Там, где моё место

- Йо, командир! - весело поприветствовала его Такара. - Тайра… - Я освободилась, скоро выдвигаюсь к вам. - Тайра…, - вновь повторил дрожащий голос из телефона. - Ты меня пугаешь Ханагаки, что-то случилось? - Я… я не знаю… не знаю, - речь Такемичи стала прерывистой, - не понимаю, почему так случилось… - Что? - В голове пронеслись тысячи вариантов, - Что-то с Майки? - Он… он…, - голос сорвался на рыдания. - Такемичи! - Эмма мертва…       На весенних каникулах Такара обещала свозить Эмму в Сэкигахара, там бы они отлично провели время. Пару дней назад Эмма сказала, что собирается признаться Доракену в своих чувствах на Белый день. Такара была так рада за неё. А несколько секунд назад Такара собиралась позвонить ей, узнать где они сейчас с Майки и предложить вновь сходить в караоке после всей этой заварушки с «Поднебесьем».       Секунда. Всего секунда вновь поделила всё на до и… И что? Что теперь делать? Как можно поверить в это? Казалось бы после всех потерь, ты должен относиться ко всему проще. Ты думаешь, что уже ко всему готов, жизнь тебе подбрасывала не мало дерьма, куда уж хуже. А потом она показывает насколько хуже может быть. И вот ты стоишь в отчаянии, смотришь на безжизненное, холодное, бледное тело, не понимая происходящего, пытаясь убедить себя, что такое не могло произойти, а судьба кладет тебе на плечо свою ледяную руку и омерзительным голосом шепчет на ухо, что это ещё далеко не предел. Отрицание всё так же затмевает разум, отказываясь принимать ужасающую правду. Правду о том, что ещё один дорогой человек теперь навсегда останется в прошлом. Правда, вот что заставляет людей страдать больше всего.       По прибытии в больницу, Такара не нашла Майки с Такемичи, медсестра сопроводила её в палату где находилась Эмма. Казалось, что она просто спит под этой белой простынёй. Вот только в комнате стояла оглушающая тишина. Грудь Эммы не вздымалась при дыхании, ни одна конечность больше не шевелилась, сердце её больше не билось. Рука такая холодная. Хоть немного приглушить собственную боль может лишь переживание за других. Попрощавшись с Эммой, Такара пошла искать Майки. Она боялась даже думать о том, что он сейчас чувствует. В голове она оставила лишь переживание о его состоянии, нельзя допустить, чтобы он причинил вред себе или окружающим. Всё что сейчас Такара может, это двигаться вперед, даже если под ногами не ощущается какой-либо опоры.       Такара медленно двигалась по коридорам высматривая две светлые макушки, пока не услышала впереди шум, она ускорила шаг. Две молодые медсестры испуганно ахнули увидев что-то в окне и быстро ринулись куда-то по коридору, скрывшись за поворотом.       Так вот что их напугало, поняла Такара выглянув в окно. Во дворе происходила драка. Трое молодых людей были хорошо знакомы ей. Доракен наносил Майки удар за ударом, пока тот продолжал стоять абсолютно ничего не предпринимая. Кен сопровождал свои удары грозными выкриками, а Такемичи рыдал скрючившись рядом, не в силах что либо предпринять. Такара ринулась вперед, но застыла схватившись за холодную ручку двери. Что она может предпринять? Что она может сделать с этим бушующим горем? Приняв собственное бессилие Такара скатилась по стене и осела подобрав ноги. Она крепко закрыла руками уши, как можно сильнее сдавливая череп, только бы не слышать доносящиеся с улицы звуки, не слышать собственные мысли.       Сдерживаемые до этого момента слезы наконец ручьем потекли из глаз. Такара вцепилась зубами в свою руку, лишь бы не закричать во весь голос, давая волю скорби. На языке появился сладковатый привкус выступившей крови, она отстранила руку уставившись на глубокий след от укуса. Нужно собраться. Так она ничем не поможет. Нужно сосредоточиться. Сосредоточиться. Сосредоточиться. Сосредоточиться. На чем же?       Тяжело сглотнув Такара начала вытирать слезы, куда яростней чем следовало. Медленно она начала вставать пониже опустив рукав куртки. Ещё один глубокий вздох и… Дверь резко раскрылась, мимо неё словно ничего не видя прошел Доракен. Под его глазами залегли глубокие тени, на сбитых кулаках уже начинала застывать кровь. Она не стала останавливать его или говорить что-либо. На твёрдых ногах она вышла во двор, направляясь к побитому Такемичи, который склонился над Майки, всё ещё лежащему на земле. Не говоря ни слова, она помогла обоим подняться.       