Утоли мои грёзы

      Утро началось с не с кофе и даже не с объятий. Наруто продрал глаза и застал пустую кровать. Приподнялся, прислушался, может, Саске в душе? Нет. Дом пуст. Схватив телефон, экран блокировки высветился огромным сообщением от Саске: «Прости, что не вписываюсь в твои рамки нормальности, не бужу поцелуем по утрам, не приношу завтрак в постель. Да и партнер из меня так себе. Но мое отсутствие в данный момент хочется оправдать тем, что я спешу выполнить твою просьбу. Сакура обещала забежать после ночной смены. Адрес знает. Не прогуляй ее. Ну, а пока у меня заказы. Много-много заказов. В случае чего с тобой свяжется Итачи. Я люблю тебя. Пиши, если что. Постараюсь ответить» — Вот как… — Узумаки почесал репу и глянул на время.       Пора за работу.

***

      Усталая, замученная Сакура глубоко вздохнула и сверила адрес, что прислал Саске. Все верно. Неуверенно нажав на кнопку домофона, девушка застыла в ожидании. Калитку долго не открывали, да и звуков шагов не было слышно, думала, может, всё-таки ошиблась. Или — нет, ее просто не ждали.       Через пару мгновений калитка запищала, приглашая внутрь. Сакура храбро вошла и окинула взглядом двор и домик. — Привет, — махал Наруто и активно подзывал. — Давай заходи.       Девушка улыбнулась и скромно вошла внутрь жилища. — Привет, — они крепко обнялись, покачавшись в сторону, и Наруто заметил некие изменения в лице подруги. — Ты… так изменилась, — приятно удивился он. — Правда? И что же? — Ну, хах, светишься вся. Неужели от меня? — подколол он, и Сакура заулыбалась ярче. — Я рада тебя видеть в здравии и благополучии.       Наруто глупо посмеялся и метнулся зором. — Я немного поработаю, подождешь? — предупреждая, шел он к ноутбуку. — Да, как скажешь, — оглядывалась Сакура, попутно снимая верхнюю одежду. — Дистанционка? — Да, — кивнул парень, щелкая мышкой. — Кем работаешь? — В айти компании. Можно не буду пояснять? — Нару, я знаю, что это. Просто… так неожиданно. — Ты о чем? — Ну… — она приземлилась на диван. — Не знаю… никогда бы не подумала что тебе нравится работать в таблицах. — Ты не представляешь, как я это ненавижу, — дергано посмеивался юноша, не отрывая глаза от монитора. — Когда ничего не работает, я готов разъебать ноутбук об стену. — Дед лайн? — Скорее сервера не работают должным образом. — Понятно… — многословно вздохнула Харуно, зацепившись взглядом за оставленные бутылки. — Пристрастился к алкоголю?       Наруто выглянул из-за монитора. — А? Ой! Это не мое.       Сакура состроила гримасу приятного удивления. — У тебя кто-то появился? — намекала она.       Наруто хлопнул глазами по пять копеек. — Ну… иногда ко мне заходит Саске, — умолчав подробности, поведал он. — Вот как? — ее бровь заинтересовано поплыла вверх. — Он спаивает тебя? — Нет-нет-нет, — смущённо улыбался блондин. — Скорее душу отводит.       Бегая глазами по полу, девушка зацепилась за неясный продолговатый латексный сверток. — Боже, Нару, это твое?       Юноша хмуро посмотрел в сторону и отклонился в бок с треском компьютерного кресла. — Ой! Блять! Нет! Это… это не то что ты подумала! — подорвался тараторя, собрал остатки грязных дел и выкинул в мусорку. — Это не мое! — Его? — Нет! — алые щеки, ядрено красные уши, вспотевшие ладони проявились от оглушительно громкого торопящегося серда, резко и неприятно. — У меня просто девушка появилась, — соврал он.       Харуно ощутимо пробежалась хитрым взглядом по встревоженному лицу юноше, словно неожиданно застала сосунка за просмотром порно-журналов. — Да-а-а? — протянула она. — И кто она?       Сглатывая стыд, Наруто плюхнулся за ноутбук и сгенерировал первую попавшуюся версию: — Ты ее не знаешь. Она не местная. — Ага, — не верила подруга. — Да, думаю, что… — Нару, ну хватит, — посмеивалась она, давно раскусив тревожную массу. — Можешь не прятаться. Я догадалась, что вы с Саске встречаетесь. — П-правда? — выглядывая одним глазом меж пальцев, шупнул он.       Девушка одобрительно мелко закивала и тихонько, без злого умысла, хихикнула. — Это очевидно, — ее улыбка перекочевала в нервную ухмылку. — Скорее, это мне должно быть стыдно. — Почему?       Воспоминания о яростных попытках добиться внимания Учихи, лютым, грызущим совесть ужасом встали перед глазами. — А сам как думаешь? — глянула она. — Я же… в каком-то смысле была бессовестно зависима от него. Сейчас все встало на свои места.       Наруто продолжительно угукнул и подметил: — «Была»? Хочешь сказать, что ты больше не гонишься за ним?       Девушка искренне улыбнулась и покачала головой. — У меня появились новые отношения и пока… меня все устраивает. — Ого, — Наруто скрипнул спинкой стула. — И с кем? — Ты меня осудишь. Жестко. — Если это Киба, я буду долго смеяться. — Боже упаси! — звонко рассмеялась она, и друг поддержал хохму. — Нет, это… Боже мне страшно, — Харуно спрятала расплывающийся в улыбке губы за изящными прямыми пальцами. — Обещай, что не будешь стебать меня! — Да говори уже. — Какаши. — Что? — секундное замешательство и глупый смех. — Серьёзно?       Зеленые глаза в жарком смущении жмурились, и Харуно согнулась пополам, заглушая дикий смех. Наруто не смог сдержать слёз забавы. Так и смеялись каждый по-своему. — Не, мне глобально все равно, — краснел Наруто. — Просто так неожиданно. — Да куда уж там!       