До конца лета

      Мы ехали к дому Томаса, и я старательно искал себе оправдания. Их не было. Сердце мое колотилось так, будто это меня берут в заложники. Я собираюсь испортить жизнь ещё одному человеку, принеся его интересы в жертву моим и моей семьи. Стараюсь мыслить в позитивном ключе: мы погостим у него недельку, и я закину ему пару тысяч из своей доли, как все закончится.       Парни тоже воодушевились: я нашел отличное место, чтобы спрятаться. Арчи даже одобрительно похлопал меня по плечу с улыбкой, думаю, в его мире это много значит. По дороге мы заехали в супермаркет, взяли еды и алкоголя, отсиживаться предстояло долго. Леон вёл машину, а я подсказывал куда ехать. Дорога пробиралась в горы, словно взбираясь на холм. Еще в машине я почувствовал, как воздух изменился на более легкий и свежий.       Наконец показался дом, площадка под него была буквально вырублена в чаще деревьев. Дом стоял чуть поодаль от дороги, к нему вёл съезд с асфальта на лесную дорогу. На подъездной дорожке стояла чёрная Тесла. Отлично, хозяин дома.       Леон достал пистолет, увидев это у меня скрутило желудок, и я быстро затараторил:       - Вы же не убьете хозяина дома? А если полиция приедет его проведать? Городок рядом маленький, все знают хозяев домов в лицо.       - Убери ствол, мля, - рявкнул Арчи - нам лишний труп нахуй не нужен. Идём, вяжем его по тихому и заселяемся, все ясно? Леон, сиди тут, Эд, идем.       Арчи и Эдди вышли из машины и пошли к дому, а я чувствовал, что уже на пределе, как и мои способности выдерживать стресс и здраво мыслить. Я так хочу, чтобы всё это уже закончилось поскорее. Не хочу я больше смертей, не хочу в тюрьму, я хочу домой, пожалуйста, я так хочу домой, к сёстрам. Я хочу обнять своих племянников, я буду впредь думать и не буду делать глупые поступки, ну пожалуйста. Прошу, пожалуйста. Не знаю, у кого я просил. В Бога я никогда не верил, сколько бы меня не таскали по церквям в детстве. Я вырос человеком чисел, и подсчёт хороших и плохих поступков Бога показал мне, что если он и существует, то он жесток. Но сейчас я кому-то всё-таки молился, молился о прощении моей глупости. Пока я задумался, Эд вернулся. Он открыл боковую дверь минивэна и, схватив ящик пива, с улыбкой сказал:       - Готово, идём. У него такая домина.       Я вылез из машины и посмотрел на дом: он был большой, двухэтажный, выложенный из серого кирпича. Стиль дома немного не вписывался в лесное окружение, в таком месте скорее ожидаешь увидеть деревянное строение, сделанное из соснового леса, что растет вокруг. От дома веяло такой вековой стойкостью и надежностью, что казалось он может простоять тут без изменений лет сто. Перед домом, как и на спутниковых картах, была большая подъездная дорожка, усыпанная гравием, рядом с домом, перед входом, росли вечнозеленые кустарники, что-то наподобие туи. В дом был встроен свой гараж, но черная, вороного крыла Тесла стояла перед ним, во дворе. Хотя по значку машины это была не Тесла. Я присмотрелся к логотипу и увидел, что он сделан немного по-другому - уголки шляпки буквы Т были сильно загнуты вниз напоминая вампирские клыки. Видимо у Илона Маска новые причуды и смена имиджа машинам.       Я вошёл в дом последним и неохотно. Я боялся, что хозяин дома, тот парень из кафе, он меня узнает, и начнет о чём-то просить, умолять… я не хотел этого слышать. Томас сидел на стуле, у обеденного стола с руками связанными за спиной. Его нос и губа были разбиты и две струйки крови текли вниз к подбородку. Он выглядел не так как в кафе, видимо уже успел переодеться в домашнее до нашего появления: на нем была темно-серая мягкая рубашка, черные штаны и черные носки. Я встретился с ним взглядом, он внимательно посмотрел на меня. Я тут же отвел глаза, но боковым зрением всё же видел как он смотрит. Он ничего мне не сказал, просто смерил оценивающим взглядом с головы до пят и уставился перед собой, чуть шмыгая носом от того, что у него текла кровь.       - Что господа, - громко сказал Арчи - наш любезный хозяин э-э-э-э как тебя там зовут?       - Томас, - ровным тоном ответил парень.       - Любезный хозяин Томми согласился приютить нас на недельку, а взамен мы обещаем его не убивать, если он себя будет хорошо вести, Арчи убедительно глянул на Тома, нависая над ним. На что Том шмыгнул носом, слизнул капельку крови с губ и коротко кивнул. Располагаемся, занимаем спальни, нашему хозяину придётся потесниться, мы найдем ему другое место. Эд! Я видел старый гараж или сарай, очисть его с Диком от хлама и загоните туда минивен. Не в гараж в доме, в тот, что на улице, ясно?       