Проигнорировав предложение помощи, Майки поплелся вперед будто ничего не видя перед собой. Такаре оставалось лишь идти следом. Дойдя до зала ожидания, Сано рухнул на одну из множества пустых скамеек. Лицо всё в ссадинах, из разбитой губы сочится кровь. Даже в светлых локонах кровавые следы. Его собственная или же Эммы? Отогнав подальше все вопросы, Такара достала из сумки салфетки, принявшись обрабатывать лицо друга. Почти сразу же её остановила слабая, но довольно крепкая хватка. - Майки…, - почти умоляюще произнесла она.       Он ничего не ответил, медленно отстраняя её руку. На отчужденном лице не прочитать ни одной эмоции. В который раз Такара чувствует себя ничтожно слабой перед лицом этого безмолвного страдания. - Я принесу тебе попить, - сдалась она.       Заставляя свои ноги совершать шаг за шагом, Такара добралась до вендингового аппарата. Позаботиться хотя бы о физическом состоянии. Для начала и это сойдет. Осуществлять помощь постепенно, дабы не сломаться самой. Этот путь кажется наиболее выполнимым. В автомате она выбрала две бутылки. На обратном пути Такара подошла к расположившемуся неподалёку Рюгуджи и предложила ему напиток, на что блондин лишь медленно покачал головой отказываясь. Раздавленный, абсолютно разбитый, точно так же сидит, сконцентрировавшись на безмерной пустоте развернувшейся перед ним. Как же невыносимо видеть страдания друзей и понимать своё бессилие.       Вот и дверь к залу ожидания, где находился Майки, Такара застыла в двух шагах от нее сражаясь с собственной нерешительностью. Она хотела собраться с силами, прежде чем вернуться к сломленному другу. - С тобой или без я пойду на поднебесье! - звоном в ушах отдались слова командира первого отряда.       Прежде чем он стремительно покинул зал, Такара успела запечатлеть его воинственное выражение лица. Похоже Ханагаки пытался позвать Майки в битву. Она не имеет права как либо судить об этом. Такемичи похож на человека, которого жизнь ломала множество раз. Но в его глазах по прежнему горит огонь жизни, чему она так сейчас завидовала. В его поступках должен быть смысл, но это… опасно?       Такара приблизилась к Майки, как и ожидалось он никак не отреагировал на предложенный ему напиток. Вздохнув, Такара просто поставила бутылку рядом. Затем она нагнулась заглядывая в безжизненные тёмные глаза, так много боли кроется в их глубинах…убрав волосы с разбитого лба, она приложилась к нему губами. Такой холодный. Словно фарфоровая кукла. Не дождавшись какой бы то ни было реакции, Такара вновь неосознанно провела по светлым волосам. Выпрямившись, она тихо произнесла : - Я скоро вернусь.       Единственные вещи, которые могут исцелить горе, — это время и любовь людей, которые о тебе заботятся. Такара поняла это совсем недавно. Сейчас она может дать ему лишь время. А любовь, её любовь всегда будет с ним, но страдания других дорогих для Майки людей не помогут ему, а сделают лишь хуже.       Поэтому она решила отправиться за Такемичи. В одном из коридоров Такара заметила приоткрытый кабинет, она мельком заглянула в него. Пусто. Прихватив пару упаковок бинтов, брюнетка продолжила путь оставшись незамеченной. Ханагаки, наверное, уже успел покинуть больницу. У неё было несколько вариантов куда он мог отправиться. Легче было бы просто позвонить, вот только после прошлого звонка от него, Такара разбила свой телефон о столб, которому не повезло оказаться рядом с ней в тот момент. Двигаясь вперед, девушка услышала чьи-то всхлипывания. - Привет, Хина. - Тайра… - Тачибана разразилась ещё большими рыданиями.       Не найдясь как её утешить, Такара решила попробовать её отвлечь, попросив помочь перебинтоваться. Это было нужно для большей маневренности в бою. Пусть даже и маленькая, но грудь всё таки мешала при активных действиях.       Хоть девушка за спиной Кубо продолжала шмыгать носом, по мере продвижения, плач становился всё тише. - Согласишься на сделку? - спросила Такара, когда последний узелок на спине был завязан. - О чём ты? - не понимала Хината. - Ты ведь знаешь, какие намерения у Ханагаки, - начала объяснять брюнетка, обратно натягивая куртку поверх забинтованного корпуса. - Я пригляжу за ним там, а ты, пожалуйста, присмотри здесь за Майки… - Тайра, ты… - Хина, можешь одолжить мне телефон? - прервала её Кубо, подозревая что собирается сказать девушка.       Чифую практически сразу ответил на звонок, как оказалось о произошедшем их уже успел оповестить Инуи Сейшю. Безусловно Мацуно переживал и собирался это выразить. Но Такара прервала его, возможно в слегка жесткой форме. После подтверждения её догадки о пункте назначения Такемичи, она завершила звонок и вновь обратилась к Хинате: - Ну так что, согласна?

