ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

Возле края стола, где они с Тео когда-то пили чай с пирожными, сейчас стоял большой чёрный чемодан, а совсем недалеко от него, не доставая ножками до пола, сидел на стуле домовой эльф с личиком в форме сердечка. - Слэйв! - кинулась к нему со всех ног Азалия. - Что с Тео?! Он жив?! - голос девушки дрожал, когда она садилась на стул рядом с маленьким эльфом. Домовик Ноттов выглядел уставшим и посмотрел на Азалию опухшими глазками. На одной его щеке виднелся синяк. Он весь затрясся при виде девушки и схватил её ладони. - Мисс Азалия, мастер Тео жив, но очень плох. Вы не представляете, что было... - Расскажи, расскажи мисс Азалии. Она поймёт, - Добби уже нёс две чашки с горячим чаем и добавлял туда пахучую настойку. Азалия благодарно кивнула и посмотрела, как Добби залезает на табуреточку и садится возле своего друга. - Мисс Азалия, Слэйв знает, что маленький хозяин очень любит вас. Он рассказывал о вас. Но Слэйв всегда предостерегал его, чтобы он ни словом не обмолвился своему отцу. Наш старший хозяин - человек очень сложный. Он любит свою семью, но также он всегда тяжело расстаётся со своими идеалами. Точнее, никогда не расстаётся. Он воспитывал в маленьком хозяине своего наследника. Учил его заклинаниям, поддерживал его любовь к зельям. Но если мастер Тео вдруг решал выбрать что-то самостоятельно, хозяин начинал тут же злиться. Всё в нашем доме должно быть только так, как он скажет. Слэйв говорит вам это, потому что знает: вы тоже любите младшего хозяина. Слэйв не имеет права распространяться о своей семье, которой служит уже столько лет. Но вы ведь, мисс никому не расскажете, верно? Мастер Тео говорил Слэйву, что вы человек, которому он полностью доверяет. - Слэйв, вы можете рассказать мне всё, - заверила эльфа Азалия. Она всё ещё тряслась, так как боялась узнать, что скажет эльф дальше. - Ох, мисс, зовите Слэйва на ты... - Ну, хорошо. Можешь мне доверять. Ради Теодора я пойду на всё. Слэйв улыбнулся, услышав эти слова, и они с Добби переглянулись. - Добби же говорил, что между ними... это, - тихо прошептал Добби и, покраснев, закрыл глаза ушами. - Вчера ночью, внезапно, старший хозяин вернулся вместе с мастером Тео из камина в гостиной, - почле короткой паузы, начал рассказывать домовик Ноттов. - Хотя Слэйв знал, что Теодору ещё две недели положено находиться в школе, и сильно удивился этому, но поспешил им навстречу. Слэйв понял, что происходит что-то страшное. Сначала они просто ругались, споря о чём-то. В разговоре упоминалось ваше имя, и Слэйв понял, что старший хозяин как-то узнал о вас. Но тут мастер Тео закричал, что тогда лучше уйдёт из дома, раз отец не хочет, чтобы его сын был счастлив. И он пошёл к дверям, но тут хозяин послал в него заклинание. Мастер Тео упал и стал кричать. - Слэйв закрыл личико маленькими ладошками, вспоминая вчерашнюю ночь. - Мисс Азалия, вы не представляете, что Слэйв почувствовал. Ведь он вырастил маленького хозяина. Помнит, как тот встал на ноги, как сказал первое слово. Как Слэйв носил его к несчастной дорогой хозяйке, когда она не могла встать. Как заботился о нём. Когда он тяжело болел, Слэйв сидел с ним до утра. А как его любила хозяйка! Она родила его, будучи в очень слабом состоянии здоровья. Слэйв поил её специальными отварами, чтобы поддерживать в ней силы. Но вот со временем, хозяйке стало ещё хуже. Но она до последнего момента постоянно думала только о сыне. Слэйв держал её руку, когда она умирала, и обещал милой хозяйке, что позаботится о её мальчике. Когда