Я видел, как Арчи продолжал раздавать указания, но украдкой поглядывал на Тома, на лице Арчи читалось то ли нетерпение, то ли раздражение. Возможно от того, что на лице Тома не читалось ничего, он сидел молча, спокойно и тихо, лишь изредка шмыгая носом от того, что кровь из носу все никак не переставала идти. Я решил оглядеть дом изнутри: вход с улицы вёл прямо в просторную гостиную, которая была совмещена с кухней. В гостинной был диван, два кресла, и прямо перед диваном камин, а над ним большой телевизор. Не очень удачное решение, на мой взгляд: так, если захочется посмотреть фильм при зажжённом камине, свет от пламени будет мешать своей яркостью. Небольшая кухонная стойка отделяла пространство кухни от гостинной - в целом они смотрелись весьма гармонично: так, принимая гостей можно было разливать напитки и подавать закуски, при этом общаться с гостями и не нужно было бегать из комнаты в комнату. Я был пару раз на вечеринках в похожих домах, и могу сказать, что такая планировка очень удачная. Вот обеденный стол стоял не очень удачно - на углу между кухней и гостинной, прямо возле лестницы, что вела на второй этаж, но его просто некуда было больше поставить. Справа от гостинной была стена гаража и холл выхода в гараж. Слева красивая деревянная лестница вела наверх к спальням, а рядом с лестницей шёл коридор влево к другим комнатам. Дом выглядел весьма большим, не понятно как Том сам живёт в таком огромном здании.       Я вновь вернул свой взгляд на хозяина дома, Томаса. Нужно с ним поговорить, я не могу неделю избегать его. Я упорно гнал от себя чувство вины за то, что это именно из-за меня мы здесь, а ему несколько следующих дней придется провести в неволе. Хотя пока он ведет себя не так, как я думал, будет вести себя заложник - плакать, нервничать, умолять. Том всё время молчит, лишь иногда провожая глазами кого-то из нас. Я бросил на него беглый взгляд и прошёл на кухню, там наверняка есть бумажные полотенца или салфетки. Бумажного полотенца не нашлось, я взял обычное, чуть намочил водой и подошел к Тому.       - Можно я помогу? - спросил я, кивком указывая на кровь. Видимо Арчи или Эдди так сильно ударил Тома, когда они вломились к нему, что возможно сломал Тому нос. Кровь уже перестала течь, но набежало её много и нижняя часть лица Тома была вся выпачкана.       Том понял, что я имел ввиду и коротко кивнул. Я аккуратно вытер его лицо от крови, насколько смог, рубашку вытереть я и не пытался, её только отстирывать, пятно крови на груди Тома было достаточно большим. Я отложил полотенце и сел рядом с ним за стол.       - Вас зовут Томас? - я не знал с чего начать и начал с глупого вопроса.       - Да.       - Хорошо Том, я Д’антре, можно Данте. Но лучше Дан, - добавил я.       Парень смотрел на меня ничего не выражающим взглядом. Я знаю, что у некоторых людей паника выражается ступором, застыванием на месте. Хотя его поведение не было похоже на застывание, скорее на безразличие.       - Томас, а чем вы занимаетесь здесь? - он явно не пытался поддерживать диалог, так что я продолжал череду своих глупых вопросов.       - Я писатель. Книгу пишу.       - Вау, и живете в лесу для вдохновения? И о чем книга? - Том чуть помедлил, задумался и сказал:       - О людях. И человеческой природе.       - Так можно сказать почти о любой книге. Все они с историями о людях.       - О крови, - внезапно добавил Том. - о крови, смертях, о людях.       Эту фразу он сказал мне абсолютно спокойным тоном, но мне поплохело, я тут же вспомнил женщину в гробу, двоих полицейских в крови и портмоне под лобовым стеклом. Для писателя Томас обладал потрясающим хладнокровием. Обычно люди творчества куда более экспрессивны, их эмоции на поверхности и их тревожность очень легко раскачать. Или я мыслю клише?       Я чуть замешкался и встал из-за стола. Этот Томас ведет себя категорически неправильно, он реагирует не правильно. Я так подумал и тут же одернул себя: сегодня ты видел две смерти, узнал о возможной третьей, и ты причина почем мы здесь, а этот парень сидит связанный в своём доме, в своей же крови, может таки заткнёшься и сделаешь что-то полезное, хоть вон и для него?! Я вдруг наконец-то ощутил голод и вспомнил, что я ничего не ел со вчерашнего вечера, в ночь перед ограблением. Значит этим и займусь, сделаю еды себе и Тому. Парни уже открыли пиво и закуски, включили плазму в гостинной Тома и утоляли голод по-своему. Я решил что хозяин этого дома таким вряд ли питается, нужно покормить его чем-то лучшим.       Но открыв его холодильник, я подумал, что просчитался: там было несколько яиц, пачка творога, бутылка молока и, что это, сырое мясо кусками, а в красной банке томатный сок? Да, я думал владельцы таких домов утонченные гурманы, но видимо не он. Ладно, я справлюсь и с тем, что есть, я знаю, что делать.       - Вы наверняка голодный, мы пришли утром, а уже час дня, - подойдя к Тому сказал я. - у вас не было ничего готового в холодильнике, я приготовил из того, что нашёл.       Я поставил перед ним на стол тарелку со свежеиспеченным вафлями - сытное, вкусное, а главное сладкое блюдо. Я подумал, что хоть немного поднять ему настроение поможет сладкая еда.       - Вафли? Не знал, что на моей кухне это возможно приготовить. - наконец то на лице Тома проступила хоть какая-то эмоция, кроме равнодушия, он явно был удивлен - О, ты шоколадный соус сделал? У меня не было шоколада.       - Это не сложно, если знаешь как. Всего лишь какао, молоко и… в общем несложно. Простите, да, я сейчас развяжу вам руки.       Я развязал ему руки и дал вилку. Себе я тоже сделал вафли. Мы ели в тишине, я не помню, когда ещё в своей жизни я чувствовал себя так некомфортно: сидеть за столом своего заложника и есть с ним еду. Пусть это всё кончится побыстрее и я вернусь домой. Я хочу к сёстрам.       Мы ели в тишине и долго. Впервые за день я смог сделать передышку, и я благодарен этому моменту. Наши тарелки давно уже были пусты, и мы с Томом просто сидели за столом, я поглядывая на то, что происходит на экране телевизора, Том просто отрешённо смотрел в никуда. Один лишь раз он отвлекся от своего забытья и спросил меня: где я учился готовить? Я ответил, что расти вместе с девочками, а в последствии быть любимым дядей для своих племянников, что готовит им завтраки, поневоле учит некоторым жизненным навыкам. Да и готовка, как и программирование, отвлекали меня от проблем и часто давали шанс сосредоточиться на чём-то другом, так что готовить я любил. Том выслушал, кивнул и вновь уставился в пустоту.       Парни смотрели по телевизору какой-то футбольный чемпионат. Я старался об этом не распространяться, но я ничего не понимал в футболе - ни в европейском, ни в американском ни в каком-либо. Как по мне их размытые правила, их не очень объективные судьи не оставляли шансов понять игру и насладиться. Такое действо наверное смотрят исключительно под алкоголь, и как традицию, и как способ объединить интересы компании. Или отвлечься. Мы все были в стрессе, нам повезло найти дом Томаса и спрятаться тут, но исход этих пряток всё ещё предстояло выяснить: либо нам повезет и через неделю мы уедем, либо нет - и нас всех найдут и арестуют. А что будет с Томом? Сейчас, когда стресс от близости полицейских чуть сошёл, я понял, что его жизнь в опасности: тот же Леон с такой легкостью убил минимум четыре человека, что его остановит убить пятого? А Арчи, как наш предводитель - он с легкостью одобрит это убийство. Что ему жизнь человека против миллиона долларов?       Ну, а я? “Спасибо” даме-психотерапевту, благодаря её сеансам, теперь у меня гораздо хуже получается врать себе и скрывать от себя правду: если Тома убьют, то никакие деньги в этом мире не убедят меня, что я в этом не виноват. Клянусь я этого не хотел, я не хотел проблем ни себе, ни кому-либо еще - я вновь обращался к невидимой высшей силе, пусть она меня услышит.       - Было вкусно, - отодвигая тарелку сказал Том. - теперь ты наверное снова меня свяжешь? С равнодушным выражением лица он продемонстрировал мне свои запястья как бы предлагая себя связать. Я наклонился к нему и сказал потише:       - Не нервируйте их, - я легонько кивнул в сторону Арчи и компании - не провоцируйте, пожалуйста. Мне жаль, что мы вломились в ваш дом, мы скоро отсюда уйдем, простите.       Том состроил глуповатое выражение лица будто чрезвычайно внимательно слушает меня, и всё, что он сказал, было:       - Угу.       И он отвернулся. Это выглядело как издевка с его стороны, но я наверное просто не так его понял от усталости.       - Данте! - крикнул мне Арчи - найди комнату, где запереть этого пассажира - он кивнул на Томаса - только не спальни, сегодня хозяйская спаленка для меня и Силь-Силь - захмелевший Арчи игриво ухватил Сильвию за попку и поцеловал. Арчи бросил странный взгляд в сторону Тома, словно проверяя, как Том на него реагирует. Том даже не глянул в его сторону.       - У вас есть еще комнаты? - обращаясь к Томасу спросил я.       - Конечно, идем - с этими словами Том поднялся и пошел к холлу, что у лестницы.       А я опять чувствовал себя странно шагая за ним. Томас не пугал меня ничуть: я был на полголовы его выше, шире в плечах и, в отличии от его худосочной фигуры, я более подкачан, я бы с ним легко справился. Но я ощущал, что и Томас меня не боялся. И вообще никого из нас.       Он остановился у двери, открыл её и впустил меня внутрь, включив свет: внутри было что-то типа склада, или просто ненужной комнаты, тут валялось куча всякого хлама, всё, что я сумел распознать это мольберт.       - Мммм - я не знал что сказать - у вас есть матрас или раскладная постель? - Не на полу же ему спать.       Том внимательно посмотрел мне в глаза. А я уже не знал, что говорить, правда не знал. Этот парень своим нелогичным поведением заставлял меня чувствовать себя максимально неловко.       Мои размышления прервал Арчи, что бесцеремонно ввалился в комнату с початым бумажным коробком пива. Он глупо заулыбался своей хмельной улыбкой и спросил:       - Нашему хозяину всё нравится?       - Вполне, - Том окинул взглядом комнату - если так нужно я останусь здесь.       - Ещё как останешься, - пренебрежительно процедил Арчи и смерил Тома взглядом.       