здоровенный белый пес, по имени Акамару, находился у тёти Акиты — крестной. Киба заходил время от времени к ней, т.к. она жила на окраине города в частных домах, и добираться до нее было довольно проблематично, особенно в зимний период, через здоровенные сугробы, которые мало кто чистил. А пока снега не предвиделось, Инузука довольный воссоединением со старым другом, надумал пройтись по старому частному сектору, накинув сверху капюшон от черной куртки. Акамару на радостях таскал юношу на поводке довольно сильно. Киба только и делал, что успевал перебирать ноги, не давая выдернуть себе руку вместе с лопаткой. Идя слишком сумбурно, он не понял, как пес довел его до территории заброшенного лагеря. Акамару остановился, найдя что-то в кустах и на этой паузе, Киба приподнял капюшон и взглянул на страшный, заросший иссохшими кустами, забор. Это место даже с такого ракурса вызывало бурю эмоций. Кибу бросило в дрожь. Акамару гавкнул и потащил парня дальше. Инузука поплелся вдоль забора в натяжении повода. Продолжительный рык Акамару сбил с толку. Киба остановился и оглянулся. Пес возбуждено рычал. — Что такое, мальчик? — Гав! — звонко отозвался Акамару, и потащил хозяина дальше.       Топая по лужам, Инузука прошел до угла и остановился. — Подожди, стой! Туда нельзя! — Киба старался остановить собаку, но Акамару пер, как танк, определённо что-то учуяв.       Сердце забилось в висках. Киба поднял голову, увидел стоящую у входа в территорию заброшки газель скорой помощи и две пары полицейских машин. Много сотрудников в соответствующей форме то стояли, то бегали из стороны в сторону. Акамару тащил прямо к ним, а Кибе и вовсе не хотелось знать, что здесь произошло.       Стараясь увести упрямого пса в бок, Инузука перестроился на другую линию дороги и краем глаза, среди кустов и толпы людей, увидел лежащий, завёрнутый в белое покрывало труп прямо у входа. В теле резко вспыхнула ледяными мурашками жуть, и страх оголил нервы. Киба отвернулся, затаил дыхания и прошел мимо наряда полиции, неосознанно став свидетелем небольшого диалога: — 3 выстрела. Один в голову, другие два в живот. Умер на месте. — Пора разгонять эти шайки. Уже совсем нет сил с ними бороться. — Банды мстительны, как бы самим не нарваться. Сам понимаешь, город у нас такой. — Снести бы это место в чертовой матери. Одного не понимаю, че их тянет сюда? — Территория несколько гектаров, не удивительно, что в таком месте будет, где разгуляться. — Ничего, сейчас как усилим охрану, и духа их здесь не будет.       Киба подметил для себя последнее предложение и сглатывая противный ком, прошел дальше.       Два полицейских неожиданно посмотрели на Кибу и прищурились. — Додумался тут собак выгуливать, — буркнул тот, что с усами. — Будет разгуливать тут, скоро и за его трупом приедем, — поддержал другой с задорным смешком и отвернулся. — Пойдем, еще протокол составлять.       И удалились. Киба пошарил карманы и достал телефон. Мурашки леденящим ужасом содрали кожу и нервы оголились под гнетом страха. Он набрал Саске. — Слушаю, — отозвалось в трубке. — В лагере усиливают охрану, я сейчас только услышал.       — Что? — Я проходил мимо и увидел наряд, там убили кого-то и полиция говорит, что это был кто-то из банд. Уж я не стал вдаваться в подробности, но суть такая. Надо быть осторожнее.       Учихе, которому надо выучить горы информации в кратчайшие сроки, потер глаза и понял, что ничего не понял. — Мне сейчас не до этого, Киба. Спасибо, я ценю твою помощь, но… — Я опять не во время? — Да… — Понял. Не трогаю, — и повесил трубку.

***

— Как же все не во время… — тяжко выдохнул Саске, откидываясь на спинку стула в кабинете Итачи.       Усталый взгляд упал на часы. Саске проголодался.

***

       Спустя н-ное количество времени Наруто вошёл в подъезд с полными сумками и спешил дойти до лифта. Тяжело, но не настолько, чтоб раскисать, он больше переживал, что ручки могут не выдержать и все придётся тащить все руках. Дойдя до поворота, он поднял глаза и увидел Джию. — Менма? — удивилась она не меньше. — П-привет, — запнулся парень. — Какая встреча, — она мягко улыбнулась и подметила крупные сумки по бокам. — С магазина? — Ага. — Понятно, — Джия отвернулась, и лифт приехал на первый этаж.       Пару человек вышло из него, а потом и они. В повисшей паузе Джия только делала, что пялилась в узумаковскую широкую спину. Она чувствовала себя Дюймовочкой по сравнению с его 180-ти, но это никак не мешало задать интересующий вопрос:       — Какие планы? — А? — Наруто оглянулся. Джия смотрела на него снизу вверх, хлопая выразительными глазами. — Да вроде никаких. А у тебя? — Тоже, — вздохнула она. — Тогда может зайдёшь?       «Куда?» — раздалось в голове, но правильнее, наверное, было спросить: «что?» Почему вдруг она решила, что Наруто будет интересно провести с ней время? — Ну, даже не знаю, — замялся юноша, и лифт тряханув, остановился.       Наруто первый покинул кабину лифта. Джия вышла за ним, говоря: — Мне действительно не комфортно сейчас оставаться одной.       Наруто хотелось сказать, что ее проблемы его мало волнуют, но из вежливости спросил: — Ты меня на чай приглашаешь?       Она легонько посмеялась. — Да, почему нет?       Наруто растерялся, а потом задумался. Саске сказал, что занят, значит можно потратить время на себя. — Да, давай. — Правда? — обрадовалась Джия. — Да, вполне. У тебя? — Ага! — Хорошо… — вздохнул Наруто, держа тяжелые сумки. — Разберусь с этим и приду. — Через минут 20, хорошо? — Понял. — Отлично! Квартиру помнишь? — 101. — Молодец, — засветилась она, — Тогда жду! — Ага, — смущённо обходя девушку, кивнул Узумаки и поторопился скрыться.       Джия не стала посягать на личное пространство, потому не торопясь последовала в квартиру.       Наруто отпер дверь и вошел внутрь. Наконец-то он почувствовал домашнее тепло. Обледеневшими пальцами, он написал Саске: «Как ты?»       И заблокировал телефон, не надеясь на быстрый ответ. Раздался рингтон. Наруто удивился. «Башка кипит, надо бы в душ сходить и начинать собираться на заказ» — написал Саске. «Понятно, удачи!» «Спасибо» — кратко ответили ему, и Саске вышел из сети. — Хм… — засомневался Узумаки, а потом устало вздохнул.