её не стало, маленькому хозяину было очень тяжело в огромном доме, в полном одиночестве. Он ходил из комнаты в комнату и напевал смешную песенку, которую пела ему хозяйка перед сном. Слэйв жалел его, пытался помочь. Но он со временем сам успокоился и стал постоянно читать. Почти поселился в библиотеке. И когда старый эльф услышал вчера, как он кричит от боли, сердце Слэйва чуть не остановилось, мисс. Слэйв защитил его и снял заклинание, посланное отцом. Но старший хозяин прогнал эльфа. Приказал не вмешиваться, и ничего не оставалось, как уйти и слушать крики маленького хозяина. А уже под утро старший хозяин нашёл эльфа и приказал перенести Теодора в постель и смотреть за ним, чтобы он не сбежал. Связать его, если нужно. Хозяин забрал его палочку и куда-то ушёл. Мастер Тео был без сознания очень долго, а потом открыл глаза и позвал Слэйва. Он просил, что бы я отыскал вас и передал записку. Он не мог сам написать её, поэтому диктовал, а Слэйв записывал. Эльф достал из складок кухонного полотенца, повязанного на нём, сложенный вдвое листочек и протянул Азалии. Девушка трясущейся рукой взяла записку, но смотреть не стала. Ей было очень тяжело, и хотелось быть одной, когда она прочитает то, что там написано. - Спасибо, Слэйв. И он всё так же лежит и не встаёт? Чем я могу помочь, я всё сделаю... Слэйв и Добби переглянулись. - Сейчас с ним всё уже хорошо, в плане здоровья. У него ничего не болит, - сказал Слэйв, всё ещё глядя на Добби. - Но Добби сказал... - Да, он правильно сказал. С мастером Тео беда. Но в другом плане. Сейчас Слэйв объяснит. Когда хозяин вернулся, он принёс с собой старую книгу. Сначала Слэйв ничего не понял, но потом он услышал, как хозяин проводит ритуал. Какой-то старый и древний, как и та книга, что была у него в руках. Слэйв только слышал о такой магии, но ни разу не видел её. - Он провёл ритуал над Тео? - испугалась Азалия. - Что он с ним сделал? Слэйв поднял на неё глаза и с отчаянием произнёс: - Он убрал вас из его сердца, мисс. Наступила долгая пауза. Азалия переводила взгляд с одного эльфа на другого. Ей показалось, что это всё одна несмешная шутка. - А Слэйва послал за его вещами в школу, - домовик указал на большой чемодан. - Теперь мастер Тео вернётся в школу только на шестой курс. - Что значит "убрал из сердца"? - медленно переспросила Аза. - Мисс Азалия, Слэйв прочитал, что написано в этой книге. Заклинание очень сложное. Оно запирает все хорошие чувства очень глубоко. При этом оно не стирает память, а просто человек как бы забывает, что и к кому когда-то чувствовал. - Ты хочешь мне сказать, что Тео будет меня помнить, но не будет помнить, что он меня любит? - Да, мисс. Проблема в том, что когда все хорошие чувства запечатаны глубоко в сердце, все другие качества, что есть в нём, выходят на первый план. И мастер Тео теперь сильно изменился. Он стал другим. Теперь наш маленький хозяин... - эльф вдруг заплакал, и крупные слёзы его начали стекать в чашку с чаем. - Теперь наш маленький мастер Тео плохой человек. Он грубый и злой. Он ударил старого эльфа за то, что он долго собирался за его вещами. - Слэйв показал на синяк у него на лице. - Что бы сказала моя бедная хозяйка, глядя, каким стал её единственный сын! Это Слэйв виноват, это он не углядел! Азалия не верила, что это правда. Она сидела и не понимала, как себе такое представить. Но после пережитого в Арке Смерти она уже знала, что бывает всякое. - Мисс Азалия, помогите нам вернуть младшего хозяина. Нужно как-то избавиться от заклинания, что наложено на его сердце. - Добби