Now Breathe In... (Сделай вдох...)

Криденс Свернувшись калачиком в объятьях Перси, положив голову ему на грудь, Криденс, сквозь дрему думает о том, как на удивление комфортно и безопасно он себя чувствует. Так волшебно и идеально, так совершенно правильно. Ему кажется, что он мог бы пролежать здесь всю оставшуюся жизнь, совершенно забыв о мире за приделами их объятий. Его первый раз был намного, намного лучше всего, что он мог себе представить – опыт, подобного которому он никогда не видел и о котором не читал. Это было на другом, каком-то нереальном уровне, почти переходя в другое измерение. Возможно, он был слишком романтично настроен, но для него - это было равносильно пробуждению. Тихий вздох удовлетворения вырывается из его груди, когда Перси нежно проводит пальцами по его волосам, спускаясь по шее, на спину: - Засыпаешь? – шепчет Перси, его вопрос гулом отдается в его груди, под ухом Криденса. - Ммм, - он прижимается еще ближе. – Мне так хорошо. - Я рад, - пальцы аккуратно распутывают его взлохмаченные волосы, убирая влажные пряди со лба, чтобы тут же отметить это место поцелуем. – Останешься на ночь? - С удовольствием, - отвечает Криденс, а потом, приподняв голову, заглядывает в лицо Перси. – Это был лучший день в моей жизни. Я очень не хочу, чтобы он кончался. С довольным урчанием Перси наклоняется, чтобы легко коснуться его губ и еще раз и еще. - Я тоже. Мы можем провести весь завтрашний день в постели, если хочешь. - Хочу, это прекрасный план на выходной, - бормочет Криденс, зарываясь лицом в редкую поросль волос на груди мужчины. Провести весь день в постели с Перси? Естественно - да! *** Воскресенье проходит в ленивом, неторопливом темпе – они действительно не вылезают из постели, перемежая сладкие ласковые поцелуи горячим, нежным сексом (небольшие набеги на кухню не в счет). Перси опять удается удивить Криденса – в один из моментов их возбуждающих ласк, он перекатывает Криденса так, чтобы самому оседлать его. Перемена ролей настолько необычна и волнительна, что у парня перехватывает дыхание. Он смотрит и не может оторвать взгляда от того, как Перси опускается на него, прямо и открыто смотря в глаза Криденса, как его губы раскрываются в экстазе, когда он полностью опускается на его ствол и это реально сводит с ума. Он смотрит на то, как мужчина, опершись рукой ему на грудь, для равновесия, начинает двигаться вверх, почти полностью снимаясь с его члена, и вниз, насаживаясь до самого основания, постанывая, запрокинув голову назад, открывая крепкую красивую шею. Это настолько интимно, крышесносно и горячо, что Криденса накрывает умопомрачительный оргазм, после которого его ноги некоторое время дрожат от сладкой слабости. Они часами изучают друг друга, исследуя тела, чувствительные точки и скрытые желания. Прикосновение тут, шепот там. К тому времени, когда они оказываются вечером в уютной ванне, оба утомлены, приятно измотаны и восхитительно сыты. Криденс лениво опирается спиной на грудь Перси и позволяет баловать себя. Мужчина ловкими, умелыми пальцами намыливает ему голову шампунем. Криденсу очень не хочется, чтобы этот день заканчивался, но понедельник уже не за горами, и он понимает, что скоро ему придется вернуться домой. - Я почти вижу, как крутятся колесики в твоей голове, - со смешком комментирует его задумчивость Перси, массируя сильными пальцами кожу головы. – О чем ты думаешь? - Я не хочу идти домой, - фыркает Криденс. - Ну, так и не ходи, - Перси зачерпывает в чашку воду, чтобы смыть пену с волос. – Утром, я отвезу тебя на работу. - Нет. Это не честно, по отношению к тебе. Я встаю гораздо раньше, чем ты, - Криденс наклоняет голову, подставляясь под теплые струи. - И что? Я не умру, если встану на пару часов раньше. Кроме того, я ведь сам предложил, - Перси тщательно промывает волосы Криденса, повторяя процесс до тех пор, пока шампунь полностью не смоется. - Спасибо, честно, но я не хочу, чтобы ты прерывал свой сон, - Криденс проводит рукой по волосам, отжимая с них лишнюю воду, а потом поворачивается так, чтобы посмотреть в лицо Перси. – Можно, я останусь и на следующие выходные с тобой? – застенчиво спрашивает он. Перси расплывается в широкой, красивой улыбке: - Конечно. Ты можешь оставаться со мной столько, сколько захочешь и когда захочешь, - он любяще смотрит на Криденса и наклонившись целует его в щеку. – Я серьезно. В любое время, когда у тебя появится желание. - Спасибо, Перси, - он сам перехватывает губы мужчины и нежно целует его, постепенно превращая легкий благодарный поцелуй в нечто более чувственное. - Не за что, мой милый, - задыхаясь выдыхает Перси, когда они отстраняются, чтобы сделать вдох. *** На часах было уже далеко за девять вечера, когда Перси подвез Криденса к дому. Они проводят еще пятнадцать минут, сидя в машине и медленно, влажно целуясь, не в силах, наконец, расстаться. В этот момент им действительно было все равно – увидит их кто, или нет, и эта мысль, странным образом, показалась Криденсу возбуждающей. Однако, когда рядом с ними останавливается машина, он целует мужчину в последний раз и неохотно выходит наружу, при этом, даже не сильно волнуясь о том, как на него, из остановившейся машины, смотрит его сосед (довольно таки жуткий тип). Перси высовывает голову из окна Мазды, чтобы сказать, что обязательно напишет, как только вернется домой, чтобы Криденс не волновался о нем. Криденс машет на прощанье рукой и уходит в сторону подъезда, замечая, что красная машина не уехала со стоянки, пока он не скрылся за закрытой дверью. С тоскливым вздохом Криденс запирает дверь квартиры, вешает ключ на крючок и шлепает босыми ногами