Измени мою жизнь.

Курить недалеко от школы, наверное, было плохой затеей, - но понял я это только в тот момент, когда рядом, не пойми откуда появился, кто бы, вы думали? Правильно! Арсений Сергеевич. - Антон, а чего это мы здесь стоим? — блять, ты слепой? Что же я делаю хм... Наверное, принимаю роды у обезьяны, а ты не заметил, или просто с приветом? - Уже уходим, — в тон преподавателю ответил я, на что старший усмехнулся, прямо-таки усмехнулся. Будто хотел не то, чтобы просто обычный звук издать, а призвать самку, потому что трахаться хочется. Если бы не телефон, что зазвонил, вибрируя в кармане, может и ответил бы что-то ему язвительное. - Шаст? — начал Паша. - М-м? — под вопросительный взгляд историка, промычал я. - Ты где сейчас? —, поинтересовался дядя. - На улице у школы, точнее у забора, а что? — задал я вопрос. - Твоя мама, Тош... Она в больнице. И судя по всему, уже как дня четыре, — он старался говорить прямо и чётко, но сквозь его старания я слышал беспокойство, у него дрогнул голос. — Ей, как оказалась, что-то подсыпали. В общем, сейчас она в тяжёлом состоянии. Я был в больнице, завтра опять поеду, надо подписать бумаги о согласии на лечение, а также на то, что если она не придёт в себя, то за её жизнь перестанут бороться. Но это только самый худший вариант, скорее всего, она будет в адекватном состоянии уже через неделю. Если хочешь поехали завтра со мной в больницу, — подытожил дядя, чем шокировал меня. Я был в ступоре и совершенно не понимал, что чувствовал. Переживание? Страх за родительницу? Безразличие? Она моя мама, но... бля, не чувствовал я её рядом. Она, вроде, была, а, вроде, её и не было в моей жизни. Чёрт.. если я потеряю её, то и себя тоже.... Что я буду делать, а если она... Умрёт? Арсений помахал у меня перед лицом рукой и посмотрел непонимающе. - П-паш... Ой! — постучав себе рукой по губам, я продолжил: — Я поеду с тобой, ты не против, да? - Нет конечно. Ты, если что, можешь пожить у нас, — с надеждой сказал он, хотя точно знал мой ответ. Кажется, он хотел продолжить, но я его перебил: - Нет, зачем? Ничего не случилось, я просто буду жить один, будто это что-то сильно изменит! Нет необходимости стеснять вас. Мама скоро будет дома. Арсений пристально наблюдал за мной. Под этим взглядом казалось, что все мои действия дёрганные, глупые. От этого становилось неловко. Хватит так смотреть, Арсений! - Антон, ты хотя бы на чай зайди, посидишь с нами, жена моя вот, пирог готовит. У нас гости вечером приедут, родственники Ляси, они последний раз виделись тогда, когда мы ещё жили в Новосибирске. А так, ты с детьми можешь играть, если с нами сидеть не захочешь. Но должен приехать племянник твоего возраста, я не уточнял, но всё же. Ждём тебя у нас часам к шести, — скорее больше утвердительно, чем вопросительно сказал Паша. Кажется моего мнения даже не спросили. - А если я откажу? Строгий голос Паши отрезвил меня: - Отказы не принимаются! Шаст, если ты свой тощий зад не притащишь в шесть, тебе - пизда, ну, и я буду огорчён. - Паш, тебе сколько лет? — не выдержал и посмеялся, я в трубку. Арсений всё ещё был рядом, и кажется ему надоело молчать. - Антон, ты с Павлом Алексеевичем? Вопрос был задан, конечно, мне, но Паша почему-то решил, что раз уж он услышал, то стоит прокомментировать: - Я дед что ли?! Передавай Арсению Сергеевичу, чтоб тот эту официальность в жопу себе засунул! В надежде, что преподаватель данной фразы не услышал, я сказал: - Арсений Сергеевич, да, это директор. К сожалению, мне пора идти, до свидания. Не успел он даже ничего понять, как я просто ушёл быстрым шагом с места, где Арсений так и остался стоять в ступоре. Да уж странноватая ситуация...

