4.
10 августа 2021 г., 20:33
Джисон уже пятнадцать минут стоял на светофоре, тупо пялясь как красный сменяется на жёлтый, жёлтый на зелёный, зелёный на жёлтый, жёлтый на красный… В голове ни одной мысли, ноги будто вросли в землю, тяжёлый рюкзак тянул вниз.
- Привет, - Минхо нагнулся вперёд, чтобы заглянуть ему в лицо. – Чего ты шарахаешься от меня? По-моему, это я должен так делать. Эй, ты куда, там сейчас красный загорится!
Джисон обогнал змейкой не успевшие тронуться машины, затормозил перед рванувшимися вперёд, проскочил в удобный момент и выдохнул, оказавшись на противоположной стороне. Рюкзак остался в руках Минхо, попытавшегося удержать Джисона на месте.
- Не заставляй меня шантажировать тебя! – кричит Минхо через дорогу, потряхивая рюкзаком. – Эй, ты слышишь?!
В горле застрял ком. Джисон не знал, зачем попёрся в школу, зачем стоит сейчас здесь, глядя на ту сторону дороги, где стоит Минхо, выжидая зелёного света. Не знал, что ему делать с Минхо: бояться, благодарить, умолять? Почему тот помог ему, почему спас, почему не боится, почему смотрит с такой доброй улыбкой, почему, почему, почему?
Когда Минхо начал переходить дорогу, Джисон попятился назад, увеличивая расстояние между ними, до тех пор, пока Минхо не подошёл почти вплотную, а за спиной оказалась школьная стена. Минхо вблизи очень красивый, да и отовсюду, на любом расстоянии, он красивый. Он красивый даже больше, чем вкусно пахнущий. Или он вкусно пахнет, потому что красивый? Или красивый, потому что вкусно пахнет?
Джисон зажмурился, попытавшись вытряхнуть мысли из головы буквально. Зажал рукой нос и двинулся вбок, мелкими шажками, но рука Минхо перекрыла путь.
- Только попробуй сбежать, - прозвучало угрожающе. – Я вообще-то помог тебе. И где благодарность?
«Будешь раздвигать для меня ножки, когда я захочу» - зазвенело в голове заевшей пластинкой. Джисон громко выдохнул и вжался в стену. Если Минхо сказал, что пошутил и это не то, что он хочет, какой тогда благодарности он ждёт? Разве Джисон может сделать хоть что-то, что будет равноценно тому, что сделал для него Минхо? А хуже всего – то, что Джисон показал, что готов на всё, только чтобы отблагодарить. И это правда, он действительно готов на всё, но только потому, что это Минхо. Красивый Минхо, неоднозначный Минхо, бесстрашный Минхо, непонятный Минхо, пугающий Минхо…
Минхо, который знает теперь всё. Минхо, который теперь чёрте что о нём думает.
- Пожалуйста, - Джисон ненавидел себя за выступившие слёзы: стыдно, так стыдно. – Пожалуйста, можешь сделать вид, что меня не существует? Я перестану ходить в школу, но нужно забрать документы. Пожалуйста, я сделаю всё, что ты захочешь, только не трогай меня.
- А если я хочу, чтобы ты был со мной? – голос Минхо отчаявшийся или злой? – То есть, - он сбавил тон и сглотнул. – Чтобы мы были друзьями. И я запрещаю тебе уходить из школы, слышишь? Не бойся, никто тебя больше не тронет. И я сохраню твой секрет, обещаю.
Джисон открывает глаза и задыхается от того, как Минхо близко: в его глазах отражается целый мир, целый мир теперь – Ли Минхо, и только от Минхо зависит будет ли продолжать существовать этот мир. Будет ли продолжать существовать Джисон.
Так нельзя, так нельзя, так нельзя.
- Я не могу дружить с тобой, я не могу дружить ни с кем. Мне нельзя, это неправильно.
Минхо вытирает его слёзы.