к кровати. Часть его очень хотела бы принять предложение Перси и остаться с ним еще и на эту ночь, потому что лежать в этой кровати будет очень грустно и одиноко, но делать нечего и он, раздевшись, заползает под одеяло. Примерно через десять минут на его телефон приходит сообщение от Перси, в котором он пишет, что только что вернулся домой, и что уже неимоверно скучает по нему. Улыбаясь Криденс уютней устраивается на одеяле и отвечает на сообщение. Они неторопливо переписываются еще около часа, пока Криденс неохотно, во второй раз, желает ему спокойной ночи, включает будильник на телефоне. Он не очень устал, но, к сожалению, пять утра наступит очень быстро, а ему нужны все его силы, чтобы хорошо выполнять свою работу. Остается надеется, что будущая неделя пройдет быстро и без проблем, и следующие выходные наступят поскорее и тогда, он снова будет с Перси. Скатившись с кровати, Криденс переодевается, проверяет замки на двери и выключив свет заползает под одеяло. Дотянувшись до телефона от открывает сайт «Медитации при свете звезд» и выбирает одну из аудиозаписей для сна. Вернув телефон на тумбочку, он расслабленно вздыхает – Перси говорит с ним, расслабляя его мышцы, отключая разум и все это под тихую колыбельную, звучащую на заднем плане. «… Сделай вдох…» «… и выдох… очень хорошо…» «… Погружаешься все глубже…» «… Чувствуешь себя спокойным и расслабленным…» «… Ты плывешь в сонной неге…» «… Спокойно ночи…» *** Утро, на работе, началось с рассказа Нагини о своем свидании в слепую, которое прошло просто… отвратительно. Парень, с которым она встретилась в кафе, все время на нее пялился и делал пошлые комментарии. И, когда этот тип, попросил ее о новой встрече, она с удовольствием отказала ему. После такого, Криденс, долго не решался рассказать ей о своих выходных, слишком они были… счастливыми. Но девушка настояла, убедив его в том, что ей очень нравится слушать про то, что хоть в его жизни есть любовь. Криденс, к большому разочарованию Нагини, опускает большую часть подробностей субботнего вечера и воскресенья, сосредотачиваясь на том, как Перси водил его на каток, и на описании дома Тины и Куини. Особое внимание он уделяет еде, которую расхваливает во всех красках, от чего Джейкоб довольно надувается и предлагает Нагини, присоединиться к ним в эти выходные, когда они будут готовить говядину по-Велингтонски. Они разговаривают, снаряжая свои тележки принадлежностями для уборки. Тина рассказывает им больше про Ньюта и о том, что он работает с животными («Вы когда-нибудь слышали о попугае эмоциональной поддержке, потому что я вчера такого встретила»). О том, что он приглашает ее поехать с ним на следующий семинар, через шесть месяцев в Нэшвилл, штат Теннесси. Это так мило, думает он, эти двое отлично подходят друг другу. Ник все утро сидит молча и открывает рот только на летучке, напоминая им, что в конце месяца пройдет аттестация их рабочих территорий, и что они должны делать свою работу намного лучше, но ни ворчание Ника, ни его злобные взгляды, не могут испортить хорошее настроение Криденса. Ему просто-напросто нужно хорошо делать свою работу (то есть делать то, что он делает всегда) и все будет хорошо. *** В течении всего дня Криденс и Перси переписываются друг с другом, и это обеспечивает ему позитивную поддержку на протяжении всего дня, каждое сообщение он ждет с нетерпением. Он заканчивает первую пару зданий, задерживаясь в женских туалетах достаточно долго, чтобы написать пару сообщений. Некоторые сотрудники дружелюбно интересуются как прошли его выходные, и это тоже поднимает его настроение, но лучшей новостью стало отсутствие Абернети, когда он убирает Ангар №4, предположительно, он заболел, так что на одну головную боль у него меньше. Вовремя обеда Криденс выходит на улицу, чтобы позвонить Перси пока будет есть («Ребята, вы точно не в обиде?» - «Нет, все в порядке. Иди и поговори со своим парнем!») Криденс жует бутерброд и слушает, как мужчина рассказывает о том, что Куини принесла ему пирожки, которые в воскресенье испек Джейкоб. - Я определенно попрошу испечь их на десерт в эти выходные, - пробубнил Перси с набитым ртом, заставив Криденса рассмеяться. - Они на столько хороши? Перси тихо согласно мычит в трубку: - Куини определенно была права насчет апельсиновой цедры… просто… мммммм! - Думаю, я уговорю Джекоба дать мне рецепт. Похоже, эти пирожки действуют на тебя, как кошачья мята на кота. Я хочу иметь это оружие в своем арсенале, - усмехается Криденс делая глоток содовой - Дорогой, ты уже обвил меня вокруг своего мизинца… если ты научишься их делать, боюсь, я вообще не отпущу тебя никуда из дома, - глубокий, бархатистый смех Перси, горячей волной проходится по позвоночнику Криденса. - Запомни свое обещание потому, что я этого и добиваюсь, - лукаво улыбается парень. - О, Криденс, - на другом конце раздается нежный вздох, - я так сильно тебя люблю. - Я тоже люблю тебя, Перси. - Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ПЕРСИ!!! – внезапно кричит Джейкоб прямо над его ухом, от чего Криденс чуть не роняет телефон. - О, Боже, они признаются друг другу в своей вечной любви? – Тина скорчила смешную рожицу полную отвращения, но тут же расплылась в радостной улыбке. - Оу? – Нагини подошедшая последней с любопытством навострила ушки. – Я пропустила самое интересное? - Это был Джейкоб? – хихикает Перси в трубке. – Привет, Джейкоб! - Извини, я не хотел тебя сильно пугать, - Джейкоб извиняющейся улыбается Криденсу. – Перси, тебе понравились пирожки? - Они, божественны! – восторженный отзыв Перси, смутно доносится до них из трубки. Тина смеясь хлопает Криденса