Хогвартс для Барсука

      Квиринус летал по замку. Сравнение с Нимбусом было бы слишком пафосным, поэтому летал Квирелл, как сраный веник. Дел у заместителя директора оказалось непомерно много. Следовало инспектировать уроки и классные комнаты, места проживания студентов и их отдыха. Нужно было знать о течениях, бродивших в умах юных дарований, проводить воспитательные беседы с обормотами и такие, что б второй раз подумали нарушать дисциплину и порядок. А еще был бич всех руководящих должностей — бумаги.       Бухгалтерией занимался директор, правда и он грозился найти специально обученного человека. Кроме прихода и расхода в замке оставалось еще много чего такого, что следовало записать, запротоколировать, занести в дело. И да, пришлось в срочном порядке начинать клепать дела на учеников: характеристики, успеваемость, данные по принципу «родился-родители-проживает».       — Как профессор МакГонагалл с таким объемом справлялась? — рискнул спросить Квирелл у директора, который тоже оказался по уши в бумагах. В буквальном смысле, стол руководителя Хогвартса был завален разными рукописями, причем Далтон уже начинал путать, что где лежит.       — Она не справлялась. Поэтому и вылетела с должности. А если эта мадам продолжит игнорировать обязанности декана, я ее и с этой должности сниму! — клятвенно пообещал Джеймс. — И вообще, мне кажется, нам пора заводить секретаря!       — И где нам его искать? — уныло спросил преподаватель магловедения, который уже предчувствовал, как на него свалится еще и эта миссия.       — Я уже нашел. У нас на четвертом курсе учится прекрасный экземпляр педантичности. Аккуратен и дотошен. Любит правила, — загибал пальцы на руке Барсук.       — Такого лучше старостой назначить, — заметил Квиринус, листая свой ежедневник.       — Разумеется, он бы стал хорошим старостой, но есть большое «но». Я бы даже сказал «но» в количестве нескольких человек! У него старший брат уже староста факультета, а на следующий год, когда освободится должность, в школу приедет еще один его брат, а следом сестра. — Далтон снял очки и потер пальцами переносицу. — На счет последних не знаю, но вот близнецы точно будут подрывать авторитет этого юного дарования.       — И как он будет совмещать работу и уроки? А экзамены мы как ему проставим? — Квиринус откинулся на спинку кресла, вытягивая гудящие от многочасовой ходьбы.       — Будет заниматься самообразованием в свободное время. А экзамены… Проставим. За красивый почерк! — чем дольше директор говорил, тем увереннее становился в правильности своего выбора.       — А если он обнаглеет и перестанет вообще учиться? — недовольно спросил Квирелл.       — Резонный вопрос. Проверочные и самостоятельные будет писать со всеми. На счет домашки… Задать ему проектов по каждому предмету и пусть вечерами окапывается в библиотеке.       Квиринус со вздохом прошелся ладонью по лицу. Пожалуй, эксцентричности этому директору было не занимать. Возможно, он даже Дамблдору не уступал. Разумеется, с виду все было благоразумно и прилично, фортели новоиспеченное руководство выкидывало в другом направлении.

