appearance of morality

...у тебя револьвер. об рукав барабан раскрутив, через раз заправляешь патроны. я смотрю на тебя, как на гер наркоман, и надеюсь, что пули меня не затронут. я тебя не виню, твои руки чисты, ты опасность моя и моё заблуждение. те, кто пулям не рад, обожают цветы. только ты не относишься к ним, к сожалению... кашель Клод Гё -На него несколько лет назад копал следователь Лао, сейчас в отставке, - подавленным тоном добавляет мужчина, протягивая стопку бумаг. -Что за следователь? - пробегаясь глазами по тексту, уточняет Сара. - Где искать его? -Не знаю, - отводит затравленный взгляд собеседник. -Зато я знаю в какой школе обучается твоя дочь, - блефует иностранка и с удовольствием слышит вымученный вздох. Сработало. Шатенка в третий раз догоняет седовласого мужчину и не считаясь с правилами приличия, разворачивает его к себе, ухватившись за предплечье. Темные уставшие глаза смотрят с немым укором. Сколько раз он должен отказать ей, чтобы эта девочка наконец от него отстала? В сей особе Лао узнает молодого себя, ему были глубоко безразличны личные границы людей, риски и прочие формальности. На первом месте - его цель, а целью являлась справедливость, хоть та горсть, которую он лично может даровать этому обществу. -Я не отвяжусь от Вас, пока не получу то, зачем пришла, - отчаянно признается Сара. - Мне все равно сколько времени потребуется на уговоры. -Вечность устроит? - не уступает бывший следователь. -Прошу вас, - скатывается в мольбу Кан. -Живи себе спокойно, такая молодая, а лезешь туда, откуда не выбираются, - Лао осматривает иностранку с ног до головы, а затем как-то по-отечески хлопает по плечу. У Кан от его снисхождения глаз начинает дергаться. Он снова разворачивается, чтобы уйти, а у Сары уже терпение на нуле. К горлу невовремя подкатывает ком, хочется заплакать от того, как ей это все надоело. Ей сложно морально, она изнуряет себя физически, давит саму себя и засыпает под обрывки чьих-то фраз из своих воспоминаний. А теперь еще это: препятствия. Дело гладко не идет. Находит кого-то - тот ускользает, узнает новое, но это новое сплошные тайны. Кан надоело, она хочет проплакать и проспать весь день. Не говорить ни с кем, не слышать, не видеть, себя не чувствовать. И шоколадку. Саре безумно хочется съесть целую плитку. Действенней было бы напиться, но от упоминания алкоголя самой себе становится тошно. Горечи сейчас и без того хватает. -Пожалуйста, - шепот в спину, ладонь в кулак, надо держать эту жидкость, называемую слезами. Ей нельзя. Не сейчас. Рано. - Я выполню любое Ваше условие. Ставить себя в должное, зависимое положение - не очень умная и надежная затея, но что еще остается? -Ты не понимаешь о чем меня просишь, - не поворачиваясь лицом к собеседнице, произносит мужчина. -О нет, - тянет охрипшим голосом Сара. - Я прекрасно понимаю. Я понимаю, почему вы молчите, хотите сохранить совесть чистой, что из-за вас ни одна малолетка не пострадала, так? -Ты попала в точку, - Лао разворачивается к девушке, на состарившемся лице отразилась глубокая печаль и залегла в морщинах на лбу. - Достаточно малолеток пострадали. Поэтому уходи и забудь дорогу к моему дому, а тому, кто ее подсказал, передай от меня большой "привет". -Да я ночевать под окнами этого дома буду! - задрав подбородок, с вызовом извещает Сара. Глаза на мокром месте, она лишь молится, чтобы старик не заметил и не принял ее за слабачку. -Что ж с тобой делать?! - бывший следователь взмахивает руками в негодующем жесте и упирает кулаки в бока. - Сдался тебе он? -Сдался. -Зачем? -Это сложно объяснить, - Сара прикусила губу. Ужасный вопрос. Просто отвратительный. Она сама на него ответа полноценного не знает. Отомстить за смерть подруги? Мин сказал, что это был он, а не Тэхен. Зачем она собирает то, что разрушит жизнь человека, которого она, к сожалению, полюбила? На всякий случай? На тот случай, если она вдруг узнает, что Юнги соврал и тот, кто убил ее дорого человека, этими же руками утешал ее? А может чувство