по плечу: - Все, ребята. Я думаю, что мы достаточно смутили Кри, для одного дня. Когда они, наконец, остаются одни, Криденс, с неловким смешком снова прикладывает телефон к уху: - Извини за это, - говорит он, поднимаясь чтобы отнести пустой поднос к ближайшей мусорной корзине. - Не беспокойся, - хмыкает Перси. – Просто, будь вежлив с Джейкобом, ведь теперь его благосклонность тебе очень нужна. - О, я буду с ним очень милым. - Нет - милым ты будешь со мной, а с ним - только вежливым, - усмехается Перси. – Похоже, мне пора возвращаться в Центр, скоро должен начаться очередной сеанс. Не надрывайся там, слышишь? - Не буду, Перси. Люблю тебя. - Я тоже тебя люблю. Закончив звонок Криденс, вздыхает. Следующие здание вызывает у него лишь отрицательные чувства. *** Войдя в Ангар №1 он с удивлением видит, что большинство сотрудников собрались в большом конференции зале, видимо, у них какое-то общее собрание. Ему, конечно, потом, придется хорошо потрудится, убирая этот зал, но только, если собрание не продлиться слишком долго, иначе, ему придется заняться им завтра. Пользуясь тем, что в здании почти никого нет, он вихрем проносится по туалетам, радуясь тому, что в поле зрения не попадается ни одной живой души. Работать в пустом здании оказывается просто великолепно, хорошо и спокойно, он протирает столы, полирует микроволновку, подметает и моет полы. Он бы хотел так работать каждый день. Он заканчивает с общими помещениями и переходит к отдельным кабинетам опорожняет мусорные корзины, пылесосит полы. Он не знает почему оставляет кабинет Гриндевальда напоследок. Возможно потому, что даже мысли о том, что этот человек сидит за этим столом весь день, дышит этим воздухом, уже выворачивает его наизнанку от отвращения, но, к сожалению, он не может пропустить его, как бы сильно ему этого не хотелось. Как и во всех других кабинетах, он выкидывает мусор, вытирает пыль, после чего останется лишь пропылесосить. Он, как раз, тянется, чтобы вытереть пыль с верхней полки шкафа, когда слышит, как закрывается дверь. Звук пугает его. Мягкий щелчок замка отдается в его мозгу сигналом тревоги, и он быстро оборачивается – Гриндевальд стоит, опершись спиной о входную дверь, с кривой улыбкой на губах. - Добрый день, Криденс. Я очень скучал по тебе последние несколько дней, - тихо произносит мужчина, медленно отходя от дверей. Криденс, на мгновение отводит от него взгляд за тем, чтобы убедиться – ручка замка двери действительно стоит в положении «закрыто». - Мистер Гриндевальд, - выдыхает он, пытаясь сохранить спокойствие, так как паника начинает затапливать его с головой. – Что… Что вы делаете? Блондин неторопливо сокращает расстояние между ними. - Я подумал, - говорит он, поправляя табличку со своим именем на столе, - что мы могли бы поболтать немного, ты и я. Криденс так сильно вжался в книжный шкаф за своей спиной, что одна из полок больно впивается ему в поясницу. Он чувствует себя загнанным в угол животным – как олень, который парализован страхом, чтобы двигаться, когда волк смотрит на него, выжидая момента, чтобы нанести удар. - Поболтать, о чем? – он изо всех сил старается, чтобы его голос звучал ровно. Блондин пристально наблюдает за ним, неторопливо обходя стол, и потихоньку приближаясь к нему: - Например о том, как ты пытался избегать меня. Почему, Криденс? Криденс так сильно прикусывает внутреннюю часть щеки, что чувствует медный привкус крови: - Я не… Мгновение и Гриндевальд уже стоит перед ним. - О, перестань! Не стоит разыгрывать скромника передо мной, - мурлычет он, наклоняясь так близко, что Криденс чувствует запах мяты в его дыхании – тошнота подкатывает к его горлу. – Ты так долго танцевал вокруг меня, - мужчина поднимает руку, чтобы провести пальцем по воротнику комбинезона Криденса, а потом вдруг внезапно крепко сжимает ткань в кулаке. – Так вот, я закончил танцевать, - тихо шипит он, его холеное лицо вдруг искажается, превращаясь во что-то мерзкое и хищное, когда он отрывает Криденса от шкафа и поворачивается так, чтобы прижать его к столу. Криденс потрясенно вскрикивает, когда Гриндевальд толкает его спиной вперед, заваливая на поверхность стола, впиваясь губами ему в рот и одновременно протискиваясь бедрами между ног молодого человека. Руки мужчины скользят по телу Криденса, ощупывая его грудь, пока не натыкаются на застежки комбинезона, и он начинает их дергать, пытаясь проникнуть внутрь. В первую пару секунд, Криденс беспомощно скреб руками по полированной поверхности стола, пока его мозг не перезагрузился и не перешел в режим «сражайся или беги». Он упирается руками в плечи мужчины, пытаясь оттолкнуть его в сторону от себя, с громким протестующим криком: - Нет!!! Пожалуйста, остановитесь! Слезы текут из его плотно зажмуренных глаз, когда теплый рот Гриндевальда касается его шеи, влажное прикосновение языка к своему горлу, вызывает у парня дрожь отвращения. - Ш-ш-ш-ш, просто расслабься. Вот увидишь – тебе понравится! – шепчет блондин ему на ухо, прикусывая мочку и протягивает руку, чтобы сжать пах Криденса через штаны. Гриндевальд закрывает ладонью ему рот, заглушая мольбы и рыдания, вырывающиеся из него, а сам продолжает грубо и настойчиво мять его пах через джинсы. Криденс отбивается изо всех сил, дрыгая ногами и дергаясь из стороны в сторону, чтобы попытаться сбросить с себя более крупного мужчину, но безрезультатно – тот слишком силен и тяжел по сравнению с ним. Нет!!!!! Он должен его остановить!!!!!! Когда блондин еще плотнее наваливается на Криденса, тот чувствует твердое давление эрекции на свое бедро и это вызывает в нем полномасштабную панику. Дрожащими руками он