Омежья сказка для гомофобки

Фортуна очень нервничал – уж кто-то, а он, проштудировавший в бытности Дашей историю, знал, что такие особы никогда и ничего не делают просто так, и даже их утренний поход в туалет и чих имеет для кого-то значение, и ему уж точно совсем не нравилась та тишина, что установилась вокруг. Соседи-омежки не выходили из своих домиков, прислуга тоже больше не захаживала на совместный обед. И, самое главное, по всей видимости, император не только увидел у него импровизированную библиотеку, сделал выводы, но и прознал, что он и есть Форту Дар, ведь бумаги лежали на столе открыто, и он имел время в них заглянуть. Тем более, что Фортуна любил порядок, особенно в собственных делах, поэтому каждая полка была кропотливо прописана и сортирована, что для чего, к чему, и отдельная коробка для наработок по рукописям. Разумеется, он принимал меры предосторожности на крайний случай, потому что-то подписывал на родной письменности, но, чёрт возьми, он в это затишье чувствовал себя взятым с поличным чиновником-коррупционером. Догадливость и начитанность Даши нужной для образования политолога и историка литературой привели его к нескольким выводам: первый – император захотел его опять в постель, второй – интриги других наложников и наложниц, желающих устранения с горизонта птички, затмевающей их бледность, и третий – действия со стороны четы де Ламиле. Однако, последние пункты не требовали личного присутствия императора прямо в их домике, следовательно, остаётся только первый. Он должен был предупредить действия Раншарру, а не кувыркаться с Ашени, ведь если бы он только был вчера внимательнее и не попался на его уловку вчера, то наверняка бы уничтожил многие бумаги или бы спрятал, а сам бы прикинулся прежним Фортуной, одним словом, что-нибудь придумал бы. После того, как Раншарру застал их с Ашени вместе, то также теперь было всего два варианта развития событий. Первый – альфа всё ещё заинтересован в нём, как омеге, а его необычные сексуальные наклонности только подстегнули интерес, второй – отпугнули и вызвали отвращение, способное стать причиной опалы. Но Раншарру не покинул дом сразу и принял в свой адрес грубость, ничего не предпринял, осмотрел дом и просто ушёл. Фортуна отчаянно и нервно кусал губы: правитель имеет превосходный контроль эмоций, по его лицу нельзя было прочитать ни единого намерения. Но, судя по его поступкам, тоже верен был только первый вариант. Значит, следует ждать нападения в сторону Ашени, первого препятствия на пути к его, Фортуны задницы. Омега вздрогнул – жуть! Рассмотрев все недостатки своего невыгодного положения, он решил перейти к преимуществам, вернее, преимуществу. Неограниченный монарх не приказал по первому хотению приволочь его к себе, а явился сам – значит, в его вкусах добровольное подчинение и это давало лазейку к выходу, крошечную, но всё же лазейку. Требуется оттягивать время, охлаждать интерес и срочно планировать побег. Дворцовая камарилья не даст ему жить без поддержки императора, а быть его подстилкой он никак не хотел. Пока партия не была разыграна, у него ещё есть шанс победить. - Ашени! Подойди сюда, нам нужно поговорить. – заплаканная бета присела рядом. Омега старался говорить как можно спокойнее и увереннее, если это вообще было возможно при его слащавом теперь голоске. – Я хочу, чтобы ты уехала. Ашени ошарашенно на него посмотрела, готовая вновь разрыдаться. Фортуна аккуратно её обнял. - Нет, я не виню тебя, это временно, но обязательно нужно. Император, по всей видимости, желает вернуть меня в действующий гарем, и я думаю, что удар пойдёт на тебя, как на мою пару, чтобы я оказался доступным как можно скорее. – он чуть помолчал, но увидев, что её дрожь унялась, продолжил, - пока не поздно, тебе стоит уйти как бы по своей воле, переметнуться к кому-нибудь из низших аристократов и отсидеться у него в горничных. Связь со мной будет крайне редкой, но она будет. Я дам тебе денег, найму нового слугу со стороны, а ты должна сидеть тихо и не показываться, никому не рассказывать обо мне. - Нет, господин, я не собираюсь оставлять вас одного! Моя жизнь… - её тираду прекратил Фортуна, легонько прикрыв ей рот рукой. - Ты мне веришь? Омега получил утвердительный кивок. - И я тебе тоже верю. Поэтому я не хочу помирать здесь вдвоём, а хочу продолжить совместную жизнь, когда всё уляжется. Твоё внезапное исчезновение развяжет мне руки, чтобы я мог сражаться за будущее. Наше будущее. Поэтому я прошу помощи. Так, полдня они провели за нанесением