долга? Нет, черт там. Предана она только себе и тем, кого любит, своей семье и близким. Плевала бы Кан на их организацию. -Что если я скажу, что уже нахожусь там, откуда не выбраться? И ваша информация может стать единственной лестницей? - ком в горле покатывает все выше. Еще немного и Кан вырвет. Вырвет от собственного вранья. Да крышкой гроба этот компромат станет. Не лестницей. В нем же точно не будет строчек "невиновен в смерти Дуонг, угомонись". Эти хреновы доказательства станут лишь ее оружием в случае провала в полное дерьмище. Прости, прости, Тэхен, я иначе не могу. -Заходи в дом, у тебя будет время это сделать. Юнги падает в кресло напротив Тэхена и получает острый взгляд от непосредственного начальника, Мин приподнимает бровь и ждет, когда младший вернет себе контроль. Сейчас же ему даже говорить ничего не хочется, выглядит как бомба замедленного действия. На языке у Тэхена так и вертится "как она ушла?". Она будто испарилась в этом чертовом дворе. Впрочем, Тэхен должен был оценить ее сумасбродство по достоинству и перекрыть еще и отходы по крышам. Кима липкий страх берет от того, что одно неверное движение, и она могла соскользнуть. -У тебя что-то есть? - цедит мужчина не глядя на подчиненного. В его голове полная свалка, и эта свалка сейчас горит синим пламенем. -Ага, - поджимает губы Мин. - Начну с хорошего. Или не очень... Бо нашли с перерезанной сонной артерией, кстати, так аккуратно, четко. У невестушки твоей рука набита. -Уверен, что это хорошие новости? - хмуро, но пассивно уточняет Тэхен. - Саре нельзя было первой до него добираться. -Не думаю, что он мог сказать ей нечто дельное, - прикидывает Юнги. - К тому же все копии, в которых фигурирует твое имя, были в его доме. Мы забрали. -Тогда почему она его убила? - задает скорее риторический вопрос брюнет и усмехается. Кан не стала бы импульсивно убивать потенциально полезного человека, но что он мог ей дать? -Не знаю, - тянет Мин и тянется в карман кожаной куртки. Пошарив немного, он протягивает младшему клочок бумаги. - Может так сильно хотела передать тебе записочку? Ким в мгновение ока выпрямляет спину и вытягивает руку вперед. Взгляд наполняется живым интересом, а во рту пересыхает. Тэхен хочет сам себя ударить за ускоренный ритм сердца. Как она вызывает в нем это? Торопливо развернув обрывок листка, Тэхен жадно вчитывается в корявые буквы. У нее отвратительный корейский. Будто писать не умеет. Спасибо, что хоть не китайский или один из ее родных языков. "Если ты это читаешь, то я тебя немного обогнала. Похвалишь, что избавилась от него сама? Тебе меньше работы, лентяй. Целую в носик. Твоя Кан." Мужчина усмехается. Как мило. И как верно. Его Кан. Он похвалит за это строчку. Юнги смотрит исподлобья на Тэхена, который сейчас будто в ином измерении и жалеет, что не прочитал записку. Что такого могла нацарапать эта безумная? Мин из вредности решает вырвать Тэхена из его мирочка второй новостью. -Блондиночка вернулась в Китай вместе с Чоном. Будто выстрел в голову. Зачем? Нет, Тоши - понятно, она не могла сидеть ровно, не в ее стиле. Но Чонгук? Второй такой же. Лезет куда не надо. Не хватало только столкнуться лоб со лбом с единственным другом. -Так понимаю, за ними тоже устанавливаем наблюдение? - пытается выманить Тэхена из себя Юнги. Действительный эффект оказался противоположностью ожидаемого. Нет, Ким сильно изменился, он напоминает Юнги совершенно другого человека, не того, что ранее сидел в этом кресле. -Нет, у Чонгука будто чуйка на это, - размышляя наперед, отвлекается для ответа Тэхен. Если Тоши каким-то образом на него выйдет и потащит за собой Гука, то что, блять, делать Тэхену?! Он искренне не хочет играть против этого малого. Надо рассуждать холодной головой. Тоши может узнать лишь через Юнги и Сару, Сара вряд ли станет вмешивать кого-то, что-то внутреннее подсказывает ему, что она решила выйти с ним один на один. Юнги? Юнги следует вести себя куда осмотрительней. Либо же заменить его пока не поздно. Нет, заменять его нельзя, Мин