***

— Достаточно, — держась за голову, Саске перебрал горы нудной информации и на последнем моменте психанул.        Будучи на кухне Саске наложил себе небольшую порцию еды и поставил в микроволновку на минуту. Не дожидаясь готовности, он посмотрел в отражающую поверхность и ужаснулся. На работе надо быть через час, а он заросший, не расчёсанный, не помытый. Совсем от рук отбился. Схватив полотенце, он ринулся в душ.

***

      Наруто сменил повязку на руке и разобрал продукты. Он помнил о Джии, а потому постучал в дверь с табличкой 101. Джия открывала дверь. — Заходи.       Наруто скромно кивнул и переступил через порог, закрывая дверь. — Держи, — он протянул небольшую упаковку молочного шоколада и девушка засветилась. — Спасибо! — она с радостью приняла подарок и утащила на кухню.       Узумаки снял с себя тапки прошел за ней. Квартира мало чем отличалась от его — такая же светлая и просторная. Словно застройщик сделал все под копирку, а владельцы не предпринимали никаких действий для разнообразия. — Садись, — любезно пригласила она за небольшой стол, и Наруто присел, осматривая виды. — Черный или зелёный? — Черный, — автоматом ответили ей, и Джия заварила чай.       Уютно. Наруто рад, что смог быстро расслабиться в незнакомом квартире. — Держи, — на стол из тонких рук опустилась чашка свежезаваренного черного чая. — Спасибо! — поблагодарил Наруто и облепил широкую кружку крупными руками.       Джия сделала глоток и начала разговор: — Ну, как ты?       Узумаки взглянул на нее. Девушка, что сидела по правую руку, излучала добро и позитив с нотками волнения. — Нормально, — отпил Наруто. — А ты? Разобралась с бывшим? — Да… — как-то сразу поникла она, нервно теребя у кружки ручку. — Пришлось даже заявление писать. — Ого! — изумился парень. — Что случилось? — Хотел слить мои фото в сеть. — Оу… низко. — Да-а-а… — вздыхая, протянула она, поднося край кружки к губам. — Вот такие нынче дела. — Уголовно-наказуемые, — поддержал Наруто, сделав ещё глоток.       Джия зафиксировала свой взгляд на парне и спросила: — А у тебя что? Ты же тоже почти не спал.       Узумаки поставил кружку, сглотнул горячий чай и ответил: — Небольшие беды в семье. — Расскажешь? — М, — хмуро отклонился парень. — Не думаю, что мне есть, что рассказать. Скорее бытовуха. — С девушкой? — Ну… — замалчивал парень. — Там, скорее одно на другое накладывается. Сложно объяснить.       Джия сузила глаза, как лиса и надавила: — Давай, рассказывай! Че я тут одна как эта буду? — Как кто? — посмеялся он. — Как… ворона белая… — и спряталась за кружкой, отпивая напиток.       Узумаки вздохнул и попытался упорядочить, не раскрывая личных данных. — У меня отношения на расстоянии, — сказал он. — У нас все только начинается, но я уже чувствую себя уязвимым.       Джия удивлённо посмотрела на него: — Она заставляет тебя чувствовать себя плохо? — Ну… — и почему на этом моменте, он не поправил, говоря что встречаться с «ним», а не с «ней». — Скорее этот человек чувствует себя плохо, находясь со мной, — мастерски выкрутился он. — Почему? — Не знаю. Наверное, дело в том, что мы мало друг друга знаем, а тут еще и это расстояние, из-за которого происходит много недопониманий. — М… — кивнула Джия. — Понимаю.       Чувство неловкости и чрезмерной открытости заставило Наруто почувствовать растерянность перед девушкой, что он видел второй раз в жизни, привычно думая, что он говорит слишком много. Но благо она сама продолжила тему. — У нас поначалу тоже было что-то похожее, а потом все вылилось в то, что он мне изменил с лучшей подругой, — челюсть кое-как осталась на месте Узумаки, но Джия продолжила. — Вот и осталась я одна. Ни друзей, ни партнера. Все отвернулись от меня. Даже семья, которой я периодически отправляю деньги на лечение матери. — А что с ней? — Опухоль мозга. Пока все стабильно, но лекарства стоят достаточно дорого.       Наруто прекрасно понимал ее в этом. — Здоровья ей, — сказал он и отпил еще глоток. — Спасибо, — Джия застыла с кружкой в руках. — Может че покрепче? У меня дикое желание нажраться вусмерть. — Я пасс, — сдрейфил парень. — Почему? — Я на таблетках. Нельзя. — Даже чуть-чуть? — настаивала она. — Даже чуть-чуть, — утвердил он, ставя кружку обратно. — Да ну тебя! — очевидно обидевшись, Джия надула губы. — Думала, выпьем, пожалуемся друг другу на жизнь, и все будет хорошо.       Вот как раз-таки такие люди всегда отталкивали Наруто. Он терпеть не мог подобное поведение. — Не, я не из такого состава людей. — ЗОЖ что ли? — Ну не ЗОЖ, но все равно.       Джия скривилась и упрекнула: — Ты же куришь. — Бывает время от времени, иногда я не поощряю себя за это. — Зануда. — Да, согласен.       Вот так вот просто он не стал плясать под чужую дудку, разочаровывая Джию без капли сожаления. Вроде бы не маленькая, должна понимать, нет — значит, нет. — Ладно, — сдалась она. — Чем тогда предлагаешь заняться?       Брови Наруто поползли наверх: — Я? — Да. — Это была не моя идея посидеть в дружеской компании.       Джия показушно надула губы и скрестила руки на груди небольшого размера, как ребёнок. — Я разденусь, — сказал Наруто, вытаскивая теплую кофту из рукавов.       Девушка обратила внимания на развитые крупные мышцы рук и слегка вздутые вены, что прятались под тонким слоем бархатной кожи. Кто бы мог подумать, что он заденет ее слабости. Она очевидно пялясь, не смутила Узумаки, что аккуратно вешал кофту на спинку стула, а как закончил, развернулся. Джия резко сделал вид, что нечего не было, и отвернулась, показушно покашливая в кулак. — Все хорошо? — не понял блондин, и девушка суматошно ответила. — Да-да, все отлично, — и опять прокашлялась. — Что с рукой? — Ошпарился. — Ого, выглядит не очень. — Согласен.              И развернулась, хлебнув еще чаю. — Значит, у тебя есть девушка, да? — тонко намекала она. — Ну… — Наруто решил притвориться. — Да. — И какая она?       «И почему всем интересны подобные темы? — неожиданно даже для себя, разозлился парень. — Мне вот вообще не интересно, кто с кем ебётся. Почему все считают важным спросить у другого человека про личную жизнь? Разве само определение не является конфиденциальной информацией?» — Ну так, что? — подталкивала девушка, помешивая ложку в кружке.       Грубить не хотелось, но и разговаривать о подобном — тоже. — Давай сменим тему? — Что? Почему? — Для меня это больная тема, не хочу лишний раз ее касаться.       Джия осела, совсем не понимая собеседника. — Ладно, как скажешь…       Джия и Наруто молча пребывали каждый в своих мыслях, пока скука не ударила в голову. Наруто написал Саске, увидев его в сети: «Как самочувствие?»       И заблокировал экран. Джия спросила: — Кому пишешь?       Узумаки отпело уставился, а потом пришло сообщение от Саске: «Все в порядке, бегу до магазина и на работу» «Хорошо», — оторвавшись, скорее пряча глаза в телефоне ответил он и отложил мобильный. — Это она?       Сдерживая внутренние негодование, Наруто спокойно ответил: — Да. — Понятно. — Расскажи мне, чем ты занимаешься?       Наруто удивился скачку с темы. — Работаю. — Кем? — В кофейне на углу. Она там одна, не прогадаешь.       Девушка обхватила кружку в руки и присела. — Значит, завтра я могу заскочить к тебе на работу? — Хах, — Наруто усмехнулся и сделал глоток. — Я пока на больничном, — он указал на корочку от ожога на руке. — Оу, я думала ты на стройке работаешь. — А? — изумился юноша. — Почему? — Ну, ты такой… — невербально намекала Джия, напрягая свободную руку. — Качок. — И что? — Подумала что у тебя силовая работа. — Ну, ха-ха! Иногда у нас бывает крупный привоз и там хочешь/не хочет, но будешь поднимать несколько килограмм. Мешки с кофе, как минимум десятку весят. — А… — кивала та. — Понятно. — А ты? — Неподалёку от твоей кофейни в тц. Я фотограф. — Ого, в студии? — Да. — Здорово, — попивал он чай. — Не люблю фоткаться. — Хах, почему? — искренне удивилась она. — Не мое. Кто угодно, но не я. — Да почему? — Не считаю себя фотогеничным, скорее наоборот.       Джия прищурилась и оглядела парня профессиональным взглядом. — А мне вот наоборот, кажется, ты очень подойдешь на фотосессию какой-нибудь рекламы для потенции. — Что? — Узумаки так рассмеялся, что чаем подавился. Джия подхватила смех и залилась. — Ты чего говоришь такое? — Ха-ха-ха! Что думаю, то и говорю! — Ну ты вообще конечно, — наиграно возмущался юноша. — Додумалась, тоже мне. — А-ха-ха!       В перебивки между строк, Наруто кинул сообщение Саске: «Уф, я уже скучаю»