***

Дома тихо, и только сейчас я понял, что разницы не ощущается - есть мама или нет. Хотя, в дни, когда сидела гудела «пьяная компания» - было ужасно. Пиздец, как громко - не перебивали друг друга, даже бутылки разбивали, после чего мне приходилось всё утро собирать осколки и стараться не пораниться, что было достаточно затруднительно с моей аккуратностью. Сейчас моей задачей было взвесить всё сказанное Пашей и понять, наконец, самого себя. - Ладно, Тох, будем рассуждать вслух. В этом нет ничего странного. Кто-то сказал, что Великие люди говорили сами с собой, — я задумчиво почесал голову. — Хотя... не помню, или так говорили про шизиков... — сам пошутил - сам посмеялся. - Ну вот как ты относишься к маме? — спросил я у себя. — Да никак, блять! Я к ней вообще не отношусь, так же, как и к её жизни. Мы никогда не были семьёй, а после ухода отца, мы были что-то вроде пародии - очень плохой пародии. Я лёг на кровать, которая с противным звуком скрипнула, и посмотрел на потолок, ставший со временем каким-то, блять, образом грязным. - Так, не время грустить! Дом в твоём распоряжении, и пьянки на какое-то время прекратятся. Что это, если не повод порадоваться? На этом я и закончил свои очень глубокие раздумья. Решил, что есть не буду, зачем? Все-таки, один вечер с семьей дядей - не так уж и плохо. - Блять, Паша! — я схватился за телефон. — 17:38, чёрт! - Что там Паша сказал? Меня Арсений Сергеевич забрать должен... стоп. А он-то каким лешим будет тоже там?! Блять, и когда я упустил этот момент? Я даже не знал, что у Паши есть такой друг... Какой это такой? Да такой! Бля-я-ять? Я совсем из ума вышел. Телефон в моих руках начал вибрировать и высвечивать незнакомый номер. Недолго думая, а точнее вообще не подумав, я взял трубку: - Алло? — подал голос я. - Привет, Антон, — до жути знакомым голосом начал собеседник. — Это Арсений Сергеевич, — а вот теперь понятно. Бля. - Аа-а... Что вы хотели? — в крайнем недоумении, задал я вопрос. - Антон, тебе бы таблеточек попить, а то память совсем страдает, смотрю, — ну, пиздец, я ебанутый. Он же меня забрать должен, дурья ты башка! - А! Вспомнил! — крикнул я в трубку. Даже не видя преподавателя, я почувствовал, как тот поморщился от громкости. - Молодец, — после непродолжительного молчания, ответил он. - Молодцы сосут... Ой! Простите-пожалуйста-извините-я-случайно! — скороговоркой протараторил я, изрядно испугавшись от собственного приступа долбоебизма. - Так, ладно, — заёбано вздохнул учитель, и так же заёбано выдохнул. — Я за тобой заеду через минут пятнадцать, будь готов. Я напишу, как подъеду. - А адрес сказать? — решил я уточнить. - Антош, адрес я знаю уже. Антош?! Чего, блять! Остановите землю, мне надо выйти! Антош, блять. Всё, что он сказал после, я уже и не слушал, потому смог лишь выдавить из себя незаурядное: - Хорошо, - и сбросил вызов. - Он и вправду назвал меня Антош, или мне это послышалось!? Бля-я-ять! Я начал наворачивать круги по комнате так, что выучил каждый сантиметр за всю жизнь в ней, пока не почувствовал, что блевану, если не остановлюсь. - Так, пора одеваться. Мой выбор пал на бежевое худи, что на моём худом, даже можно сказать, болезненно худом теле, смотрелось, как мешок. К ним - узкие чёрные джинсы, которые я купил ещё года два назад, и сейчас, на тонких ногах они, в общем-то, выглядели широкими. Подумав о том, что ненормально за два года так худеть, я принялся за украшения, а это было чуть ли не самой важной деталью в моём повседневном образе. В общем и целом, увесистые кольца и браслеты я надевал каждый день. А если очень торопился, и времени нацепить побрякушки не хватало, то всё равно их надевал. Тяжёлый металл скользнул по пальцам. Они уже стали, как одежда, без них - я будто голый, не очень было бы ходить по улице голышом, да? Надев не менее красивые и холодные браслеты на запястья, что при соприкосновении с кожей и друг другом вызывали мурашки. Я был