слишком хорошо сработался с Тэхеном. Да и работу свою выполнял всегда выше ожиданий. -О действиях девушки я должен знать, - подняв указательный палец вверх, произносит после небольшой паузы Ким. - Казино и Чон Тоши. Еще было бы хорошо быть осведомленными о всех разговорах и сообщениях Хвана. Он и с расстояния может стать проблемой. -С ним у нас проблемы, - признается Мин и ловит нотки недовольства, которые буквально источает тело босса. - А ты думал, что на его поле нам будет просто его обыграть? Тэхен понимающе кивает. Этот парень непрост, он сам убедился, ему бы такой человек не помешал на своей стороне. Только вот они никогда не смогут даже жить рядом. Ким не слепой и не глупый, он заметил, что у них с Хваном есть один общий интерес. А делиться этим интересом он не собирается ни с кем. Выйдя на ступеньки, Сара чувствует себя опустошенной. Она так рада. Должна бы быть. Но внутри отчего-то зияет всепоглощающая пустота. Это и есть конец? Конец в ее руках. Папка темного синего цвета и маленькая флешка с копией ее содержимого. Показания против Кима, видеодоказательства, слова очевидцев, поднятая история с отцом Тэхена. Падение Винсента в ее руках в двух форматах. Нет, это должно быть сон. А если сон, то кошмарный. Как мог этот не самый хороший, но ее человек, с которым она интуитивно нашла сходства, делать те вещи, в которые посвятил ее господин Лао? Точно ли это был Ким Тэхен, которого она знает? -Боже, - взывает Сара к тому, в кого верит лишь в самые тяжелые моменты. Кан прикладывает ладонь ко лбу и опускается на ступеньки. Надо посидеть, дать себе пару минут. - Какая же ты гниль, Ким. Гниль. Самая натуральная. Сара даже не хочет открывать компромат с того момента, на котором его захлопнула. Если она прочитает все, ей станет в разы хуже. Сложно разлюбить человека даже глядя на его бесчеловечные поступки, легче начать ненавидеть себя за то, что не испытываешь к нему омерзения. -Я точно такими темпами вскроюсь или уйду в монастырь, - начинает говорить сама с собой иностранка. Известные ей языки смешиваются в голове, выпуская наружу кашу из слов. - Нет, лучше вскрыться. В монастыре я на стены полезу. Одна слеза все же пробивается сквозь стену. Закат сегодня особенно красивый. Теплый. Оранжевый. По небу кто-то словно небрежно провел кистью с самым ярким оттенком из палитры. Невероятно и тепло. Этот уютный летний цвет отражается в покрасневших черных глазах, что смотрят на него как на спасательный круг или протянутую упавшему человеку руку. Ей все пришло в руки, целое, готовое, так почему она этому не рада? -Ким Тэхен, - шепчет Сара. - Внебрачный сын Ким Монкута и его любовницы Пак Исыль. Мать погибла в автокатастрофе, в ее смерти подозревали жену Кима. Голос дрогнул, Кан начала пересказывать содержимое сама себе дабы отвлечься и понять, сколько успело уложиться в голове. Не успокоило. Нет, Сара не сопереживает тяжелому детству с холодным отцом и смертью матери, у нее на родине половина населения живут с одним отстраненным родителем. Ей неинтересны тайны его образования заграницей, абсолютно безразличны успехи во всех начинаниях и идеальный диплом. А вот первые приводы в полицию... В пьяной драке избивает мужчину до полусмерти, избегает наказания благодаря связям извне, Лао настаивает, что вмешался отец, потом, через несколько лет, подозревается в убийстве партнера Кима старшего, дело снова замяли. А дальше Тэхен становится хитрее, безжалостнее. Смерть мачехи. Суицид. Монкут отворачивается от сына, с которым пытался до этого наладить отношения. Несчастный случай спустя три месяца: у брата Тэхена передоз. У человека, который не употреблял. А дальше убийство отца, сомнений в причастности дуэта Кима и Мина нет. Сначала встреча с молодым следователем Тэхеном по делу о взятке, через неделю Монкут подписывает бумаги о том, что все его имущество движимое и недвижимое переходит после его смерти к Юнги, а затем подрыв автомобиля Кима старшего. Тэхен не выходит из тени как внебрачный сын, многие начинают считать, что