***

      Уже на подходе к храму Мусаши, Такара наконец заметила искомого парня. - Такемичи, да за тобой не угнаться! - хлопок по плечу похоже испугал его, заставив вздрогнуть. - Тайра? - Командир, тебя же нельзя переубедить? - тон голоса стал куда серьёзней привычного. - Нет, я должен идти! - с запалом произнес Ханагаки. - Тогда я с тобой. - Нет, это может быть опасно, - в его голос резко встроились нотки страха, -возвращайся, будь с Майки, ему нужна поддержка. - Ну конечно, придурок, для меня опасно, а для тебя нет? - Иронично спросила брюнетка, - Как я могу вас просто отпустить к этим ублюдкам? - Я же твой командир, - наконец-то вспомнил, - приказываю остаться. - Ага, хер там! Пошли уже, - прихватив его под локоть, девушка решительно двинулась вперёд.       Как мог Такемичи объяснил ситуацию и всю сложность сложившегося положения дел. Он настаивал на том, что сейчас нельзя отступать, нельзя сдаваться не смотря на все потери, не смотря на все трудности, не смотря ни на что!       Многие были против того, что бы выступать против настолько сильного врага, без особой боевой мощи. Отовсюду слышалось возмущение. Ханагаки готов был сдаться и идти против «Поднебесья» самостоятельно. Но он не был один. Даже в такой самоубийственной затее Чифую следует за своим командиром, а так же четверка его друзей из первого отряда и конечно, же сама Кубо, она ведь заключила сделку с Хинатой. Получился настоящий отряд камикадзе.       Большинство членов свастонов, у которых хоть немного присутствовал инстинкт самосохранения, уже собирались расходиться. Но появление Мицуи и Нахои переменило положение дел. Всё ещё не в состоянии толком ходить, эти двое сбежав из больницы прикатили на инвалидных колясках прямиком к месту собрания, дав тем самым остальным самое главное, надежду.

***

      Пристань Ёкахамы встретила скудные остатки «Токийской свастики» своим холодным дыханием. Шум нескольких сотен противников начал оглушать ещё до прибытия к месту битвы.       Продвижение к центру импровизированной арены перед торговыми контейнерами сопровождался издевательским улюлюканьем и глумливыми выкриками. Да уж, полсотни свастонов против четырех сотен поднебесья. Казалось бы победа предопределена, вот только никто из пятидесяти смертников не собирался сдаваться. Как сказал Нахоя : « Я не участвую в заведомо выигранных боях». Действительно, это слишком скучно.       По мере приближения, тень на одном из контейнеров стала более отчетливо видна. Блеск от линз в очках не оставил сомнений. Тетта Кисаки, человек убивший Эмму, рядом с ним Ханма Шуджи, соучастник преступления и его верный пёс. А чуть ниже Курокава Изана, её брат позволивший своей сестре умереть ради собственных амбиций. Люди виновные в смерти абсолютно невинной Эммы прямо тут. Если не считать огромной толпы перед ними. Осталось лишь уничтожить её, прежде чем добраться до них. Похоже у Ханагаки были схожие мысли, поскольку исходившую от него ярость можно было чуть ли не физически ощутить.       Вперед выступил худощавый парень с татуировкой на половину лица, как подсказал Чифую, когда-то он был главой одного из поколений «Черных драконов», его не стоит недооценивать. Парень объявил Сакигакесен, битва один на один, которая плавно перерастёт в общее побоище. С насмешливым выражением лица он ожидал своего оппонента от лица свастонов. Неожиданно для всех вперёд выступил Пеян из третьего отряда, тем самым остановив двинувшегося было в сторону противника Ханагаки. - Ханагаки, пусть замы пойдут с тобой, я прикрою остальных ребят, доверься мне, - как бы ей не хотелось самой двигаться в авангарде, так будет правильней.       Такара притянула к себе заместителя командира: - Чифую, пригляди там за ним, ладно? А то нам от Хины достанется, - немного юмора для разрядки не помешает, так ведь? - Конечно, с Хиной связываться опасно! - С улыбкой согласился Мацуно, затем его лицо приняло серьезное выражение, - Ты тоже, будь там поосторожней.       