Ашени макияжа и вызывали у неё плач, чтобы лицо казалось избитым и опухшим. Кое-где пришлось нанести царапины. «Избитая» служанка побежала к смотрительнице гарема с историей о том, как её избивал хозяин и просьбой отпустить её работать в город. Такие случаи были не редкость, поэтому выдуманная история никого не удивила, и Ашени пошла собирать вещи, готовясь к отъезду. Раншарру сидел за бумагами, когда зашёл его личный слуга вошёл и доложил, что наступило время обеда. Альфа встал и мимоходом бросил, чтобы к нему привели служанку его наложника пятого класса, Фортуны. Пожилой бета поклонился: - Будет исполнено. Только попрощавшуюся со своим господином Ашени, почти подошедшую к воротам, окликнул кто-то из личной обслуги правителя. - Вы служанка наложника Фортуны? - Уже нет, я уволилась, - пыталась отнекнуться бета, но её уже вели под руки на ковёр к обедающему Раншарру. Альфа с увлечением разглядывал разбитую физиономию беты и пытался сопоставить это с увиденным им ранее. Поэтому, не поверив, он попросил белый платок и подошёл к лежащей на полу в поклоне Ашени, приказав ей поднять своё лицо и посмотреть на него. Он провёл белым платком по её лицу и на нём остались следы стёртого макияжа с совершенно здоровой и целой кожи, на которой не было признаков избиений. Ашени опустила взгляд в ожидании приговора. А альфа восхищался находкой, ему хотелось прыгать от веселья. В кои-то веки ему попался на горизонте умный омега! Ведь не застань он их два дня назад за милованием, он бы и впрямь сумел его провести! Ещё больше его восхитило то, что Фортуна просчитал его действия наперёд и предупредил их, выбрав для этого наилучшее решение. Теперь ему ещё больше хотелось заполучить его. И ведь только чистая случайность привела к краху план омеги, ведь теперь на сцену вышел он, чтобы инициировать предательство. Раншарру в предвкушении потирал руки – такая у него была привычка в подобных случаях. Судя по всему, омега и впрямь не хочет к нему. Вновь присев за стол, он обратился к Ашени: - Я выдаю тебя замуж. Ашени обомлела. - Вот, познакомься, Асташе, это твоя невеста. В столовую прошёл отличной наружности блондин с серыми и безразличными глазами, очень белой кожей и в закрытой одежде из голубой материи с бирюзовыми переливами. - Брат, я понимаю, что проиграл тебе в тот раз, но неужели твоим желанием будет женить меня… на служанке? Это унижает меня. - Перестань. Решения императора не подлежат обсуждению. Тем более, просто возьми её в гарем. Пусть просто живёт под твоей крышей спокойно, я ведь ни к чему тебя не обязываю. Просто… Альфа не успел закончить, как его прервал плач беты, вновь бухнувшейся лбом в пол. - Ваше величество! Прошу, только не замуж, мой господин… - Смеешь мне перечить? – от стальных ноток в его мелодичном голосе по спине беты вновь прошлась крупная дрожь. – Через месяц ты напишешь своему господину, что увидела наконец мир вокруг, встретила любовь всей своей жизни и больше не сможешь быть с ним. Никогда. А если ослушаешься, я отниму твою жизнь. А если и своя не дорога, то помни, что Фортуна – моя собственность. Ашени выволокли из залы и увезли прямо в резиденцию Асташе, где в тот же день сыграли их свадьбу. Омега находился в напряжении: только бы успела. Играть против того, кто имеет полную власть не прельщало его, но он тем более не хотел втягивать в это бету, поэтому попытался как можно скорее отослать её от греха подальше. После первого захода солнца к нему явились дворцовые с сообщением, что он повышается до наложника третьего класса и переезжает в отдалённые покои второго крыла дворца. - Чёрт, черт, чёрт! Омега собирал вещи и свитки, его привычная жизнь катилась под откос. Меньше всего его волновал император, имевший в своём полном распоряжении кого только пожелает до того, как он очутился на той идиотской свадьбе. И ведь одежда, по его мнению, была более чем скромной, кто же знал, что здесь о цветовых сочетаниях и фасонах, идущих далеко не каждой фигуре, слыхом не слыхивали? Спокойная, степенная, размеренная и распланированная жизнь летела в Тар-Тар, и что хуже всего – во дворце его ждёт целый гарем вражески настроенных омег, ведь ему одному удалось привлечь внимание главного самца в округе, и им вряд ли это понравится. Не радовало и новое комфортабельное место жительства, в котором не было любимых расписанных его рукой стен, мебели, которую делали по его просьбе и с душой, не было простого общения, не было любимой Ашени. Вокруг суетились слуги с каменными лицами, услужливые, деликатные, но