им является Мин Юнги, Тэхен же закрывает свое первое крупное дело. А дальше перечисление грешков Винсента. Лао собрал все, что мог, это далеко не весь объем, но его хватит на расстрел, не то, что на пожизненное. Кан делает пометку о том, что подчистит дело, оставляя полноту картины себе одной. Самым ценным оказываются две видеозаписи. Одна от журналиста, что смог снять момент снятия маски, в свое время он отдал жизнь за эти несколько секунд видео. Второй записью стали показания пожилой женщины, ставшей свидетельницей. Теперь есть и третья. Ее личная. Тоши ходит из угла в угол и как завороженная смотрит на экран телефона. Хван не отвечает на четвертый звонок подряд. Чонгук скучающе смотрит на ее хождения. Ему без дела сидеть слегка скучно. Ян хотя бы что-то делает, пусть это "что-то" и контроль за тем, кто и когда хвостиком ездил за Мином. -Какого черта эти два еврея устроили? - ругается блондинка на неизвестном Чонгуку языке. -Чего? - переспрашивает детектив. -Говорю о безумной любви к Манн и Кан. -Понял, - усмехается Чон. Неожиданно раздается мелодия. Тоши заинтересованно глядит на смартфон Чонгука, его взгляд стал таким удивленным, что она позволила себе заглянуть и узнать, кто ему звонит, без позволения самого Чона. Только в глаза бросается знакомое сочетание начальных чисел, как она выхватывает у Чонгука телефон из рук. -Это не китайск... Мужчина не успевает договорить, как беловолосая уже отвечает на неизвестный вызов. -...ий номер. -Хван! - восклицает девушка. -Как догадалась? - хмыкает парень на том конце провода. -Много ли кто будет звонить с израильских номеров? Ты полетел к родителям? А работа? -Какая умничка, - умиляется еврей. - Нет, я все еще пашу как проклятый на сомнительное благо страны. Тоши. Чон слышит серьезный тон и переглядывается с Чонгуком. Ей начинает не нравится вектор беседы, Гук же становится куда бодрее, чем был пару минут назад. Девушка переводит звонок на громкую связь. -Меня пытаются прослушивать, очень настойчиво и бесцеремонно, - в голосе Хвана прослеживается его чувство собственного превосходства. - Либо дилетанты, либо тупые, серьезно. -Ты понял с какой стороны летят попытки? - тут же собралась Чон. - И почему ты звонишь на номер Гука? Уверен, что линия с ним чиста? -Пока чиста, - отвечает друг. - Кстати, угадай, кто напомнил мне пять минут назад об этом моем номере. -Сара? - тут же догадывается Тоши. - Как она? Где? Почему пропала? -Она скоро полетит домой, сказала, что у нее есть что-то серьезное, но ей необходимо время, попросила ее встретить во время пересадки, обговорить некоторые моменты. -Она нас избегает, - заключает Тоши, а мысленно достраивает теорию. - Что еще? Где ее носит вообще? -Судя по тому, что она попросила купить ей билет из Китая, она все еще не вылетала за его границы, - отвечает Хван. - Просила передать еще, что Мина трогать не надо. -Она с этим Мином как с, - Тоши осеклась, не может найти сравнений. Почему подруга медлит? Для чего ей этот Юнги? У всех четверых руки чешутся его самостоятельно задушить, а Сара в его ангелы хранители записалась. Сама ведь мечтала и, Чон уверена, мечтает, выпить за его упокой. - Чего ждет? -Если бы я знал, - недовольно бубнит еврей. - Можешь спросить у Яна, что я думаю по поводу всех ее загадок и пряток. -Так, по поводу связи с тобой, звоним на этот номер? - решила свести тему на ноль подруга, обсуждение друг друга сейчас не самое полезное занятие. -Да, причем желательно телефон Чонгука уже не использовать, - решил перестраховаться парень. -Поняла тебя, - оповещает блондинка. - Кстати, нам бы не помешала твоя помощь в одном моменте. -Изъясняй. -У Мина есть сестра. Нам надо ее найти. Физически мы делаем, что можем, но никто не знает, когда Юнги приведет нас к ней, да и приведет ли. -Я услышал тебя, - принял Хван. - Попробую что-нибудь сделать, но не обещаю успех. -Спасибо, - на лице беловолосой появляется слабая улыбка. - Сам-то как там? -Без вас скучно, - признается парень. - Поесть в обед тоже никто не