Том не нравился Арчи, это ощущалось. Такие люди как Арчи, привыкли утверждать свой авторитет через страх. Но Арчи, как и я, не чувствовали от Тома страха, и если меня это удивляло, то Арчи - злило. Отсутствие страха он тоже считал посягательством на свой авторитет.       - Чё ты зыришь? Чё ты пялишься, педик? А? - Арчи явно захмелел и теперь нёс околесицу, глядя на Тома. Он поставил пак пива у двери и впился в него злостным взглядом.       - Арчи, он просто посмотрел на тебя, успокойся, - сказал я, стараясь разрядить ситуацию.       Том тем временем не сводил с Арчи глаз.       - Чё ты пялишься, гомик? А? Влюбился в меня?       - Томас… - я хотел сказать Тому, чтобы тот опустил глаза и не провоцировал Арчи, как Арчи сам подошёл к нам и схватил Тома за подбородок:       - А ты интересный, - держа Тома за лицо прошептал Арчи - маленький наглый писака. Говорят многие писатели гомики, насчет тебя, я пожалуй сам проверю, в гостинную его! - Арчи грубо пихнул Тома в руки подоспевшего Леона, тот хищно кивнул и вместе с Эдди уволок парня в гостинную.       Моё сердце казалось встало. Я понял, что они хотят сделать с парнем, но я отказывался в это верить.       - Арчи, что ты делаешь, так нельзя, - взволновано сказал я.       - Иди нахер.       - За это нас посадят надолго.       - Это если он заяву сможет написать, - ответил Арчи.       - Так не...       - Слушай завали ебало! - Арчи схватил меня за грудки на футболке - Сейчас ты успокаиваешься, выпиваешь пива, пьешь ещё бутылку и идёшь в гостинную, - рычал Арчи - в стороне ты не останешься. Мы все будем завязаны. Если у тебя не встанет на этого пидора, мне плевать, будешь его держать, пока я его пидарскую жопу трахаю. Пять минут тебе, - Арчи грубо отпихнул меня и вышел в гостинную.       Я остался в комнате сам. В замешательстве я взял бутылку пива из коробки Арчи и выпил её почти всю в момент. Я услышал возню в гостинной, несколько громких, пронзительных вскриков, и пара глухих ударов, что последовали за ними. Надломленный голос Тома умоляющий отпустить его и что ему больно. И стоны. Болезненные полустоны-полувскрики. Нужно ещё выпить… ещё выпить. За что Арчи его так? У него же есть Сильвия. Почему он так поступает с этим парнем? Мне всё казалось не взаправду. Меня накрывали волны накатывающей тошноты: вскрики Тома, вперемешку со стонами отдавались пульсирующей болью в висках. Он такой худой, совсем худой. Мне нужно сесть. Я допил бутылку и схватил следующую из коробки, быстро открыл её дрожащими руками и отхлебнул пива. Мне нужно… нужно сделать, что сказал Арчи.       На ватных ногах я прошёл в гостинную и увидел это: парни стояли вокруг стола, откуда были слышны стоны и плач. Я подошел ближе и увидел голого Тома, он лежал спиной на столе, его рубашка была разорвана на груди и лежала по бокам. Он был полностью голый ниже пояса, а между его ног, подхватив за бедра махал тазом Арчи, жёстко вбивая свой член в анус Тома.       - Данте, иди сюда и держи руки этому гомику, - скомандовал Арчи.       Я подошёл к столу и занял место Эдди, что держал Тома одной рукой за запястья, а другой надрачивал свой член. Я перехватил запястья Тома и плотно прижал их к столу. Даже если он постарается, ему не вырвать руки, его худая комплекция не позволяет ему соперничать со мной.       Я смотрел на его лицо: с каждым толчком Арчи лицо Тома искажала гримаса боли, его глаза были закрыты, а из уголков глаз ручьём текли слёзы.       Это просто какой-то сюрреалистический кошмар. Я хочу проснуться. Совсем недавно я пек вафли этому парню, а сейчас его по очереди насаживают на члены на том же столе, где стояла его тарелка.       Я смотрел на его белое стройное тело и мне становилось тяжелее дышать. В комнате стало жарче от такой толпы. Я наблюдал как член Арчи то появляется, то исчезает меж ягодиц Тома и видел на нём красные полосы крови. Арчи с силой засадил парню, схватил его за талию и, сильно сдавив, отпрянул от зада Тома. Он никак не мог кончить. Его место тут же занял Леон. Он сплюнул на ладонь, растер слюну по члену, ещё раз сплюнул, мазнул по заду Тома и одним толчком вогнал член внутрь. Том пронзительно закричал.       Меня заворожило то, с какой жестокостью они занимались с ним сексом, они не просто получали удовольствие от физической разрядки, они пытались причинить парню максимальную боль. Они все были очень пьяны, я чувствовал противный смрад алкоголя, но разве это оправдание? Я и сам был немного пьян, но я-то понимал, что я делаю. И тут я почувствовал возбуждение. Какой позор. Я стоял в центре своего позора и мой член становился все твёрже. Я чувствовал, что у меня оставалось мало времени, я не мог стоять на месте, я ощущал, что сейчас или сблевану или потеряю сознание на месте. Может просто поддаться порыву? Они же это делают? Я окинул взглядом парней: все они были голые ниже пояса, Арчи держал стопу Тома и терся о неё своим членом, Эдди стучал членом о грудь Тома и надрачивал, Дик стоял чуть поодаль и дрочил, а Леон пытался вбить всего себя в Тома и трахал