не ему, а Раншарру, и которые будут докладывать тому о каждом шаге омеги. Кроме того, против Фортуны работало время: до следующей течки оставалось меньше четырёх месяцев, и, если он не сумеет выпутаться или сбежать до этого времени, или хотя бы спланировать спрятаться, то альфа у нему придёт именно в этот момент, когда он не будет себя контролировать и с радостью запрыгнет под него. Даша где-то внутри брезгливо поморщилась: фу! Он с трудом успокоил себя: время ещё есть. Первое, что необходимо сделать – это испортить свой внешний вид и устроить вокруг себя хаос, продемонстрировав полное отсутствие манер, возможно, даже частичное отсутствие рассудка. Форту Дар всё ещё не мог сам покидать дворец, значит… с рассудком не выйдет – он видел его внушительную библиотеку. Самым абсурдным был план попытаться без постели подняться до наложника второго класса, которым разрешены прогулки вне стен дворца и тщательно спланировать побег. Или всё же… сделать ставку на кого-то из главных наложников? Но сначала всё же стоит попробовать свой вариант. Вторые супруги, они же главные наложники, они же второй класс, их всего три, третьи супруги – они же третий класс, где теперь находился он. На третьих приходилось по две ночи за месяц, а когда он был в пятом ранге – одна в год, и он её уже использовал… Чёрт, какая же была прекрасная жизнь! С утра, не сильно рано, после второго восхода, все они, второй-третий класс, вместе с большим ублюдком завтракали. Первого супруга, императора или императрицы, то есть, самой верхушки, у Раншарру не было. - Приветствуем Вас, Солнце империи, - все омеги синхронно склонились перед большим ублюдком. Чтобы не тянуть кота за то, что он бы и сам не хотел, чтобы у него оттянули, Фортуна приступил к воплощению в жизнь первой попытки, поэтому принялся жрать, как свинья, не дождавшись объявления начала трапезы, едва Раншарру взялся за еду, чавкать во всеуслышанье, в общем, делать всё, к чему привыкла Даша на переменах в шавушечной около универа. Спустя десять секунд он чувствовал даже своей поджелудочной, как на него в недоумении смотрят двадцать пар глаз. И самыми выразительнейшими из них были синие зеньки большого ублюдка, с поволокой превосходства и насмешки, будто он наблюдал предсмертные конвульсии раздавленного им таракана. Остальной гарем сразу оказался в зале зрителей этой комедии. Чем дальше Фортуна в образе ляпал посуду и скатерти на низеньких столиках, как в Аравии или Японии, тем более насмешливо Раншарру перебирал свои длинные чёрные прямые локоны, уже начиная плести из них непонятно что, и тем сильнее сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. Он от души угорал над тем, как этот мелкий омега старательно пытается не попасть к нему в покои. Но император и не спешил – десерт вкуснее, когда он настоится – тем более, альфьи инстинкты и ему показали, когда у Фортуны была следующая течка, и он намеревался быть во дворце именно в это время, безвылазно. Фортуна нервничал – его должны были уже вышвырнуть из обеденной за нарушение столового этикета, какого чёрта вторые супруги молчат на подобное оскорбление их семейного стола? В голове звенел звоночек – пора переходить к запасному плану. Тем временем император поднял своё драгоценное сидалище и чинно прошествовал по направлению к омеге, встал позади него и аккуратно наклонился, чтобы проговорить ему в затылок: - Проголодался? «****** **** **** ****** да я тебе глаз на анал натяну ***** женофобское, утырок ты *******» - пронеслось в голове у Фортуны. - Ага! – омега жизнерадостно улыбнулся во все тридцать два зуба, окрасив свой запах во вкус тёмного шоколада. Но альфа тоже жизнерадостно улыбнулся ему в ответ, подавив при этом феромоны всех остальных омег, которые уже начали проявлять любопытство к ситуации. Фортуна не мог чувствовать запахи, поэтому и не знал об этом, и его течки проходили легко и без альфы. В свою первую течку он получил сильный шок, поэтому организм предпочёл прервать её и заблокировать на некоторое время функцию животного обоняния, обезопасив тем самым Дашу от проблем и чувствительности к заполоняющим всю планету маркерам альф, омег и слабых бет. Фортуна «случайно» облился жидкой едой и использовал грязную одежду как предлог покинуть трапезу, поэтому спешно удалился в свои покои, никому не пожелав приятного аппетита – нужно было доигрывать до конца. Раншарру проводил его задумчивым и высокомерным взглядом. Главное, чтобы омега не переборщил, ведь тогда не будет никакого удовольствия в его завоевании.