покачал головой, держась за стол. - Добби, как это можно сделать? Я пока не представляю себе. Но я очень хочу помочь. Слэйв, ты читал книгу, что там ещё сказано? - Что заклятие может снять только тот, кто наложил его. Или сила, большая, чем заклинание. - Что значит сила большая, чем заклинание? - Слэйв не знает, мисс. Там только одна эта фраза и больше никаких пояснений. Мисс Азалия, если вы любите мастера Тео, пожалуйста, помогите старому Слэйву. - Я очень люблю вашего маленького хозяина, - сказала эльфам Азалия. И те расплылись в довольных улыбках. - И я сделаю всё, чтобы узнать, как ему помочь. - Вы и правда очень добрая, мисс. Мастер Тео говорил, что вы такая, и теперь Слэйв видит это. Он сказал, что мисс Азалия первая, кто разглядел его настоящего. - Он правда так сказал? - Азалия закрыла глаза, представляя себе лицо Тео. - Да, мисс. А ещё он сказал, что вы единственная, кого он действительно полюбил, - Слэйв пару раз моргнул и упал на свои руки, заливаясь рыданиями. Две оставшиеся недели в Хогвартсе тянулись очень долго. Азалия была бы рада сейчас даже домашним заданиям, но они сидели на берегу Чёрного озера и снова обсуждали одно и то же. За несколько дней до окончания каникул Рона и Гермиону выписали. Они, счастливые как никогда, наслаждались освобождением из плена больничной палаты и грелись на солнышке. Рядом сидели Гарри, Невилл, Полумна и Джинни, которые смотрели, как Азалия ходит в воде по колено. Ребята, кроме Гарри и Азалии, болтали без умолку, обсуждая новую статью в Ежедневном Пророке, где министерство обещало разослать всем волшебникам брошюры с защитными заклинаниями. Гермиона возмущалась больше всех, потому что именно это министерство пыталось запретить весь этот учебный год - учиться защитным заклинаниям. - А теперь, видите ли, они даже брошюры составили! Какие умные! А где была ваша Амбридж, когда ей твердили, что давно пора это всё уметь! Азалия обернулась на гневный голос Гермионы, а затем посмотрела на замок. Сейчас, когда она знала, что в нём нет Теодора, который сидел бы в Большом зале за завтраком или читал очередную книгу в библиотеке, она не хотела туда возвращаться. Все кабинеты и коридоры замка для неё в один миг опустели, оставив лишь тяжёлый осадок. Она ходила по ним, как приведение, не зная покоя. Её сердце сейчас находилось далеко отсюда. Не видя Тео, а только слыша от его домовика, что с ним произошло, Азалии казалось всё каким-то нереальным. Как будто Тео просто уехал и больше не пишет ей. И её даже посетила мысль: "А что, если это отец подослал Слэйва, чтобы тот специально наговорил мне всякой чуши?" Но потом девушка вспоминала, как горько плакал несчастный эльф, и с жалостью в сердце начинала корить себя за такое недоверие. Её мысли текли снова и снова в одном направлении, как дымчатое облако за чёрным трепыхающимся занавесом... И всё начиналось сначала. Девушка думала, что если бы отец был жив, они бы уехали с ним куда-нибудь далеко, туда, где есть огромные волны. Ей очень хотелось увидеть море. Убежать куда-то, где она сможет побыть одна, со своими мыслями и страдающей от боли душой. Но тут голос Рона вырвал её из глубокой задумчивости. - Аза, расскажи, как вы с Дамблдором забрали Амбридж у кентавров? - спросил парень, глядя, как девушка оборачивается на него. - Вы сражались с ними, да? - Ага, - засмеялась Азалия, отвлекшись от своих мыслей. - Ну расскажи, вся школа хочет знать! - взмолился Рон. - Спроси у Дамблдора, он тебе расскажет, - прищурилась девушка, видя, как Рон бесится. - Издеваешься, да? - пробурчал он. - Да