Затерянные в тумане

— Что за шум, а драки нет? — послышался неожиданно знакомый голос. Вит снова подскочил на ноги, хватаясь, чтобы не упасть, руками за стальные прутья. — Рэй! РЭЙ! Орхидея! Он... Вы... Вы должны! — завопил-захрипел Вит с настолько искренней мольбой, что даже заплаканный Фил обернулся на него с округлившимися от удивления глазами. Судя по звуку, после этого крика мужчина резко соскочил через пару ступенек и стремительно ворвался в подвальное помещение. — Что произошло? — Он... он сам... — всхлипнул Незабудка безумными ничего не видящими глазами пялясь перед собой. Мужчина быстрым шагом почти подбежал к клетке. — Это Док? Это сделал Док? Отвечайте. — голос был всё таким же спокойным. Только казалось, что выговаривать слова — каждый звук — мужчина стал ещё чётче, будто резкими рывкообразными очень чёткими движениями мастерски высекая каждое слово из камня. — Н... наверное, нет. Док чуть не убил Вита, а Дэй... он увидел, что ты перед отъездом не запер его клетку. И... вот... — продолжал всхлипывать, задыхаясь от слёз Неб. — Чёрт. Мужчина в чёрных брюках и заправленной в них белой рубашке, со строгим галстуком на шее, с пронзительно холодным — непривычным с его постоянной почти неестественной доброжелательностью — лицом уже держал Дея в руках, присев рядом, осматривая бессознательное тело. Запрокинутая голова открывала изящную линию шеи. Чуть истощённый, но не лишённый силы, парень выглядел на манер безумно красивой, болезненной фарфоровой куклы — очаровательно-хрупким. Тонкие запястья, длинные сильные пальцы, безвольно расслабленные и безжизненные. Чёрные контрастные ресницы и брови, и гладкий шёлк длинных таких же чёрных волос. Мужчина будто бы между делом бережно, аккуратно поправил гладкую нефтяную прядь, убирая её с лица бессознательного парня. — Давно? — судя по всему, Рэй прощупывал сердцебиение парня. — Минут пять как. Сложно сказать. Вырубился он совсем недавно. — Вит вцепился в решётку рядом с от ужаса почти переставшим дышать Яном. — Если я могу как-то помочь... — Ты помог. Спасибо. И извини за это. Рэй, одной рукой стянув с шеи чёрный узкий галстук, не развязывая петли, накинул его на руку Орхидее и туго затянул выше расцарапанного запястья. — Сидите тут. Без глупостей. С этого... идиота брать пример не стоит. Я вернусь и всё решу. Больше не провоцируйте своего доктора. Поверьте, он своё получит. Просто дождитесь меня. И он вышел с обмякшим неподвижным брюнетом на руках. Под глазами мужчины залегли тени, но в остальном его лицо ничего не выражало.