приносит, самому приходится ходить что-то покупать, кошмар. -Да, парочка лишних шагов для тебя кара небесная, - смеется Тоши, вспоминая, как Хван каждый раз упорно ждал еду от друзей и упорно не ходил за обедом сам. -Ладно, милая, я должен тут кое-что завершить и займусь сестрой Юнги, ты держи меня в курсе основных событий, хорошо? -Хорошо, - еле слышно говорит девушка на выдохе. Ей почему-то стало лень воспроизводить какие-либо звуки. Необычно. Ночь перед битвой во всех фильмах всегда изображается затишьем перед бурей. Именно так сейчас ощущает себя Кан. В машине до чертиков неудобно. Копчик хочется самостоятельно вырвать и выбросить в окно. Окно. Сара вспоминает о том, что стекла она со дня так и не подняла, а на улице далеко не май месяц. Вот и причина по которой она мерзнет. -Совсем отупела, - сама на себя ругается Кан и закрыв окна, поправляет ноутбук на коленях. Все отредактировано. Имя Тэхена заменено прочерком, а видео свидетелей запаролены в папке "как у меня". Пароль сможет подобрать только Джексон. Ему будет достаточно посмотреть на сочетание букв и цифр в названии видео, что у него на флешке. Сара уверенна: догадается. А если и нет, то всегда есть Аарон. Девушка поджигает сигарету и раскусывает кнопку фильтра. Осталось лишь настрочить инструкцию для своих любимых головешек. А потом она сможет поспать, поспать в ужасно неудобной позе и проснуться с болью в спине. -Клянусь, что завтра же найду хостел на свои несчастные деньжата, - проговаривает Сара и затягивается. Дым заполняет легкие, каждая клеточка тела пронизывается спокойствием. Вот он: момент, который продумывать не хотелось. Что делать после получения компромата? Кан понимает, что сама откладывала размышления каждый раз. Именно она использовала избитое "поживем - увидим". Пожила. Увидела. А ничего не решила. Нет, примерно решила. 1. Свалить из страны; 2. Попрощаться с домом; 3. Вернуться и передать флешку ребятам; 4. Явиться к Тэхену самой; 5. - Что? Что потом? Клешнями из него вырвать правду? Влезть в голову, как в книгах о мальчике волшебнике и найти подтверждения словам? Что? Легче убить себя и его с собою забрать. -Клоповник, - подводит итог увиденному Сара на родном языке. - И блядушник. Нет, конечно, экономия - это хорошо. В её случае это необходимость. Из-за ебучего Ким Тэхена не вернутся в квартиру, где остался залог и парочка её вещей, благо, самое необходимое всегда было с собой. Но этого необходимого на нормальную жизнь не хватит. Да лучше бы она в оставленной старенькой японке спала, чем в этой комнате. Конечно, хостел ещё в коридоре не выглядел презентабельно, девушка даже увидела спокойно гуляющего таракана и парочку алкоголиков. Но надежда и оплаченная ночь не дали сразу свернуть к выходу. Нет, она здесь не заснёт, а спать хочется дико. В помещении пахнет сыростью, даже виден источник запаха - чёрная плесень на стене в углу. В голове красным светом загорается лампочка давно сломанного чувства самосохранения. Да лучше с тиграми в клетке, чем в этой грязи, теперь понятно отчего так улыбалась хозяйка, отдавая ключ. Здесь просто кошмар наяву. Для Сары командировки в Индию кромешная жуть, но даже там санитария выше на несколько уровней. Даже если отступить сейчас от количества отвращения к комнате, что ей досталась, следует уделить внимание соседям. По соседству кто-то в буквальном смысле выл, по пути на неё так жутко смотрели остальные жители, что стало липко под этим и взглядами. Домогательств и краж ей не надо, а чуйка подсказывает, что здесь их долго ждать не придется. Нет, валить надо определённо. Пока какой-нибудь таракан или наркоман не посчитал её интересным собеседником. Да, внутри кошка жадности скребет и считает, сколько осталось за вычетом оплаченной в пустую ночи, но все же красная лампочка ярче. Не хочется влезть в конфликт с не самыми благополучными гражданами поднебесной. Стрелять в них идея не лучшая, а аккуратно отправлять в бессознательное состояние как Ян она не умеет. Лучшее решение - уйти сейчас. Скрипя