***

— Вот оно как? — задорно смеялась Джия, выслушивая очередную историю из жизни Наруто.       Тема за темой и разговорились. Они общались так, будто знакомы уже несколько лет. Иногда поглядывая на часы, Наруто ожидал ответа от Учихи, но он молчал. В диалоге появилось еще одно смс от Наруто: «Ты уже все?» — А потом он говорит мне: вообще-то, это была моя кружка, — харизматично завершил он и засмеялся.       Джию не оставила история равнодушной, как и многие другие. А потом она начала замечать, что Наруто начал неосознанно очаровывать. Она старалась увести мысли в сторону, но его ярко голубые глаза и красиво растрепанные волосы, не могли заставить сердце усмириться. Она балдела от его голоса, подачи себя и запаха, который навевал тонкие нотки ее бывшего молодого человека. Сказать, что Узумаки был похож на него — ничего не сказать.       Наруто растворился в приятном обществе, но мысленно был с Саске. Все время думал, что там, как у него там, все ли хорошо? Вот глаза и блестели. — Эх, приятно было пообщаться… — он поднялся с места, заставляя Джию напрячься. — Уже уходишь? — Да, — расправлял он складки штанов. — Надо бы.       Он взглянул на время, включая телефон: 20:05. — Хорошо, — разочарованная Джия поставила чашку и последовала за юношей. — Спасибо за вечер, — Наруто нажал на входную ручку. — И тебе, Менма, — попрощалась она, закрывая дверь.       Наруто вышел в коридор, так и не смирившись, с тем, что носит не свое имя.

***

      Саске поглядывал на время — 20:10. — Ну и где она? — раздражался он, стоя на рецепшне.       Итачи устало шаря монитор, выдавил: — Без понятия, — и затих.       Парень был наготове, но последний сорванный заказ подсказывал, что возможно будет что-то подобное. — Я уйду в 15 минут, если никто не придёт. — Ладно, — вяло отозвался администратор, и дверь неожиданно открыли.       Высокая средних лет дама на каблуках вошла в помещение и собрала на себе внимание остальных. Это была его клиентка. Она подошла к стойке регистрации и сказала довольно слащаво: — Я записана на 20:00 к 9. — Вас ожидают, — Итачи взглянул на Саске, что нервно перебирал пальцами по лакированной деревянной стойке, стоя по левую руку.       Дамочка взглянула и фыркнула: — Не осуждайте женщину за нрав. — Ни в коем случае, мадмуазель, — саркастично улыбнулся Саске и последовал в рабочую зону.       Клиентка поправила сползающее с ее обольстительных плеч шикарное меховое пальто и поцокала каблуками.       Итачи то и сделал, что вздернул брови и покачал головой.