Зрачки Узумаки бегали от монитора к лицу Сакуры, и брови в удивлении играли на лице. — Как так вышло? — добавил он, клацая по мышке.       И девушка набравшись побольше воздуха, замечтало увела глаза. — Не знаю. Само как-то. Он предложил встретиться, и я согласилась. А чего терять? Мы разговорились, я много что узнала о нем. Оказывается Какаши потерял глаз в горячих точках, а маску носит по старой привычке. — Волосы там же посидели? — любвиобильно подстекнул блондин. — Ха-ха-ха! — саркастично отозвалась она. — Нет! Но иногда у него проскакивают страшные привычки. Например, он скрытный и очень наблюдательный. Иногда пугал неожиданным появлением в разных уголках города. Порой казалось, что он следил за мной. — Вот как? — выглянули глаза поверх монитора. — Он знает, где ты работаешь и на кого?       Под звук возобновившихся клацаний, Харуно задумалась. — Мы не говорили об этом, но мне кажется, что он догадывается. — То есть? — Он знает всеобщую доступную информацию, но иногда меня пугает, что он будто специально поджидает в пару метрах от притона. Может, он живёт тут неподалёку… — В Редмонде? — Угу, — кивала она. — Я не была у него дома, да и он у меня, хотя провожал до подъезда, когда я встречала его с колледжа. Иногда мы существуем по отдельности, а иногда гуляем днями на пролет.       Наруто импонирующе улыбнулся. — Рад слышать, что ты счастлива, — сказал он и щелкнул по пробелу. — Вот теперь, — хлопнула крышка ноутбука. — Я свободен. — потянулись затекшие руки в разные стороны, а на лице девушки скользнули еле видимые ноты грусти. — Ты чего? — А? Да не, просто задумалась, — часто моргала она.       Наруто встал и присел рядом, встречаясь с колеблющемся взглядом. — Что-то тревожит? — аккуратно подтолкнул он.       Харуно какое-то время приводила мысли в порядок. — Думаю, нет. — Уверена? — слово, как семя сомнения, взросло в рыхлой почти не пригодной для жизнедеятельности почве.       Внутри девушки поселились две дурные стороны и спорили, не прекращая ни на минуту. Одна строила грандиозные планы с семьёй, детьми и собаками, а другая — с тихим, едким смешком подливала грязи в неясных ощущениях. В поражённом сомнениях проклятием всплывал образ Учихи и манил, уводя от здравого смысла. Мир ощущался постыдным изнуряющим душу зудом, убивая любую искру энтузиазма, разъедал решимость каплей кислоты, медленно, но верно превращая сердце в комок агрессивных змей. — Знаешь, наверное, мне стоит пройти курс психотерапии, — выдала она совсем безрадостно. Улыбка пропала и с другого лица. — Не знаю, что со мной. — Поведуй, — предплечья юноши упали на ляшки, горбя спину.       Смотря на выглядывающую белобрысую голову из-за плеча, Харуно отзеркалила позу, нервно перебирая край юбки до колен. — Не могу выкинуть Саске из головы, — хотелось бы начать из далека, но ревнивые глаза больно ударили в мозг. — Ты не подумай, не в этом плане! — быстро уточнила она. — Не знаю, как объяснить… но, мне тяжело смотреть на него чисто по человечески…       Наруто понимающе угукнул: — Мне тяжело дается осознание, что в данный момент его трогают заведомо ненавистные мне руки.       Подруга понимающе кивнула. — Таким отрешённым я его еще не видела, — гундосила она. — Раньше у него был какой-никакой энтузиазм, а сейчас он изнурительно бегает от заказа к заказу, будто в чем-то провинился. Мадара совсем его не щадит. И мне больно, — Наруто внимательно уставился, и та уточнила: — Когда вы начали встречаться? — До моего дня рождения. — Прости, у меня не было возможности отправить подарок, — тускнела она. — Мне достаточно знать, что ты помнишь.       Мимолётно блеснув улыбкой, Сакура вздохнула: — Приятно знать, но думаю с того все и началось.       Узумаки неприятно сглотнул горькую слюну. — Думаешь, это из-за меня? — Я не знаю. Я давно не лезу в его жизнь. Мы перекидываемся пару фраз, когда он сам разрешит к себе подойти. К Итачи я не лезу. — И что в вашем разговоре было? — Ничего важного. Помню, что пригласила его на завтрашний фестиваль, на который очевидно не придет. — На учебе бывает?       Харуно отрицательно покачала головой: — Я не посещаю пары уже пару недель из-за больничного, который заканчивается в предстоящий понедельник. Надо бы не забыть сбегать за справкой. — Что-то серьёзное? — Нет, на работу же я хожу, — улыбнулась. — Просто отдыхаю. Какаши надоумил, видя, что я не справляюсь. — Вот как, — послышался вздох. — Ладно… — свесил грузную голову блондин. — А с Саске что? — Честно, я боюсь его такого. Не потому что он вспылит, если потревожить, а потому что он увядает, — в ее глазах появился мокрый блеск. — Я могу предположить, как ему тяжело. Морально.       Губы юноши втянулись внутрь, а глаза мелко заморгали. — Не знаю… — прыснул Наруто. — Мне кажется он нарочно избегает меня. Использует в личных целях и… — Не думаю, — с сожалением поведал вздох. — Я вижу его каждую смену. И днем и ночью. Мои коллеги-сменщицы удивляются, рассказывая, как рвались вызывать скорую, но он отказывался и требовал тишины. Обошлось корвалолом. Ты знаешь, что у него проблемы с сердцем? — Помню. — Ну вот…       Наруто медленно настигало тянущее на дно чувство. Внутри что-то обрывается — тихо и без звука. Блеклый тусклый мир, потерял последние краски и окрасился в серый. Жалел о потраченном безвозвратно канувшем в небытие времени на вспыльчивые глупости. — Я такое ему наговорил… — скрипнул голос. — М? Чего?       