в ужасе шарит по столу в поисках чего-нибудь – чего угодно, что бы он смог использовать. И, как только, его пальцы натыкаются на гладкий тяжелый предмет, он хватает его, и без раздумий, с силой, бьет Гриндевальда по голове. С глухим звуком предмет соприкасается с головой блондина. Со стоном мужчина скатывается с него и падает на пол. Не гладя на лежащего, Криденс, роняет на пол пресс-папье испачканное кровью, и бросается к дверям, из-за стресса он не может сразу справится с замком, и это лишь подстегивает его панику. Наконец, замок щелкает и он, распахнув дверь, вылетает в коридор, сердце колотится как сумасшедшее, накачивая в кровь новые порции адреналина. Через одну из боковых дверей он выскакивает на взлетно-посадочную полосу. Он бежал всю дорогу до офиса компании по уборке, слезы не переставая текут из его глаз, а из груди вырываются судорожные всхлипы. Он оставил свою тележку в здании, и ему насрать на это. Он ни за что не вернется за ней. Встреченные им по дороге люди с тревогой и недоумением провожали его взглядами, но Криденс не обращал на них внимание – он должен обо все рассказать своему боссу. После того, что сейчас произошло, он больше молчать не будет. С эти нужно что-то делать. Ник вздрагивает и роняет на стол свой телефон, когда он врывается в дверь офиса: - Бербоун? Что, черт возьми, с тобой случилось? – в его голосе нет и капли сочувствия. – Ты дерьмово выглядишь! Криденсу приходится несколько раз вдохнуть-выдохнуть прежде, чем он может выдавить из себя членораздельные звуки: - На меня, только что напал Геллерт Гриндевальд! Ты должен с этим что-то сделать! - Что?!! Что значит напал?! С рычанием Криденс хлопает руками по столу Ника: - Ты что оглох? Я же сказал тебе, что он на меня… Дверь, за спиной Криденса, внезапно открывается и он резко оборачивается к ней. Бледность разливается по его лицу, когда он видит, как в дверь входит Гриндевальд. Мужчина вспотел и тяжело дышит, по правой стороне его лица струится кровь из небольшой ранки на виске. Выглядит он до крайности взбешённым. - Бербоун? Какого хрена?!! – Ник вскакивает со стула и быстро обходит стол, чтобы встать перед Гриндевальдом, чей разъярённый взгляд разноцветных глаза ни разу, с момента прихода, не оторвались от Криденса. - Мне действительно неприятно беспокоить вас, мистер Бледсо, но у меня серьезная проблема – видите ли, ваш сотрудник - блондин обвиняющее указывает пальцем на Криденса, - только что напал на меня в моем офисе, когда я отказался ответить положительно на его сексуальные домогательства. Я хочу знать, что вы намерены предпринять в связи с этим? Услышав это Криденс просто взорвался. - ТЫ, БЛЯДЬ, ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДОМНОЙ???!!! – его крик смешивается с истерическим смехом, а широко распахнутые глаза мечутся между двумя мужчинами, когда мириады противоречивых чувств и эмоций галопом скачут в его разуме. Он не может поверить в то, что только что слышал. Это действительно происходит?! - Он гребаный лжец, Ник! – злобно выплевывает Криденс, глядя на Гриндевальда сверху-вниз. – Я убирал его кабинет, когда он вошел и начал приставать ко мне. Не пытайся выкрутится, БОЛЬНОЙ УБЛЮДОК! Гриндевальд невозмутимо скрещивает руки на груди, глаза сканируют лицо Криденса прежде, чем повернуться и посмотреть на Ника: - Он месяцами преследовал меня в туалетной комнате, - холодно заявляет он. – Я ничего не говорил раньше, потому что не думал, что он решится зайти так далеко. - Ты должно быть шутишь!? – Криденс качает головой, прежде чем опустить ее. Он не знает смеяться ему или плакать, или снова ударить Гриндевальда по голове. Ник пребывает в полном шоке, его рот открывается и закрывается, когда он переводит ошеломленный взгляд с одного мужчины на другого. Очевидно, что он потрясен так же сильно событиями этого дня, как и сам Криденс. - Ну? – рявкает Гриндевальд обращаясь к Нику. – Что ты предпримешь дальше? Ник растерянно потирает лоб: - Я… мне придется подать заявление в наш отдел кадров, о проведении расследования касаемо поведения Бербоуна. А пока, он будет отправлен в административный отпуск в ожидании его результатов. Так же, нам надо будет получить полицейский отчет и провести опрос… - Нет нужды привлекать полицию, - перебивает его Гриндевальд. – Просто увольте его. Немедленно! Криденс слушает этих двоих и просто не может поверить во все происходящее – эти двое разговаривают так, будто его даже нет в комнате. Будто жертва здесь – Гриндевальд! Ярость, боль и годы повторяющихся оскорблений кипят в нем, помогая ему сделать следующий шаг. Ник начинает что-то бормотать в ответ, когда Криденс срывает с себя комбинезон и швыряет его в лицо своему боссу: - Я облегчу тебе решение – я ухожу! Не ожидая ответа, он стремительно подскакивает к двери: - На хуй «Pike & Sons», на хуй «MAC-USA» и на хуй ТЕБЯ, - Криденс тычет оттопыренным средним пальцем в лицо Гриндевальду, когда проходит мимо, - и уж точно - на хуй тебя НИК! С меня хватит! Найдите кого-нибудь другого, кто будет чистить эту богом забытую дыру! Захлопнув за собой дверь Криденс решительно двинулся через взлетно-посадочные полосы к выходу с территории, чувствуя себя обиженным и грязным. Он отдал этому месту шесть лет своей жизни. Для чего? Для босса, который ненавидит его до глубины души и пытается превратить его жизнь в ад? Для того чтобы гробить свое здоровье? Чтобы сотрудники преследовали и оскорбляли его? Чтобы он подвергался сексуальным домогательствам? Нет! С этим покончено! Никогда он больше он не перейдет взлетно-посадочную полосу. Никогда больше на него не будут кричать и помыкать им. Никогда он больше