***

      Наруто устало пялил в телефон, где в разное время мертвым грузом висели его сообщения: «Уф, я уже скучаю» — в 20:01 «Ты уже все?» — в 20:55. «Хм, наверное, задерживаешься» — в 21:15.        «Почему ты заставляешь меня чувствовать себя так, будто я пустое место для тебя? Ты был всем, что мне было нужно», — разглядывая молчаливый телефон, переживал Наруто, когда часы перевалили за 22:00 и на это ему ответил собственный голос: — Потому что ему плевать на тебя.       Наруто дрогнул, тело окатило кипятком, на лбу выступили капельки пота. Сердце заколотилось, что стук можно услышать в другом конце квартиры. Узумаки боялся предпринимать какие-либо действия. Паралич сковал голосовые связки. Со спины подул холодок — будто в шею дыхнула сама смерть, и тонко намекнула «твой час настал». Но вместо того, чтобы обернуться, парень сжал кулаки и твердо произнёс: — Я не боюсь, тебя, Курама. — А это не он, — четко прошептали мертвые иссиня-чёрные губы над ухом, и их владелец обернулся.       Позади с ядовитым оскалом агрессивно изображал демона другой он. Истинный Узумаки нахмурился: — Уходи! — Тогда тебе следует последовать за мной, Менма, — поддел красноглазый, явно намекая о вчерашнем сеансе. — Что ты хочешь? — Я? — субличность обошла со спины под пристальный взглядом и села напротив.       Наруто старался сохранять спокойствие, но в такие минуты хотелось неистово кричать. — Зачем ты пришёл? — надавил он. — Напомнить к чему может привести твоя больная привязанность, — сверкая исподлобья опасной яркостью двоих огней, что закрывала густая, но бледная то оттенку пшеничная челка, юлила личность. — Заканчивай страдать хернёй. — О чем ты? — Ты знаешь… — демон глянул на мобильный телефон, что лежал в руках у Наруто. — Он ответит, — уперся Наруто. — Может у него интернета нет или связь плохая. — Нет. — Он занят. — Да, конечно… — вредничала личность накручивая на палец верёвку от персиковой худи, в который сидел Наруто. — Он всегда для тебя занят. Целый ебаный день, он общался с тобой на отъебись, а теперь ебется в свое удовольствие и даже не вспоминает о твоем существовании.       Слушать такое из своих же уст немыслимо. И когда он только успел закрепить такие мысли? Наруто добавил еще одно сообщение: «Я волнуюсь, перезвони, пожалуйста». — Это не так, — добавил в слух. — Он ответит, когда… — Когда удовлетворит свое эго, — сверля взглядом, Узумаки чувствовал, как накрывает ревность. — М-м-м, вот оно… сладостное чувство обречённости. Как долго я ждал этого…       Глаза на мокром месте. Узумаки выдохся окончательно: — Чего ты хочешь от меня сейчас? — Я устал твердить одно и тоже… — томно вздыхал тот. — Я хочу, чтоб ты перестал жить в иллюзии и начал смотреть правде в глаза. Взгляни на меня! Неужели тебе нравится чувствовать боль? Ах, да… ведь ты не чувствуешь боли — это только моя забота. — Мне тоже больно! — дрожащим голосом, вскрикнул парень. — Да… но в итоге это отразится во мне. В тебе лишь останется крупица мутных воспоминаний, а я буду продолжать крутить заезженные пластинки.       Наруто всхлипнул, отчаянно грезя о спасении. Чувства шли наперекор и чем больше думал о нем, тем больше кормил голодного волка, что сидел напротив. — Я снова оказался прав, — хихикнуло зло. — Нет. — Докажи мне, что твои чувства не самообман! Ну же, давай!       Наступив на грязь, та медленно пробирались к нутру. — Я так больше не могу… — Не уж то до тебя дошло! — нервно усмехнулся тот. — Вот это да! Браво! — высокомерно наигранно захлопал в ладоши он.       Узумаки поднял глаза и вместо страшной сущности, развидел себя. Того самого себя, что мерк на фоне остальных и скрывался настолько глубоко, что словами не описать. — Я лишь хотел, чтоб он спас меня, потому что я не в силах помочь себе… — признался Наруто. — Тебе никто не в силах помочь. Вспомни, как долго ты пытался выяснить причину, по которой с тобой происходит подобное. Сколько врачей разводили руки и ставили кто какие диагнозы. И что в итоге? Ты каша из травм, в которых не в силах разобраться.       Парень померк на глазах, и пазл сложился. Чтобы справится с ужасными воспоминаниями он перестал ассоциировать себя с собой. Психика, в целях защиты, расщепила личность на несколько частей. Одна часть по-прежнему хранит воспоминания, а другая рождается заново и не имеет ничего общего с прошлым. До сего момента субличности никогда не обретали визуальный характер. Чаще конфликты происходили внутри и никогда не являлись галлюцинацией, но сейчас… Сейчас все иначе. Подсознание смешалось сознанием и замкнуло провода из логики и характера. Развилось паранойя и нестандартное поведение. — Я знал это, — дрогнули сухие губы. — Всю жизнь ты докучал мне, трепел нервы. С тобой невыносимо. Я нуждался в человеке, который поможет сохранить баланс. Но ты всегда выбивал почву из-под ног. — Никто тебе не поможет, кроме меня. — Саске поможет. — Он болен! — давил тот. — Так же как и ты, а может и хуже. Ты вчера сам в этом убедился. — Нет, он… ему просто так же нужна помощь. Нам обоим. — Игра в «спасателей»? Пф! Ваше воссоединение только усугубит положение! — Мы будем стараться понимать друг друга. — Правда?! — личность придвинулась и бесцеремонно схватила за челку, предоставляя оголённую шею, которую так и хотелось вскрыть. — А ну посмотри мне глаза и скажи это еще раз!       Претерпевая боль, Узумаки даже не дрогнул. — Ты думаешь, он тебя любит? Он больной ублюдок! Он признался тебе в маниакальной стадии, не контролируя собственные действия!       Стиснув зубы до крови, Наруто смотрел страху в глаза, мысленно думая о возлюбленном. — Хватит! Мне противны мысли о нём! — Он… любит нас… — Нас?! Он никогда не встречался с таким тобой! Он даже не в курсе моего существования!       Сердце истинного парня куда добрее и бескорыстнее. Наруто просто улыбнулся.       Ошеломлённый такой реакцией, демон вспыхнул огнем, закричал и до боли в костяшках сжал волосы. Наруто поморщился, а потом рывком потащили в ванную. — Стой! Ай! Что ты делаешь?! — Узумаки кричал брыкался, вырывался но остановился напротив большого зеркала. — Я покажу тебе, что значит «любовь».