полностью готов покорять мир и историков! Заржав в голос из-за всей тупости, сказанной мной, я увидел сообщения от неизвестного номера, мысленно пообещав себе чуть позже записать номер учителя. Антон, выходи, я подъехал Решив не морочиться с ответом на письмо, я убрал смартфон в задний карман джинс - или, как мы с Димой называли его - жопный карман - и поспешил к выходу. Сев на пол, надел обувь. Я запер дверь на ключ и убрал его во внутренний карман лёгкой куртки, после чего поспешил вниз по лестнице, перепрыгивая сразу две ступеньки и задевая руками грязные и старые стены, на которых краска голубоватого оттенка стала со временем походить на мазки чёрно-синей херни. Открыв дверь с ноги и переступив через едва заметный порог, чуть не навернулся, во время устояв на ногах, и мысленно поблагодарил бога, что решил поберечь мои конечности, оставив их целыми. Передо мной стояла красивая чёрная машина марки бмв Чёрного цвета, выглядела дорого, заставив усомниться в работе Арсения Сергеевича, кто его знает, может он дилер какой-нибудь, или киллер, или бизнесмен под маской обычного школьного преподавателя? Оставив свои рассуждения на потом, когда будет скучно, я потопал к автомобилю. Открыв дверь, я сел на переднее пассажирское сиденье. - О, Антон, наконец-то, ты чего так долго-то? Макияж, что ли, делал? — он подозрительно рассматривал моё лицо в поиске намёков на, как он выразился - макияж. От его пристального взгляда почему-то хотелось скрыться, и я старался смотреть куда угодно, но только не на Арсения. - Очень смешно! — в доказательство я даже попробовал посмеяться - вышло сухо. - Так, ладно, — он обхватил руками руль и нажал на педаль газа. — Поехали к Паше, — он улыбнулся, глядя на меня. Хули он красивый такой!? Не-е-ет, Шаст, не думай так, ты всего-навсего падок на что-то прекрасное. Стоп! Я, что ли, считаю его прекрасным? Хотя, если подумать... Bсё! Хватит! Думать! Тебе! Это! Не! Идёт! А когда это я к себе во втором лице начал обращаться? Пора бы к психологу, а лучше сразу в психушку. - Арсений Сергеевич, а Вы откуда мой адрес узнали? — прокрутив кольцо на указательном пальце, задал я вопрос. Сам я не говорил ему своё место жительство - точно. Мужчина перекрутил руль и выехал на трассу: - Связи, связи, — повторил он с лёгкой улыбкой. Чёртик на моём плече так и кричал: - Антон, вот чего он выёбывается, давай тоже... вот сделаем че-т такое и он офигеет, - сам же себе я мысленно отвечал. Нет, он хоть и выжопывается - мы не должны ничего делать, вряд ли что-то хорошее выйдет сможет из этого. Тогда он решит что он выиграл. Я же пытался объяснить. Мы не во что и не играем. И выгоды никто с этого не получит, ни он ни я. Ну, вот что тебе стоит просто вести себя так же, давай будем типа тоже крутые? Мысленно хихикнув, я сдался - аргументы закончились. Спустя минут пятнадцать машина припарковалась около многоэтажек, где и проживал Паша с семьей. Тут я был достаточно раз, чтобы хорошо запомнить, где что находится, поэтому, не став ждать учителя, открыл дверь и направился к квартире, убрав при этом усыпанные металлом руки в карманы. На дворе не май месяц, пора бы и одеваться по погоде. Арсений, кажется, даже не заметил моего действия, и просто пошёл, на удивление, в правильном направлении. Он явно был здесь и раньше... что ж вы за тёмная лошадка? Мы поднялись на лифте, на седьмой этаж. Я подпирал стену плечом, когда Арсений лёгким движением постучал по двери. Несколько минут мы стояли в ожидании, после чего нам, наконец-то, открыла Ляся. Это просто прекрасная женщина, которая делает счастливым Пашу, в ней столько любви, заботы и ласки, она готова помочь каждому кто в этом нуждается, от Ляйсан я чувствовал того, что от мамы не было уже много лет. Настоящую материнскую любовь, в те дни когда мать уходила в запой именно у нас дома и в квартире людей было больше чем должно быть, и находиться там невозможно, ибо каждый нетрезвый