- Но ты хотел бы?
Джисон всхлипывает и закрывает лицо руками. Он ведь не должен отвечать? Не обязан.
Минхо требует, убирая его руки с лица.
- Слушай, я не боюсь тебя, я доверяю тебе. Если ты ходишь в школу и так долго смог продержаться среди людей, значит, можешь себя контролировать. Значит, хочешь быть таким же, как все. Если это было бы не так, ходил бы ты в школу? Мы можем попробовать быть друзьями. Подумай над этим, хорошо?
Он улыбается обворожительно и бежит к школьным воротам, оставив рюкзак Джисона рядом с ним на земле.
━━━ • ✙ • ━━━
Минхо сидит на подоконнике, как на троне, в окружении тех парней, кого боится пол школы. Джиху устраивает подножку проходящему мимо отличнику, тот падает, рассыпая тетради, и их поднимают, забирают себе, а отличника удерживают в лежачем положении, поставив ногу на спину. Смеются, но не смеётся Минхо – только тянет губы надменно. А затем поднимает взгляд, смотрит прямо на Джисона и подмигивает. Тот сразу отворачивается и натягивает наушники. Ли Минхо – не тот, с кем стоит дружить. Учитывая его друзей и круги интересов, он и не тот, кому можно доверять. Почему вообще Минхо захотел помогать ему? Почему он? Может, он собирается как-то шантажировать, чтобы заполучить в личное пользование такую интересную игрушку, так непохожую на окружающих? Мало ли какую выгоду он разглядел в «друге-вампире». «Будешь раздвигать для меня ножки, когда я захочу». Джисон прижал кулак к болезненно дёрнувшемуся сердцу. Почему он опять вспоминает эти слова? Была ли причина говорить это? Даже в шутке бывает доля правды… Минхо часто прикасается к нему, а Джисон ненавидит себя за то, что ищет этих прикосновений: даже перестал пропускать баскетбол на физкультуре, ведь Минхо всегда становится его блокировать и можно почувствовать его руки – на плечах, на руках, бёдрах, пальцы, случайно касающиеся кожи под одеждой или на локтях. А ещё Минхо любит трогать его волосы: то ворошит на макушке, то заводит пряди за ухо, то поправляет чёлку. И ещё, но это уже унизительно, - постоянно треплет за щёки. Что всё это значит для Минхо? Вряд ли он относится к этим прикосновениям, как к чему-то значительному. Но, если подумать, Минхо не нравится скиншип: единственное, что он позволяет себе со своими друзьями – это пожать руки и похлопать по плечу. Джисон специально следил за ним, изучал привычки, и понял, что волосы Минхо трогает только девочкам – также поправляет им чёлки, заводит пряди за ушко и ванильно-мило улыбается, заигрывая. Наверно, Джисон для него всего лишь вызывающая умиление игрушка: милая, забавная, необычная, недоступная. Такая, какую дети мечтают получить на день рождение или рождество. Нельзя доверять ему и думать, что ясны его мотивы. Нельзя общаться с ним, нельзя ждать прикосновений. Ли Минхо – тот, кто уничтожит его, воплотит в жизнь самые потаённые страхи и оставит ни с чем. Но почему тогда его улыбка – как луч надежды?━━━ • ✙ • ━━━
- Ты не забыл, что ты мой должник? – Минхо останавливается напротив, найдя Джисона на школьных задворках, прячущегося от него же. - Два раза. Значит, два раза должен будешь сходить со мной на танцевальную площадь. - Я бы и сам с тобой пошёл, - говорит Джисон и пугается собственных слов. Вообще не то, что должен был сказать. Минхо смотрит, приоткрыв рот и часто моргая. - Значит, хочешь попробовать подружиться? – расправляет плечи и тянется к его руке, но обрывает движение. Джисон кивает и получает ту самую обворожительную улыбку, которую хочется