зубами девушка покидает комнату. Коридор кажется длиннее, чем в момент заселения, а уличный свет, что виден из-за открытой входной двери будто тот самый свет в конце тоннеля. Наконец она выходит на свежий воздух, где плесень не распространяет свои ароматы. Но есть кое-что не лучше. Свалка справа и небольшая компания, пропахшая перегаром. Глаза закатываются сами по себе, а сердце отчего-то становится громче и быстрее. Ухо улавливает перешептывания, Сара решается дольше не задерживаться в этом дворике. Кан смотрит на собственные кроссовки и радуется тому, что в них будет удобно бежать, если придётся, главное, чтобы лёгкие и ноги не подвели, а ведь лёгкие у неё курильщика, а ноги голодные. Ситуация не яркая. Позади слышатся шаги, только они, ни шумной беседы, ни звона ключей, ни разговоров из открытых окон хостела. Только шаги. Сара не параноик, честно, но руку она завела за пояс, достала пистолет и теперь скрывает его под курткой, осторожно оглядываясь назад. Свист шин, резкое торможение. Девушка вздрагивает и прикусывает губу. Не хочется поднимать голову. Что-то внутри подсказывает, что в автомобиле, остановившемся в паре метров и преградившим выход из замкнутого дворика, находится тот, кто может её узнать. Вернутся назад? Выхода нет. Страх подарил рукам слабость, а голове тяжесть. Либо потенциально попасться человеку Тэхена, если это действительно не просто забредший автолюбитель, либо, вероятно, наткнуться на конфликт с обдолбанными или пьяными мужчинами. Выбор скудный. -Пики точенные, - решает Сара и будто бы что-то вспомнив, разворачивается. Пара шагов. Звук открывающихся дверей. Подъезжает ещё автомобиль, останавливается компания. Чёртовы удобные кроссовки. Не пригодятся. Ноги онемели. "Это моя вредность. Это моя усталость. Возьми себя в руки." Но мантра не помогает. Самовнушение повернулось не просто спиной, задницей. Как, собственно, и везение. Сейчас надо пройти через этих четверых. Дай боже без лишних вопросов. Пусть это будет её фантазия и паранойя, что им до незнакомой персоны есть дело. Руки начинают подрагивать. Хочется сорваться с места сразу ото всех. Но вокруг будто уличные псы, а не люди, и эти псы чуют страх, нельзя им его показывать. На предплечье мёртвой хваткой ложится чужая рука, вторая, с другой стороны падает на плечо. -Привет, - фраза сопровождается неприятным запахом изо рта мужчины. Гниль и отсутствие гигиены, вжившийся в язык и слизистую ацетон. Как же хочется ответить язвительно. Хочется и колется. -Я слегка тороплюсь. -Давай вместе поторопимся, - быстро находит выход собеседник. Позади слышатся спешные шаги. Скоро это станет нелюбимым звуком Сары. Если это кто-то из подчинённых Кима, то пара человек, собравшихся здесь, точно успеют в последний путь. Щелчок. -Помянем, - шепчет девушка и мгновенно выкручивает руку. Эффект неожиданности срабатывает, чувствуется свобода. Но время словно замедляется. Что теперь? Слышится выстрел. Пуля пролетела совсем рядом. Бездушным грузом падает тело, что недавно невежественно схватило её за руку. Кан оборачивается. Это не люди Кима. Хуже. Это сам Тэхен. Злой, накаленный, источающий собой чернь. Взгляды пересекаются, у Сары уши закладывает и в голове начинает звенеть. Все силы куда-то уходят. Бессильно осесть на асфальт ей не даёт не только собственная воля, но и второй выстрел Кима. Затем третий, четвёртый. Незнакомые ей мужчины не успевали даже прокричать, как падали друг за другом. Нет смысла срываться с места. Она не знает этот хостел, не умеет быстро бегать. Хуже всего - она не хочет бежать. Только если навстречу. Это провал. Флешка в заднем кармане начинает будто пищать, главное сохранить её. Пусть забирает бумажный вариант компромата, даже лучше, если он его найдет, но только не её. Не чертову флешку. Девушка осматривает трупы, что лежат вокруг неё и понимает, что её не заботит это проявление жестокости Кима. Он убил не людей, а мусор, как цинично бы не звучало. Наконец Кан поднимает взгляд к Тэхену. Он стоит. Выжидает. Если