В это время, без лишних слов, боец свастонов в один удар уложил Мадараме Шиона на землю, удивив всех и придав свастонам, так необходимый им, огневой настрой. - Народ, все готовы? - Обернулся Такемичи, ответом ему послужил одобрительный шум толпы. - Понеслась!       Наверное это неправильно. Выпускать свою боль и агрессию, причиняя боль другим. Но ведь можно удобно прикрыть это «защитой» других людей. Отбросив вопросы моральности своих действий Кубо пустилась в бой, без разбора нападая на всех, кто был в красной форме «поднебесья».       Все ребята из «свастонов» сражаются на высоком уровне, порой превосходя соперников, но с таким количеством тяжело тягаться. Их слишком много. Её соратников постоянно оттесняют, не смотря на защиту, нужно каждую секунду быть на пределе внимания. Даже нет времени оглянуться и проверить как там Ханагаки с Чифую, и Соя, Хаккай, Пеян, Инуи, как они там? Мельком она замечала Такемучи огребающего от парня со шрамом на половину головы, Чифую сдерживающего здоровяка, на вид куда старше их, Соя и Хаккай сражались против двух парней в отличающихся от остальных членов «поднебесья» формах, у одного из них в руках было какое-то орудие, Такара не успела рассмотреть его, атакуя очередного противника, последним на глаза ей попался Инуи Сейшю, против которого выступил Коконои Хаджиме, его друг, сражающийся теперь на стороне противника.       А та тройка убийц по прежнему возвышалась над всеми, с пренебрежением наблюдая за побоищем. Черт подери! Невозможно приблизиться, скольких бы она их не избивала, количество членов поднебесья будто совершенно не убавлялось, всё дальше отстраняя её от друзей. Многие уже валяются без сил, повсюду избитые, травмированные союзники, в толпе почти не видно кого-либо ровно стоящего на ногах в черной форме «Токийской свастики».       Выстрел.       Секундная тишина оглушала куда сильнее предшествовавшего внезапного выстрела. Откуда тут оружие?! Кто стрелял? В кого? Паника с невообразимой силой начала охватывать Кубо. Позабыв обо всём она ринулась вперед. Кто-то схватил её сзади за ворот куртки, с силой отшвырнув в сторону. Такара была застигнута врасплох, отчего не успела сгруппироваться. Приземление вышло не из мягких, синяков на теле прибавится. От натяжения молния на куртке разошлась, подставляя разгоряченное тело под холодные потоки воздуха. Разрабатывая локтевой сустав пострадавший при неудачном столкновении с землей, Такара поднялась, грозно смотря на противника, посмевшего преградить ей путь. - Хули пялишься? Лучше беги, пока ещё не получила. - Съебись нахуй, ублюдок! - краем глаза она заметила ещё одного парня устремившегося в её сторону справа.       Резкий выпад и прямой удар ногой прямиком в висок, с силой прижимая голову уже упавшего парня, Такара повернулась в сторону первого: - Тоже так хочешь? - Ах ты сука!       Ослепленный яростью парень, не был особенно внимателен, а может он просто идиот. В любом случае Такаре не составляло труда справиться с ним. Прямо перед ударом, она будто выпала из реальности. В глазах темнота, ничего не видно, ничего не слышно. Словно прорывая вакуум постепенно начали доноситься звуки извне, зрение тоже вернулось. Руки горят. Она посмотрела вниз.       Девушка застыла поражаясь собственной жестокости. Парень лежащий под ней содрогался, тяжело хватая ртом воздух, левый глаз почти полностью заплыл, оставив лишь тонкую щель, из разбитого, искривленного носа не переставала лить кровь, на шее багровел след от жесткой хватки. Такара подняла взгляд от пропитанных чужой кровью бинтов на обмотанных кулаках. Сверху на неё были уставлены несколько пар глаз, с застывшим выражением ужаса смешанным с неверием. Резко все взоры устремились куда-то за её спину. Такара поспешила обернуться и тут же встретилась с протянутой рукой. - Майки, - он помог ей встать, - откуда ты здесь?       