запомнить, вырезать и положить в карман, чтобы всегда носить с собой. Глупо – вестись на доброту улыбки, которую так легко подделать, но только благодаря этой улыбке, благодаря тому, как Минхо смотрит на него, ему хочется доверять. От него сегодня совсем не пахнет кровью и футболка под курткой новая. Джисон принюхивается, улавливая запах стирального порошка, и довольно поджимает губы. - Что, так нравится, как я пахну? – ухмыляется Минхо. - Нет, просто… от тебя наконец не несёт так сильно кровью. Минхо пожимает плечами и вскидывает голову, будто осенило. - А, ты поэтому лизал мою шею? Я же тогда вернулся со стрелки с соседней школой и наверно сильно пах. А я тогда подумал, что у тебя такой фетиш. - Я тогда случайно, - заломил руки Джисон, и рекой полились оправдания, которых никто не требовал. - Меня разозлили, а я не мог ударить. Мне нельзя бить людей, вот эмоции и накопились, и я на миг потерял контроль. - Нельзя бить людей? - Ну… я сильней, чем обычный человек. Легко могу сломать кому-то кость. - Вау, - Минхо приоткрыл рот. – Покажи мне. Джисон посмотрел исподлобья на его боевую стойку. - Я же сказал: я не бью людей. Это опасно. - Да не бойся! – Минхо поманил ладонью. – Мне не привыкать, ты же знаешь. Давай, мне интересно. - Прекрати, я не хочу делать тебе больно. Если не прекратишь, я не буду с тобой гулять. Но Минхо не слушал и не дал ему уйти: отпрыгнул в ту же сторону, переграждая путь, толкнул с силой в плечи - потеряв равновесие, Джисон ударился спиной в стену и тут же оказался зажатым в ловушке уперевшихся в эту же стену рук. - Иногда необходимо дать сдачи, защитить себя, чтобы выжить, - Джисон завис на глазах напротив, загоревшихся уверенностью и не предвещающим ничего хорошего азартом. - К тому же, ты можешь чисто случайно задеть кого-то. Тебе нужно не избегать, а учиться контролировать силу. Джисон заставил себя смотреть в карман кожаной куртки Минхо, а не на воротник свободной футболки, откуда выглядывали острые ключицы, и выше. Стиральный порошок, резкий дезодорант лишь слегка оттеняли проявившийся запах крови, и Джисон невольно сосредоточился на венах, заметных на коже, на том, как под кожей бежит жизнь. Пришлось задержать дыхание. - Вот что ты будешь делать в такой ситуации? Если тебя захотят убить, искалечить, изнасиловать? Будешь терпеть? Вряд ли у тебя регенерация, как у вампиров в комиксах. Давай, нападай! - Но ты же не хочешь убить, искалечить или изнасиловать, - на одном дыхании выпалил Хан и снова задержал воздух в лëгких. Но слух задержать нельзя: он слышал - шумное грудное дыхание, частое биение сердца и мощную пульсацию шейной артерии. - С чего ты взял, что не хочу? - Минхо придвинулся совсем вплотную, сдвинув лбы. Ритмы крови парня напротив вопили - возбуждëн. Каждый раз, когда хочет подраться, или?.. - Последний шанс, - шумное дыхание на губах, руки, впившиеся в плечи и не дающие вырваться без применения грубой силы. Джисон закрыл глаза, сдаваясь сразу же. Губы Минхо дотронулись мягко, но дальше прижимались сильнее, требовательно, выжидающе. Джисон вдавился затылком и плечами в стену, но от поцелуя было не сбежать, а Минхо продолжал, не сбавляя темпа и напора - только услышав жалобный стон-скулëж, остановился на миг, проверил по лицу, всë ли в порядке. Джисон опустил голову, переводя дыхание, дëрнулся в сторону, но Минхо обхватил его лицо обеими ладонями, и сразу после удара затылком продолжился новый мокрый поцелуй. Джисон не заметил как стал отвечать - скорее, машинально, поддаваясь обоюдному влечению, и не веря, что это происходит на самом деле. Минхо отстранился, провёл пальцем по его губам и аккуратно приподнял верхнюю губу. - Если засуну язык тебе в рот, то порежусь о твои клыки? - не стесняясь в словах, уточнил он. – Почему они острые? В тот раз были тупыми. Когда дошëл смысл услышанных слов, Джисона шарахнуло прямо по ослабевшим коленям, он смотрел в глаза Минхо и пытался что-то сказать, или не пытался. Он забыл сегодня подточить клыки? Дотронувшись кончиком языка до клыков, Джисон плотно сжал губы и умоляюще посмотрел на Минхо, который не отрывал взгляда от его губ. - Такой милый, - Минхо потрепал по щеке. Он всегда игнорировал любые сигналы об опасности. Джисон упёрся ладонью ему в грудь, но не смог заставить Минхо остановиться, а себя - отвернуться. Углубившийся поцелуй принëс насыщенный вкус слюны с сигаретным оттенком, а затем - яркий аромат крови. Джисон вцепился в плечи Минхо, промычав, простонав, без слов промолив остановиться, но все инстинкты, всë существо было против: Минхо умел целовать глубоко, движения его быстрого языка заводили, а кровь сводила с ума. Жажда, вожделение, голод – Джисон не понимал, что с ним творится, но это и не было важно, эйфория, текущая по венам, отнимала мысли, здравый смысл, голос - Джисон всем телом вжимался в Минхо, чуть ли не взбирался по нему, цеплялся в воротник куртки, чудом помня, что за шею цепляться нельзя, вдруг случайно оцарапает. Опять скулил, а Минхо довольно мурлыкал ему в рот. Ос - язык проводит по нëбу, оставляя кровавые разводы - тано - обводит его язык, обмениваясь ярким кровавым вкусом - виться - ласкает губы, оставляя кровь на них. Джисон толкает в грудь, и Минхо падает на задницу, охнув. Хан быстро вытирает обоими рукавами рот, испачкав в красном белые манжеты и рухнул. - Охренеть, - выдал Минхо откуда-то издали. - Ты потрясающий. Эй, Хан-и? Ты как? Перед закрытыми веками плавали алые разводы, губы горели, клыки чесались, а тело мелко колотило. Запах Минхо снова вплотную, сумасшедшее биение крови. Джисон подался вперёд, следуя самому сильному зову, и уткнулся носом в шею, а затем резко наклонился и засунул нос под мышку Минхо. - Эм, - тот неловко потрепал его по волосам. - Мне перебить запах, - объяснил Джисон, не отрываясь. Минхо без лишних вопросов позволил так сидеть, одну руку перекинул через плечи Хана, подтягивая к себе, чтобы Джисону было удобней. - Может тебе под носом краской намазать? - предложил в полушутку. – Там стояла банка строительной краски у стены. - Нет, мне уже лучше, - Джисон отодвинулся, облизал губы и подтянул к груди колени. - Ты потрясающе целуешься. Мне очень понравилось, правда. - Больше так не делай, - Джисон насупился, смотря прямо перед собой. - Почему? Тебе же понравилось. - Я чуть не сожрал тебя, ты, придурок! - А всего-то надо было ударить меня! Ты сам сделал выбор, звиняй. Джисон злобно зыркнул на него, повернув голову, а Минхо рассмеялся, снова потрепал его по волосам и поднялся с земли. Шëл к выходу со школьного двора, не оглядываясь, закинув руки за голову и что-то насвистывая. Джисон смотрел ему в спину, плечи, обтянутые бордовой кожанкой, и проклинал себя, проклинал жизнь, проклинал судьбу, что заставили, позволили - вот так подставно, нелепо, выматывающе и опасно - влюбиться в какого-то раздолбая без тормозов, мозгов и инстинкта самосохранения. Он вытянул гудящие от усталости ноги, машинально провëл языком по солоноватым губам и заревел.