***

      Спустя две недели у директора Далтона появился секретарь — Персиваль Уизли. Мальчишка работал на совесть и с разрешения родителей. Семья не могла похвастаться большим заработком, а пареньку хотелось карманных денег. Компромисс нашли быстро, довольны остались все, кроме Минервы.       — Это возмутительно! — дышала гневом тонкая, как тростник мадам. — Еще никогда в стенах школы…       — А теперь будет, — ровно и четко ответил Далтон, меря свою коллегу взглядом. — За спасибо работать не станете ни вы, ни я. Мне нужен секретарь. Уизли нужно самоутвердиться. Все довольны, все счастливы.       — Альбус справлялся и без секретаря! — выпалила МакКошка.       — Разумеется. Вместо него у него были вы. А факультет как прозябал без декана, так и прозябает. С вас, может быть, уроки снять, чтобы вы заглянули в башню к своим львятам? — синие глаза директора окатили холодом бывшую мадам-заместителя.       — Джеймс, — укоризненно попыталась влезть в разговор мадам Спраут.       — Когда вы в последний раз были в гостиной? Неделю назад? — Далтон проигнорировал бывшего декана и обратился к своему заместителю. — Квиринус, что там по Гриффиндору у нас?       — В общем или в частности? — поинтересовался молодой маг.       — В общем и так все всё знают, давай про частности! — велел Далтон, сложив руки в замок и поставив локти на стол.       — Мисс Джонсон провезла на территорию школы э-э… травку. Магловский галлюциноген. Божится, что не для распространения, — Квирелл отодвинул от себя чашку, беря паузу, для переваривания информации.       — Триста грамм для собственного употребления. Так сказать, расслабиться перед экзаменами, — едко прокомментировал Далтон. — Дальше!       — Мистера Боули избили и заперли в кабинке туалета, предварительно отняв палочку. Парень просидел в сортире весь вечер и ночь, утром он не явился на уроки, его начали искать.       — Прекрасно, — снова прокомментировал Далтон, рукой останавливая своего заместителя от продолжения. — А вы знали, дорогая коллега, что у вашей студентки мисс Леви умерла мать? Девочка в стрессе, а вы вместо беседы и чая с успокоительным назначили отработку за, цитирую: «Невнимательность». Вы адекватная, Минерва?       — Я… я не знала, — подавлено ответила Макгонагалл, хватая воздух ртом.       — У вас два месяца на знакомство с факультетом. Через два месяца я вас жду с четким ответом: готовы вы остаться деканом этого факультета, или же сложите с себя полномочия. Все! Вопрос закрыли! Дальше что у нас?       — Теплицы? — подала голос Спраут, впечатленная выволочкой своего некогда студента.       — Морковь не колоситься, лук не растет? — поинтересовался Далтон.       — Не смешно! Кто-то повадился портить грядки! Вечером теплица закрывается, а утром все на распашку, и часть урожая истоптана, а еще часть перемята. Как будто стадо гипогрифов прошлось! — мадам тряхнула головой, воинственно сжав руку в кулак.       Далтон вздохнул. То, что отработки в теплицах попытаются саботировать было ожидаемо. Ожидаемо, нужна была публичная порка. Не порка, в смысле, физическое наказание розгами, а выволочка с последствиями, чтобы отвадить других умников. Как, например, он поступил с профессором трансфигурации. Можно было ей выговорить лично и без свидетелей в сто первый раз, но он поступил как поступил. Во-первых, поборнице правил будет уроком, а во-вторых, другим тоже будет в назидание. Терпеть бардак — это последнее, чего хотел Далтон.       — Допустим, только допустим. Что сейчас мы поймаем за руку этих обaлдуев. Что дальше? — поинтересовался директор.       — Назначить отработку? — подала голос Синистра.       — Браво! А ночью они снова попытаются свести свои и чужие усилия на нет, — прокомментировал Снейп, сидящий все собрание до этого молча.       — Какие еще есть варианты? Ну? Поймаем и что? Отправим писать строчки? Или кубки в Зале Наград полировать? — нетерпеливо поинтересовался Далтон.       — Написать родителям, пусть возмещают ущерб, — фыркнула Хуч.       — Ну родителей мы накажем галеоном, а юным дарованиям как будем вправлять мозги?       — Навряд ли это сделали первые курсы. Вторые тоже не могли взломать замки — таких уникумов сейчас нет у нас. А остальные курсы могут выходить в Хогсмид. Аннулировать им разрешение, — снова из угла раздался голос зельевара.       — Я бы еще клубную деятельность для этих умников ограничил, — вклинился в разговор Квирелл.       — Я так понимаю квидич тоже к такому виду деятельности относится? — мрачно поинтересовалась профессор полетов, недовольно глядя на молодого заместителя желтыми глазами с вытянутым зрачком.       — Относится, — согласно кивнул заместитель.       — С этим решили. Что дальше? — Далтон черканул пару слов в собственном ежедневнике.       Пожалуй, работать летом в одиночку с замком было намного приятнее, чем разбирать людские дрязги. Хогвартс имел странное чувство юмора, но он не плел интриг и не пытался казаться лучше, чем есть. Проблемы крепости были понятны, а ученики и коллеги… Ту же МакГонагалл он бы давно снял с должности декана, оставив вести ей уроки. Но пока никто не откликнулся. Никому даром не нужен был факультет пубертатных подростков. Работы Далтон мог пообещать много, плату за это не слишком большую, пусть и достойную. Но кому нужны чужие проблемы? Та же Помона знала про девочку, оставшуюся без матери, но никак не помогла. А точно также могла напоить чаем. И все было так — у всех хватало своих забот.       А еще замок легонько, буквально на краю сознания напоминал об узнике. Седовласом и длиннобородом узнике, которого потеряли в Визенгамоте. Международная конфедерация магов еще не собиралась в этом сезоне, но и тут можно было смело сказать — Дамблдор не явится на заседание.       Сам Альбус, кажется, решил взять поединок терпением. И у старика были все шансы выиграть — Джеймс изредка ловил себя на мысли, что неплохо было бы пообщаться через дверь со старым пройдохой. Встречаться лично желания не возникало и вовсе — Далтону казалось, что он сразу перестанет быть директором и превратиться в студента, которому можно и настучать пониже спины. За самоуправство! Поэтому Барсук обустраивался на новом месте, врастал корнями поглубже, а нору делал поуютнее. А после его отсюда будет сложно бесшумно сковырнуть, если вдруг у Дамблдора окажется какой-нибудь козырь в рукаве. А пока…       — Нет, Северус! Если ученик запорол зелье, значит он должен сварить под присмотром этот состав! На самообучении он подорвется сам и замок мне испортит!       В знак согласия замок показал новому директору кабинет, больше похожий на каморку в северной башне, где, судя по всему, была организована чья-то лаборатория.       — И что это за зельеварня в северной башне? Ни вытяжки, ни нормального оборудования?!