***

Повисла тяжёлая, звенящая тишина. Только Неб и, изредка, — Фил — тихонько шморгали носом. Вит положил руку на плечо Фиалке, от чего парень испуганно вздрогнул. — Теперь с ним всё будет хорошо. Нам всем... поразительно везёт. Но давайте больше не испытывать судьбу? Прошу. Давайте дождёмся Рэя, а там уже... — А там уже что? — А там посмотрим, что делать. Если честно, я всё ещё надеюсь, что нас скоро найдут. Может, недели через две-три... я тут уже сколько? Вроде бы, через двенадцать дней с того момента, как я попал сюда, должны были вернуться мои отец с матерью. Они почти сразу поймут, что меня нет. Телефон я оставил на тумбе, а без него мог только с собакой выйти. К тому же обувь, одежда. В общем, скорее всего, они почти сразу скажут тёте о моём исчезновении. Через три дня — официально заявят о пропаже сына и Марта сможет полноценно, в рамках работы, взяться за поиски. Она пробивная, из-под земли достанет, не то, что какой-то там особняк в лесу... ну, я на это надеюсь. В любом случае, сейчас, как и сказал Рэй, лучше не зарываться. Слишком много всего произошло. Дело приобретает более серьёзный оборот. — Да куда уж серьёзнее. — И то правда. Эй, Неб? Иди сюда. — Отвали... отвали! Чего тебе от меня надо?! — Успокойся. Он забрал Дэя. Он точно не позволит парнишке сдохнуть. Подойди сюда, Незабудка. Пожалуйста. Давай я развяжу тебе руки? — Зачем? — Ты хотя бы лицо умыть нормально сможешь. Давай-давай. Только взгляни на последние события. Видишь? Тут нет смысла прикидываться классным или самодостаточным... — начал Вит и резко прервался. — Ты чего замолчал? — Да ведь в жизни так же. — Фигня! В жизни... — В жизни точно так же, Неб. Понимаю, что ты вряд ли это осознаёшь. Но всем на всех плевать. Никакой ненависти — даже неприязни. Тут нет места драме или чему-то такому. Всем просто всё равно, будто кругом — глухие мёртвые стены. Это не плохо, не повод для печали или уныния: на всех никакой доброты или сердечного тепла не хватит. Холод в посторонних людях — это... нормально? Наверное, так. Я бы никогда этого не понял, не окажись я тут. Ведь у меня есть пара хороших друзей и родители. Вот этим на меня не плевать. И то, за друзей не могу поручиться. Они отличные ребята, и я ими очень дорожу, но я понятия не имею, что будет через пять, десять лет. Даже через год. — Родители — тоже не гарантия. — дерзко передёрнул Незабудка. — Ну, тут уж как повезёт. Не могу спорить. Люди-то разные бывают. Но я ведь к тому, что остальным-то на тебя и подавно наплевать. А если оказался с кем-то в одной лодке и тебе искренне предлагают помощь — отказываться нет смысла. Отказом ты ничего никому не докажешь. Каждый должен беречь в первую очередь самого себя и не забывать об этом в такие моменты. Скорее всего, ты ведёшь себя так в надежде, что кто-то обратит на тебя внимание и поможет, вопреки твоей язвительности, отказам и провокационному поведению. Что кто-то докажет тебе, что ты нужен. Поможет тебе поверить в него, довериться. Но нужен-то ты в первую очередь только себе самому. Дошло? Взрослые почему такие классные? Не потому, что они намеренно отказываются от чужой помощи. Мои родители — невероятно волевые люди, но, уверен, они ни по чём не откажутся от помощи, предложенной от чистого сердца. Они круты только от того, что и без этой помощи могут выживать и, при этом, вполне достойно жить. И уж точно не глупить, если им протягивают дружескую руку. — Но в чём смысл? В чем смысл для тебя помогать мне? — Я уже сказал. Потому что мы в одной лодке. Потому что так — человечно. Правильно. Если все помогают другим — хотя бы помогают тем, кто оказался в похожей патовой ситуации, столкнулся с той же проблемой, с которой сам человек уже справлялся прежде, это делает жизнь проще. А тому, кто оказывает помощь, это — даёт цель. Более того, придаёт значимости всему, через что человек раньше прошёл в одиночку. Ведь теперь он может использовать это другим во благо. Что-то вроде ценного жизненного