Закопанные на севере

       Мои уши глохнут, пока я смотрю на ее убегающий вдаль силуэт. Я не успеваю ничего понять, всё будто остановилось, а состояние этого шока словно волной накрывает меня с головой. В ушах всё еще звенит предыдущий выстрел. Грейс всё еще бежит, бежит быстрее, чем прежде. Он промахнулся. Он сделал это намеренно? Иден никогда не промахивался. - Иден, нет! – я цепляюсь за его руки, пока он перезаряжает следующий патрон, - умоляю тебя, прошу, не делай этого, Иден!        Я кричу ему сквозь глухоту, но он лишь отталкивает меня, чтобы прицелиться вновь. Эйрин стоит в диком оцепенении и лишь прижимает свои руки к ушам, зеленые глаза от ужаса стали просто огромными. - Иден, умоляю тебя! – я хватаю его за руки, пытаясь отобрать ружье, но в ответ лишь получаю сильный удар прикладом по голове. Перед глазами всё плывет, а удар отдается острой болью.        Я не удерживаю равновесие и падаю на землю, я пытаюсь как можно скорее прийти в себя, чтобы помешать ему вновь, но вместо этого лишь вожу трясущимися руками по сухому песку и смотрю вдаль, она всё еще жива. Она всё еще бежит. Он не промахнулся. Он с ней играет. Я кое-как встаю на ноги и вновь пытаюсь схватить его за руку, но прежде чем я делаю это, он производит третий выстрел. Я оглядываюсь на Грейс и вижу, как она замертво падает на землю. Ее платье больше не развеивается на ветру. - Грейс! – я срываюсь с места и бегу к ней, что есть сил. Она не может умереть, не может, - Грейс!        Ее тело лежит в зеленой траве без каких-либо движений, а я, бегу позабыв обо всём, бегу к ней навстречу в надежде, что она еще жива, но в глубине души знаю, что это уже не так. Выстрел все еще гремит у меня в ушах, стук крови в моей голове становится невыносимым. Я бегу так быстро, как могу, спотыкаясь, не думая ни о чем другом. Ее голубое платье становится всё ближе, а мой страх нарастает с каждой секундой всё сильнее. Когда я подбегаю, я падаю на колени с ней рядом и касаюсь ее лица. - Грейс, боже… - я смотрю в ее мертвое лицо, в ее голове виднеется зияющая кровавая дыра, и я чувствую, что еще чуть-чуть, и я потеряю сознание.        Я прижимаю к себе ее тело и срываюсь на нечеловеческий крик. Словно все те эмоции, что я так тщательно копил все эти три года, разом вышли наружу. Я просто сидел, держал в руках ее мертвое тело и орал, что было сил. Глотка горела от боли, а я просто не слышал ничего больше.        Ее мертвые глаза оказались навсегда устремлены в небо, солнце озаряло ее бледное лицо, я держал его в руках, ее кожа всё еще была теплой на ощупь, я касался пальцами ее губ и до сих пор поверить не мог, что он поступил так. Я поверить не мог, что он был способен поступить именно ТАК.        Я зарываюсь носом в ее волосы и кричу ей на ухо. Так чертовски охренительно больно мне не было никогда. Сколько бы Иден не ломал мои кости, сколько бы побоев он не наносил мне за все эти годы, всё, что он со мной делал, не было и близко похоже на то, что я переживал в этот момент. Так больно мне не делал еще никто. Почему со мной поступил так ОН? - Я люблю тебя, Грейс, люблю тебя и малыша Эллио, - я втягиваю носом ее запах, пытаясь запечатлеть его в своей памяти, запах свежей выпечки, запах ее волос и автоэмали. Я касаюсь ее кожи, в надежде навсегда запомнить это ощущение. Нежная, еще теплая кожа, хлопковое платье, мягкие волосы.        Наше будущее оказалось разрушено, и разрушил его тот, кого я любил больше жизни. Я еще крепче прижимаю ее к себе и начинаю задыхаться от этого крика. Мне не хватает воздуха. Перед глазами всё плывет, я не понимаю, что происходит. Голова буквально надрывается от острой боли, а в ушах по-прежнему гремит звук выстрела. Мои руки немеют, тело горит от ужаса, это похоже на какую-то чертову агонию. Почему-то мне казалось, что еще чуть-чуть и мое сердце разорвется от горя.        Я слышу звук рвущейся одежды у себя за спиной, шелест травы, ветер в волосах, звук лопнувшей кожи, далекое пение красного кардинала, стук крови в ушах и бесконечную боль. - Ты хотел ребенка? – голос Идена словно пронзает тишину, - держи, он теперь твой.        