его очень быстрым и рваным темпом. Выпить. Я могу выпить и засадить парню по самые яйца получив от него благодарные стоны удовольствия. У меня никогда не было секса с парнем, интересно его попка уже женской вагины? Даже после всех членов, что в нем уже побывали он наверняка ещё достаточно узенький. У мужчин так много шуток ниже пояса, но мы так плохо знаем свою анатомию. Я сделаю так, что ему понравится. Я отпил из бутылки, поставил ее рядом и провёл ладонью по груди Тома. Его тело мерно покачивалось в такт с толчками, уже Дика, в его зад. Моя рука плавно скользнула к левому соску. Аккуратный, маленький, розовый сосочек. Я всегда любил красивые соски у девушек, и соски Тома мне нравились. Я смочил пальцы слюной и вернулся к соску, поглаживая и оттягивая его. Мне показалось что он застонал от удовольствия. Я чуть сильнее сжал сосок, и лизнув пальцы ещё раз перешёл ко второму соску. Его я сжал сильно, до красноты, которая быстро прошла. Маленькие розовые карамельки, какие они на вкус, если ласкать их ртом? Парень устал от криков и стонов и сейчас лишь тихонечко скулил. Я бы мог открыть у него второе дыхание. Член Тома все оставили без внимания, меж тем он уже чуть поднялся. Малыш явно получал удовольствие. Я куснул губу и потянулся к члену Тома, я никогда раньше не трогал член другого мужчины. Я стал аккуратно подрачивать его, но потом одернул руку, мне не понравилось ощущение. Моя рука скользнула вниз к паху. У парня симпатичное лицо. Но что это за мужчина который не может постоять за себя? Который так даёт пользоваться собой. Он даже красив для меня, такой измученный, истерзанный. Я тер рукой пах, дышать становилось все труднее. Черт с ним, катись оно всё, я уже преступил закон и уже в розыске. Я уже сломал свою жизнь, я причастен к убийствам. Я сладко трахну этого парня, в его растянутую дырочку, кончу на его розовые соски, а утром приготовлю ему вафли с сиропом. Вот так будет.       Внезапно меня толкнули сбоку, так что я отлетел в сторону. Пьяный Эдди врезался в меня, бесцеремонно отодвинул от стола что-то буркнув на ходу. Том издал болезненный всхлип когда Эдди схватив парня за волосы начал запихивать ему член в рот.       - Наша сучка уже достаточно покорна, чтобы дать в ротик? Открывай малышка, давай. Том начал извиваться, стараясь убрать лицо от члена, за что тут же получил от Эдди сильный удар в нос, от чего хлынула кровь, заливая уши и затылок парня.       - Сука, я сказал тебе сосать, ты будешь сосать, - и с силой впихнул свой член ему в рот.       Не доживет Том до утренних вафель.       - Сейчас он получит особое угощение, - это была Сильвия. У неё в руках было большое фиолетовое дилдо. Это её? Она возила его с собой? Зачем?       Сильвия подошла к попке Тома и приставила кончик дилдо к его дырочке. Я не знаю был ли у парня до этого анальный секс, но для неподготовленного такой диаметр может быть очень болезненным, чёрт, да он кого угодно порвёт!       - Силь, не надо, ты убьешь его, - я хотел сказать громко, но всё, что у меня вышло - лишь едва слышный шёпот, словно самому себе.       Сильвия начала толкать дилдо в Тома. Томас так закричал и заметался на столе, что у меня заложило уши.       - Держите сучонка крепче, - скомандовал Эдди и сильнее развел ноги парня.       Сильвия ещё раз с силой надавила на анус Тома, пробивая сопротивление тела и вгоняя дилдо глубже. Эд засунул орущему парню пальцы в рот так, что тот начал ими давиться. Эдди посмаковал момент несколько секунд наблюдая, как мечется язык по его пальцам, он вытащил руку и начал пропихивать два своих пальца в анус Тома вместе с дилдо Сильвии.       - Нравится шлюшка? - тяжело дыша спросил Эд - в тебя влезет всё, что я захочу сученыш.        Ему никак не удавалось подцепить край ануса, и в попытке впихнуть свои пальцы он просто расцарапывал анус парня ногтями.       - Сука, тугой сученыш, - Эдди схватил бутылку пива, и вылил её на дилдо Сильвии и свои пальцы. Но это же не смазка, это не помогло. От злости Эд размахнулся и ударил в печень лежащего парня. Как будто это он был виноват, что не впускает в себя пальцы Эда. Наконец тело Тома поддалось и пальцы Эда скользнули в его зад.       - Вот так шлюшка, кайфуй, кайфуй для меня, - Эд и Сильвия вместе насиловали анус Тома. Эд нарочито сильно тянул за края, стараясь растянуть его ещё больше. Я отошёл чуть назад, к голове Тома подошел Леон и начал засовывать ему член в рот. Леон снял свою золотую цепь и кинул на шею Тому стараясь придушить его, Том начал задыхаться и шире открывать рот.       - Что-то ты молчишь, пидрила, мне это не нравится, с этими словами Арчи сделал пару затяжек и затушил сигарету о сосок Тома. Тот громко вскрикнул и замолчал потеряв сознание. Розовая кожа обуглилась и почернела.       - Ты вообще его вырубил, - зло кинул Дик.       - Может он подох? Эдди дал пару сильных пощечин Тому.       