Healing of you

Дни шли один за другим, а негативных мыслей становилось все больше. Что, если его снова покинут? Просто так, без слов, без объяснений – возьмут и уйдут по-английски. Голос где-то внутри говорил самому разрушить новые отношения, чтобы это не сделали за него. Для всеобщего блага, так сказать. Роджер стоял посреди опустевшей улицы и размышлял о судьбе своего уже бывшего друга. Он поднял голову в небо и уставился куда-то далеко-далеко за облака, будто спрашивая: «где ты сейчас? Как ты там без меня?» Вверху лишь пролетали птицы, и никто не отвечал. Тейлор вздохнул. Противная липкая тоска засела где-то глубоко в легких и не давала дышать полной грудью, росла с каждым днем и цеплялась все крепче. Он скучал. Скучал настолько сильно, что часами беспрерывно смотрел на телефон, отчаянно надеясь, что все-таки он зазвонит, а из трубки донесется самый родной и вечно задорный голос, будет бесконечно рассказывать о своей новой жизни и громко смеяться, перебирая воспоминания. Но телефон все молчал - будто издевался. Звонить Брайану не особо хотелось, да и стыдно было. Может, даже не стыдно, а просто неловко: попробуй, попроси человека приехать и обнять тебя. Жутко хотелось тепла, мягких касаний, нежных слов и просто любви. Дружбы, на худой конец. Чувство одиночества никак не давало покоя и заставляло искать хоть какую-то поддержку в каждом первом встречном, но безуспешно. Всем было плевать. Роджер еще раз вздохнул и зашагал вперед, опустив голову. Он направлялся к Брайану домой – сил держать все это в себе больше не осталось. — Ты чего? — посмеялся Мэй, когда блондин притянул его к себе для объятий, не успев переступить порог. — Соскучился? — Очень. — Ну, проходи, не стой тут. Даже когда Брайан ставил чайник и перебирал коробки с чаем на полках, Тейлор не отлипал от него ни на секунду, игнорируя все замечания и просьбы не ломать ему ребра. Он жмурился и улыбался, словно кот, дождавшийся хозяина с работы. Ему было так спокойно и хорошо рядом с другом, что не хотелось отходить от него ни на метр. Да и сам Мэй, казалось, уже привык и лишь снисходительно улыбался, размешивая сахар. Вынимая пакетик чая из кружки,он все размышлял об одном: почему Роджер так доверяет ему? Они знакомы меньше двух недель, но стали так близки, что и не скажешь, что они встретились совсем недавно. Может, оно и к лучшему – вдруг все будет действительно хорошо? Вдруг у них получится по-настоящему сблизиться? Время покажет. А пока… — Брайан? — негромко позвал Тейлор и поднял голову на вопросительное мычание. — Можешь… обнять меня? Пожалуйста. — Конечно, — Брайан развернулся, тепло улыбнувшись, и прижал друга к себе, — иди сюда. От этих слов и действий на душе стало так уютно и хорошо, что довольный вздох сам собой вырвался из груди, а глаза сонливо прикрылись. Тонкие пальцы запутались в волосах и заправили непослушную прядь за ухо, когда та спала на лицо. Казалось бы – обычный жест, незамысловатый, но сколько в нем было нежности и заботы… Невероятно просто и так смущающе мило. Это заставило блондина заметно покраснеть, и он спрятал лицо в чужом свитере. Тот был почти полностью, если не насовсем пропитан запахом кофе и еще чего-то очень знакомого, что никак не поддавалось описанию. — Рассказывай, что случилось? — вдруг подал голос Мэй. — Ты же не просто на чай зашел, так ведь? — На чай, — соврал Роджер и поморщился, услышав усмешку. — Неправда. Как же он умел лишь одним словом с правильной интонацией и громкостью заставить все рассказать. Психолог, что ли? С таким-то голосом можно выпытать что угодно – он говорил тихо, мягко, спокойно, но в то же время очень строго. Поразительно. — Ну, я… Если коротко, то… меня бросили недавно. Вот. И теперь мне очень одиноко. — Мне жаль. Правда. Хочешь, побуду с тобой сегодня? Отвлечешься. Поговорим, чаю выпьем, просто рядом посидим. В ответ Тейлор издал звук полный умиления и благодарности, сжал друга сильнее и замер, наслаждаясь моментом. Скоро они уже сидели на кровати: Брайан читал вслух какую-то книгу, что нашлась среди коробок, а Роджер слушал, засыпая на его плече. Его уже не волновали ни Фредди, ни одинокая тоска дома – он просто наслаждался текущим моментом со своим приятелем. Только с ним было так хорошо и спокойно, а мысли в голове укладывались по порядку. Когда блондин открыл глаза, в комнате уже было темно. Рядом давно никого не было, а на кухне горел свет. У него был выбор: остаться на ночь, либо уйти сейчас. Не успел он и подумать, как свет погас с негромким щелчком, а из-за двери послышались шаги. Быстро прикинувшись спящим, Роджер затаил дыхание. Мэй подошел к кровати так тихо, как только смог и вздохнул, опустившись рядом. Еще несколько секунд он просто разглядывал лицо друга, пока тот старался не засмеяться. Он нерешительно протянул руку и чуть коснулся спутанных волос. Когда реакции не последовало, Брайан лег поближе и прикрыл глаза, вслушиваясь в чужое дыхание. Он опомнился, когда почувствовал на себе пристальный взгляд: Тейлор пялился на него и, вероятно, ждал, пока на него