Глаза юноши мутнели, как у дохлой рыбы. — Думал, что у него есть кто поинтереснее меня. Важнее… — Саске, конечно, тот еще паршивец, но у него нет мотива тебя обманывать, хотя… — говорила уверенно, а потом задумалась, встречаясь с встревоженным лицом. — Ты знал, что Саске по совместительству искусный пикапер? — Чего? — усмехнувшись полной абсурдности, покачал головой. — Бредишь. — Я серьёзно, — уставилась она. — Когда мы встретились первый раз спустя года, он заманивал девушек в притон.       Наруто проглотил язык. — Та-а-ак? — выдавливал он. — И-и-и? — Схема простая, но работающая на определённую группу лиц. Ему было достаточно появиться в людном месте, например, в клубе и просто ждать, когда кто-то клюнет на красивую картинку. Дальше Саске внушал им что они особенные, притягательные и ахуенно красивые и когда жертва растворит в нем свою личность, он намекал на эротичные танцы, так сказать, нащупывал границы. Некоторые хлестали по щеке и убегали, а некоторые, очарованные, соглашались, и тогда дело переходило в руки Мадары. Тот заманивал деньгами и красивыми словечками. Неудивительно, что это работало, ведь именно так вышло и со мной. — Ого! — удивился Наруто отдавая предпочтение подробности о партнёре. — Значит, так все… — Угу, — Сакура заметила, как побледнели губы друга, и ноги слегка подрагивали. — Зря я это сказала…       — Почему? — Мне кажется тебе больно от этой информации. — Хах, — нервный смешок прозвучал слишком звонко. — Я не знаю что думать, — пальцы побрели ко лбу, стирая влагу. — Каждый факт о нем разбивает сердце. — Извини, я не хотела. — Нет-нет, что ты! Дело не в тебе. — Понимаю, но… все же. Некоторые вещи лучше не знать, — ее брови застыли в сожалении. — Я прекрасно понимаю твои ощущения. Тоже самое было со мной, но, благо не на столько. В каком-то смысле я даже благодарна, что он держал меня на расстоянии.       В черепной коробке рылись разнообразные домыслы и рассуждения. Наруто долго обрабатывал ментальные раны, сопоставлял факты и пришёл к своеобразному выводу. — Завидую. — Кому? Мне?       Долгий и одобрительный кивок: — Иногда мне кажется, что Саске продолжает играть со мной. Не знаю… но этот ебучий паттерн поведения меня затрахал. Это мешает понять суть наших недоотношений. Может, он думает, что привязав меня к материальному сможет покрыть духовное? — Так и делал. Всегда. Джун Ли яркий пример. — Чего? — глаза округлились до невиданных размеров. — Он встречался с ней? — Скорее она была очередной жертвой… печально похороненной… — Твою мать… это он ее убил? — Только если морально, — удручённо уточнила девушка. — Я была свидетелем завязки и развязки, и… там не было ничего хорошего. — А если я очередная жертва? Вдруг это все, чтоб подготовить меня?       Харуно нахмурила брови: — Если так, то ты бы уже давно лежал на кушетке моего кабинета. Саске не любит растягивать время.       Тревога проникла не диким испугом, а холодной нарастающей лужей сначала в ступнях. Это морозное ощущение невидимой липкостью и сыростью подтягивалось к горлу, а как перекрыла кислород, превратила легкие в жгуты. Без скорого доступа к кислороду, он умрет, не оставляя шансы на спасение. Пришлось осознано продрать глотку, чтоб зачерпнуть необходимый свежий источник жизни. — Так скоро и у меня проблемы с сердцем начнутся… — прошептал он. — Если я могу чем-то помочь, только скажи.       На этом Наруто поднялся и неспешно побрел к окну. На улице не просыхало, все так же серо и сыро. — Если бы сам понимал, что мне нужно… — и обернулся. — Я бы сказал.       Харуно смело подошла и по-дружески похлопала по пояснице. — Не знаю, но я хочу быть полезной. Тебе или ему — не важно.       Наруто устало закусил губу. — Лишь бы силы на лагерь хватило… — хрипло напомнил в слух. — Саске еще грезит этим? — Не скажешь, правда? — Может оно и к лучшему. Ему нужен отдых.       Припоминая характер юноши, Наруто усмехнулся. — Не сможет. Рванет, как появится возможность. Думаю то, что происходит подпитывает его ненавистить. Это у меня тут затишье перед бурей… — Значит, я иду с вами, — гордо заявила Сакура, и Наруто так неприятно посмотрел на нее. — Чего? — Ты знаешь, что нельзя. — А кто меня спрашивает? — Ох… — рука накрыла болтливый рот. — Не думаю, что он будет в восторге. Скорее в ярости. — Нару, если вас подстрелят, я смогу оказать первую помощь. Тем более я краем уха послушала, что за все время вам так и не удалось ничего найти. — Верно. — Я иду по-мо-га-ть, — особенно четко разделила Сакура. — А не мешаться под ногами. Может две головы хорошо, а три лучше. — Четыре, — уточнил Узумаки. — Саске надумывает взять Кибу. — Вот и отлично. Разработаем план и закроем тему, — заверила она, не внушая и капли доверия. — Саске нас убьёт… — Расслабься, — хлопнула она по спинке. — И не такое говно проходили.