Я стою как в тумане и смотрю на эту картину. Я здесь, в комнате с ними, но как будто и не здесь. Я ощутил какую-то нереальность происходящего, как будто это просто съемочная площадка и в любой момент режиссер скажет “Стоп, снято” и всё прекратится. Или будет дубль два. И снова голая кожа, кровь, стоны, сперма не теле. Этого парня, Томаса, его фактически убивали, да его убивали прямо здесь на столе жестоким способом, очень болезненным и очень унизительным. А если у парня есть семья? Что почувствуют его родные, когда им скажут как его убили? Что он умер от кровотечения и боли, от того что его изнасиловали до смерти? Его семья это не актеры и не статисты, они не сыграют роли убитых горем, а после работы не пойдут домой есть пиццу. Данте! А если парень выживет? Данте, блять! Сколько ещё раз ему придётся пройти через это? Э, уёбок!       - Э, уёбок! - Эд тряс меня за плечо - Данте, блять, вставишь?       Я вышел из своего ступора и посмотрел куда показывал Эдди. Он тыкал в сторону Тома, из которого уже вытащили дилдо. Он пришёл в себя, просто лежал и тихо стонал. Из его разорванного ануса вытекала сперма, вперемешку с кровью. Она натекла лужицей на стол у его ягодиц и капала на пол со столешницы. Его тело всё было покрыто разноцветными синяками, что постепенно проступали на коже. Особенно много синяков у него было на внутренних сторонах бёдер и на шее. Черную точку от сигаретного ожога на соске добавила такая же на другом. Арчи захотелось симметрии. Лицо… некогда симпатичное лицо парня было залито кровью от разбитого носа и заляпано спермой, что вытекала из уголка его рта.       Меня мутило. Меня здесь нет. Я сделал шаг назад и тут меня накрыло то, что я носил уже весь вечер: я нагнулся и блеванул на пол. Моя команда рассмеялась. - Вали на улицу, хватит зарыгивать дом, - со смехом сказал Арчи.       Я вышел на веранду. Прохладный ночной воздух нежно обдал моё лицо, и я вдохнул полную грудь, и резко выдохнул. Пока что нельзя трезветь. Днём я успел быстро осмотреть задний двор и сад, он был красив, и могу поклясться я видел летнюю беседку. Пройдясь немного по мощёной дорожке я её нашёл, в сумерках были видны очертания деревянных колонн и мебели: две лавки и большой деревянный стол между ними. Да, этот стол мне подойдет. Я допил пиво и поставил бутылку на пол. Еще раз уловил глазами очертания стола. Хватит уже тянуть время, сволочь, начинай. Я сцепил зубы, резко выдохнул и в два рывка напрыгнул телом на край стола, стараясь напороться пахом на угол. Мне повезло. Удар вышел сильным, и четким, и очень болезненным. На секунду у меня потемнело в глазах от столь резкой боли. Схватив зубами воротник футболки я беззвучно взвыл и скатился на пол между столом и лавкой. Тебе больно, сволочь? Я попытался коснуться ноющего паха, но одернул руку от резкой боли. И задергался, как червь на полу. Уже не так приятно, сволочь? Я вцепился пальцами в край лавочки и заставил себя залезть на неё. Кем ты себя возомнил, сволочь? Я согнулся упершись лбом в столешницу. Такая сильная боль была неожиданной, я надеялся что опьянение хоть немного смягчит удар. А я это заслужил? Выпрямившись и стараясь приглушить свой стон, я заковылял к выходу из беседки. Урок не усвоен, сволочь. В этот раз хватило одного прыжка долететь до стола, я хорошо запомнил, где он находится. Удар угла пришелся в область выше левого яичка. Боль молнией разлетелась от паха во все стороны. Я вскинул голову и открыл рот в беззвучном крике, попутно сползая на пол. Не помню, когда последний раз ощущал такую боль, не помню, когда так быстро трезвел. Хватит с тебя, сволочь? Ты ведь можешь прекратить, когда захочешь? Я повернул голову в сторону дома. Моя команда уже насытилась Томом и ему дали передышку. Его, Тома, этого парня, у которого ещё утром была обычная жизнь, его изнасиловали и будут насиловать до смерти. И я почти что стал частью этого. Да что же я за мразь, кто я? Я не узнаю себя, я собирался истязать и мучить беззащитного человека. Я собирался изнасиловать парня, которому готовил еду сегодня и старался приободрить. Я с силой ударил лбом о бетонный пол беседки. Ты уже косвенно причастен к смерти минимум четырех человек, как ты посмел, мразь, думать о том, чтобы мучить ещё одного? Что на меня нашло? Что?! Помоги ему, проклятая ты сволочь, додумайся как, иначе ты не более мешка с костями и дерьмом, ты никогда не убедишь себя в обратном до конца своей паршивой жизни.       От моего сотрясания беседки бутылка пива, что стояла в углу упала и прикатилась ко мне. Я схватил её и со всей силы ударил ладонью с ней о бетонный пол. Бутылка разбилась, а мою ладонь прожгла боль пореза. Я откинул осколки дальше под лавку. Хватит самобичевания, от покалеченного меня толку Тому не будет.       