опыта. Это так же придаёт вес общей проблеме, общему горю. — Стадный инстинкт. — Ага. Веками поддерживал наш вид на плаву, обеспечивая выживание, но мудрый Неб решил, что это ниже его достоинства. Упрашивать Рэя творить с тобой всякое — вполне приемлемо, а принять помощь от "друга по несчастью" — увольте? Ну, как хочешь. Дело твоё. — Ненавижу тебя! Ненавижу так же, как брата! Даже больше! — О, гляди-ка, Ян. Ещё немного моих стараний, и твой братик прибежит к тебе, чтобы вместе негодяя вроде меня дубасить. Ничего себе, я сегодня в ударе! Сплочаю семьи. — Ян! Развяжи мне руки! Развяжи сейчас же! Я хочу ему врезать! — Развяжи-развяжи, Ян. — согласился Вит. — Ты БЕСИШЬ! — Ага. — Ну всё! Ян?! Блондин спокойно развязал руки брату, приплясывающему от злости и нетерпения, с удовлетворённым спокойствием наблюдая за развернувшимся диалогом. — Подошёл! Сюда подошёл, я сказал! Стисни зубы, скотина! — Бегу и падаю, малявка. Бегу и падаю. — зачем он провоцировал парня? Почему внезапно стал таким колким? Но это выражение на лице Яна. Да и Незабудка... хех. Забавный малый. Вит не смог сдержать самодовольной ухмылки, болью отозвавшейся в разбитом лице. В этом что-то было. Дразнить детишек — весело. Чёрт, он же ещё сам, по сути, ребёнок. Что за надменно-дедовские замашки? Без пяти минут, как сюда попал, хотя парни тут сидят уже больше года — абсолютно все. Если уж речь о "дедах" и "духах", то он точно скорее из вторых. Сам так-то живёт с предками, единственная ответственность по жизни — покормить пса и не проморгать четверг и субботу — дни, когда они ходят к брату и сестре кинологам. Крутые ребята, к слову. Готовят служебных псов. Натаскивают зверушек творить ТАКОЕ, до чего человечеству ещё тысячу лет эволюции. Особенно отдельным экземплярам. И всё-таки. Такое поведение не в его... стиле? Пожалуй. Может, после всего случившегося, у него закончилось терпение? Или он так раздражителен, потому как втайне надеялся, что после подобного потрясения все будут вести себя хоть чуточку более... как? Ответа на этот вопрос Вит не знал. Адекватнее? Терпимее? Человечнее?.. или хотя бы банально прекратят выпендриваться? С чего кого-то вообще должно было сплотить чужое горе? Он слишком многого ждёт? Сам-то он — вон, не особенно терпим. Больше он на провокации Незабудки не отвечал даже взглядом, погрузившись в свои собственные беспокойства. В клетке Цисса было поразительно тихо, что тоже волновало Вита. Но больше всего его испугали тени под глазами Рэя. Мужчина ведь так и не сказал, нащупал ли у Орхидеи пульс... Ян подошёл к Виту и молча сел спина-к-спине рядом с ним. — Почему ты так веришь в этого маньяка? — тихо спросил он. — Рэй... странный маньяк, так-то. Опять же — не заводись. Я его не оправдываю. Просто, кажется, понимаю, о чём говорил Дэй, когда рассуждал о "системе" в голове нашего любвеобильного психопата. К тому же, мне кажется, Орхидея для него — в какой-то мере особенный. А ещё, похоже, У Рэя есть какой-то пунктик на самоубийства. Даже он будто... помрачнел? Хотя по нему вообще фиг что поймёшь. — Это правда. Я понимаю о чём ты. Его лицо... я впервые видел, чтобы... слушай, думаешь, тот — наверху... — Даже знать не хочу, если честно. Как считаешь, когда он вернётся? — Сложно сказать. Надеюсь, через пару дней. Раньше Док такого себе не позволял. Как бы дотянуть до возвращения Рэя... бля, не верю, что говорю подобное. — Блин... — Вит вспомнил свои недавние тирады Незабудке и бросил на зло пыхтящего в другую от них сторону парня. — До чего докатился? Я брюзжу, как старик... — Это точно. — тепло усмехнулся Ян — и от лёгкого толчка чужих вздрогнувших от смешка рёбер рядом с ним, Вит подавился вдохом, а внутренности сделали сальто. Чёрт побери. Ну почему Фил? Почему сейчас? В такое время? Неподходящее. Сложное. Кажется, он окончательно съехал с катушек. "Как мало мне надо" — недовольно фыркнул про себя парень, с улыбкой прислушиваясь к чужому дыханию за плечами, прижавшемуся к его лопаткам.