присмотреться, можно увидеть как он подрагивает от охвативших его эмоций, а эмоции далеко не радужные. Густые брови сведены к переносице, скулы напряжены, дуло пистолета сейчас смотрит в землю, но Сара уверена: он с радостью выпустил бы ещё пару пуль, а вместе с ними и пар. Сара замечает одну интересную деталь. На нем нет маски. Это можно объяснить тем, что со второй машины лениво вышел Юнги, а другого никого наблюдать не приходится, но все же. Тэхен только что сейчас убил четырёх человек, именно Ким Тэхен, не Винсент. -Масочка, - Кан указательным пальцем очерчивает свой овал лица. - Где? Потерял? -Сядь в машину, - отвечает на это мужчина, все ещё стоя на месте. Сара усмехается и нервно вздыхает. Воздух вокруг какой-то особенно свежий, пропали все запахи, даже металлический запах крови меркнет. Последние минуты псевдосвободы. -Никогда не любила играть в догонялки, - себе под нос произносит иностранка и поднимает взгляд к небу. Такое тусклое. -Сядь в машину, Кан. -Кан, - передразнивает девушка и думает, что хоть для приличия можно было бы от него побегать. - Как строго. -Не выводи меня, - просит Тэхен, а у самого уже нервы на пределе. Он неимоверно рад, что нашёл её, но увиденное разбудило его тёмную сторону. Успокоиться пререкания Сары точно не помогут. -Так почему без масочки-то? - вальяжно переступая мёртвое тело, спрашивает Кан. - И их ещё всех перестрелял. Тэхен убирает оружие и делает несколько крупных шагов вперёд. Его рука тёплой безопасной тяжестью по-свойски ложится на талию, не встретив истерик и противостояния, он ведёт неудавшуюся беглянку к автомобилю. -Классная тачка, - не изменяет себе девушка. Ей по неясной причине стало дико спокойно. Безусловно, намного лучше с бывшим куратором, чем с той четверкой. Только вот его настрой кожей чувствуется, неизвестно, что Тэхен может выкинуть в любой момент. - Покататься дашь? Пальцы Кима впиваются в талию, отчего Сара даже шипит приглушенно. Тэхен одним движением разворачивает девушку лицом к себе и грубо придвигает вплотную. Кан заостряет внимание на мужских губах, обветренных и плотно сжатых. Кончики пальцев покалывает от желания прикоснутся, но вопреки маленькому желанию, Сара всего лишь утыкается лбом в грудь Тэхена. Если бы только она знала, как сильно это повлияло на его настроение. Острые лезвия, что до этого впивались в сердце Тэхена, стали нежнейшими цветами. Ким медленно выдыхает через нос и опускает подбородок на макушку шатенки. Угомонился. Жадный дракончик внутри угомонился. Ему вернули его сокровище. Юнги замечает столпившихся у хостела людей и кашляет так, чтобы Тэхен его услышал и понял. Ким поднимает взгляд, но внимание привлекают отнюдь не перепуганные свидетели, а мертвые тела на асфальте. Нет, дракончик все еще не удовлетворен. Он закипел с той же скоростью, что и остыл. Эта взбалмошная подвергла себя такому риску, а он будет молчать? Ничего подобного. Мужчина отпускает Сару и делает мелкий шаг назад. Она вздергивает подбородок вверх и во всей красе презентует свой мятежный взгляд. Позволила себе маленькую слабость и тут же поспешила замести следы. А слабость ли это? Или же женская хитрость? Тэхен до скрипа зубов сжимает челюсти. Сомкнуть на этой шейке руки, и дело с концом. Никаких вопросов и мучений. Только тогда следом придется отправится. Перед Сарой открывают дверь и взглядом нетерпящим возражений, указывают на пассажирское. Черноглазая вздыхает, послушно садиться, обнимая попутно рюкзак и с пассивным протестом показывает Тэхену язык. Не щадя автомобиль, Ким с силой захлопывает дверцу, выражая малый процент того урагана, что сейчас в нем бушует. -Придурок, - вздрогнув, комментирует Сара. Все же нужна шоколадка. Или психолог. Юнги быстро читает сообщение от неопределённого, но выученного как молитву номера. Мин слегка улыбается и трогается с места. Тэхен нашёл свою ненаглядную, сестра наконец вылечила свою простуду и ждёт его с какими-то вкусностями. Наконец и на его улице праздник. Большая просторная гостиная выступает отличным