не позволит этому блондинистому извращенцу прикоснуться к нему!!! Точка! Больше этого не будет! Когда он проходит через турникет поста охраны, то снимает с шеи шнурок с бейджиком и пропуском и отдает его охраннику стоящему на посту, с просьбой передать ее Нику Бледсо в «Pike & Sons». Пока он ждет на остановке свой автобус, адреналин начинает выходить из его системы, по телу пробегает дрожь, а разум заволакивает туманной дымкой прострации. Это действительно произошло. На него напали, а его босс встал на сторону этой отвратительной свиньи. Он ПОВЕРИЛ ЕМУ БЕЗОГОВОРОЧНО! Он никогда в жизни не чувствовал себя таким преданным, а после жизни с Мэри Лу это о чем-то да говорило. Ник, мог хотя бы выслушать его. Хоть бы один раз. В этот раз. *** Когда Криденс возвращается домой, его все еще трясет, а живот скручивает судорогой. Он запирает дверь и идет прямиком в ванную. Его долго и мучительно рвет над унитазом, и он так крепко сжимает пальцами фарфор, что костяшки бледнеют. После долго сидит на полу, бездумно глядя, как блики света играют на кафельной плитке. Очнувшись, спустя некоторое время, Криденс, спускает воду в унитазе и встает, вытащив телефон, кладет его на край раковины, и начинает раздеваться. Струи горячей воды обжигают кожу, но он предпочел бы чувствовать боль, чем призрачные прикосновения пальцев Гриндевальда, его рот на своей шее, его руку на своей промежности… Он слышит звонок своего телефона, но не делает даже попытки выйти из душа. Он яростно трет свое тело мочалкой вылив на нее, предварительно, наверное, пол флакона геля для душа. Именно тогда его опять начинают душить рыдания. Зажмурив глаза, он с силой промывает каждое место, к которому прикасался блондин и так, до тех пор, пока его кожа не становится ярко-красной и местами почти ободранной. Пора выходить из душа, к тому же, вода стала совсем ледяной, а сам он с трудом стоит на одеревеневших ногах. Когда его тело начинает дрожать не только от нервного напряжения, но и от перепада температур, он, наконец, выключает воду и вылезает из душа, заворачиваясь в большое пушистое полотенце. На глаза попадается телефон, а там пришедшее тридцать минут назад сообщение от Перси, спрашивающего, как прошел его день. Криденс чувствует, как его глаза снова наполняются слезами, он сползает по стенке на кафельный пол с телефоном в руках. Его мозг слишком перегружен эмоциями и шоком – он не знает, что ему ответить. Столько событий произошло за столь короткое время, он в полной прострации. Примерно через десять минут его рыдания переходят в всхлипы, и он находит в себе силы подняться с пола. Криденс кладет телефон на край раковины и вытирается, а потом уходит в комнату, чтобы одеться. Одетый в простые спортивные штаны и широкую футболку он устраивается на диване и опять берет в руки телефон. Со вздохом, он проводит пальцем по экрану, снимая блокировку, и нажимает на контакт с именем Перси. Проходит всего два гудка прежде, чем веселый голос Перси отвечает ему: - Привет, мой дорогой! Криденс тихо сидит, стараясь выровнять дыхание. - Криденс? Ты здесь? - Я… я здесь, - шепчет он, его нос заложен, а голос хриплый от слез. - О, любовь моя… что случилось? - теперь голос Перси полон беспокойства. - Я уволился, - с трудом сглотнув говорит Криденс. - Что случилось? - Этот… этот парень. Он… - Криденс? Он что-то сделал? Ты можешь рассказать мне, милый. - Он… я убирался в его кабинете, а он вошел, и он… Почему вдруг стало так сложно говорить? Он же смог ворваться в офис Ника и наорать на него. - Дыши, детка… Тебе нужно притормозить, хорошо? – тихо увешивает его Перси. – Он прикасался к тебе? - Да. Он… Если бы я не отбился от него, я думаю, он бы… Он слышит, как Перси ругается на другом конце, гнев просачивается сквозь него, когда он говорит: - Ты ходил к своему боссу? - Он встал на его сторону. Г-гриндевальд сказал ему, что это я домогался его и потребовал, чтобы Ник уволил меня. Вот почему я ушел. Он не собирался ничего делать, кроме как отправить меня в отпуск. Я бы в любом случае потерял работу, - шмыгает он носом, вытирая его тыльной стороной ладони. - Он действительно так сказал? – Перси шипит в телефон рассерженной кошкой и Криденс слышит, как он ругается. – Не волнуйся любимый, мы найдём тебе новую работу. Намного лучше этой, - он на мгновение замолкает. – Могу я прийти к тебе после работы? Я закончу примерно через час. - Пожалуйста, - мягко говорит Криденс. Он встает и идет к холодильнику, чтобы налить себе немного чая со льдом, когда раздается звонок в дверь. В замешательстве парень выглядывает из-за угла. - Э-э… Перси, подожди минутку – кто-то звонит в дверь. - Конечно, любимый, я буду здесь. Криденс положил телефон на кухонный стол и подошёл к двери, отодвинув занавеску - выглянул наружу, но никого не увидел. Возможно звонящий стоял с другой стороны двери, прислонившись к стене здания – за дверью было слышно, как скрепят доски пола, когда посетитель перемещал свой вес с ноги на ногу. Жаль, что с той стороны не было окошка. Новый, раздавшийся звонок в дверь заставил его вздрогнуть. С тихим вздохом Криденс подошел к двери и слегка приоткрыл ее, чтобы выглянуть наружу. В тот же миг в дверь, с другой стороны, с силой ударили, и она больно врезалась ему в лицо. Сила удара была настолько велика, что Криденса отбросило на стоящий сзади шкафа, по которому он сполз на линолеум пола. Затуманенное зрение плыло, а из носа, по лицу, сочилась горячая влага. Сквозь туман боли и слез он видит расплывчатое светлое пятно, на фоне зеленой входной двери. Щелчок закрывающегося замка прозвучал просто оглушающе в наступившей тишине. Быстро моргая, в