***

      В какой-то момент, когда шикарная женщина насаживалась на члене Саске, сердце больно екнуло. — Ай! Тс… — и зашипел.       Клиентка смутилась, подумав: молодой, а уже разваливается. Учиха зажмурившись, чувствовал неладное. Тревога зарылась в сердце и пустила крупные толчки. Что-то случилось…

***

— Смотри! Посмотри, что он сделал с тобой! Такое выражение лица ты хочешь видеть каждый день смотря в отражение?! — личность тыкала Наруто носом в отражение, как упрямого котенка, что нашкодничал в углу. — Ну же! Говори! — Отпусти меня! — накрывая цепкие гнилостные руки блондин своими попытался вырваться, что были силы. Но другой он был сильнее. Он обрушил накопленную годами злость, ненависть, зависть, ревность и ударил об зеркальную поверхность. Наруто закричал кидая быстрый и полный неприязни взгляд в отражение где были двое. — А-а-а-а-а! — Больно, да?! — Отпусти меня!       От первого удара, зеркало прошлось волной, а второго — сильного и резвого — разбилось выпуская наружу неистовый крик и оглушающий треск битого стекла об раковину, стены, пол. Подбородок, руки, голос задрожали. Из пострадавшей брови плеснула кровь. Красная река заливала заплывший глаз и смешивалась с солеными реками переплетаясь падала на пол, руки, раковину и осколки, что отражали угрозу под разными углами. — Хватит! — Узумаки поднял зор где паутиной трещала половина зеркала. — Посмотри на себя! Неужели тебе не ясно, что ты убиваешь себя?!        В лазурных глазах — никакого сожаления. Наруто взывал не к Богу, а к Учихе. — Прекрати думать о нем! — Нет… — слабо прошептали губы. — Ему все равно. — Нет… — Он не ответит тебе. Забудь! Ты лишь игрушка в его руках. — Нет… он любит меня… — А ты уверен, что он не солгал тебе?! — задевая битый букет из стекла, Наруто бессильно уставил зор вниз. — Может Киба прав и Саске действует исходя из своих желаний! Вспомни его слова в стенах колледжа! — Помню, но я не верю в это… — кисти тугой хваткой вцепились ободок раковины, а «другие» в бесхребетную голову, задирая высь. — Открой глаза! Саске прямо сказал тебе, что никогда не полюбит такого, как ты. Хватит бегать за ним! — Он сказал, что любит… — Ты не нужен ему! Если бы он захотел, он бы давно тебе уже написал! Живи дальше! — Я не могу… — Можешь! — Нет…       Втягивая воздух сквозь сомкнутую щель зубов, ярость полыхнула. Демон нагло схватил чужие дрожащие руки и, слился воедино в бездушные кисти по локти. Глаза зловеще опалили растерянное отражение, а рука нашарила среди обломков самый острый, самый удобный кусок зеркала. — Ты его любишь? — Да.       Глаза видели, уши слышали, руки не слушались. Одним взмахом вооруженной кисти в предплечье вспоролась кожа, полося, вскрывая до мяса, пуская пульсирующую горящую кровь. Раны шкворчали жгучим пламенем, рвали горло, выпуская истошный крик. Вопль звенел в разбитых стеклах и вырвался в коридор, где стены глухи и немы.        — Мне повторить вопрос?       Весь ужас, всю безысходность, весь мрак будущего увидели сизые глаза. Из липких пальцев звонко отвалился металлически-красный осколок, и тлеющая кровь заструилась, тихо растворяясь в мертвой тишине, падая неловкими каплями на пол, с изрезанных вдоль и поперёк запястьев. Естественный блеск утерян среди тысячи бликов. Колени уткнулись в кафельный пол. Спина забилась в угол. Эту боль не унять. И только иссохшие бледные губы еле слышимо зашептали в преддверии смерти: — По…мо…гите.

***

       — Как вы могли заметить, нас с каждой неделей становится все меньше и меньше, — Мадара неожиданно созвал коллектив в свой офис, заставая недовольные взгляды, что не планировали задерживаться. — И если с мужским составом проблем нет, то с женским нужно поработать, — владелец заведения уставился на Саске, что любительски стоял позади всех. — С сегодняшнего дня вам поручено привести девушек. Чем больше, тем лучше.       И под тихие перешептывания сотрудников, Саске глянул на Итачи, а Итачи на него. Атмосфера начала накаляться.             Младший из Учих сделал вид, что его это не касается. Он безучастно выглянул в окно. — Саске, — окликнули довольно грубо осознано собирая взгляды. — Я рассчитываю на тебя, — Мадара начинал свирепеть, понимая, что тот нарочно избегает глаз. — Ты в деле. — Вот еще, — буркнул тот. — Я тебя не спрашиваю.       Саске лениво глянул на довольную рожу дяди, и Итачи неожиданно впрягся: — Мадара… — Не лезь, Итачи. Это тебя не касается.       Кабинет затих. Глаза сотрудников бегали по Бермудскому треугольнику из семьи Учих. Саске исподлобья зыркнул на брата, а потом на дядю, спокойно нарушая тишину. — Почему я? — Потому что ты единственный, кому я могу поручить это.       Саске посмотрел на коллег. — Ты сам сказал, что у нас нет проблем с мужским составом, так почему ты не попросишь их?       Мадара посмотрел на Джонни и Тревиса, что манерно приводили себя в порядок. — Издеваешься? — Нет, почему? — Саске отклеился от стены и подошел к Тревису со спины, положил руки на плечи и сказал. — Переодеть, смыть косметику, научить обращаться с противоположным полом и готово.       Джонни глянул на коллегу-друга и, прикрывая рот рукой, усмехнулся. Саске, натянув фальшивую улыбку подталкивал к мысли кивком и глазами, но начальство настояло на своем. — Я поручаю это задание тебе и Кендал. — Она же девушка, — засомневался Итачи. — Она лесбиянка, — глянул тот. — Пусть тоже поработает.       Мерзкий колкий взгляд вновь упал на Саске. — Ты знаешь условия. — Я отказываюсь. Делай, что хочешь, как хочешь, но меня в это больше не впутывай. Я наигрался. С меня достаточно.       Но козырь в рукаве был не у него. — Ты, наверно, забыл, в каком положении находишься. Я напомню… — владелец заведения медленно поднялся с места, но выходить из-за стола не стал. Все напряглись и приготовились к ударной волне. Мадара уставил кулаки в стол и мягко, в своей манере, надавил. — Твое тело не принадлежит тебе, Саске. Все, что связано с тобой по-прежнему лежит у меня, и если ты вновь хочешь оказаться в местах отдаленных — это можно устроить.       Итачи бросил тревожный взгляд на брата. Саске, надев маску самозванца, медленно натянул губы и киваючи посмотрел в пол. Мадара глазами следил за тем, как тот вальяжно отошел от ребят и двинулся по кругу, огибая стол. Звонкие шаги берц били по ушам, пока не остановились. Накопив ярость за несколько тревожных, беспокойных дней, Саске схватил рядом стоящий стул и швырнул в открытое окно с обрамленной железной перегородкой. Стул разлетелся в щепки. Металл звонко пропустил через себя удар. Шум прекратился не сразу, но дал понять — Саске в гневе. Мадара посмотрел на остатки когда-то дорого инвентаря и медленно перевел взгляд на виновника торжества. Итачи в немом шоке осознал: еще чуть-чуть и стул полетел бы в него. В воцарившейся тишине, каждый бегал зрачками. Никто не рискнул первый нарушать давящую тишину. — Вот, что я б этом думаю! — прорычал Саске достаточно громко, но Мадара даже не дрогнул. — Я все сказал! — и развернулся, унося бурю за собой.