обратят внимание. — Привет, — шепнул он, когда Мэй, смутившись, спрятал лицо в подушке. — Привет. Никто не смел нарушать тишину в те мимолетные пару секунд, когда не было страшно смотреть друг другу прямо в глаза. Улыбка натягивалась сама собой, а воздух вылетал из груди неловким смехом. «Клыки», — заметил Роджер. К слову, довольно острые. — Ты похож на вампира, — он усмехнулся в ответ на недоумевающий взгляд. — Зубы. — А может, я и есть вампир? — Брайан в шутку оскалился и зашипел. — Страшно? В темноте это выглядело действительно немного устрашающе. Ему бы шло быть вампиром: бледная кожа, острые клыки, худоба, утонченная внешность… Красиво. Не хватало только каких-нибудь красных глаз или длинных когтей. — Укусишь меня? — Тейлор поиграл бровями и хитро ухмыльнулся. Он сам не знал, шутит он сейчас, или нет. Неизвестность перед следующей секундой немного пугала, но все же было жутко интересно, что Брайан будет делать. Он смотрел выжидающе – он ждал действия, а сам не двигался с места. «Давай», — думал он, наблюдая, как в глазах Мэя загорается озорной огонек интереса. Расстояние между лицами неспешно сокращалось, а чужое дыхание становилось все шумнее и смешивалось с собственным. По спине пробежался холодок, когда осторожные пальцы смахнули разбросанные по подушке волосы. Брайан склонился над обнаженной шеей Роджера, чуть касаясь кожи губами и хищно улыбнулся, когда тот нервно вздохнул. Он понимал, что это лишь игра, и дальше заходить нельзя, но почему-то все эти маленькие мысли только подливали масла в огонь. Пришлось пересилить себя и отстраниться, и попытаться не думать о том, что могло бы произойти. — Ты чего? — блондин ткнул друга в плечо, когда тот вернулся на свое место. — Я… не хочу делать тебе больно. Извини. — Ты бы и не сделал, — он почти с обидой заглянул в темные глаза напротив. — Давай еще раз? — Нет. — Давай, ну? — Я сказал нет. — Тогда… Сейчас. Решающий момент. Нужно было думать быстро – можно сделать глупость и потом жалеть, а можно не сделать и упустить один прекрасный шанс. Хотя, жизнь для того и нужна, чтобы совершать глупости, разве не так? Почему бы и нет? Можно и попробовать. — Тогда… — Тейлор глубоко вздохнул и чуть приподнял уголки губ. — Поцелуй меня. Не успев ответить, Брайан проснулся. Оглянувшись по сторонам, он понял, что все еще находится на кухне: видимо, заснул, пока читал какой-то скучный роман. Ну и сон. На часах было уже почти четыре утра – можно было спокойно снова ложиться спать. Но теперь уже в кровати - все тело ломило так, будто он спал на камнях, а не на обычном неудобном стуле. События сна повторились с удивительной точностью, но на этот раз Роджер и не думал открывать глаз. Было даже немного обидно. В его голове что-то происходило, что-то очень напряженное и тревожное, из-за чего он часто хмурился и вздрагивал. Ему снился тот, кого он никак не мог забыть. Тот, чей голос был самым мелодичным на свете, и чьи руки были самыми ласковыми. Тот, чьи глаза были самыми бездонными. Тот, в кого он все еще был так сильно влюблен: до покрасневших глаз и искусанных губ, до бесконечной боли в груди и до мертвых бабочек в животе. Казалось, еще немного, и он начнет кашлять рваными цветастыми крыльями. Он смотрел по сторонам и тщетно искал знакомое лицо. Вокруг было темно – даже собственных рук не увидеть. Тогда он сдался и бессильно сполз по стене на пол. Как же одиноко. Как же плохо. Почему нельзя было просто оставить все как есть? Нет будущего – ну и что? У них могло быть настоящее. А теперь у них нет ничего. Совсем ничего. — Почему? — повторял Роджер, утопая в слезах. — Почему, почему? Он сорвал голос, крича и рыдая. Он снова сидел в тишине один, не в силах даже подняться. Когда последняя капля высохла на щеке, на плечо легла рука. Тейлор не сразу понял, чья это была рука и просто проигнорировал ее, но когда в пустоте зазвучал голос… — Эй, — чужие пальцы бережно вытерли слезы с лица. — Не плачь. Фредди. — Фред, — блондин слабо улыбнулся, и глаза снова заслезились. — Я так скучаю. — Знаю, знаю. Невидимые руки обвили талию и чуть сжали, поглаживая спину. — Я без тебя не могу, — Роджер крепко обнимал в ответ и не переставал дрожать всем телом. — Когда ты вернешься? — Когда забудешь меня, — ответил Меркьюри грустно, но все же с ноткой веры. Снова поцелуй в лоб. И снова он уходит. И снова темно. Сквозь дремоту Тейлор сжимал в объятиях друга, лежащего рядом. Ему была необходима поддержка сейчас. «Кошмары», — думал Брайан, перебирая спутанные волосы. Он не возражал – лежать так близко было и теплее, и комфортнее. Так ведь и привыкнуть можно. Заснуть не получалось до самого рассвета: в голове все крутились события того странного сна. Почему именно он? Почему именно Роджер, а не кто-то другой? И почему он даже не был против? — Отвратительно, — сказал Мэй самому себе, сдвинув брови. Получилось громче, чем ожидалось, и блондин заворочался. Брайан осторожно погладил того по голове. — Тише, тише. Спи, Родж. Он почувствовал, как уши и щеки загорелись. Черт, и как теперь ему в глаза смотреть?