попытке прояснить зрение, Криденс в панике попытался отползти в комнату. Смешок раздавшийся от входной двери, заставляет его вздрогнуть – мурашки ужаса пробегают по его спине, а потом он слышит звук медленно приближающихся шагов. Через мгновение, зрение, наконец, проясняется и он снова может видеть – лучше бы этого не видеть никогда. Перед ним стоит Гриндевальд и выглядит пугающе спокойным. На его лицее больше нет крови - на виске маленький квадратик марлевого лейкопластыря. Он смотрит на Криденса с жестким выражением на лице, жадно разглядывая парня, лежащего у его ног. - Думал, что сможешь так легко ускользнуть, майн либе? Криденс делает глубокий вдох, чтобы закричать, когда мужчина стремительно наклоняется – железные пальцы стискивают его горло эффективно перекрывая любой звук, а вместе с ним и поток воздуха. - А-а-а, - упрекает он, наклоняясь еще ближе. – Тебе лучше быть послушным мальчиком, если ты не хочешь, чтобы тебе было больно и неприятно. Судорожно цепляясь за стискивающую горло руку, не дающую ему дышать, Криденс инстинктивно пинает напавшего ногой в живот. Гриндевальда отбрасывает назад, на телевизор, который с громким треском падает на пол, разлетаясь брызгами стекла. Блондин, рыча, вскакивает на ноги и снова бросается на молодого человека, хватая его за горло теперь обоими руками. - Хватит! – рявкает он, с силой стискивая пальцы на горле, а потом убирает одну руку и заводит себе за спину. - Я надеялся, что ты будешь умнее, но похоже - ошибся, - жесткая улыбка пересекает его губы, когда Криденс в страхе замирает, уловив блеск металла. – Теперь ты будешь вести себя тихо и делать то, что я тебе говорю, - шепчет Гриндевальд, помахивая большим охотничьим ножом перед глазами Криденса, - или я перережу тебе горло и буду трахать, пока ты истекаешь кровью. Понял? Криденс слабо мычит, одна рука мучителя все еще сжимает его горло, по телу разливается парализующий холод, а разум гудит от ужаса серьезности ситуации. Он начинает дрожать, тихо всхлипывая – слезы текут по его щекам от ледяного, тяжелого осознания того, что он, вероятно, не выберется из этого дерьма живым. Гриндевальд встает, и тащит за собой Криденса, все еще сжимая его горло одной рукой. Они оказываются у кровати, и блондин толкает парня, сквозь прозрачные занавески, на матрас. Он взгромождается сверху, опёршись коленом в грудь молодого человека: - Если бы ты просто сделал так, как я просил тебя в «MAC-USA», ничего из этого бы не произошло, - нравоучительно, как маленького ребенка, ругает он Криденса и протягивает руку, чтобы убрать с липкого от пота лба парня мокрую прядь. Молодой человек, на мгновение, бросает взгляд на телефон – мелькает мысль громко крикнуть, вдруг Перси услышит и вызовет помощь, но тут же пропадает – его пугают последствия. Не желая привлекать внимание к идущей трансляции, он опять поворачивается к блондину и с отвращением замечает нежное выражение на его лице. - Ты мне действительно очень нравишься, - мурлычет Гриндевальд, проводя пальцами по быстро формирующемуся синяку на шее Криденса. – Вот почему мне не очень хочется, делать все таким образом. Криденс взвизгивает, когда мужчина сильнее надавливает коленом ему на грудь, за что, тут же получает сильный удар по лицу, как раз туда, где у него больной зуб. Крик агонии он не смог бы сдержать даже если бы захотел – боль была настолько сильной и острой, что на несколько секунд он потерял сознание. Когда очнулся, то первое, что почувствовал - это привкус меди во рту, а на губах что-то тугое и липкое. Медленно моргая, ошеломленный и сбитый с толку, он пытается прийти в себя, когда мягкий, рвущийся звук бьет по ушам, прорываясь сквозь шум в голове. И только почувствовав прохладное прикосновение металла под поясом своих спортивных штанов, и грубый рывок, когда руки разорвали ткань на части – он наконец складывает этот пазл воедино. Его желудок сжимается с такой скоростью, что он чувствует подкатившую к горлу желчь. В ужасе, Криденс поднимает пульсирующую болью голову, и видит, как Гриндевальд разрезает резинку его штанов - как масло , а потом разрывает остатки. Блондин поднимает глаза и ловит его взгляд, мерзко ухмыляясь: - Прошу прощение за грубое обращение, но ты потерял привилегию на вежливость в тот момент, когда ударил меня пресс-папье. Тихий всхлип вырывается из его измученного горла, Криденс поворачивает голову и смотрит на мобильный телефон на кухонном столе, ему необходимо отвлечься на что-то еще, кроме того ужаса, который с ним сейчас происходит. - Ш-ш-ш-ш, - успокаивающе, видимо, по его мнению, Гриндевальд проводит большим пальцем по коже парня, стирая слезы. – Если будешь хорошо себя вести, я возьму тебя не на сухую, - шепчет он, прежде, чем поцеловать его в лоб. – Постарайся расслабиться, глядишь, тебе даже понравится. Блондин наклоняется, чтобы поцеловать шею Криденса, облизать каждый отпечаток своего пальца, сформированный в виде синяка на его шее. - Мммм, ты такой сладкий на вкус, мой милый мальчик, - хвалит он, и рукой касается соска, заставляя молодого человека непроизвольно дернуться от отвращения. Гриндевальд же, воспринимает эту реакцию, за положительный отклик на свою ласку. - Боже, боже. Ты еще и такой отзывчивый. Нам будет очень весело. Некоторое время он лапает Криденса, целуя и облизывая, и все это под непристойные комментарии о том, как он не может дождаться того момента, когда, наконец, трахнет его. Как он хотел его на протяжении многих лет и как хорошо он будет себя чувствовать, загнав свой член внутрь его задницы по самые яйца. Что он будет трахать его снова и снова, пока молодой человек не взмолиться о