Я чувствую, как он кладет в мои руки какой-то кровавый, теплый, липкий сгусток, но от шока и ужаса я до сих не могу ничего понять, до сих пор не могу поверить в произошедшее. В моем восприятии всё происходит, словно в какой-то замедленной съёмке. Я смотрю в его глаза, но будто не вижу его лица, всё по-прежнему плывет, и чтобы собрать картинку воедино, я с силой зажмуриваюсь, снова открываю глаза, я вижу его безумные голубые глаза, его хищную, хладнокровную улыбку. Я перевожу взгляд вниз, на свои руки. В них лежит крошечное, окровавленное тельце Эллио, маленькая головка, размером с куриное яйцо, несформированные ручки, кровь капает сквозь мои пальцы, а я не могу отвести от него взгляда. Мой проклятый мир рухнул во второй раз.        Я перевожу взгляд на вспоротый живот Грейс, потом на мертвое тельце Эллио, потом на Идена, на филейный нож в его руках, на то, как капли ее крови капают на зеленую траву, на ее испачканное голубое платье, смотрю на ее бледную кожу и моя психика, словно отказывается это понимать. Я будто вижу набор картинок, но не могу связать их воедино, всё произошло так быстро и так внезапно, что я просто не мог поверить в то, что это возможно.        Иден вытирает окровавленный нож, вешает на плечо ружье и просто уходит, а я таращусь ему в след и начинаю осознавать. Осознание догоняет меня долго, но буквально сносит мне крышу. Я быстро оглядываюсь по сторонам, взглядом натыкаюсь на подходящий камень, хватаю его и срываюсь с места. Я вкладываю в этот чертов удар всю свою силу, размахиваюсь и бью его прямо по голове. - Ты чудовище! Я ненавижу тебя, ненавижу! – я снова заношу руку над головой и обрушиваю очередной удар по его голове.        Я слышу знакомый хруст. Он хорошо мне был знаком. Такой хруст обычно бывал тогда, когда он ломал мои кости. Он лежит на земле, не ожидающий того, что я вообще могу взорваться, а я вновь замахиваюсь. - Больной ты ублюдок, ты сумасшедший, черт тебя дери! Сумасшедший! – я в очередной раз замахиваюсь окровавленным камнем и вновь пробиваю ему голову, - ненавижу тебя, я ненавижу тебя! - Илай, не делай… Илай… - он выставляет вперед руки, пытаясь закрыться от удара, но меня это не останавливает, я разбиваю ему пальцы, но он всё еще пытается отмахиваться от меня.        Его голубые глаза залиты кровью, покореженное лицо мгновенно распухло, он пытается словесно привести меня в чувство, но сейчас я мало что слышу. Меня переполняет жуткий страх, злость и обида. Желание кричать и крушить всё на своем пути. - Как ты мог, сукин ты сын?! Как ты мог со мной так поступить?! Я любил тебя! Любил тебя больше жизни, а ты забрал у меня всё, черт возьми! Зачем?! Зачем это нужно было делать?! – я кричу ему в лицо, но понимаю, что он меня не слышит, его рассеянный взгляд закатывается наверх, как при обмороке.        Я бросаю камень и срываю с его груди маленький ключ на цепочке. Поднимаюсь, забираю его охотничье ружье, закидываю его себе за спину и направляюсь к дому. Пришло, наконец, время всё это закончить. Я вижу, как навстречу мне бежит Эйрин, он осматривает мои окровавленные руки, в его глазах страх, я знаю, что он волнуется за него, и в этот момент я ненавижу его за это. В его глазах стоит ужас, будто в одночасье мы разрушили всё. - Илай? Что с Иденом? – он держится от меня на расстоянии, боится подходить ближе. За моей спиной ружье, он смотрит на цепочку Идена в моих руках, на кровь на моей одежде, смотрит в мои глаза этим настороженным, испуганным взглядом. - Мне плевать, что с ним, я еду в полицию, - я прохожу мимо него. - Что? Ты спятил? Что значит в полицию? – он идет за мной, пытаясь понять, что произошло, - ты в курсе, что с нами будет, если они всё узнают? - Мы должны были сделать это давно, но ни у тебя, ни у меня духу не хватило, и что в итоге!? – я кричу ему в лицо, - она мертва из-за нашего бездействия! Все они мертвы по этой причине, Эйрин! Я больше не стану его покрывать, черт тебя дери, не стану! С меня хватит, ясно тебе!? Хватит с меня, мать твою! - Мы проведем остаток жизни за решеткой, Илай. - Зато остановим это.        Я возвращаюсь в дом, прохожу мимо идеально убранной гостиной, поднимаюсь наверх по начищенным до блеска ступенькам, открываю маленький сейф, достаю связку ключей от гаража, дома и машины, и выхожу во двор. Недокрашенная темно-синяя машина Идена сохнет на открытом воздухе, здесь по-прежнему пахнет автоэмалью и тонкими нотками свежеиспеченного лимонного пирога. Я сажусь внутрь, перебираю ключи, мельком бросаю взгляд на зеркало заднего вида. Эйрин тащит на себе Идена, который едва перебирает ногами и держится за окровавленную голову. Я поворачиваю ключ зажигания, завожу мотор и, поднимая вверх клубы рыжего песка, покидаю это проклятое место.