человек пытался перекричать друг друга, обязательно разбить бутылку и конечно же, все считали нужным позвать меня и начать обучать жизни. Лучше бы о себе подумали, если многие из них не проживут ещё и лет пять - десять, я не удивлюсь. Когда я звонил этой прекрасной семье, меня принимали, как родного, хотя почему как? Паша всё ещё остаётся моим родным дядей. День или ночь, они приедут, да ещё и умудряться отчитать за то, что не позвонил раньше, и могу сказать, в такие моменты я был этому рад, они проявляли заботу, ту, что не проявили ни разу родители. И вот сейчас Ляся стоит передо мной. раскрывая руки для объятий, и так по-матерински обнимает, после чего поцеловав в лобик будто ребёнка перед тем как уложить спать. Несмотря на мой возраст, она всегда относится ко мне, как к ребёнку, пропуская мимо все сигареты и немного неправильный образ жизни. Конечно, они знали, что я гублю здоровье, сначала, Паша и Ляйсан пытались как-то бороться с ещё не образовавшейся тогда зависимостью, но всё же поняли - никакого успеха они в этом не до бьются. А сейчас если Ляйсан про курение ничего не говорит, но относится плохо, то Паша, который знает, что я тот ещё паровоз, стал вовсе иногда курить со мной или при мне. Арсения она тоже обняла, не поцеловала конечно, но обняла! Я всё больше сомневаюсь, что Арсений им чужой, и даже не просто знакомый, логично, конечно, предположить что они старые друзья, что многие могли бы подумать, просто посмотрев, как эти люди общаются между собой. Но почему я его не знаю тогда? - Ляся, привет! Боже, как довно мы не видились, ты подстриглась... блин даже не вериться что вот мы встретились... —сказал Арсений поглаживая женщину по спине и со счастливой улыбкой на лице. - Да не говори ты, сам-то красавчик, а мы с Пашкой спорили подстрижет ли волосы наша «рапунцель» или нет, —взрослые смеясь, отстранились друг от друга, а в дверном проёме показался дядя. - Ну, чего стоим? Вон вы смеетесь, а Тоха загрустил, - Паша тоже обнялся с, как теперь я уже был уверен, другом, похлопав его по плечу - Ой Антош, прости, — произнесла она, глядя на меня. — Ну, и вправда чего мы стоим? Проходите в дом. Мы с Арсением сняли обувь и повесили куртки. Прошли за Ляйсан на кухню-гостиную, что всегда была уютной и с семейной атмосферой. Вот на ковре я играл с Робертом в машинки. Тут стояла ёлка в новый год, который я тоже провёл тут, большой диван, где мы, усевшись смотрели фильмы на телевизоре, а потом под крик Ляси о том что она убирать - потом будет бардак устраивали бой подушками. Самые лучшие воспоминания хранила эта квартира. Стоп а дети-то где? - Паша... Вы что с ребятнёй сделали? - изогнул бровь, задавая вопрос. - Да у бабушки они, решили, что там будет лучше, чем в компании взрослых, что маловероятно будут в трезвом состоянии. Так что, ты можешь тоже отдыхать, у тебя, считай, отпуск, нянька! И Ляся приготовила твой любимый пирог! —проговорил дядя, пока я рассматривал комнату, что выучил наизусть. — А ещё позже приедет пицца! - Дорогой ты не знешь долго ещё ждать остальных, — Ляйсан обняла супруга, посмотрев на время, а тот ответил. - Так-с... Думаю уже скоро, по времени... Ну, минут десять - двадцать, всё уже накрыто, они привезут напитки и начнём! Я всё ещё задавался вопросом, кто именно должен приехать, поэтому решил озвучить данный вопрос. - Паш, а кто приедет-то? - Сюрприз будет! - подмигнул он. — Арс знает. - Арсений Сергеевич... Вы-то хоть скажите — я посмотрел на него глазами Шрека... Ой! Не то! Глазами как у кота из Шрека, хотя ничего из учителя не удалось вытянуть, по всей видимости, похож я был вовсе не на кота В дверь не стучали... Её прямо так и открыли, в коридоре послышался шум только что пришедших гостей. - О-о-о! Вот и они, — все направились в сторону входной двери. Женщина, что являлась родной сестрой Ляйсан, а рядом её сын...

Парень с которым нас когда то связывала что-то большее, чем дружба...

- Пиздец...