***

      Выбежав на улицу, в кромешную темень, Саске на ходу накинул теплое длинное пальто, пока Итачи не догнал и не развернул. — Ты тоже пляшешь под его дудку! — наотмашь бросили в лицо. Итачи беспокойно рассматривал мелкие лицевые судороги брата. Саске кипел от злости. — Давай, говори, что я еще должен сделать! Ну же, я жду! — Саске… — Ты даже слово не сказал и меня пиздец как это бесит! Ты ебаное ссыкло, Итачи! Поступаешь, так же, как и всегда! Жрешь, жрёшь, жрёшь и жрёшь! Постоянно! У тебя никогда не хватало смелости сказать что-то против! Кто тебя таким сделал? — шагнули навстречу. — Отец? В военном училище? На войне? Где?! Я не понимаю, в какой момент я потерял тебя!       Итачи смотрел так же как и всегда — безэмоционально. — Ты, даже сейчас, ты ничего не можешь мне сказать… — Саске сбавил громкость, трясясь то ли от холода или от нервов. — …Почему ты молчишь?       Один веял холодом, другой огнем. Огонь вновь вспыхнул ярче солнца: — Почему?! — Потому что… так надо. — Кому? — в глубокой скорби и растерянности отчаянно шептали губы. — Тебе? Мне? А может… я еще чего-то не знаю, а? Давай, у тебя есть возможность выложить все на чистоту.       Итачи понимал, что не прав, но внутренний блок, не давал вымолвить слово. — Ты знаешь, что может случиться, если мы пойдем наперекор. — И мне не страшно, — глаза судорожно бегали по безмятежному лицу Итачи, тот созерцал раздутые ноздри и искусанные до кровавых подтёков губы. — Я давно готов к битве.       Итачи покачал головой: — Не будь глупцом… — Я глупец? — выпалил тот. — Это я действую безрассудно? Вы с матерью только и делали, что ограждали меня, пытались сделать как лучше, во благо себе! А на меня насрать… все забили хуй на мои чувства… Ты никогда не помогал мне по-настоящему, по-братски, по-человечески; что с лагерем, что сейчас. Никто искренне не помогал. Только вид делали! — Бред, я всегда был на твоей стороне. — Оно и видно, — закивал Саске. — Всеми фибрами души.       Итачи развидел собственную злость в саркастичных глазах. — Не забывай, что речь идет не о простом полицейском, — мягко намекнул он. — А о мафии, которая при желании запросто свергнет верхушку. — И что? Мне ходить радоваться? — Я к тому, что никто не в силах ему угрожать. — Пока в этом мире будет существовать хоть капля справедливости, я буду бороться, — парень сердито ткнул пальцем в грудь. — А если ты боишься, то хотя бы не мешайся, — и развернулся. — Куда ты? — кинули вдогонку. — Какая разница! — Обещай мне, что ты ничего не сделаешь до моего прихода.       Саске показал фак с двух рук и поспешил скрыться за ближайший угол.       Весь необузданный, страстный темперамент юноши вылился в тех сказанных словах. Неприкаянный огонь продолжал пылать в мазутных глазах. Руки сжаты в кулаках. Он дрожал всем телом под влиянием дикого порыва возмущения, докуривая не первую палку сигарет. Вокруг шумели машины и люди-тени. Разум вызывал к стойкости и умению держать себя в руках. — Черт, Наруто… — Саске остановился на перекрёстке, выкинул, куда попало недокуренный бычок, и взял телефон.       Включив интернет, одна за другим посыпались сообщения в одном чате: «Уф, я уже скучаю» «Ты уже все?» «Хм, наверное, задерживаешься» «Я волнуюсь, перезвони, пожалуйста»       Без того трясущаяся руки, затряслись сильнее. Саске резво набрал номер и посмотрел по сторонам. — Абонент не отвечает, пожалуйста, перезвоните позже, — встретил автоответчик. — Да, блять!       Гудки возобновились гудки.       Светофор на том конце дороги вот-вот должен был смениться на зеленый.

***

      Глаза цвета синевы рваными дергаными движениями разгоняли тьму, не давая провалиться в пропасть. Размытым фильтром он фокусировался глубь. Сложно. Он потерял столько крови… но уши слышали. Слышали тихий перебивочный звук, что тихим эхом отражался от пустого зала. Мобильный. Он верещал на тумбочке. Головокружение и физическое бессилие настолько сильны, что только губы тихо издавали хрип. — Сас… ке…       

***

— Чёрт! — не успокаивался Учиха, уже переходя дорогу.       Он звонил ему раз за разом, раз за разом — ничего. «Может, спит? — говорила рациональность, — А может что-то случилось? — кричала паника». Не дозвонившись, Саске написал: «Ты спишь?»