***

Помои, которые под видом еды Док приволок в последний раз, Фил передал остальным парням. Все честно попытались съесть это, насколько хватило силы воли. Незабудку даже стошнило, а ведь следующий приём пищи им светил не особо скоро. Благо, хоть Вит был в полу-бессознанке, и не помнил, как в него затолкали эту дрянь. С последней перепалки все опять молчали. Теперь уже Виту это казалось привычным состоянием — нормальным течением местного времени. Целый день прошёл в тишине. Только Вит почти каждый час бегал к стальной раковине в полу — отлить. Похоже, "Док" всё-таки отбил ему почки, когда бил ногами. Поясница ныла, но тёплый, прижимавшися к нему Ян, вечно проверяющий, плотно ли Вит укрыт пледом, прогревал не только спину — всего парня, принося какое-то умиротворение, а ноющая боль практически терялась в этом уютном тепле. Следующее утро для парня началось, когда солнце уже вовсю светило на лишь местами подёрнутую осенней рыжиной листву. Ян толкнул соседа в бок: — Вставай. Кажется, кто-то идёт... Вит моментально проснулся, в испуге широко раскрыв глаза. На лестнице и правда слышались шаги. — Док. — едва слышно выдохнул он, предварительно внимательно прислушавшись, и Ян быстро отполз подальше — ближе к своему привычному углу клетки. Вит сел, стараясь не смотреть на вход в подвал, чувствуя, как грохочет в два раза быстрее сердце, а лёгкие сжимает спазмами, не давая дышать. Страшно. Чёрт. Он-то думал, что уже не боится. Но... вот он — снова задыхается от этого абсолютного страха. — О. Ты гляди, сидит. Не так уж и сильно я тебя лупил, а? А я лопату взял, думал прикопать тебя, пока твой хозяин не вернулся. А ему сказать, что ты сам убёг. Сказал бы твоему папику, что ты пропал сразу, как твой хозяин за порог — на эту свою конченую сходку мозгоправов. А я тебя и вовсе как будто бы "не видел ни разу". Хитро́ я придумал?.. За окнами послышался какой-то едва уловимый шум. Только что подошедший мужчина никак на него не среагировал, и Вит уже почти решил, что ему показалось. Парень с сомнением прислушался к посторонним звукам, но за громким голосом Дока ничего слышно не было: — И я не виноват вышел, и вам тут повеселее стало бы. Вам давно пора указать на ваше место. Ведёте себя, будто ещё права какие-то имеете. У вас у всех одно право: давать, как скажут. Куда скажут. И сколько скажут. Может, ваш хозяин позвал бы дружков — с вами поразвлечься, или ещё что поинтереснее придумал бы. Прежде чем всех пустить в расход. И концы в воду. Вряд ли он даст обнаружить себя, если кто-то из вас... — Мужчина прервался на полуслове. — А... а где этот? Такой, молчаливый, со смазливым личиком, с чёрными патлами ниже плеч? Мужик воззрился на кровь на полу. — Чёрт... это... не я был. Ах вы суки! Вы подставить меня решили?! Завалили одного из своих, да так, чтобы я ничего сделать не мог?! Где тело, ублюдки?! Вит даже не мог сообразить, что сказать (или с чего начать?), а шум за окнами усиливался. Послышалось тяжёлое дыхание крупного зверя. Мягкие удары лап. "Ну всё. Приплыли. Зашибись... я сошёл с ума". — в панике припечатал сам себя Вит, хватаясь за голову. — Чё пасти позакрывали?! Отвечайте! — мужчина быстрым шагом направился к их клеткам, игнорируя Цисса. Нарастающий шум почти сводил Вита с ума. Подняв голову, он напоролся на удивлённо и чуть испуганно расширенные глаза Фиалки, но прочитать, что в них написано, было невозможно. — Отвечайте! — рявкнуло совсем рядом, как