Блондин не стал выпускать её руку, с поддельным спокойствием он улыбнулся, пропуская вопрос. - Тайра, выведи раненных и присмотри за ними, дальше мы с Кенчином обо всем позаботимся, - заверил её Майки. - Не нужно улыбаться мне так, - крепче сжав ладонь сказала Такара, заглядывая за фальшивую завесу равнодушия накрывшую такое знакомое лицо. - Мне нужно идти, - ответил он всё с тем же выражением. - Не покидай меня, ладно? - Выпуская холодную руку, прошептала Такара, стараясь подавить паническое чувство страха, от того что её друг может пострадать.       Ха, разве может что-то или кто-то принести ему большую боль, чем произошедшее сегодня ранее. Плавно они начали расходиться, медленно выпуская руки друг друга, на секунду мизинец Майки задержался, крепче сжав её палец, словно обещание, прежде чем окончательно отпустить. Такара в растерянности посмотрела на свою руку, ставшую такой пустой.       Рёв двигателя привлёк внимание Кубо. Это же Зефир. Значит Доракен тоже приехал. Но больше удивил её не Кен, а человек сидевший позади него. Такара поспешила к друзьям. - Хината, зачем ты приехала? - Не волнуйся Тайра, - девушка вымученно улыбнулась, - мне нужно к Такемичи. - Пожалуйста, будь осторожна, Хина. - Кен… - Не ссы, - перебил её высокий блондин, - я не позволю ей пострадать.       Сдержав порыв отправиться вслед за ними, Такара напомнила себе о просьбе Майки. Покрепче сжав челюсти, она подошла к ближайшему парню, у него повреждена нога. Собрав нескольких человек, которые более менее могли держаться на ногах, вместе они начали поднимать тех, кто не мог двигаться самостоятельно. Бросив последний взгляд на пристань, она повела за собой небольшую группку раненных, придерживая одного из них. Нужно уйти подальше, что бы можно было вызвать скорую, помимо парня с поврежденной ногой, был ещё один с серьезной травмой головы, и другой с повреждением внутренних органов. Она не медик, но и так понятно, что помощь нужна как можно скорее. Через три квартала они устроили передышку.       Такара достала из кармана куртки припасенные бинты и начала перевязывать парням небольшие раны. Все изрядно выдохлись, но по крайней мере были живы и это ни в коем случае не должно было измениться. Из далека донесся непонятный шум. - Вы слышали? Это… это был выстрел? - спросила Такара не скрывая волнения.       Ответом ей послужила новая серия выстрелов. Один. Два. Три. Три выстрела. Если кто-то пострадал… Если кто-то… Нет! Нет! Нет! Нужно срочно отправиться туда! Она дернулась, но резко остановилась оборачиваясь на сидящих рядом раненных соратников, нельзя их бросать. - Иди, - коротко стриженный шатен положил ей руку на плечо, - ты же переживаешь, иди туда, мы справимся сами. - Спасибо, - прокричала Такара уже набегу.       Нужно бежать, бежать изо всех сил, не обращать внимание на боль. Впереди послышался звук байка, кто-то приехал? Нет, звук удаляется. Бежать дальше. Ещё один квартал, совсем немного. Снова рёв мотора. Звук похож на Зефир. Погоня? Выбежав из-за поворота, Такара успела увидеть бегущих Майки с Хиной, пока они не скрылись за очередным поворотом. Чёрт! Что происходит?!       Через несколько улиц Кубо догнала друзей. На дороге, прямо на перекрёстке лежало размозженное тело… Столько крови, как в человеке может быть столько крови?! Спохватившись она ринулась к Хинате, спиной закрывая шокированной девушке обзор. Первым в себя пришел Доракен, он закричал, что нужно поскорее убираться отсюда. Спустя пару кварталов бега, вдалеке послышался вой сирен полиции и скорой помощи. Вот только помогать было уже не кому…

***

      Когда Такара добралась до квартиры, на часах, как она полагала было уже далеко за полночь. После щелчка закрывающейся двери на нее обрушился взволнованный голос брата: - Така, ты хоть представляешь как я переживал? Какого черта твой телефон не доступен? Где ты, мать твою, была? Мансаку-сан сказал, что Эмма… Это кровь?! Что с тобой произошло? Ты вся в крови… - Ичи, - тихо остановила она брата, - обними меня, пожалуйста.       В родных объятьях, Такара сотрясалась от безмолвных рыданий, выплескивая весь ужас прошедшего дня.