просто нечего рассказывать, Рон! - Как это нечего?! Вы вдвоём с Дамблдором отбили Амбридж у кентавров! Кто ещё таким может похвастаться?! - Да расскажи ты ему, достанет ведь! - цокнула языком Джинни, распустившая волосы. Они отражали яркие солнечные лучи, и Гарри, который, прислонился спиной к дереву, смотрел, как золотые блики играют в рыжих волосах. Азалия медленно вышла из воды и села на траву. Глядя на озеро она вспомнила, как Тео признался ей в любви тогда на заброшенной лодочной станции в Хогсмиде. Девушка легла на спину и стала разглядывать перья облаков на лазурном небе, пытаясь унять тоску. - Почему он только тебя с собой взял? Мы бы тоже помогли, - обиженно засопел Рон. - Вы лежали в больнице, - отозвалась Азалия. - А я просто попалась ему на пути. Девушка не стала говорить при всех, что уже бывала в логове кентавров, иначе друзья обидятся, что и в тот раз не позвала их с собой. - Очень это странно, конечно. Брать ученицу в Запретный лес к диким кентаврам, - сказал Рон. - Но это же Дамблдор, - тут же с восхищением добавил он. Азалия понимала, почему Дамблдор позвал её. Во-первых, она знала дорогу, а во-вторых, она сидела на ступенях замка с таким потухшим взглядом, что когда Дамблдор проходил мимо, долго смотрел на неё и затем спросил, не хочет ли она совершить одно маленькое путешествие. Девушка, не думая ни секунды, согласилась, и они отправились в северную часть леса, туда, где обитали кентавры. Днём, при свете солнца, лес не выглядел враждебно, а присутствие рядом директора, рождало чувство полной безопасности. Когда они достигли болот и вышли на поляну, на которой когда-то Азалия спасла жизнь фестралу, они увидели, как по всей лужайке, с разбросанными вокруг кубками, вповалку спят разномастные кентавры. - Было полнолуние. Я так и думал, что они все спят, опившись зелья, - удовлетворённо посмотрел на храпящих кентавров Дамблдор. - Их сейчас ничто не разбудит. А-а, вот и моя сменщица. Азалия посмотрела на середину поляны, где связанная по рукам и ногам, в разорванном розовом костюме, лежала профессор Амбридж. Они быстро подошли к ней, и Дамблдор склонился над женщиной. Азалия же разглядывала порезы на её руках и ногах. Кентавры не оставили на ней ни одного места, где сейчас не запеклись бы коркой кровавые древние руны. - Даг, Изел, Инг, - прочитала Азалия. - Рождение нового дня. Девушка вопросительно взглянула на Дамблдора. - О, я вижу, ты разбираешься, - улыбнулся директор. - Любишь руны? - С некоторых пор, да, - грустно ответила ему Азалия. - Ну что ж. Думаю, профессор Амбридж больше им не нужна. Хвала небесам, она ещё дышит. Так что давай-ка забирать её отсюда. Дамблдор наколдовал носилки и переместил на них Долорес Амбридж. Никто из кентавров не пошевелился, и они беспрепятственно вышли к Чёрному озеру, миновав густые деревья. Некоторое время они шли молча, но потом Дамблдор, глядя на задумчивое лицо девушки, сказал: - Я вижу, как ты тоскуешь, Азалия. И я бы хотел тебе помочь, но, к сожалению, не смогу, - директор тяжело вздохнул. - Есть вещи, которые нельзя вылечить. Азалия, через пару секунд, задумчиво спросила: - Но их можно запереть глубоко в сердце, не так ли? Дамблдор внимательно вгляделся в её лицо. - Ты говоришь о чарах? - Да, профессор. - Только не говори мне, что собираешься использовать это, - Дамблдор нахмурил брови. - А что вы о них знаете, сэр? Директор немного помолчал, и некоторое время тишину нарушал лишь треск веток под их ногами. - Подобные чары не очень редки, но очень сложны в нанесении. Нужно иметь хорошие способности, какими