***

      Стены дома терпимости наполнялись новыми страстными вздохами, а все потому что в коллективе появилось новое девичье лицо. Мадара привел молодую и не опытную девушку, которая царапала спину, прогибалась и грязно мокла от просьбы лишить девственности увиденного в первый раз Учиху. Тот безразлично согласился и бессовестно кончил внутрь, склонив голову судорожно оставляя дыхание в мелированном затылке продолжал вздрагивать от запоздалых набегающих отголосков оргазма. Дело житейское, абсолютно не удивительное. Когда все закончилось и лишенное чести тело, осталось лежать с вытекающими из влагалища секретом желез, Регина возмутилась: — Но я не кончила!       Усмешка слетала с губ. — И не закончишь. Никогда, — накидывая верхнюю одежду на плечо, Саске вальяжно развернулся и вышел, хлопнув дверью.       Коридор пуст. На ходу раскурив сигарету, юноша строил планы на предстоящие дни. Обдумал каждую мелочь, каждую затрату и привел себя в порядок. После чего, забежал в мед кабинет для сборки анализов. Уж слишком много грязных рук касалось его тела. — Я сообщу, как результаты будут готовы, — оповестили его и Саске рванул домой.       Итачи перед тем как исчезнуть, оповестил: «Нужно навести справки», еще будучи в притоне.       Воздух наполняется густым, почти непроглядно влажным ароматом чистоты, а по телу бегут теплые ручейки, унося с собой притоновскую грязь. В этом тающем, распаривающим кожу, блаженстве было что-то непревзойдённо спокойное, но пущенная на самотек мысль, отголоском, как ошпаренный утром язык от горячего напитка, напоминал жгучей болью, мешал наслаждаться вкуснейшей пищей. Так и проходила жизнь — в постоянной борьбе.       В руках поселился телефон, а с густо влажных волос на плечи падал град из холодных капель. Махровое черное полотенце не успевало впитать влагу должным образом, а потому глупо накинув поверх головы, Саске набирал смс, а как закончил перечитал отправил Наруто: «С твоего разрешения я хочу поспать»       Через пару минут, когда юноша плюхнулся на перину кровати, партнер ответил: «Мне стоит ждать тебя?»       Учиха прикинул время и пояснил: «Не думаю. Хочу набраться сил и пойти в лагерь. Завтра я абсолютно свободен» «Если хочешь, я могу прийти к тебе»       Превращая твердую почву в зыбкую топь, липкое марево из сомнений и отвращения не кричит, а шепчет тысячей разных «…а вдруг, а может, а если…», вытягивая силы и парализуя волю. Холодный, дрожащий комок в груди мешал сделать вдох. И колючие мысли «за» обросли шипами завядших роз. Он подсознательно знал ответ, но боялся произнести в слух, сомневался, искажался в треснувший зеркале из внутреннего «Я».       Учиха затягивал с ответом, а потому скинул груз ответственности простым и лёгким для него ответом: «Нет»       Решение на миг показалось роковой ошибкой, застав сообщение из короткого: «Ок»       Закрыв глаза, мир ощутимо прорезался сквозь тягомотную пелену переживаний, пусть, и в крови еще гуляло шумное сомнение. Обратной дороги нет.

***

      Потупив в бессмысленную переписку довольно долго, Узумаки отложил телефон на привычное место обитания и расслышал домофонный звук. Окинув взглядом, ноги потопали к трубке, и руки прислонили динамик к уху. — Кто там? — Итачи, — раздался знакомый голос.       Разочаровавшись ожиданиям, Наруто открыл калитку и прикинул чужую мотивацию явиться под вечер. Сквозь стекла, глаза заметили двух людей, одним из которых был Итачи. — Привет! — задорно поздоровалась Изуми, войдя в дом, когда Итачи, пропустил ее вперед. — Я так рада тебя видеть! — она потянулась к шее Наруто и похлопала по спине. — Как ты? — Порядок, — блеснула улыбка. Итачи протянул руку и парни обменялись рукопожатиями. — Что привело вас?             Итачи осмотрелся и сказал: — Просто проведать. Саске сказал, что тебе одиноко.       В поджатых губах искрилось гадкое недовольство. — Да, так и есть. — Сакура приходила? — Да, мы… много что обсудили и мне стало легче. — Угу, — кивал Итачи. — Я принес тебе это, — он протянул неясного содержания черный плотный подарочный пакет. — Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но хотелось, что бы ты им пользовался.       В замешательстве глаза юноши метнулись от Изуми до собеседника, принимая подарок. — Страшно, — усмешливо отозвался он. — Там ничего особенного, — поведала девушка, и Наруто раскрыл упаковку с дорогущими часами. — Ого! — оценил он, рассматривая серебристые переливающиеся от лучей света подарок. — Это не просто часы, а маячок. Так нам будет легче найти тебя, если вдруг что произойдёт. Они титановые, так что застёжка при всем желании не должна слететь, а бронебойное стекло — разбиться.       Сначала Наруто потускнел, ловя на мысли, что он не собака, за которой глаз да глаз, а потом успокоился, умом осознавая и принимая заботу и чужие переживания. — Спасибо, — отблагодарил он и сразу надел на запястье. — Очень красиво. — Рада, что понравилось! — блестела Изуми. — Это я выбирала! — У тебя хороший вкус, — подметил Наруто и вздохнул. — Что ж, вы только за этим? — Уже выгоняешь? — усмехнулся Итачи. — Нет, вовсе нет, я рад всем! Просто… эх… не хочу обольщаться.       