вдруг... — Рргав! ГАВ! — лай уже не был каким-то метафоричным и Вит наконец понял, что ему не почудилось. — Не может... — парень обернулся, не веря своим глазам. — Не может быть. Рей? Это ты? — Рэй? — док тоже резко обернулся и в ужасе повис на прутьях ближайшей клетки, шарахнувшись в сторону. Мохнатый здоровенный пёс пулей пронёсся мимо, ринувшись на голос хозяина, будто ополоумев. — Привет, здоровяк! Как ты тут очутился? — Вит присел на корточки, протягивая к собаке дрожащие слабые руки между стальными прутьями клетки. Псина неистово вылизывала их слюнявым шершавым языком, возбуждённо сопя от радости. — А ведь я тут из-за тебя, засранца, оказался. Но всё-таки, как же я рад тебя видеть! И как же так вышло?.. — Чёртова собака! — у Вита всё оборвалось внутри. Док достал пистолет. — Рей. ВЗЯТЬ! — рявкнул он, что было силы, даже не успев подумать. С чего он решил, что собака будет быстрее пули? Что, если... Док застрелит его пса? Что если он застрелит?!.. Пёс в пару прыжков моментально оказался рядом с мужчиной и вцепился в руку. Ровно в тот же момент послышался выстрел. ШАРАХ! — у Вита заложило уши. Перед глазами всё побелело. Он слепо подскочил на месте, наваливаясь на стальные прутья. Пёс, как ни в чём не бывало, продолжал удерживать брыкающегося мужчину за руку, значит, Рей цел, но... — ФИЛ! Неб! Цисс! Отзовитесь! Умоляю, скажите что ни в кого не попало! Все живы? — в срывающемся и без того хриплом голосе Вита явственно сквозила истерика. — Попало. В тебя, Вит. — тихо сказало откуда-то сбоку. Голос был панически глухим — будто севшим. В нём слышалась дрожь. — Ч... то? — Вит оглянулся на голос. Какие же у него глаза... — Вит! Не тупи. — в ушах звенел гудок на одной тонкой ноте. Пёс оглушительно громко рычал, но до Вита его рык долетал как сквозь толстый слой изоляции. — ТВОЮ МАТЬ! Вит! Твоя нога! Парень медленно — нехотя — перевёл взгляд с прекрасных глаз напротив на себя, оглядывая туловище и... а где его нога?! На фоне потемневших старых досок пола-дна клетки, его голень, полностью залитая кровью, была почти невидима. Парень схватился за ногу, прежде чем осознал, что сама конечность вполне себе на месте. — Чёрт! Ну и стрёмно. — выдохнул он. — Я в порядке. Царапина. Прошло по касательной. Пуля срикошетила, что ли?— Вит пошатнулся и рухнул-сел на пол. Голова кружилась. Он говорил короткими звуковыми фразами — не дольше двух слов, чувствуя, что на большее не хватит дыхания и связности мыслей. Стоп. Парни вроде целы, да? А как там его пёс? Вит вновь повернулся к пугающей картине человека, борющегося с крупным животным. Что ему делать? Наверное, нужно отозвать пса, пока рука Дока не понесла непоправимый ущерб... Почему он продолжает вести себя так по отношению к этому выродку? Вит не мог смотреть, как человека увечат. Он определённо хотел, чтобы Док поплатился за всё, что делал. Чтобы понёс какое-то надлежащее наказание, но... то, что происходило сейчас, было... как-то неправильно? — РУКИ НА ЗЕМЛЮ! ВСЕМ ЛЕЖАТЬ! — женщина в форме выстрелила вверх, — Я СКАЗАЛА — ВСЕМ ЛЕЧЬ НА ПОЛ! — она быстро оценила обстановку, прямо от входа в подвал держа в прицеле доктора, всё так же сражавшегося с псом Вита. Только теперь за ней на лестнице послышался гулкий топот сапог, раньше неслышимый. Или просто ускользнувший от внимания парней? — Фу! Рей! — прохрипел Вит. Женщина бросила на него короткий взгляд и сразу же отвернулась. Её лицо едва заметно болезненно дрогнуло, но