контрастом той комнате в хостеле. Сара чувствует себя куда комфортнее, лучше излишество, чем недостаток, по крайней мере в этом случае. Тэхен стоит позади, она его взгляд затылком чувствует, только бежать некуда, да и нет уже никаких сил бегать. Главное сейчас уберечь собранную информацию. Собранную и отредактированную ценой сна! -С нас сейчас хоть картину пиши, - нарушает тишину Кан, крепче прижимая к себе рюкзак. Что-то внутри корит за разговорчивость, но поклясться, что это будет последней её фразой за сегодня, Сара не может. - Паук и бабочка. -Не вижу здесь бабочки, - сухо отвечает Тэхен. У него руки к девушке тянутся, так и желают хотя бы на плечи лечь. А лучше на шею. И стиснуть с небольшим усилием. За время пути до дома желание не покинуло. Только заиграло другими оттенками. Она выглядит как хозяйка положение, Тэхену чертовски сильно хочется доказать обратное. Показать, кто на самом деле отныне задает маршрут. Ким даже врать не будет, что не скучал. Скучал и волновался. Каждый день думал на что или на кого она может на своём пути напороться. А сегодня увидел, вот тогда внутри все и перевернулось. Позволить кому-либо касаться того, на чем красным сияет пометка "моё"? Да ни за что. А здесь и вовсе. Угроза для его женщины. Непростительно, а потому и карается сразу, без разборок. -Ну как же? Я. -Ты далеко не бабочка, Сара. Собственное имя слышится по-особенному. Так томно, негромко, словно оно тайна. От тембра Тэхена мурашки по коже бегут. Отвратительно, Кан хочется с себя слои снимать, только бы тело так не реагировало на этого человека. Если придется, то и в сердце ногтями впиться. -То есть со своей ролью паука ты согласен? - не упускает случая Сара. Ким огибает диван и садится рядом, любезно оставляя расстояние между ними. Пусть и не хочет этого. -Что нарыла? - из него совсем не такие вопросы рвутся. Совсем уж честно: не вопросы вовсе. Обсуждение дел лишь помогает сдержать внутренние порывы, которые толкают просто напросто сгребсти в охапку и не отпускать. -Что нарыла, то моё. -Кан, ты в моём доме и в моей власти, - напоминает Тэхен без какой-нибудь эмоциональной окраски. - Отдай сама, не вынуждай меня быть бестактным. -А увозить меня хуй пойми куда не спросив о желании очень вежливо? - смеётся Сара. -Ты не оставила мне выбора. -А у меня не должно быть выбора? -Любой другой на твоём месте уже был бы мёртв, - два упертых взгляда снова пересекаются. В этой комнате становится мало места для двоих. В этом мире его мало для этих двоих. Хотелось бы ответить ему так, чтобы уколоть, чтобы попасть в яблочко, но его печальные глаза и круги под ними давят на спящую совесть. Если он невиновен перед ними? А она собралась разрушать то, что Тэхен строил явно не без усилий. Как же легко сейчас дать слабину. -Спасибо за такую милость, - грустнея на глазах, отвечает Сара. Усталость, вечные вопросы, отсутствие сна, комфорта, нормального питания, разрывание между двумя, а то и больше, правдами. Все факторы комом застревают в горле. Хочется плакать на ближайшем к ней плече и прятаться в знакомом запахе, но вот незадача: желаемой тихой гаванью оказывается наивероятнейший враг. -Кан, - тон смягчается, как только мужчина замечает покрасневшие глаза. Только не слезы. Неужели его слова настолько задели? Тэхен стирает расстояние между ними и охватывает лицо напротив ладонями. - Не надо, ты же знаешь, я никогда бы... Как же ей хочется прильнуть. Спрятаться и забыться. Но эти убивающие "нельзя". -Я знаю, - твёрдо, но очень тихо говорит Сара, чтобы не дать волю скопившейся жидкости. Отчего-то все ее вопросы и сомнения насчет правдивости его чувств отпадают и прячутся под могильной плитой. Недвижимой и холодной. Сдать рюкзак самой? Не будет ли подозрительно? Будет, скорее всего. Всё же Кан делает ставку на добровольную сдачу и поднятие лапок вверх. Не станет же он её обыскивать? Сара медленно раскрывает набитый рюкзак и достаёт папку. -Вот. Протягивает Тэхену, не глядя на него. -Что ты теперь будешь со мной делать, Винсент?