Итачи разулся и прошёл к центру зала. — Мы останемся, если ты не против. — Что? — изумился юноша, когда тот прошел мимо. Не найдя покой, Наруто уставился на Изуми. — На ночь? — Можно и на ночь, если позволишь, — она подарила улыбку.       Стало неудобно. — Вы хоть предупредили, я бы убрался. — Расслабься, Наруто, мы же всё-таки родные, — Изуми сняла верхнюю одежду и потопала на второй этаж.       Заулыбавшись, Узумаки проверил: сон или нет. Вроде — нет. — Я могу что-нибудь приготовить! — кричал он вглубь.       Итачи залез в холодильник, подметил полноту и разнообразие ингредиентов. — Смотрю Саске заботится о твоем желудке, — он достал бутылку молока и бананы.       Наруто засмущался. — Только не говори, что ты сейчас будешь готовить. — Могу и хочу, — доставал он продукты одним за другим. — Оставь формальности.       Стянутые губы гуляли по лицу юноши, скидывая внутреннюю неловкость. — А… Саске где? — прикидываясь дурачком, проверял Наруто.       Итачи включил духовку и развернулся встречаясь с хмурым юношей. — Писал, что дома. — А на деле?       Рука Итачи кинула шуршащий пакетик. — Думаешь, обманывает?       Кивок. — Я стараюсь не лезть, не перекидывать паранойю, но у меня плохо получается, — неуверенно говорил Узумаки под пристальным взглядом собеседника. — Как часто он будет избегать меня?       Итачи набрал побольше воздуха. — Присядь.       Наруто послушно приземлился на диван. Изуми спустилась вниз привлекая общее внимание. — Наруто, твоя спальня дальше по коридору? — Нет, — ответили ей. — Я сплю тут. На диване.       Девушка нахмурилась и подойдя ближе плюхнулась рядом — Почему? — Отсюда хорошо просматривается двор. Не хочу застать спецназ вылетающих в окна.       Пара улыбнулась от абсурдности. — Мда, — Изуми смущённо увела взгляд, а Итачи добавил: — Выдохни. Нил уверен, что ты в бегах. Ищет тебя по аэропортам и вокзалам. — Звучит не очень, — нервно дернулась губа. — Как в принципе и всегда… — Все еще переживаешь? — подтолкнула Изуми. — Знаешь, уже нет. В какой-то момент я был готов сорваться и прийти домой в таком виде, чтоб больше не путаться под вашими ногами.       Девушка глянула на партнёра, а Итачи, поглядывая за разогревающейся духовкой, сказал: — Нам не составит труда позаботиться о тебе. — Потому что так хочет Саске? — Потому что мы считаем это не правильным, бессовестным злоупотреблением положением, — уточнил тот. — Может этот дом кажется своеобразной тюрьмой, но… лучше так. — Из всех зол, я выберу смерть, чем четыре стены. И не важно какие.       Этот взгляд — просящий, но в то же время пустой — вызывали в Изуми странную смесь нежности и тянущего на дно желания помочь. Наруто хотелось прижать к себе, заслонив от всего мира, но они и без этого сделали все возможное и невозможное в понимание простых людей. Мучительное желание сделать хоть что-нибудь, лишь бы перестать видеть его страдание и, наконец, облегчить собственную совесть, натолкнули на шаг: — Хочешь поговорить об этом? — Не думаю, — очевидно для всех соврал тот. — Сейчас моей головой управляет не Нил, а… Саске. И мне невыносимо больно биться в догадках: что, как, зачем? Что у него в голове? Я знаю, что он старается для моего блага, но… одновременно с этим, я чувствую себя обузой. — Не говори так, — вспыхнуло сожаление на прекрасном лице девушки. — Саске любит тебя. — Не ощущаться. Ни капли. Мне кажется им движет не любовь, а… долг? — И кому он задолжал по-твоему? — Итачи подал голос, помешивая в посуде фарш из приятно пахнувших молочно-яичных продуктов с нотами банана. — Мне бы хотелось знать. И я знаю, что вы знаете.       Губы Изуми прошлись рябью и сжались в тонкую линию, покачав головой. — А понимаю что ты хочешь сказать, но я уверена, что его рвение помочь осознано связано с личным чувством. Саске выглядит холодным и отчужденным не по своей вине, — Наруто смягчился. — У Саске тревожно-избегающий тип привязанности — самый сложный, но и одновременно простой для понимания синдром.       — Начинается… — обессилив от психологической тягомотины, руки Наруто упали на лицо, проведя вдоль по коротким волосам. — Никакое психологическое заболевание не оправдывает его поступки. — Согласна, но… если ты его любишь, то не отвернешься и постараешься помочь. — Как? Я без имения выбора то отдаляюсь, то притягиваюсь тогда, когда ему удобно. Плевал он на мои чувства. Я устал от этих качелей.       Итачи вставил свое слово: — Саске чувствует себя защищённым, когда убегает от проблем, эмоций, временных трудностей. Он всегда таким был. Ему не хватало родительской опоры и поддержки, поэтому в некоторые критические депрессивные фазы, он автоматически выключается. Мир кажется ему пресным и скучным, и он сам страдает от этого, но ничего не может сделать. — А мне как быть? — Он боится духовной близости больше физической. Поэтому держит контроль, — его взгляд скользнул по залу. — Вы многое перепробовали по его инициативе, — подметил он исчезнувшую со стола, когда-то разбитую в процессе соития, вазу.       