снова стало сосредоточенно-серьёзным. — РЕЙ! Ко мне! — чётко рявкнула она и... пёс, моментально бросив руку Дока, обежав женщину в форме, сел справа от неё, недовольно вытирая нос передней лапой и отфыркиваясь. Вит смущённо поджал колени, стремясь скрыть наготу. Тётя Марта. Так вот почему тут его пёс! — Тут заложники и один вооружённый мужчина! Вся комната не просматривается! Первый и четвёртый — проверьте помещение за клетками! — рявкнула женщина куда-то в дверной проём и отошла от входа, пропуская остальных людей в форме и с оружием, продолжая удерживать мужчину на прицеле. — ЛЕЖАТЬ, Я СКАЗАЛА! Хватит ныть! Джоз, задержи его! Вы задержаны в связи с подозрениями в преступлениях, предусмотренных статьёй 148 Уголовного кодекса — незаконное лишение воли третьих лиц, а так же статьями 263 Уголовного Кодекса и 191 Административного кодекса — незаконное хранение и использование огнестрельного оружия, помимо этого — в ряде сопутствующих противозаконных действий, таких как: нападение, нанесение телесных повреждений третьим лицам, приобретение запрещённого законом оружия и так далее. Вы имеете право дать показания, пояснения или отказаться от дачи показаний, чтобы не свидетельствовать против себя; право на адвоката; медицинскую помощь (о, похоже она вам очень понадобится); так же, у вас есть право немедленно сообщить другим лицам о своем задержании и месте нахождения. Можете позвонить жене или кому ещё. Я, КАЖЕТСЯ, СКАЗАЛА "ВЯЖИ ЕГО"! Если вы будете оказывать нам сопротивление, мы будем вынуждены перейти к силовому задержанию. Мы не несём ответственности за возможные последствия силового задержания — к примеру, скажем, если вы случайно погибните. — моментально оказавшись рядом, не прекращая перечислять права и номера статей, женщина подобрала выпавший из прокушенной псом руки пистолет, быстрым движением достала магазин и спрятала их в два отдельных зип-пакета, а потом — в кармашки на поясе в отдельные отсеки. Мужчина с холодным чуть надменным лицом чёткими быстрыми движениями заломал Дока, застегнув за его спиной наручники, и быстро обыскал его карманы. — Есть паспорт. Жон Меррет, тридцать девять лет. Женат. Детей нет. — Забирай его, пока я не порешила эту мразь прямо тут. Лишиться значка и загреметь за решётку из-за одной твари будет чертовски обидно. — Протокол! Вы что?! Выражения! Лейтенант!.. — Видишь — в крайней клетке? Тот, "разукрашенный". Это мой племянник. Сын родной старшей сестры. Почти как мой собственный сын. Ты вообще понимаешь, Джоз, что это для меня?.. — Простите, Лейтенант. Сейчас его уведу. Считайте, нас уже здесь нет. — Врача сюда! Быстро! И выдайте парням какую-то одежду! Пусть отряд быстрого реагирования немедленно обыщет весь дом! Весь этот чёртов особняк! Где наши кинологи?! В смысле, "заперто"? Выбивайте к чертям все двери! Никого не выпускать! — женщина спешно покинула подвал, раздавая на ходу указания. Ей что-то ответили, и молоденькая леди-полицейская, внушавшая трепет и лёгкий страх даже в собственное начальство, скрылась в дверном проёме. — Скелет? Человеческий... что?! Опечатайте помещение!.. — голос женщины затих, а в подвал набежало несколько мужчин и женщин в форме с оружием. — Т... тётя? — выдохнул Вит, глядя на пустой проход на лестницу, поглотивший жесткую леди-полицейского. — Оу... так это... она? Смотри-ка. Всё-таки нашла тебя, ха? — шокированно-сухим голосом на одной ноте выдохнул из своего угла Ян. — Ага. Нашла.