ты явно обладаешь. Но вся суть в том, что то, что не даёт тебе успокоиться... чувство, что причиняет тебе такую душевную боль, невозможно убить даже при помощи древних заклятий. Это чувство - особый дар и оно же самое тяжёлое проклятие. Заперев его, на свет появятся другие. Менее сложные, но от этого более коварные. Они только и ждут, когда получат свободу. Они возьмут верх над твоим разумом, и ты изменишься. И тогда никто не сможет предугадать, как повернётся твоя жизнь. - А если это уже случилось? Если, предположим, кто-то сделал это с другим человеком? - Тогда мне очень его жаль. Ему предстоит жить, не видя прекрасного. Этот человек обречён жить во злобе и страданиях, не имея им противовеса. Спроси себя сейчас: хотела бы ты такой участи? Азалия тревожно сглотнула, переживая всё сильнее. - Милая, то, что ты испытываешь, потеряв своего близкого человека, говорит о том, как сильно ты умеешь чувствовать. И, судя по всему, ты наделена этим даром с лихвой. И это твоя главная ценность. Ты несешь в себе силу, которой нет равных. Ты только должна не забывать прибегать к ней. - Что это значит? - Есть тёмная магия, чёрные ритуалы, страшные, кровавые, меняющие сознание, высасывающие жизнь, - Дамблдор показал на голые ноги Амбридж, исчерченные глубокими надрезами. - Но им всегда препятствует сила, которая превыше всего этого. - Вы говорите про любовь, профессор? - тихо спросила Азалия. - Да, именно любовь. Любовь и милосердие. - Вы считаете любовь сильнее ненависти? - Однозначно сильнее. Сильнее многих чар. Тут Азалии пришёл на ум вопрос, который она бы не осмелилась задать в любое другое время. - Профессор, а вы любили когда-нибудь? Дамблдор улыбнулся, и его белая борода слегка дёрнулась. - Любил... и продолжаю любить. И очень счастлив, что могу испытывать это. Аза опустила глаза в землю, она чувствовала, как её щёки горят. - И я знаю, что ты тоже очень сильно умеешь любить. И если ты не можешь найти ответ на вопрос, что тебе делать - просто загляни в своё сердце. - А если человек, которого любишь, больше тебя не любит? Азалия не хотела, чтобы это прозвучало по-детски, но последнее слово получилось больно уж жалобным. Они уже вышли к загону за хижиной Хагрида и направились к замку. Миновав дубовые двери и поднимаясь по мраморной лестнице, они оба молчали. Дамблдор не ответил на последний вопрос. - Я отнесу профессора Амбридж в больничное крыло. Спасибо за помощь, Азалия. Я думаю, тебе пора отдыхать, - уходя в коридор больничного крыла, произнёс директор. И когда Азалия уже хотела подняться выше, он окликнул неё. - Азалия... Девушка обернулась через плечо и застыла. - Счастье можно найти даже в самые тёмные времена, если не забывать обращаться к свету, - Дамблдор улыбнулся и скрылся в дверях больничной палаты. Выручай-комната была снова доступна. Дамблдор снял с неё заклятие обнаружения, и Азалия отдала Добби серебряный ключик на тонкой цепочке. Они сидели в комнате у камина, и Аза прижимала к себе подушку, чувствуя от неё запах Тео. Она уткнулась в неё лицом и закрыла глаза. - Мисс Азалии может хочется чего-нибудь? - с заботой в голосе подошёл к ней эльф, гладя по руке. - Спасибо, Добби, но ничего не нужно, - Азалия посмотрела на маленькое существо. - Добби тоже переживает, глядя, как вы тоскуете по мастеру Тео. - Как ты думаешь, с ним всё будет в порядке, Добби? - Я не знаю, мисс. Слэйв передавал мне, что они собираются уехать в коттедж на берегу, в их загородную резиденцию. Он как раз собирает вещи. - Добби, а ты можешь узнать, где хотя бы примерно находится