Лицо юноши вспыхнуло до красных ушей. — Так и есть. — Ты пробыл с ним в тесном контакте так долго, что пошло отторжение. И дело не в тебе, Наруто, а в том, как Саске чувствует этот мир. Будь не ты, а кто-то другой — все закончилось идентично. Он слишком долго испытывал негатив, а когда вышел из него, тело начало ломать. — Мне надо дать ему время или что? Что мне делать? — метался он. — Ждать, когда он снова выйдет из депрессивной фазы? — Набраться терпения, — хрупкая рука Изуми переманила внимание. — Я — его личный психолог и поверь мне: Саске нужно время адаптироваться. Понять, что ты безопасен для него. — Проблема в том, что я не даю повода думать иначе, — зыркнул он. — Хотя, у меня вполне есть к чему придраться. — Понимаю, с его работой и замашками это тяжело. — Вот именно! Я каждый раз борюсь с ревностью и чувством собственничества, но не поступаю как он.       Каждый вздох устало тянулся с губ каждого присутствующего. — Он любит тебя, Наруто, — повторил Итачи. — просто ему тяжело отыгрывать роль любящего на постоянной основе. Постарайся не принимать все близко к сердцу. — Я предложил прийти к нему, а он слил меня, сказав, что устал. Я не прошу каких-то ультра титанических действий. Просто побыть рядом. Просто увидеть, убедиться что он цел и невредим!       Вот настолько эта тема не отпускала Наруто. Душа кричала, ощутимо рвалась на куски и уходила в пятки от любого парирования. — Я не хотел никого из вас обидеть, — спокойно добавил он. — Прошу прощения. Наверное, вы правы, и я слишком многое прошу. — Все в порядке, — улыбнулась Изуми. — Вам двоим приходится не легко и вас нельзя попрекать в излишних эмоциях. — Саске дома? — почти плача, вибрировал голос. — Дома, — уверил Итачи, глянув камеры со двора, где брат зашел в дом и больше не выходил. — Вот, глянь. — он передал телефон. — Прокрути, там видно, как садится солнце. — Хорошо, — убедился Наруто, отдавая телефон. — Полегче? — улыбалась Изуми. — Немного, — кивал тот, боязно растягивая губы в такой же манере. — Вот и хорошо. А сейчас я предлагаю посмотреть фильм! Наруто, какой жанр предпочитаешь? — Эм, — засмущался он. — Триллеры или боевики. — Мальчишки такие одинаковые, — без язвы хихикнула она. — Хорошо! Опять кровь, убийства и расчленёнка! — и спрыгнула с дивана. — Нам же не хватает треша в реальной жизни.       Итачи глупо посмеялся и засекая время запекания, сказал: — Выбор за Наруто.       Узумаки старался вспомнить хоть один зацепивших душу фильм и поднялся с места за пультом. Он не хотел, чтоб гости оставались на ночь. Грезил о раздумьях в тишине. — Сохраняй бдительность, — шепнуло эго, и Наруто передернулся.

***

      Приглушенный звук входной двери оповестил, что домой вернулись двое.       Сознание возвращалось жалобно неохотно, словно вытаскивали из густого тумана, отрывали от остаточных сновидениях. Первый вдох дался Саске с трудом. Слипшиеся веки налились свинцом — еще немного и попытка продрать глаза разорвет кожу. Тусклый уличный забравшийся в комнату свет резанул чувствительные глаза. Мир обретал очертания через силу. Звуки проезжающих машин еле слышимым гулом, раздражали неуместной суетой. Мысли ворочались медленно, как неповоротливые шестерни заржавевшего механизма. Вместо бодрости в теле разливалась глухая, ноющая ломота в мышцах и протестовала против движения, а подушка — единственное безопасное место от принятие сложных решений убаюкивала обратно. Он лежал неподвижно, глядя в мрачный потолок, и чувствовал, как реальность неумолимо засасывала в тиски, не оставляя права на спасительное беспамятство.       Нащупав телефон, глаза обожгло яркостью дисплея, пришлось понизить, дабы не остаться без зрения. Гуляя по диалогам, Учиха подметил предупреждение о заморозках, и застывший диалог с Наруто. Время за полночь. Может не спит? Лениво нажимая клавиши клавиатуры, Саске кое-как набрал смску: «Спишь?»       Его не было в сети, но минуту уставив тупой взгляд прогляделась плавающую строчка «набирает» «Уже нет» — ответили ему. «Я разбудил?» «Да»       В поджатых губах исказилось сожаление. «Хочешь я приду?»       Наруто прочитал и долго мучал молчанием от чего в груди поселился странный, сухой трепет — словно внутрь засунули нож-бабочку и хорошенько потрясли. Саске ловил себя на том, что зачем-то задерживает дыхание, прислушиваясь к гулу собственной крови в ушах. Мир вокруг сузился до размеров дисплея. «Как хочешь» — бросили ему.       Руки стали чужими, пальцы мелко дрожали, а во рту появился металлический привкус ржавчины. Состояние абсолютной хрупкости, чуть не выронило телефон. Тогда то он и понял, что его не ждут. В тяжелом вздохе крошилось собственное «Я». Еще чуть-чуть и невинный вздох найдет усиление в сердечной боли. «А ты? Хочешь меня видеть?» — уточнил он.       Опять заиграла плавающая строчка печатает. «Я всегда рад тебя видеть, но заставлять быть с собой я не хочу»       Густые брови свелись над переносицей. «Что-то случилось?» — отправил он. «Не думаю» «Тогда как мне понимать твои слова?» «Как хочешь. Я устал переживать за твою реакцию»       Минутное волнение. «А что с ней не так?»       Наруто прочитал, но набирать не стал. После долгого обдумывания, он созрел. «Приходи, поговорим»       Ответ устраивающий, а потому рванув с телефоном в руках, Учиха скользнул к выключателю «Через пару минут буду» — отправил он и засуетился.