Нужно было дотрезветь, я валяюсь так уже долго. Сейчас, боль чуть сойдет, и я смогу двигаться. Все уже легли спать, я найду Тома, и побуду с ним. Если кто из моих не спит, они подумают, что я решил таки присунуть парню, я не вызову подозрений. Нужно увезти его отсюда, в больницу, прочь отсюда. У Тома есть черная Тесла, электрокары тихие - это отлично, работающий двигатель почти не слышно, а парни выпили много - будут спать крепко. А если и не будут - Тесла быстрее минивэна, намного, они просто не догонят. Но в таком случае я скорее всего потеряю деньги, они сразу поедут их доставать, чтобы я этого не сделал. Деньги. То, ради чего всё затевалось… Знаешь, Данни, если бы Диана тебя сейчас видела, она бы не подошла к тебе, не обняла, и братом бы никогда не назвала. Я знаю, что сделала бы Диана.       Я встал, стараясь не стонать от боли и выпрямился. Боль почти сошла, остался ноющий отголосок, что напоминал о себе при каждом шаге. Я тихо вернулся в гостинную и закрыл за собой дверь. Леон и Эдди спали на длинном диване, Эда, Арчи и Сильвии не было. На верху две спальни, скорее всего они там. Том. Где Том? Нужно вернуться в ту комнату на первом этаже, где мы его хотели оставить, надо проверить её, вряд ли бы его стали тащить наверх в кабинет.       Я тихо прошёл вдоль по коридору и открыл дверь в комнату. Я не стал включать свет, не хотел испугать Тома. На секунду я подумал вдруг он уже мертв? Живот скрутило, а боль в паху вновь напомнила о себе. Я включил фонарик на телефоне и подсветил комнату. Вот он, на тряпках, его бросили на полу, но соизволили вернуть ему штаны, он хоть не так унизительно выглядит. Я наклонился к нему и шепнул: - Том, Том проснись - я потряс его за плечо и отпрянул от холодности кожи. Я опоздал! Мелькнула мысль. Вдруг он шевельнулся и чуть повернул голову ко мне. - Томас, Том. Тихо, я тебе вреда не причиню, всё хорошо, Том, я помогу тебе уйти. Только тихо, хорошо? я очень волновался и шептал сбивчиво. Я начал приводить свой план в действие и мне стало страшно. Если мои товарищи поймут что я делаю, они просто пристрелят меня на месте. Но я не отступлю. Диана бы не отступила.       Через окно в комнате бил лунный свет и я старался рассмотреть парня в сумерках: Том спокойно лежал, он уже не плакал, он даже дышал размеренно. Он посмотрел на меня и мне показалось что он выглядит лучше чем всего час назад - синяков на лице меньше. Ну нет, бред я просто очень много выпил и запомнил его другим.       - Том, твоя Тесла, где от неё ключи? - шепнул я.       - Карта доступа наверху в кабинете, на столе, можно завести смартфоном, но я не знаю где он. - шепнул в ответ Том.       Идти наверх в кабинет мне не хотелось. Смартфон у парня отобрал Арчи и отдал мне, а я куда его дел? Вспоминай, придурок. Я мысленно порылся в памяти и вспомнил что выключил и положил телефон в карман своей куртки. А ее я бросил где? Все еще немного пьяный мозг отказывался мне помогать. В любом случае нужно будет идти в гостинную, оттуда лестница ведет на второй этаж.       - Том, ты сиди тут тихо, ладно? Я сейчас вернусь, окей? Я за ключами.       В полутьме я увидел как он кивнул головой и вновь лег на бок. Про себя я успел отметить слишком спокойное его поведение. Это шок? Он такой тихий, не плачет, не стонет от боли. Мне некогда думать об этом. Ключи.       Я вышел из комнаты и осторожно прикрыл за собой дверь. Я прошел по коридору, мои глаза адаптировались к темноте и тут я заметил свою куртку! Она висела на стуле возле обеденного стола, всего в двух шагах от меня. Повезло, как же повезло! Я аккуратно стащил её со стула и нащупал смартфон Тома в кармане, да именно там где я его и положил. Обернувшись я хотел пройти обратно в комнату как вдруг услышал голос заставивший подскочить на месте:       - Данте, ты заебал шляться, дай выспаться, бля! - это Леон проснулся, недовольно поворочался и накрыл себе голову подушкой стараясь абстрагироваться от звуков. Я застыл на месте, моё сердце бешено заколотилось, я старался даже не дышать.       - Прости, - как можно более ровным голосом сказал я в пустоту. Леон вряд ли меня услышал.       Он очень меня напугал. Так чутко спать даже пьяным. Хотя я не знаю, сколько он выпил. И как мне вывести Тома? Оба выхода из дома, что на улицу, что на задний двор были в гостинной. Остаётся один вариант - окно в той комнате, где сейчас Том.       Я вернулся обратно в комнату к Тому, и очень аккуратно прикрыл дверь за собой. Нагнувшись к парню я шепнул:       - Том… - он тут же повернул голову в мою сторону. - Том, я нашел твой смартфон. Уходить будем через окно, ты сможешь идти?       - Я попробую, - шёпотом ответил Том.       Подойдя к окну я очень осторожно открыл его и посмотрел вниз. Под окном была трава, не гравий, отлично, хорошо, будет меньше шума. Я вернулся к Тому и помог ему подняться. Лишь сейчас,в свете луны я увидел, в каком ужасном состоянии он был: его тело и лицо заляпано спермой и кровью, синяки по всему телу, а на сосках, о которые тушили сигареты, отметины едва видны, что ж, видимо ожоги были не такие серьезные. Я не мог дать ему ещё минуту провести в таком позоре. Я нагнулся, схватил первую попавшуюся тряпку, бутылку пива, что оставил здесь Арчи и вылив жидкость на тряпку, наспех обтёр ему лицо и грудь. Том наблюдал за тем, что я делал, а я старался вовсе на его лицо не смотреть. Я вспомнил, как хотел кончить ему на соски и тошнота вновь подкатила к горлу. Застегнув его рубашку на те немногие пуговицы что остались, я аккуратно повёл его к окну. К счастью выбраться было не трудно, стараясь идти очень тихо я дошёл с Томом до Теслы, придерживая его и усадил на заднее сиденье. Мне в голову пришла одна идея.       - Я сейчас, секунда, - шепнул я Тому и тихо побежал в старый гараж к нашему минивэну. Открыв багажник я взял пистолет то ли Арчи, то ли Эдди. Я не очень хорошо обращался с оружием и наверное в тот момент до конца не осознавал, что в случае реальной опасности, я никого из него скорее всего не убью. Видимо меня просто успокаивала мысль наличия оружия. Трудно рационально о чём-то думать, когда ты в таком страхе. И тут в углу минивэна я заметил плед, схватил его и как можно тише побежал к Тесле.       Укутав пледом Тома на заднем сиденье и поймав его удивлённый взгляд, я сел на водительское. Я согласен Том, я слишком много суечусь и трачу времени, когда мы должны быть уже на полдороги к больнице. Моё сердце бешено колотилось и не переставало колотиться ни на минуту. Я помолился всем богам, которых знал и мягко стартанул Теслу. Тихий мотор, послушно мурлыкнул и я стал максимально тихо сдавать назад, стараясь не шелестеть колесами о гравий. Я съехал с подъездной дорожки, развернул машину и, постепенно набирая скорость, поехал в сторону города Сангревея.       Я ехал и не мог отвести взгляд от зеркала заднего вида. Никто за мной не едет, никто не гонится. Неужели у меня вышло и самая тупая и опасная часть плана позади? Теперь только дорога и больница. И деньги, если успею, я унесу сколько смогу. Хватит думать о деньгах, сволочь, хоть секунду. Помоги сперва тому, чью жизнь ты уже помог сломать. Я глянул в зеркало заднего вида на Тома - он сидел все так же укутанный в плед, и отрешённо смотрел в темноту окна и проносящихся в свете фар деревьев. Мы мчались по лесной дороге и я чувствовал, что я должен что-то сказать. Что-то, что не могу сказать той женщине в гробу, полицейским, владельцу портмоне. Я думал, что словами у меня всё ещё есть шанс всё исправить. Вдруг Том глянул на меня в зеркало заднего вида, и мне показалось я увидел неестественно яркий отблеск его глаз. Мне просто показалось. У людей так не бывает. Я быстро отвел взгляд. Смогу ли я когда-нибудь забыть то, что произошло сегодня? Смогу ли жить со знанием, что я поспособствовал стольким смертям и боли? Я не хочу видеть эти глаза и помнить. Но я запомню. Гореть мне в аду, парень.       Навигатор показывал, что до больницы оставалось километров десять, не больше. У меня было отчаянное желание поскорее передать парня в руки медиков и втопить педаль в пол, гнать так далеко, пока не кончится заряд в Тесле. Я чувствовал, что уже очень устал: весь этот стресс от ограбления до побега и всё это всего за двенадцать часов. Самый большой стресс, что я испытывал в жизни. Ничего, рассвет скоро, к рассвету я доберусь до кладбища, найду чем сломать замок в крипте, и унесу столько налички, сколько смогу из гроба. Хах… это при условии, что я сдвину тяжелую плиту. Я должен попытаться, должен, мне не остаётся ничего другого.       Наконец мы подъехали к больнице. Сейчас Том, сейчас тебе помогут. Я обернулся назад, чтобы сказать Тому, что мы приехали, как увидел, что он лежит с закрытыми глазами, прислонившись головой к двери. Он что… умер? Я вышел из машины и пересел назад. Свет больницы и её неоновой вывески падал на лобовое стекло и тускло освещал салон. Том медленно открыл глаза и посмотрел на меня. Я ничего не мог прочесть в этом взгляде: в нем не было ни страха, ни ненависти, ни боли. Он смотрел на меня ровно и спокойно, будто ничего с ним вообще не случилось. Я подумал, что он мастерски скрывает свою боль и страдания. Я пододвинулся к нему ближе. Я колебался. Я не хотел касаться его вовсе. Я хотел забыть его побыстрее. Мой пах заныл, как бы напоминая мне, как я себя сегодня наказал. Какое нахрен значение сейчас имеют мои желания? Я потянулся и аккуратно прижал Тома к себе.       - Послушай, Томми… Том я скажу кое-что, а ты запомни: ты выжил, ты жив и сейчас и дальше ты будешь в безопасности. Тебе больше не причинят боль. И Том, прости меня, - последние слова я произнес едва слышно. Я прочистил горло и повторил громче. - Прости меня, Том, пожалуйста, ты ничего этого не заслужил, - это бедное создание, этот парень, должен знать, что кому-то есть дело до его боли, что мне есть дело до его боли. Он должен знать, что рядом есть человек которому не всё равно.       Я крепко прижимал его к себе и всё гладил и гладил его по спине. Я могу просидеть так вечно, но ничто уже не исправит того, что случилось.       - Идём, Том, я передам тебя медикам в больнице, - парень не двигался. Он пристально смотрел на меня. Вдруг он ухмыльнулся и сказал:       - Мы едем обратно.