этот коттедж? - сердце Азалии быстро забилось. - Так Добби знае, мисс. Он был там. - А ты можешь сказать мне? Добби сжал ушки и нерешительно посмотрел на девушку. - Нам запрещено рассказывать, где находятся дома хозяев. - Но они тебе не хозяева, - напомнила Аза. - Да, но тогда получается, Добби предаст Слэйва. - Но ведь Слэйв сам хочет помочь хозяину! - Добби может только сказать вам примерное местонахождение. Потому что коттедж обнесён защитными заклинаниями, вы всё равно его не увидите. - Этого достаточно! Добби немного помялся, выкручивая пальчики. - Добби, я никому не расскажу, я обещаю! - с мольбой в голосе произнесла Азалия. - Но я умру, если не увижу его до сентября! Добби увидел, как по лицу девушки скатывается слеза, и всё-таки решился: - Дикое побережье в Корнуолле, между деревнями Боскасл и Тинтаджел. Добби кинулся прямо на низенький столик, но Азалия схватила его за пояс крошечных шортиков, и эльф пролетел головой всего в дюйме от столешницы. - Добби, прекрати! - строго сказала Азалия. - Я запрещаю тебе себя калечить! - Спасибо, мисс, - жалобно пропищал Добби. - Знаете, Добби лучше пойдёт... на кухне полно работы. Добби подтянул шортики и, немного шатаясь, отправился к дверям, но Азалия окликнула его. - Добс, эй, Добс! - Да, мисс Азалия, - широко улыбнулся эльф. - Пришлёшь мне сюда тарталеток, как в тот раз, а? Добби с силой закивал, тряся ушами, и вышел. Азалия погладила рукой подушку и легла на диван. Она с силой обняла её и закрыла глаза. Девушка не спала уже много ночей, принимая зелье бодрости. Потому что стоило ей закрыть глаза, как её уносило вихрем отрывочных воспоминаний. Она видела глаза родителей, слёзы на лице Сириуса. Чувствовала последний поцелуй Тео на губах. Но сейчас, когда она лежала в выручай-комнате, где всё было так же, как они тут оставили, не зная, что больше вместе сюда не вернутся... ей казалось, что сейчас откроется дверь и войдёт тот, к кому её так сильно тянуло. Это ощущение одновременно вселяло надежду и разрывало на части. Целуя мягкую ткань наволочки, Азалия уткнулась носом в подушку, и слёзы потоком хлынули из её глаз. Но когда сил плакать больше не осталось, Азалия провалилась в мутный, тяжёлый сон. Она смотрела на Гермиону, пока они сидели в тамбуре Хогвартс-экспресса, и Азалия курила уже вторую подряд сигарету. Гермиона, со значком старосты на груди нервно оглядывалась. - Дело не только в папе, Герми. Дело ещё и в том, что Тео теперь... Я даже не знаю, как это объяснить. Что он теперь не он. Азалия увидела по выражению лица подруги, что та ничего не поняла, и пустилась в долгое объяснение. Гермиона ошеломлённо смотрела на неё, когда Азалия закончила говорить. - Что же теперь делать? - спросила Гермиона. - Я не знаю. Сама ничего не понимаю. И не видя его, мне всё это кажется каким-то бредом. - Надо поискать хоть какую-то информацию. Я никогда о таком не слышала! - Пойти в библиотеку? - А ты что, не пойдёшь? - изумилась Гермиона. - Да я бы оттуда не вылезала, будь я на твоём месте. - Я не думаю, что в библиотеке есть книга, в которой будет ответ на этот вопрос. - А где же ещё? - спросила Гермиона. - Домовик сказал, что заклятие может снять либо тот, кто его создал, либо что-то, сильнее заклятия. - Какие-то чары невиданной мощности? Азалия улыбнулась: - Можно и так сказать. - И ты знаешь, что это? - Думаю, да. Дамблдор навёл меня на мысль. - Он подсказал тебе, что это за сила? - поразилась Гермиона. - Да. - И что же? Азалия посмотрела в карие глаза подруги и достала из кармана записку Тео. - Гермиона, это любовь!