***

      Включив попериметровый свет Наруто прибывал в тягомотном ожидании юноши. Ладони вспотели от предстоящего разговора, который никак не складывался в голове. Кто бы мог подумать, что Саске прилетит пулей среди ночи. Открыв дверь, Наруто запустил запыхавшуюся черную фигуру и оглянувшись, закрыл на несколько щеколд. — Я слушаю, — с порога начал Наруто.       Саске разделся, разулся, шмыгая носом, вея осеней вкусной прохладой. — Нет. Это я тебя слушаю, — одернули, перекидывая ответственность.       На мгновение они зависли в безмолвном перетягивании «каната». Каждый рассматривал друг друга и обжигался. Наруто сглотнул и поведал: — Я разговаривал с Итачи и Изуми. — Давно ушли? — Уже да, — огрызнулись. — Но даже заскочив на пару часов, им им удалось привести меня в чувства. Зайти по человечески, навестить. Их не пришлось уламывать, — руки сложенные на груди передёрнулись.       Уводя глаза в бок, Саске понимал что конструктивного диалога не выйдет. — Что я сделал? — Точнее чего «не» сделал, — упрекали, возмущено хлопая себя по швам. — Мы договорились. — О чем? — не понимал тот. — Напомнить диалог?       Шестерёнки с противным скрежетом пришли в движение, но суть не доставили. — Так, погоди, — Саске присел на диван, зная, что собеседник последуют за ним. — Я чего-то обещал, но забыл? — Скорее ты сделал вид, что ничего не понял. — Уверен? — Более чем.       Судорожно разглядывая интерьер, глаза задерживались на уголке тумбочки, сердцевине журнального столика, а разум растворился в тревоги, разбросав ржавые шестерёнки. — Давай еще раз. Я обещал прийти сегодня? — Нет, — вздёрнулись возмущённые плечи. — Но знаешь, что я жду. — Ага, — смекал Саске. — То есть, я правильно понимаю: ты обиделся на то, что я не оправдал твоих ожиданий? — Можно и так сказать. — Но… — не понимал он. — Почему? Тебе нравится держать на меня обиду? — Скорее ты не хочешь за собой замечать деструктивное поведение. — Ты где таких слов набрался? — усмехнулся. — Я долго разговаривал с Изуми, а она знает тебя, как облупленного. — Вот как, — локти коснулись ног, а взгляд уныло уставился вперед. — И… что она сказала? — Что ты ебнутый. — Это открытие? — Скорее грустный факт.       Учиха тяжело выдохнул в потолок: — Я не понимаю, что ты хочешь…       Наруто выпрямился и встал напротив. — Знаешь, меня разрывает от осознания, что тебя не изменить, и я почти полностью принял в тебе замашки шизика, но так же меня убивает мысль, что ты не борешься. Ты будто говоришь: я больной люби меня таким, но я не могу. Мне сложно, — такое странное, почти физическое ощущение заторможенности и тупости Саске претерпевал в пределах этой дурной отталкивающей реальности. Чувствовал себя актером, который забыл роль прямо на сцене и не в силах выдавить слова, мешкался с комом в горле. Его разинутый рот в намерениях выдавить убеждение обнаружил гулкую пустоту. Наруто продолжил. — Я и сам не подарок, но я не переношу на тебя свои травмы. — Значит я ошибся в тебе, — повеяло острой грустью. — Думал, что не смотря на все, ты поймешь меня без слов. — Я знаю, что ты чувствуешь и… — Тебе плевать, — зыркнули волчьи глаза. — Абсолютно насранно. — Вот именно, что я пытался тебя понять, пытался сгладить углы, но не смог. — И что ты предлагаешь? — Я хочу чтоб ты боролся. Боролся, как это делаю я изо дня в день.       В голове будто коротнуло. Все выстроенные аргументы и логические цепочки в одно мгновение рассыпались шумным мелким бисером, который невозможно собрать. Саске замер, оглушённый собственной немотой, чувствуя, как привычная реальность двоится и плывет перед глазами. — Хочешь расстаться? — Я — нет, но ты… — Не решай за меня. — А ты значит — можешь. Можешь крутить мной как вздумается, управлять как хочется.       В ладони упало лицо. Какое-то время Учиха пребывал в забвенном прогнивающем собственном соку из гадкого «Я», а как выплыл, ударился о злые ненавистные глаза. — Я больше не хочу это чувствовать, — прыснул блондин. — Я останусь на ночь. — Опять одолжение? — Скорее жалкая попытка доказать, что мне не похуй. Было бы это так, я бы не разделял с тобой кровать и не прибегал посреди ночи по первому зову.       Взгляд Наруто упал ниже. — Твоя рана зажила?       Учиха принял это на свой счет: — Если ты выбесишь меня, я смогу ответить. — Угрожаешь? — Предупреждаю, что моего терпения надолго не хватит.       Узумаки сделал шаг, укрывая юношу в собственной тени. — Тогда, я хочу, чтобы ты прогнулся.       Вскинув голову, двусмысленный посыл исказил на лице неясную гримасу. — Тебе отсосать? — Нет, — Наруто грубо сел сверху, зажимая Учиху в тиски и на долю секунды, юноша заметил яркий красный блик в глазах и грозный оскал партнера. — Я хочу, чтоб ты всегда любил меня, — склизкий язык прошелся снизу вверх по пульсирующей вене. — Я не хочу, — шепнули с хрипом. — А меня не волнует, что ты хочешь, — вгрызлись чужие голодные глаза. — Теперь будет так, как хочу я. — Даже если мне это не нравится? — Тем более, — руки поползли ниже, знакомо брякнув ремешком, а краснючие глаза нашли в истоме непритязательный взгляд. — Переворачивайся. — Нет. — Ты не любишь меня, — утвердили вопрошающие. — Люблю, но без желания не дам. — Дашь, — закусили мочку уха и гадко прошептали. — Всегда давал.       