Омежья сказка для гомофобки

Кожу около губ Раншарру прорезали вдруг вылезшие клыки. Гнев и примитивный, неосознанный инстинкт взять своё, вернуть на свою территорию уже застилал альфе глаза, он не владел собой. Асташе судорожно сглотнул: теперь он действительно не знал, что делать. В первую очередь, конечно, привести в порядок брата, но сейчас они на людях. И Реста рядом уже отреагировала на феромонный всплеск, показав и свои клыки. Но Ошман себя прекрасно контролирует, в отличии от Врадика. Асташе вытащил свой кулон из-под многослойной парчи и дорогих тканей и нажал на нём что-то. Перекошенное лицо Раншарру резко обернулось к нему, и бета встретился с полубезумными, но всё же родными синими глазами. Он осторожно и медленно начал подходить к нему, и, спустя несколько десятков секунд, сумел коснуться плеча разъярённого альфы, вколов ему сильнейший подавитель животной сущности – его лучший козырь. Раншарру пошатнулся и быстро ослабел, но вернул себе рассудок. Реста коротко усмехнулась в ответ на эту сцену. Не такого она ожидала от потомка своего кумира – Читы Врадик – первой и единственной омеги, к которой альфа питала искреннее уважение, наплевав на пол. Раншарру, облокотившись на Асташе, порыкивая, глядел на арену, где осужденный генерал помогал Фортуне слезть с хищника. Не мигая, Раншарру навсегда запечатлел в своей памяти, как чужой альфа на его глазах с позволения Фортуны дотрагивался до него. Асташе нервно сглатывал. Бета совершенно не понимал брата, который собственноручно сделал из омеги казарменную проститутку, а теперь прилюдно предъявлял к нему права собственности, ревнуя к поруганному генералишке. Вначале он полагал, что это сильная влюблённость или даже любовь, но теперь в голове воцарилось осознание того, что Раншарру подаёт самые признаки самого настоящего умопомешательства. Бета усмехнулся – этого стоило ожидать, Фортуна стал всего лишь отправной точкой для сумасшествия альфы, который давно жил с огромными потрясениями. Несмотря на то, что он был альфой, Раншарру являлся тем ещё слабаком. Время от времени он по-прежнему просыпался посреди ночи с криками и забивался в угол, трясясь от призраков в собственных детских воспоминаниях, как в десятилетнем возрасте. Покалеченный Раншарру никогда не умел любить, он всегда любил извращённо, и Фортуну любил, как умел. Асташе совсем понурил голову, прижимая к себе брата и сильнее стискивая зубы. Раншарру спас его. За всю жизнь он не сможет отплатить младшему брату. Перед глазами в неизменном уже добрую череду лет виде всплыли очертания спальни их матери – любимой жрицы народа, убитой собственным сыном. Дело Читы Врадик – жирное кровяное пятно на теле родословной истории императорской династии. Раншарру любил мать, но никогда не мог простить себе её убийство, на которое в нужный момент не осмелился старший брат Асташе. Чита была готова принести собственную голову для благополучия своих детей, но искупить вину Раншарру был не в силах. После длительной депрессии в конечном итоге от настолько шокировавших его в ту ночь событий, он получил амнезию и вдруг проявившийся талант правителя. Асташе рассказал всё отцу и тщательно позаботился о том, чтобы ничто не могло пошатнуть душевное здоровье брата: все свидетели и заговорщики в скором времени были ликвидированы при загадочных обстоятельствах, и после смерти предыдущего императора правду знал лишь Асташе. Однако поступки Фортуны вновь вернули альфу на тонкую стезю неуравновешенности. Раншарру не помнил о том, что убил свою мать в защиту себя и брата. Как следствие, в нём со временем появилось неустанное, инфантильное желание «метить» территорию, ища в каждой омеге замену убитой им матери. И Асташе интуитивно догадывался, почему выбор брата пал на Фортуну – умного и непредсказуемого омегу, который всегда поступал вразрез с правилами. Так, как всегда поступала Чита, завоёвывая людей вокруг. Асташе знал, что стал тем, кто он есть, лишь компенсируя своим существованием травмы своего брата. Омежка, попросившая привести сюда Фортуну в качестве игрушки, нервно грызла ногти, опасаясь ответственности за свою просьбу – кто знает, что взбредёт в голову Раншарру, когда он так помешался на рыжеволосом, что она только что наблюдала воочию.