***

      Джия вышла в коридор намереваясь отдать забытую кофту Наруто. Пусть уже поздно для визитов, но что-то говорило — рано, не спит еще. Подойдя к квартире 106, Джия коснулась звонка. Раздался тихий гомон. Дверь не открыли даже минуту спустя. Неужели спит? Разочарованная дива развернулась, а потом копалась в землю. Тихий ритмичный звук привлек внимание со стороны квартиры. Джия прислушалась, и на свой страх и риск, потянулась к ручке двери. Опустив вниз, дверь неожиданно отошла. Мобильный рингтон безоговорочно усилился. Джия заглянула внутрь. Свет горел во всей квартире, и сладковато-металлический аромат тревожно донесся справа. — Менма?       Под разрывающийся телефон, Джия развернулась и глаза поползли на лоб. Раскрашенные красным белые стены и забитый в угол парень со вспоротыми руками. Дикий ужас сковал связки, рот накрыли дрожащие руки, глаза пытались развить признак жизни. Осторожно наступив на липкую кровь, Джия коснулась не тронутой шеи и прислушалась. Пульс был. — Боже, очнись, пожалуйста, — она коснулась изжившего себя тела и побледнела сама, чувствуя холод. — Менма, очнись!        Двигаясь на уровне рефлексов, Джия не сразу поняла, как глаза увидели бинты на кухне, вату и спирт. Вспоминая уроки ОБЖ хрупкие руки передавили артерии и затянули покрепче. Телефон то умолкал, то звонил снова подгоняя из без того рвущаяся сердце. Невыносимо! Джия выпрямилась и ломанулась за звонком в скорую. Нашатыря под рукой не было. Включив холодную воду, руки облили безмятежное лицо под звук изнуряющего телефонного звонка. Благо скорая перебила голосом: — Добрый вечер, скорая помощь, слушаем вас. — Срочно! Серьезная кровопотеря! — Назовите адрес.       Джия выключила воду и назвала точный адрес, полное имя и возраст пострадавшего — все, абсолютно все, что требовала скорая помощь. — Ожидайте через 10 минут.       Вызов спросили, и шум воды перекрыл гудок. — Давай! Давай!       Ударяя по лицу раз за разом, на каком-то из моментов, Наруто дергано приоткрыл глаза, и Джия с облегчением выдохнула. — Наконец-то, — голова бездушно повисла на плечах.       Среди тысячу звуков, Узумаки нащупал тот самый. Он прошептал ей: — Ответь… — Что? — Джия подняла зор. — Трубку… возьми…       Девушка подорвалась с места и подошла к мобильному юноши, взяла и вернулась к Наруто. — 14 пропущенных, — оповестила она, усаживаясь рядом. — Саске… — слабо улыбнулся он, и Джия утвердительно кивнула. — Напиши ему, что я спал… — из полученных сил от наложенной шины, Узумаки медленно повернул голову в бок. — Что? Как? Тут пароль стоит. — Дай… — вяло потянулся он, разблокировал по отпечатку, и оставил размазанную кровь на дисплее.        Джия узрела переписку и написала как смогла: «Прости, я спал. Перезвоню позже» — Я знал… — зашептали бледные губы. — Знал, что напишет… — Кто? — шокировалась Джия, но Наруто лишь вяло улыбнулся. Он попытался встать, но девушка легким движением усадила на место. — Скорая едет, сиди.       Наруто послушно откинулся, озаряясь по округе. Тело болело как после панической атаки, вот только руки обычно остаются целыми. На телефон Наруто пришла смс и Джия перевернула телефон экраном от себя. «Хорошо, жду», — радовал глаз Саске.              Душа грелась в наслаждении и покорном смирении. Он ликовал. Улыбался и забывался. А Джия не понимала, как, нет, из-за чего можно наложить на себя руки. — Зачем? — тускло сорвалось с ее губ. — Зачем ты это сделал?       Но взглянув, Узумаки не нашел, что ответить. Он глянул на осколок рядом, путая мысли и язык: — Это не я… — Что? — Случайность. Я не хотел… — Как можно случайно вскрыть себе вены? — Можно…        В домофон позвонили. Джия подорвалась с места и скрылась из виду. Отдалённо слышался голос, а потом померк в пучине домофона. Боль отдавала по оголенным нервам в мозг — невыносимо. — Осторожнее, — Джия во время заметила, как юноша, хватаясь за борты ванной поднимался на ноги. — Не напрягай руки.       В дверь позвонили. Джия рванула к выходу и впустила наряд скорой помощи. Два громоздких человека вошли в квартиру и прошли за ней. Наруто вышел к ним, стараясь увести наряд в комнату, но последний из состава успел уловить во внимание кровавую комнату с битыми стеклами. Врач в синем одеянии подошел к Наруто, осмотрел и спросил: — Сам накладывал?       Парень кивком указал на Джию. Опережая вопрос, она ответила: — Прошло 15 минут. — Хорошо, молодец, — врач покрутил изрезанные руки и оценил ситуацию. — Ну, что? Поедешь с нами. Приготовь документы, на всякий случай.       Узумаки забегал по комнате. — Голова кружится? Тошнит?       Парень кричал издалека, попутно собирая все необходимое. — Понял, — сказал врач и приказал напарнику. — Готовьте капельницу. — Понял, — отозвался тот и развернулся. — Идти сможешь? — глянули на Наруто. — Я помогу ему, — втиснулась Джия, забирая из израненных рук собрание шмотье.             — Вы кем приходитесь пострадавшему? — огорошили вопросом.       Джия растерялась, а Наруто вовремя смекнул: — Моя девушка…       Она порозовела.

***

      Щемя сердцем пальцы бездумно листали новости. Саске жаждал звонка, мысленно перебегая от одной проблемы к другой. Ужасный день. Отвратительный вечер. Бесячие ожидание. Завтра будет еще хуже…