Это произошло мгновенно — внутри щелкнули пальцами, и последняя капля терпения упала в переполненную чашу. Сознание затопило мутной, багровой волной агонии, и в ушах раздался сухой, оглушительный треск — так лопается перетянутый канат. Учиха оттолкнул и звонко шлёпнул по щеке, обдирая кожу до красноты. Наруто опешил и столкнулся не просто со злостью, а диким первобытным животным, где нет нормы морали. Все доводы рассудка Саске, приличия и страхи сгорели в одну секунду, оставив лишь звенящую, яростную потребность ударить еще, закричать, разнести мертвую тишину в щепки. Он стал яростью — неуправляемой, ослепшей и смертельно опасной. — Слезь с меня!       В кромешном замешательстве, Наруто робко опустил ногу на пол, потом — вторую, уходя на пару шагов, пока осознание произошедшего внедрялось в разум. Хаос из мелких неурядиц и странных совпадений выстроился в безупречную, беспощадную схему. Внутри всё похолодело. Глаза сморгали яростный запеленающий мир огонь и увиденное в последнюю микросекунду перед пощёчиной отразилось странной непонятной ему реакцией.       Учиха поправился, зло уставился и медленно выпрямился. — Тебе повезло, что я безоружен, — гадко напомнил он. — Но не смотря на это, я все равно тебя люблю. До бешенства обожаю.       Чувство катастрофической ясности продрало сознание. Раньше он мог прятаться за оправданиями, но теперь когда Ями стал сильнее, и безжалостно взяв контроль над телом, у Наруто немел язык. Правда стояла перед ним в полный рост и бегала глазами, рассматривая каждую эмоцию. И от этого протекающего взгляда невозможно заслониться. Желудок стянуло тугим узлом, а кончики пальцев дрожали, в жалких попытках обнять, извиниться за недоразумение, но физическая слабость и страх отвержения, сковало горло. — Извини, — еле-еле булькнул Наруто. — За что ты извиняешься, м? — кивнули в лоб. — За то, что меня бесперебойно насилуют? — ладони Саске толкнули к барной стойке, и Наруто чудом миновал журнальный столик. — За то, что отсидел в дурке, а? А может за то, что стал сиротой и изгоем в лице беспринципно и укоризненно белоснежных лицемеров? — Учиха навис грубой тенью, вынуждая, сохранить дистанцию, неудобно прогибаясь под углом стойки. — А может за то, что люблю тебя, каким бы ублюдком не казался? — мрачные глаза слезливо блеснули и если прислушаться, Наруто застал звук лопающихся мелких пузырьков — так сглатывалсь чужая обида. — За что мне извинится? — Ни за что…       Мелко кивая, Саске метался от зрачка к зрачку, претерпевая болезненную бурю. — Если наш разговор окончен, я уйду.       Наруто в начал действовать прежде, чем мысль успела полностью оформиться в голове. Движения стали резкими, уверенными, почти автоматическими. Мышцы, минуту назад ватные от страха, налились жесткой силой, схватив жесткий колючий затылок, потянул на себя и проломал невидимую стену, лишая Учиху пространства, отшвыривая всё лишнее и несущественное, он целовал. Целовал жадно и страстно, нежно и ласково, пока позволял, пока не убегал. — Саске… — рука оставленная им на груди, рухнула не имея опоры.       Разорвав контакт, Учиха развернулся, под ошалевший взгляд собрался и хлопнул дверью.       Сначала пришла глубокая и неестественная до звона в ушах тишина. Все органы чувств ампутировали одним броским взглядом. Больно. Крик оглушительной волной разразился в небольшом пространстве. Сердце обрывалось, голова гудела и бесконтрольные слезы шли рекой до головой боли. Учиха вырвал с корнем сердце и ушел, оставляя за собой кровавую дорожку. Холод обжег сильнее огня. — Я тебя ненавижу! — намерено обратился он к себе. — Слышишь?! Ненавижу!       Ями без капли сожаления наблюдал сверху вниз, непринуждённо сидя на холодильнике и болтал ногой на ноге. — Ты сам этого хотел. — Нет! — зло тыкнули пальцем, ведя себя подобно темпераментному герою мыльной оперы. — Ты целый день говорил моим языком, управлял сознанием и шептал гадости! — Хм, — безучастно отвернулся тот. — Ты хотел правду, ты ее получил. Зачем ныть? — Это был не я! — бился в агонии Наруто и найдя телефон, принялся набирать.       Под звуки клацанье, Ями прыснул ядом: — Он не ответит. — Закрой. Свой. Рот!       Метнувшись за пачкой сигарет, Узумаки вышел на улицу и закурил, кружась в пределах одной точки. Дрожащие потные пальцы набирали огромный текст, а губы вкушали никотина. «Саске, я прошу вернись. Пожалуйста, это бы не я! Мне дико стыдно, я места себе не нахожу! Я готов все обсудить все, что угодно, только не бросай меня» «Нам не о чем говорить» — ответили почти сразу. «Можно я позвоню? Мы решим сейчас. Пожалуйста-пожалуйста!»       Игнор. Сообщения не читают. «Я умоляю!» — добавилось в стопку. «Саске!» «Вернись!» «Пожалуйста!»       Учиха молча вышел из сети.