том, чтобы ему позволили кончить, и, может быть, он даже разрешит ему это сделать. Гриндевальд поднял нож, подцепив пальцем резинку трусов Криденса, когда взрывной удар вышиб входную дверь. Рука Гриндевальда дрогнула и длинный кровавый разрез располосовал живот парня. Блондин тем временем начал разворачиваться, как раз для того, чтобы нарваться на резкий, правый хук в челюсть, от Перси. Сила удара была столь сильная, что Гриндевальда смело с Криденса на матрас. - ОТВАЛИ, НА ХУЙ, ОТ НЕГО !!!! – рычит Перси, хватая блондина за отвороты пальто и швыряя на пол. Ирландец мгновенно оказывается рядом - следующим ударом, в лицо, опрокидывая попытавшегося подняться Гриндевальда на спину. Оседлав его талию, Перси начинает избивать беспомощно лежащего под ним мужчину. Громкие шлепки кожи о кожу перемежаются шквалом проклятий на английском и гэльском языке. - Ты больной сукин сын! Отвратительный ублюдок! Так вот что тебе нужно, чтобы кончить?! Ты не достоин дышать одним кислородом с ним! Я должен сломать твою гребаную шею! Криденс скатился с кровати на пол, и со стоном сорвал с губ клейкую ленту. На фоне оглушающих ударов на заднем плане, он со страхом ощупал свой живот, и чуть не заплакал от облегчения – там всего лишь неприятный порез, который, возможно, потребует нескольких швов, он, если честно, думал, что все намного хуже. Преодолевая головокружение, он оглядывается - находит глазами Перси и видит кровавое месиво под ним – Гриндевальд уже даже не дергается – везде кровь. Везде. - Перси, - хрипит Криденс, его горло горит, но он с отчаянной решительностью подполз к нему. Мужчина все еще наносит удар за ударом, избивая, уже совершенно неузнаваемого Гриндевальда, до полусмерти. И для того, чтобы вывести его из транса, вызванного яростью, потребовалось, чтобы Криденс положил ему руку на плечо и потряс. - Перси… Перси с него хватит… Иди ко мне, - хрипло уговаривает его Криденс, протягивая трясущиеся руки. Мужчина медленно поворачивается, чтобы посмотреть на него – его зрачки расширены, кожа бледна, а все лицо запятнано брызгами крови. Перси несколько секунд часто моргает, а потом, в нем словно что-то надламывается, он сдавлено хрипит: - Криденс… Перси, спотыкаясь, сползает с бессознательного тела, и тут же падает рядом с Криденсом, его плечи нервно трясутся, когда он дрожащими руками обхватывает лицо парня: - Криденс… Я думал… Я слышал – он… Мне так жаль! – лихорадочно шепчет Перси, из его глаз струятся слезы, а голос срывается от отчаянья, звуча совершенно опустошённо. Криденс сочувственно всхлипывает и прижимает Перси к себе. Звук приближающихся полицейских сирен – последняя капля которая «ломает спину верблюда». Он полностью разваливается в крепких руках Перси. *** Перси Перси сидел в своем кабинете, разговаривал с Криденсом и кипел от злости. Этот сукин сын Гриндевальд пытался напасть на его парня, а ПОТОМ еще и попытался обвинить его в этом! Что за больной на целую голову ублюдок?! У него даже мелькает мысль, прямо сейчас поехать в «MAC-USA» и набить морду этой твари. Такое дерьмо спускать с рук было нельзя, и Перси собирался серьезно поговорить с Криденсом по этому поводу попозже. Когда он ожидает пока Криденс сходит и узнает, кто к нему пришел, он слышит мягкий стук в трубке, а сразу за этим странные звуки, от которых его интуиция начинает пульсировать красными сигналами тревоги. - Криденс? – позвал Перси в трубку, беспокойство сжало его сердце. – Криденс, детка, ты в порядке? На некоторое время, на том конце воцаряется тишина – Перси чувствует, как кровь отливает от его лица. Что если с Криденсом что-то произошло, и он не может ответить? Внезапный громкий треск заставляет его вскочить на ноги так быстро, что он опрокидывает компьютерное кресло. Перси выбегает из своего кабинета и бежит по коридору, стукнув в дверь Альбуса, врывается внутрь, не дожидаясь ответа. Альбус вздрагивает, с удивлением глядя на него: - Перси? Что случилось? - Это Криденс. Я думаю, с ним что-то случилось, - выпаливает Перси, паника начинает скручивать его живот. – Альбус, мне… мне нужно… - Иди, - торопливо говорит Дамблдор, настойчиво махая рукой, - иди посмотри, все ли с ним в порядке. Перси с благодарностью выдыхает и поворачивается, чтобы уже уйти, когда новая мысль приходит к нему в голову: - Альбус. Вы можете вызвать полицию? Я хочу оставаться на связи с Криденсом на тот случай, если он все-таки вернется к телефону… - Да, конечно… какой у него адрес? – Альбус берет в руку карандаш и выжидающе смотрит на него. - 491 Кодак Драйв, - быстро выпаливает Перси. - Иди, Перси. Они там обязательно будут, - решительно кивает Альбус набирая номер на телефоне. Перси успевает добежать до Мазды и вытащить ключи из кармана, когда слышит в трубке незнакомый голос, который выкрикивает: «Хватит!». По его спине пробегает холодок, и он от неожиданности даже роняет ключи. Это должно быть Гриндевальд – мысль мелькает озарением. Видимо он последовал за Криденсом к нему домой. Перси двигается на пределе возможной для него скорости – подхватывает ключи и отперев машину, садится за руль и заводит двигатель. Он выезжает со стоянки с такой скоростью, что едва не задевает грузовик. Все, о чем он способен думать – это о том, что он увидит, когда доберется до квартиры Криденса. Давно похороненная боль от потери отца и матери, ярко вспыхивает в его сознании, и ему приходится приложить немалое усилие, чтобы подавить рыдание. Он понимает, что не сможет справится с этим снова. Он не сможет пережить потерю Криденса. Не так. Значит он должен успеть, иначе… Еще одна порция адреналина выплескивается в его кровь, когда он слышит, как, сначала - Криденс взвизгивает от боли, а потом, вообще раздается леденящий кровь крик. Ему приходится убрать телефон от уха. Он прикусывает до крови губу, костяшки пальцев, тисками сжимающие аппарат, белеют. Крик неприкрытого гнева вырывается из его горла, и он колотит в бессильной ярости кулаком по рулю, а слезы текут по его лицу. Он продолжает мучить себя, слушая невнятные звуки из телефона, но он просто не в силах прервать звонок. Это равносильно предательству. Криденс знает, что он слушает, и возможно, это хоть немного, но поможет ему продержаться. - Блядь! – рычит Перси, яростно вытирая слезы с лица, которые застилают ему глаза, когда он летит по шоссе, лавируя в потоке машин на бешенной скорости. Вероятно, ему стоило бы хоть немного притормозить, но он просто не может заставить себя это сделать. Не тогда, когда Криденс наедине с этим психом. На линии в основном тихо, если не считать случайного бормотания, которое, по его мнению, принадлежит злоумышленнику. Он не может разобрать ни слова, но интонации мягкие и это заставляет его давление постоянно повышаться. Перси дошел до того, что начал краснеть, его огромное желание защитить Криденса, разжигает дикую ярость в глубине его души и тот зверь, что обычно спит в нем, успокоенный годами дзен-практики, сейчас злобно рычит в необузданной ярости. Он уже вне себя от бешенства, когда влетает на стоянку жилого комплекса, чуть не врезавшись в белый роскошный автомобиль, припарковавшийся на его обычном месте. Перси не стал утруждать себя парковкой, вместо этого подъехал к самой двери подъезда прежде, чем нажать на тормоза и распахнув дверцу выскочить из машины. По лестнице он бежит, перепрыгивая через две-три ступеньки, несколько раз спотыкаясь и с трудом удерживая равновесие. Подбежав к двери квартиры Криденса, он дергает за ручку двери и с ужасом понимает, что она заперта. Стучать в этой ситуации – не самый лучший выход. Это только насторожило бы незваного гостя и, возможно, подвергло бы молодого человека еще большей опасности. Если ублюдок запаникует, то он может навредить Криденсу, либо использовать его в качестве заложника. Полицейские навыки, за столько лет, как оказалось, не забылись ни на гран, он принимает решение за долю секунды – после чего отступает к деревянным перилам, а потом делает два стремительных шага вперед и со всей силы бьет ногой в дверь чуть пониже замка. От его удара дверь раскалывается, срывается с одной петли и с силой врезается в стоящий, у противоположенной стены коридора, шкаф. Перси не колеблясь входит внутрь и заворачивает за угол. Его кровь стынет в жилах, при виде раскинувшейся перед ним сцены. Блондин из магазина – Гриндевальд – прижал к кровати Криденса. Он не видит лицо молодого человека, но прекрасно видит, что блондин в руках держит большой охотничий нож. Перси, не раздумывая, бросается вперед, отводя руку назад, чтобы ударить мужчину по челюсти, как только тот поворачивается, чтобы посмотреть на него. Перси наконец может разглядеть Криденса: рот парня заклеен скотчем, глаза налиты кровью, а кожа вокруг них опухшая и красная, мокрое от слез лицо и разбитый нос. Высоко на левой щеке наливается гематома, а на горле образуются синяки в форме руки, что заставляет зверя Перси взвыть от ярости, а уж когда он замечает порванные спортивные штаны, то совершенно теряет самообладание. С этого момента все становиться более… расплывчатым. Он еще более-менее помнит, как оторвал Гриндевальда от Криденса и бросил его на пол, но вот после этого, все превратилось в водоворот жгучей ярости, проклятий и обжигающих ударов. Он помнит, что бьет блондина, помнит момент, когда его нос хрустит под одним из его яростных ударов. Помнит, как чувствовал, как зубы мужчины разрывают кожу на костяшках его рук, в то время, как он жестоко колотит его по лицу. Помнит булькающие звуки, издаваемые Гриндевальдом, и они будут преследовать его во сне до конца жизни, и самое ужасное он боится узнать - будет это будить в нем ужас или наоборот, приносить удовольствие. Потом, сквозь дымку красного тумана ярости, к нему пробивается голос Криденса, зовущий его, уговаривающий вернуться в реальность. Он смотрит на кровавое месиво на полу и его разум начинает проясняться, грудь ходит ходуном, он чувствует головокружение и покалывание от бурлящего в крови адреналина. Он почти уверен, что находится в шоке, и не знает жив ли человек, на котором он сидит верхом. - Перси… Перси с него хватит… Иди ко мне, - хриплым голосом зовет его Криденс, его связки явно были травмированы. Он машинально повернулся на зов, чтобы посмотреть на молодого человека, который сидит недалеко от него на корточках, и протягивает к нему дрожащие руки, предлагая обнять Перси. Он помнит, прилив разнообразных эмоций, захлестнувших его, когда он увидел лицо Криденса. Облегчение, поднимающееся из глубины души, которое приходит на смену холодному ужасу, радость от того что любимый жив и не сильно ранен, боль от того, что не добрался сюда раньше, ярость от того, что никто не остановил Гриндевальда до того, как это все произошло. Покачиваясь, от накатившей вдруг слабости, Перси сползает с тела Гриндевальда и падает на колени рядом с Криденсом, обхватывая его лицо дрожащими ладонями и начал сбивчиво шептать о своих страхах, пытаясь передать, как он был напуган, когда услышал его крик по телефону, и как ему жаль. Жаль, что не смог предотвратить это. Жаль, что Криденс пострадал. Жаль, что его чуть не изнасиловали. Ему надо было извинится за такое множество вещей – но все, что он мог выдавить – это отчаянные рыдания и крепкие объятья, которыми он все сильнее сжимал Криденса.