***

      Приехав в приемный покой, Наруто оказали помощь и усадили в коридор с капельницей в руке. На руках зияли бинты с еле видимыми кровоподтёками. Руки жгло, но не от порезов, а от мешающейся иглы. Джия сидела рядом, держала вещи, помогала, поддерживала, как настоящий друг. — Здравствуйте, — к ним вышел врач-хирург — Как самочувствие? — Уже лучше. — На учете не стоишь?       Узумаки не понял: — На каком? — В псих. диспансере. По идее мы должны передать тебя им, а дальше они уже сами решат, что с тобой делать.       Парень сглотнул от понимая, что натворил. — Да вроде нет, — неуверенно сказал он. — Ну, как знаешь, — врач махнул рукой, и юноша аккуратно поднялся. — Смотри, порезы обширные, довольно глубокие, но вмешательства не требуют. — Понял. — Давай, проходи в кабинет, — подталкивал он, уводя за собой. — Поговорим.       Узумаки схватил капельницу и последовал по коридору, оставляя Джию одну.       Юношу усадили в кабинете и сказали: — С минуту на минуту должна подойти врач психиатр и понять степень твоей вменяемости. — Понял, — кратно ответил Наруто.       Хирург подметил, что раствор влился полностью и снял катетер: — Не напрягай руки в ближайшее время. — Угу.       И ушел, чуть не столкнувшись в дверях с молоденькой девушкой в белом халате. Хирург пропустил даму вперед, та вошли, а он вышел, захлопывая дверь.        — Здравствуй, — приветливо сказала она и подошла к пациенту. — Ты Менма Намикадзе? — Да. — Что случилось, Менма? — она села напротив. — Порезался. — Не говори, что случайно. Не поверю. — Ладно…       Врач внимательно посмотрела на юношу: — Ты понимаешь, что обычно в таких случаях, мы принудительно сажаем в отделение? — Да. — Ложимся? — спросила она, зорко стреляя глазом. — Нет. — А что тогда?       Наруто опустив глаза, задумался: — А что можно сделать? — Хм-м-м… — психиатр задумалась. — Я пришла выяснить причину поведения. И если ты убедишь меня, что принудительная госпитализация тебе не потребуется, я отпущу тебя.       Узумаки свел брови домиком и вздохнул. — Я… просто с девушкой поссорился, — солгал он. — С той, что в коридоре? — Угу. — Поэтому ты решил вскрыть вены? — Нет, я просто… не знал, что делаю, а когда опомнился было поздно.       Но такой ответ не устроил врача, скорее наоборот, подбросил дров. — Менма, смотря на тебя, у меня не возникает мысли, что ты способен на такое. — Понимаю, — кивнул юноша. — Я и сам не знал. — Как тебе кажется, тебе требуется помощь?       Узумаки хотел сказать, что «да, требуется», но решил сделать акцент на другом. — Если только раны подлечить. — Угу… — не веря, протянула она. — В остальном я могу сказать, что я отдаю себе отчёт в действиях. — Уверен? — Ну, да, — глянул он. — Сейчас-то я нормально себя веду. — Что ты чувствовал, когда ты совершал подобное? — спросила врач, откидываясь на спинку стула. — Наверное, бессилие. Что… я ничего не могу сделать. — То есть, таким образом, ты хотел привлечь ее внимание?       Парень подумал-подумал и сказал: — Не знаю, может быть.       Девушка надолго задумалась, проанализировала пациента. — Давай поступим так: мы оставим тебя на пару дней и понаблюдаем. Если с тобой все будет хорошо, мы отправим домой. Тем более с такими порезами, — она кивков указала на руки. — Нужен глаз да глаз. Не дай Бог еще заражения пойдет. Сдашь анализы, и там будет видно, согласен?       Наруто одобрительно кивнул, и врач полезла в стол и достала бумагу и записала. — Я могу взять с собой телефон? Для меня это очень важно. — Хм… — психиатр задумалась. — Я передам тебя другим людям, и там тебе уже скажут о правилах. Может, и оставят, не могу сказать.       Сглатывая скопившуюся слюну, Узумаки вздохнул и посмотрел на руки. Кровавые пятна только увеличивались, расползаясь по бинтам в разные стороны. — Держи, — на стол положили некий документ. — Это направление. — Хорошо.       Кое-как взяв бумажку, блондин брезгливо чувствовал каждую подвижную часть своей больной руки, нервно боясь, что такие простые движения усугубят положение. Врач поднялась с места и помогла юноше не потеряться в незнакомой больнице. Их вновь встретил длинный коридор, и когда Наруто увидел Джию, из взгляды пересеклись. — Ну что? — она встала с места.       Психиатр подбадривающее хлопнула парня по спине и мельком улыбнувшись, удалилась, оставляя парочку наедине. — Меня забирают на несколько дней в псих. лечебницу, — огорошил Наруто. — Что? А это нормально? — Так положено. — Ты сам-то как? — Лучше, — слабо улыбнулся он. — Спасибо. — А? — Ты спасла мне жизнь.        Джия смущённо отвернулась и, не найдя слов, вручила сумку. — Поправляйся, — сказала она.       Наруто принял неестественно тяжёлую вещь и поставил на пол, не в силах терпеть боль от натяжных мышц: — Возвращайся домой.       Джия кивнула: — Если тебе нужно что-то — позвони. Я вбила свой номер тебе в записную книгу.       Приоткрыв рот, Наруто растерялся, а потом вспомнил, что давал ей в руки свой телефон. — Хорошо, — мельком улыбнулся он, и Джия одарив грустной улыбкой, ушла.       Осторожно присев на корточки, Наруто достал из сумки телефон и, претерпевая ноющую боль, набрал номер Саске. В пустом коридоре заиграли гудки, и на том конце провода ожил телефон Учихи. — Да? — Саске взял трубку. — Привет, — улыбался Узумаки. — Извини, что так поздно. — Ничего… — подозрительно откликнулся тот. — Все хорошо? Я волновался.       Наруто оглядел перебинтованные руки и соврал: — Да, прости, что так вышло. Наверное, таблетки сильно действуют на меня, что спать хочется постоянно. — Хорошо, просто… я сильно задержался. Не думал, что так получится. — Да, я понимаю.       Саске неловко поджал губы: — Ты сейчас опять пойдёшь спать, верно? — Думаю, да, — Узумаки оглянулся на звук шагов, что случайно отразились в трубке Учихи. — Ты где? — спросил он, и Наруто зажав микрофон, подождал, пока женщина в белом халате пройдет мимо. — В коридоре стою, — шепнул он тихо. — Выходил покурить ненадолго. — Хах, вот оно что, — довольно усмехался собеседник. — Понятно. — Да, так что… — парень глянул на время. — Уже поздно. Думаю, завтра у нас будет больше времени на друг друга. — Да, — Наруто расплылся в зевоте. — Ладно, хорошо. Не буду тормозить тебя. Все хорошо и хорошо. Давай, доброй ночи. — Спокойной, Саске. — Люблю тебя…       Скованный неожиданностью, Узумаки размяк, как марлевый бинт в кровоточащих порезах и сказал: — Я тоже тебя люблю. Пока. — Пока, — и трубку скинули.       Блондин с глазами на мокром месте посмотрел на запачканный телефон от крови, что застряла в щелях между пластиком, и вздохнул, вытирая влажность с глаз. — Намикадзе! — строго окликнул голос мед. работницы, и Наруто поднял голову. — За мной!       Как по щелчку, пациент предчувствуя сдачу анализов, взял осторожно сумку, продел в петли руки и нацепил на спину. Тучная женщина дождалась, когда пациент дойдет и она уведет за собой в другой корпус.